О категории "Правовой модус" и ее содержании

О КАТЕГОРИИ "ПРАВОВОЙ МОДУС" И ЕЕ СОДЕРЖАНИИ

НАУЧНЫЕ СООБЩЕНИЯ

Известная в юридической литературе дискус­сия вокруг категории "правовой модус"2 и целе­сообразности использования этого термина, в по­следние годы утихла: термин скорее не прижился, хотя и нашел признание среди отдельных авто­ров. Необходимость обращения к нему сегодня и целесообразность внедрения в юридическую лек­сику весьма положительна, поскольку она на­правлена на обогащение языка права в целом, а также решение ряда частных юридико-техничес-ких вопросов.

Востребование категории "правовой модус" вполне адекватно современному состоянию об­щественных отношений, вовлекаемых в сферу правового опосредования, их заметной усложнен­ности, многообразию и общему обогащению. С одной стороны, в сферу правового опосредования постепенно попадает все большее количество от­ношений, ранее находившихся за его пределами, с другой - возникают новые, "первично регулируе­мые" правом общественные отношения. Все это не может не иметь выхода на непосредственных носителей субъективных прав и юридических обязанностей, которые в теории права, в отдель­ных его отраслях, наконец, в обширном отечест­венном законодательстве, требуют к себе, по крайней мере, единообразного терминологичес­кого подхода.

В юридической науке широко известна кате­гория правового статуса, получившая, пожалуй, наибольшее свое развитие в государственном праве в контексте теории прав человека. Право­вым статусом обладает любое лицо, обособлен­ные группы лиц (правовые модусы), а также со­вокупность всех лиц в обществе в целом. В связи с этим, исходя из объема правового статуса, раз­личают индивидуальный, специальный и общий статусы. Это вполне соотносится с процессом ре-

ализации субъективных прав, так как общи: правовой статус соответствует стадии их "обще го состояния", правовой модус - "готовности 1 реализации", а индивидуальному правовому ста тусу корреспондирует этап собственно их реал»

зации3.

К термину "правовой модус" (modus (лат.) - мера, способ, образ, вид, норма, а в философии XVII-XVIII вв. - преходящее свойство, присущее предмету лишь в некоторых состояниях, в отли­чие от его постоянного свойства - атрибута4) в юридической науке наблюдается неоднозначное отношение. Так, оценивает его как неудачный, не вполне "элегантный" стилистичес­ки и избыточный; без каких-либо! убедительных аргументов предпочитает катего­рию специального правового статуса как более оправданную и необходимую, тогда как Р. П. Ма-нанкова, напротив, отмечает точность и полноту рассматриваемой категории в условиях нашего небогатого понятийного аппарата и считает ее оптимальным видом правовой информации о

межотраслевых правах и обязанностях граждан5.

Общий правовой статус является общим, рав­ным и постоянным в отношении всех лиц, тогда как категория правового модуса, напротив, более конкретна, социально специализирована и неред­ко временна, ибо основана на выполняющем функцию социальной дифференциации опреде­ленном юридико-значимом начале (роде деятель­ности, возрасте, состоянии здоровья и т. д.). Обла­дателем правового статуса является любое лицо. В контексте же правового модуса речь идет о лю­бом представителе той или иной социальной группы, обособленной по определенному упомя­нутому признаку. Правовой статус и правовой модус имеют и различную отраслевую природу.

' Доцент Иркутского государственного университета, кан­дидат юридических наук.

2 Впервые этот термин (под ним понималась совокупность норм объективного права, закрепляющих права и обязан­ности субъектов, принадлежащих к определенным соци­альным группам, обособленным по каким-либо признакам) был предложен . См.: Патюлин права граждан: основные черты, стадии, гарантии реализации. — Сов. гос. и право, 1971, № 6, с. 28; Его же. Государство и личность в СССР (правовые аспек­ты взаимоотношений). М., 1974, с. 197.

См.: Патюлин и личность в СССР (пра­вовые аспекты взаимоотношений), с. 198-199. См.: Большая Советская Энциклопедия. 3-е изд. Т. 16. М., 1974, с. 411; Словарь иностранных слов. 12-е изд., стерео­тип. М., 1985, с. 319.

См.: Матузов . Права. Демократия. Теорети­ческие проблемы субъективного права. Саратов, 1972, с. 194; Витрук теории правового положения лич­ности в социалистическом обществе. М., 1979, с. 187; Ма-нанкова статус членов семьи по советскому законодательству. Томск, 1991, с. 11, 17.

86

О КАТЕГОРИИ "ПРАВОВОЙ МОДУС" И ЕЕ СОДЕРЖАНИИ

87

t общий < "обще-шости к ому ста-х реали-

(лат.) - юсофии шсущее в отли-эута4) в значное его как [стичес-и-либо катего-i более Л. Ма-олноту яашего "ает ее щии  о

ждан5.

и, рав-, тогда более неред-ющем преде-ятель-Обла-лицо. олю-льной помя-вовой фоду.

Р (пра-

16. м., терео-

орети-с. 194;

(Я ЛИЧ-

1;Ма-•скому

Первый, помимо конституционных, объединяет лишь некоторые права и обязанности из других отраслей права, отличные по своей направленно­сти и связанные с общей правоспособностью ли­ца. Правовые модусы, конкретизирующие право­вой статус на уровне отдельных социальных групп, отличаются более разнообразной отрасле­вой гаммой. Так, они могут как "укладываться" в рамки одной отрасли (например, государственно-правовой модус депутата, гражданско-правовой модус предпринимателя, трудовой модус пенсио­нера, процессуально-правовые модусы эксперта, обвиняемого и т. п.), так и обладать комплексным характером (таковы правовые модусы должност­ного лица, несовершеннолетнего, военнослужа­щего, членов семьи и др.).

Собирательная категория правоспособности лишь констатирует потенциальное наличие у субъекта разнообразных прав. В этом смысле правоспособность имеет надотраслевой (общете­оретический) характер и не требует градации по отраслевому признаку. Другое дело, что каждой отрасли "интересны" лишь некоторые права, на­бором которых в основном и ограничиваются при определении содержания правоспособности в конкретном случае. Так, право на занятие пред­принимательством и на создание полного товари­щества - элемент правоспособности каждого, од­нако реализовать его может лишь лицо, принад­лежащее к правовому модусу предпринимателей (ст. 66, 69 ГК РФ). Поэтому отграничение пред­принимателей от всех прочих лиц лежит в плос­кости их дееспособности, а не одинаковой и рав­ной для всех правоспособности. Отсюда - для це­лей обособления правовых модусов правильнее было бы использовать, на наш взгляд, не инсти­тут их специальной правоспособности, а признак более специфичной модусной дееспособности. Последняя, исходя из соотношения правового мо­дуса с отраслью права, может быть внутриотрас­левой (в этом случае она выступает особым ви­дом отраслевой дееспособности) или межотрас­левой.

"Нисхождение" от правового статуса к право­вому модусу и далее - на индивидуальный его уро­вень в основном идет "по ступеням" различных юридических фактов. Следует при этом заметить, что все права можно подразделить на общие, свой­ственные каждому (право частной собственности, свобода труда, право на отдых, жилище - ст. 35, 36, 37, 40 Конституции РФ и многие другие права универсального характера и назначения) и модус-

6 Здесь следует возразить и , и -ковой. См.: соответственно Патюлин и личность в СССР (правовые аспекты взаимоотношений), с. 199; Мананкова , соч., с. 13-14.

ные, присущие лишь отдельным социальным группам. Реализация первых, не связанная с каки­ми-либо промежуточными модусными инстанци­ями, осуществляется напрямую с этапа общего правового статуса и не требует наличия каких-ли­бо юридических фактов7. Осуществление вторых выглядит более протяженным. Так, право на предпринимательство - элемент общего правово­го статуса (п. 1 ст. 34 Конституции РФ). "Нор­мальная" реализация этого права идет по пути приобретения заинтересованным лицом правово­го модуса предпринимателя, т. е. через факт его го­сударственной регистрации (п. 1,2 ст. 23 ГК РФ). Юридические факты выполняют здесь формаль-но-констатационную функцию, закрепляя стати­ку явлений (в различных отраслях права в этом смысле можно говорить и о регистрации брака, достижении определенного возраста, заключе­нии трудового контракта, избрании меры пресе­чения и т. п.). Индивидуальный правовой статус лица из числа той или иной модусной группы реа­лизуется в конкретных правоотношениях, также основанных на определенных юридических фак­тах. Последние опосредуют здесь динамику и конкретику явлений. Так, лицо, осуществляю­щее предпринимательскую деятельность вправе заключить договор поставки (ст. 506 ГК РФ), су­пруг имеет право на алиментирование (ст. 89, 90 Семейного кодекса РФ), лицо, достигшее требу­емого возраста, может быть принято на работу (ст. 173 КЗоТ) или нести уголовную ответствен­ность (ст. 20 УК РФ) и т. д.

Однако стадия правового модуса иногда мо­жет отсутствовать, а конкретные права и обя­занности подобно общим правам могут реализо­вываться непосредственно с этапа общей право­способности (например, это имеет место как исключение при применении судом к "рядовому" гражданину специальных предпринимательско-правовых норм - п. 4 ст. 23 ГК РФ). На стадии правового модуса могут происходить и известные "послабления", предоставляемые в ряде случае законодательством (например, при приеме на рабо­ту лиц, не достигших 16-летнего возраста - ч. 2, 3 ст. 173 КЗоТ).

Иногда "на пути" от правового модуса к кон­кретному правоотношению при реализации субъ­ективного права могут существовать промежу­точные, субмодусные инстанции, производные от института правового модуса и представляющие его структурные части. Так, в гражданско-пра­вовом модусе предпринимателей можно выде­лить субмодусы граждан-предпринимателей и

См.; Патюлин и личность в СССР (пра­вовые аспекты взаимоотношений), с. 199.

ГОСУДАРСТВО И ПРАВО  Ks 4  1998

88

РОВНЫЙ

.1

коммерческих организаций (ст. 23, п. 1, 2 ст. 50 ГК РФ), в уголовно-правовом модусе осужденных-ре­цидивистов и лиц, отбывающих наказание за умы­шленное преступление впервые (ст. 18 УК РФ), а субмодус третьих лиц в гражданском процессе в свою очередь можно разграничить исходя из на­личия или отсутствия у них самостоятельных тре­бований (ст. 37, 38 ГПК РФ).

Формальное взаимодействие институтов пра­вового статуса и правового модуса можно пред­ставить соотношением категорий "общее" и "особенное". По существу же будет правильным считать, что правовой модус дополняет или огра­ничивает общий правовой статус (т. е. корректи­рует его). Хотелось лишь уточнить, что и допол­нения, и ограничения касаются не только право­вого статуса вообще, а существуют и на более конкретном его уровне той или иной отрасли пра­ва, к которой "принадлежит" или на которую ориентирован правовой модус. Так, модус пред­принимателей через институт соответствующей специальной модусной дееспособности предостав­ляет возможность таким лицам заключать сделки, недоступные "рядовым" участникам гражданских отношений (ст. 825, 1015, 1027 и др. ГК РФ), за­прещая или ограничивая совершение некоторых общегражданских сделок (п. 4 ст. 575, п. 2 ст. 690 ГК РФ), а принадлежность к модусу рецидивистов заметно отличает таких лиц при решении вопросов о назначении уголовного наказания (ст. 68 УК РФ).

Преимущественное игнорирование в отечест­венной науке института правового модуса обус­ловило и неисследованность его содержания. По­пытка определения последнего посредством экс­траполяции сюда элементов более изученного правового статуса весьма сомнительна, поэтому

следует возразить , которая ис­ходит из возможности проведения такой анало­гии. С одной стороны, на наш взгляд, специальное (часть) не всегда структурно адекватно общему (целому), а конкретизировать правовой статус на уровне отдельных социальных групп наверняка призваны (способны) отнюдь не все его элементы (либо даже совсем иные элементы). С другой, не стоит забывать, что и в теории права, и в государ-

8 См.: Мананкова , соч., с. 17. См.: там же, с. 14.

ственном праве структура самого правового^

туса была и остается далеко не бесспорной10. С нако верно указывает на част отсутствие критериев при отборе различных эл ментов с целью их включения в правовой стат) равно как и на то, что формальная автономное любого явления обусловлена наличием самосто тельного в нем содержания, отличного от понят! этого явления. Отсюда - очевидная разница меж; содержанием правового модуса и совокупность] подразумеваемых в нем специальных прав и об5

занностей. Автор очерчивает содержание праве
вого модуса включением сюда специальных прав:
обязанностей и специальной правоспособности. I
целом присоединяясь к такой двучленной структу
ре, заметим в пользу нее следующее.        '

Выделение специальных по характеру прав обязанностей аксиоматично, ибо при помощи нш и происходит расшифровка и конкретизация пра­вового статуса относительно тех или иных юри-дико-значимых начал. Более того, сумма прав и обязанностей - бесспорный элемент и в конст­рукции правового статуса. Что же касается спе­циальной правоспособности (более верно, как указывалось выше, все же говорить о специальной модусной дееспособности), то в правовом модусе это является не только и не просто основой всех специальных прав и обязанностей, но и самым спе­циальным признаком, следовательно, самым кон­структивным элементом правового модуса. По­этому даже несмотря на спорность присутствия в правовом статусе категории правоспособности, существование в правовом модусе специальной модусной дееспособности видится вполне очевид­ным и естественным.

Так, одни авторы очерчивают правовой статус лишь кате гориями прав, свобод и обязанностей, объясняя это "до-статусным", "послестатусным" или вообще "надстатус-ным" характером всех прочих элементов (см.: Общая тео­рия прав человека / Под ред. . М., 1996, с. 29-30), другие относят сюда вообще все правовые сред­ства, легально определяющие и закрепляющие положе­ние лица в обществе (см.: Матузов систе­ма и личность. Саратов, 1987, с. 59; его же. Личность. Права, Демократия, Теоретические проблемы субъектив­ного права, с. 191-192) либо определенную их часть (см.: Вшпрук правового положения личности в со­циалистическом обществе, с. 22-24; Кучинскш ­ность, свобода, право. М., 1978, с. 119-135). 1 См.: Мананкова , соч., с. 9, 12-13.

ГОСУДАРСТВО И ПРАВО  № 4  1998