5 мая

Электричка… 28 человек, занявших почти весь вагон. Из них человек 5, которых я видел всего 1 раз и человек 5, с кем успел подискутировать виртуально. С остальными не был знаком еще 2 часа назад. Тем не менее – гитара, алкоголь быстро делают свое дело… Все пьяные, веселые, счастливые… Именины Маленького человечка. Все становятся еще пьяней, веселей, счастливей. На время забываю о неопределенности с заброской до реки, своем неумении собирать каты, полной запутанности во всех жизненных вопросах, проблемах на работе и т. д. Просто еду и расслабляюсь.

Теплая Гора. Неожиданное для всех отсутствие транспорта. Плюс мелко накрапывающий дождь. Транспорт появляется в количестве в 2 раза меньшем, чем нужно. Залезает половина состава и получается нечто наподобие бочки с селедками, плотно переложенными специями. Тем не менее – вперед…

6 мая

Срусьва. Заготовка жердей и досок. Вязка плотов. Длительное отсутствие команд 2, 4 и большей части 3-го катов. Выясняется острейший дефицит веревок для вязки. Экономим, но монтируем. Вещи привязывать почти нечем. В приступе полнейшей дурости иду в ближайший магазин (оказывается, есть там такие!) и покупаю там 2 мотка веревок. Мы спасены!

А тут и остальные подъезжают и начинают энергично заниматься тем же. Под радостные крики окружающих отчаливает экипаж № 1, затем № 6 (байдарка), а потом и мы.

Плывем. Река течет прямо по лесу. Узкая, петляет. Расчески то там, то здесь. Но команда сгреблась, и мы все благополучно проходим все что можно и нельзя, даже быстро нагоняем кат № 1.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Березовая «вилка» по левому берегу. Усиленно отгребаем, но – гадство, прижимает! Кажись, намертво! КОТ быстро выскакивает и начинает протаскивать. Кат № 1 подплывает, и мы его в последний момент отталкиваем от препятствия – проходят благополучно. Байда спешит на помощь, но не замечает подводного ствола и – переворачивается. Один из членов экипажа удерживается за судно, другой выплывает на берег метрах в 10 ниже. Тут же начинаются спасработы, из которых запомнилось только то, как мы впятером изо всех сил переворачивали байдарку на место. К счастью, успешно: через пару минут байда уже отчаливает, а еще минут через десять протаскиваемся и мы. При этом еловые ветви чуть не выкидывают меня за борт.

Догоняем кат № 1, остановившийся в полукилометре ниже по течению. Все перекусывают, «пострадавшие» вдобавок сушатся вне и внутрь. Нормального костра не получается, т. к. все лежащие ветки сыроваты, а стоящие оказываются живыми (что выясняется обычно ближе к концу рубки). Вот что значит – столько лет в лес по-нормальному не заходить!

Вскоре справа впадает речка величиной еще с одну Усьву, и река становится шире и безопасней. Ближе к вечеру чалимся на хуторе, при высадке я при исполнении обязанностей швартового матроса умудряюсь набрать воды в правый сапог.

Сушимся, ставим лагерь, ужинаем. Поступают предложения сделать ставки на темы: 1) все ли оставшиеся каты доплывут сегодня до лагеря? 2) будут ли происшествия наподобие нашего? 3) кто придет первым, кто последним?

Около 10 вечера прибывают один за другим все 3 ката. Успокаиваемся, ложимся спать…

7 мая

Наши 3 экипажа отплывают в том же порядке, остальные пока спят. Скоро оба ката сцепляются и плывут в таком виде долго-долго, но – незадача: вдруг замечаем, что наша рама расползается. Обстоятельство сие настолько привлекает наше внимание, что мы уже не следим за рекой и на очередном перекате благополучно садимся на камень. Опять вылезает КОТ и пока стаскивает – намокает до пояса. Чалимся, сушим КОТа, отчаливаем… Три основательных глотка разведенного спирта под девизом «Русские люди после первого стакана не закусывают!» делают свое дело: я пьянею, второй раз за весь поход.

Ближе к вечеру на реке собираются все 6 экипажей. Вдруг видим, что 1-й и 6-й причалили к левому берегу, хотя, по подсчетам всех, до Бассегов еще километров 5. Тем не менее, чалятся и остальные, растягиваясь на полкилометра по берегу. Наш кат, гадство, самый дальний! Продираюсь через кусты до соседей, потом – до следующих соседей, где происходит нечто вроде сходки воров в законе, решающей, что ползем на Бассег. Отсюда и сейчас.

Кое-как собираемся, охранять все 6 нефтерудовозов (не путать с «нефтедуровозами»!) остается одна Beta. Толпа растягивается по дороге на полтора километра. Грунтовая дорога меняется лесной дорогой с ручьем, потом тропой, а потом и снежными сугробами с постоянными мелкими ручейками. Лес переходит в редколесье, после – в курумник со мхом. Ноги мокрые у всех, кроме счастливых обладателей болотных сапог.

Тем не менее, собираемся на вершине. Перекусываем, «бахаем» и – вниз. Проходим большую часть снегов и – теряем свою тропу. Пока пара человек ее ищет – останавливаемся, собираемся, считаемся, разводим костер. Выясняем, кто именно те четверо, что ушли вперед, и кто – те четверо, что отстали. Решаем, что большая часть уходит ставить лагерь, трое остаются ждать отставших (ведь темнеет, блин!).

Ждать приходится недолго. Ребята подходят, и – спускаемся вниз, возвращаясь в начале первого часа. Пакость в том, что среди отставших и ожидающих двое с нашего ката, а он дальше всех. Перетаскиваем вещи при свете фонарей, умудряясь даже по пути найти потерянный в темноте же топор. Кое-как ставим палатку, едим, расслабляемся, засыпаем.

8 мая

Утро. Встаем, едим, складываем вещи. Молча проходим между спящих экипажей номер  со второго по четвертый. На подходе к кату из рук одного из членов экипажа (не будем показывать пальцем!) выпадывает чехол от ката, в котором палатка. Так что приходится плыть не там, где быстрее и удобнее, а вдоль левого берега. Метров за 100 до порогов (успели!) берем палатку на борт и – отгребаем от берега. Идем по максимальным бурунам, получая максимум адреналина. После порогов обгоняем первый экипаж, затем он обгоняет нас и – скрывается в туманной дали до самого вечернего привала.

А нам тем временем просто лень грести, мы лениво плывем по течению. Пока нас не догоняет 4-й кат (позор, позор – они ведь стартанули часа на 2 позже нас!), и к лагерю подплываем почти одновременно. Как впоследствии выяснилось, до цели – Безгодово – не доплыли около 8 км.

Меньше чем через час собирается вся толпа, ставятся, по инициативе teterinag’а готовится баня (в которой даже кто-то помылся). Темнеет, и мы садимся у костра. Песни становятся все пьяней, частушки все матерней, заканчивается песнями в стиле «Что вижу, то и пою». Часов в 5 оставшиеся расходятся по палаткам, и остальные наконец засыпают.

9 мая

Как всегда, наши 3 экипажа встают первыми. Отплываем с интервалами уже в 5 минут перед 10 ч утра. Быстро собираемся вместе и приплываем в долгожданное Безгодово. Там собирается сойти на берег часть народа. Но во время прогулки по поселку узнаем, что автобус будет завтра утром, а попуток просто нет. Так что ничего не остается, как закупиться пивом и грести что есть мочи до конца дня: шутки шутками, а до станции – 60 км. Во исполнении решения тут же сцепляемся и бросаем весла. Гитара, военные песни (60 лет Победы, как-никак!).

У очередного острова вдруг замечаем ворота и набитый песком мячик и с ходу начинаем 2-минутный микрофутбол. После этого минут 10 спорим, кто же все-таки выиграл.

Плывем дальше, приставая раз в час, поскольку свойства пива дают о себе знать. Один за другим нагоняют 2 ката (№№ 4 и 3), сцепляются и, разочарованные избытком нашего пофигизма, обгоняют и плывут дальше. Последним догоняет экипаж № 2 и идет в сцепке до Усьвинского порога.

Перед вышеупомянутым препятствием расцепляемся и – выясняется, что раму нашего ката постоянными вязками-перевязками так разболтало, что он вертлявый до ужаса и почти неуправляемый. Но, несмотря на отчаянные ультиматумы некоторых, снова идем по максимальной волне и проходим быстро. Затем – мост, мост и – берег. Переодевания некоторых, разборка катов, ужин, сборы. 3-часовое ожидание электрички на станции (поезд благополучно «показал хвост»).

10 мая

Электричка. Выгрузка в гараже teterinag’а. Дом. Сон.