д. э.н., проф. РГСУ
Нравственно-экономические аспекты системного кризиса
1. Под экономической нравственностью, или нравственной экономикой понимается такая сознательно-прогрессивная и целенаправленно-созидательная организация и осуществление воспроизводства благ, где, с одной стороны, обеспечивается безусловное подчинение хозяйственных процессов целям и интересам духовного, всестороннего развития человека, а с другой, - сама экономика является следствием совершенствования духовных основ человеческого бытия. Нравственная экономика – это экономика господства «должного», или справедливого, над «сущим», действительным. При этом, диалектика «должного» и «сущего» не есть отражение известной взаимосвязи «нормативного» и «позитивного» в социально-экономическом анализе, поскольку отнюдь не всякое нормативное есть отражение именно нравственного долженствования, имманентным свойством которого являются человеческие представления о справедливости и духовности. «Должное» есть высшая, именно нравственно-интеллектуальная форма «нормативного», равно как интеллектуальная экономика есть высшая форма постиндустриальной системы хозяйственных отношений.
2. С теоретико-методологической точки зрения, в «жестком ядре» нравственной, или интеллектуальной экономики «обнаруживается» человек, являющийся, одновременно, целью, средством и условием современного воспроизводства. Этот человек стремится к максимизации полезности не только как индивид, но еще, одновременно, как член различных организаций, член общества и мирового сообщества. Экономический рост и расширенное воспроизводство здесь предстают как функция человеческого развития, как следствие роста человеческих созидательных знаний как таковых, как закономерный результат всего богатства личности. Следовательно, качество человеческой личности в целом, а не только утилитарно-экономический (рыночно-экономический) «срез» ее знаний и способностей все в большей степени определяет качество современной экономической действительности. Нравственные качества человека материализуются в нравственную экономику; человеческая безнравственность, напротив, формирует несправедливую, нечестную экономику, от которой стратегически проигрывают все субъекты хозяйственных отношений.
3. С содержательной точки зрения, экономическая нравственность обусловливает необходимость: исследования соотношения права (императив естественного права, или справедливости) и закона (императив позитивного права) в экономике; развития нравственного экономического сознания и одноименного национального и корпоративного менталитета; совершенствования экономики интеллектуальных знаний путем гуманизации образовательного процесса и создания исследовательских университетов, а также посредством целенаправленного развития экономического дискурса в рамках современных организаций; формирования правовых (не юридических, а именно правовых!) основ воспроизводства системы собственности, где «лицо действует как разум» (по ) и безусловным приоритетом является производственно-созидательная форма творчески-трудового способа присвоения благ; дальнейшей разработки концепции «достойной жизни», основанной на институционализации реализации требований принципа экологизации личности, организации, общества и природы и др.
4. Отмеченные выше положения позволяют констатировать, что экономическая безнравственность начинается там и тогда, где и когда в экономической системе созидательная форма творчески-трудового присвоения благ начинает восприниматься как «второстепенная», уступая место в экономическом смысле более «эффективным» распределительным и перераспределительным формам рентоориентированного способа присвоения ценностей. Формируется «плохая» рента (например, природная и монопольная), вместо «хорошей» ренты в форме производственной экономической прибыли или интеллектуальной ренты. Интегральным итогом экономической безнравственности становится растущая виртуализация общественного воспроизводства; виртуальная экономика ускоренно трансформируется в экономику виртуальности, которая уже почти никак не связана с производственным сектором хозяйства. Тяжелейшим социально-экономическим последствием экономической безнравственности является формирование иррациональной (не созидательной, а потребительской) экономической культуры хозяйственных агентов и рентоориентированного экономического менталитета, в рамках которого утверждаются устойчивые институциональные архетипы «второсортности» именно производственной фазы единого воспроизводственного процесса.
5. В основе мирового системного кризиса лежит экономическая безнравственность, которая имманентна концепции либерального рынка и в целом теории рыночной экономики, в «жестком ядре» которой обнаруживается воинствующе-эгоистический интерес индивида, стремящегося к максимизации субъективной выгоды. Не спасает и учение о диалектике государства и рынка, поскольку законы рыночной экономики давно «проросли» в государство, создав условия для коррупции и масштабного «производства» административной ренты. Сегодня, как показала мировая и отечественная практика, не государство управляет рынком и экономикой, а рынок «разъедает» государство, которое производит формальные институты (юридические законы), руководствуясь принципом «все действительное – разумно», в то время как нравственная, интеллектуальная экономика основывается на противоположном тезисе: «все духовно-разумное – действительно». К примеру, именно американское государство зажигало «зеленый свет» на пути расширенного воспроизводства «высокотоксичных» финансовых активов в своей экономике; именно оно, печатая долларовую наличность, перекачивало в страну почти половину мировой продукции, формируя у своего населения потребительский экономический менталитет; именно это государство сегодня старается сохранить «статус-кво» своей безнравственной экономической политики и т. д.
6. Кризис отечественной экономики, хотя и связан с мировым системным кризисом, но имеет свой национально-государственный контекст. Экономическая безнравственность хозяйствования в нашей экономике в третьем тысячелетии характеризуется: масштабным принятием неправовых формальных институтов, приведших к несправедливому распределению объектов собственности и, следовательно, создаваемого предприятиями продукта, что воспроизводит общенациональный пессимизм и неверие в справедливость государственной власти; институционализацией ресурсного сценария социально-экономического развития страны, что закрепляет рентоориентированный экономический менталитет с приоритетом добычи природных экономических ресурсов, а не производства знаниеемких благ; стерилизацией доходов от продажи энергоресурсов, прикрываясь концепцией таргетирования инфляции, а, по сути, финансируя американскую виртуальную экономику, оставляя свои предприятия на «голодном пайке» высоких процентных ставок и не заботясь о трансформации природной ренты – в ренту интеллектуальную; подрывом экономической и, особенно, продовольственной безопасности страны, что связано с непрекращающейся тенденцией «вымывания» не только природного, но и остатков интеллектуального экономического потенциала страны, а также с масштабным импортом продовольственных товаров сомнительного качества; рыночно ориентированной, а не созидательно-гуманистической системой образования, что постепенно превращает образовательные услуги из общественного блага в частное благо, рефлексирующее лишь императивы краткосрочного «товарно-денежного» результата, мало связанного с перспективами интеллектуального будущего российской нации.
7. Формирование и развитие нравственных основ современного хозяйствования непосредственно увязываются с признанием ряда новых социально-экономических императивов и решением связанных с ними задач. Во-первых, следует признать, что не «экономика первична, а политика и сознание вторичны», а первичной является человеческая духовность с представлениями в массовом сознании об экономической справедливости и порядочности. Основным противоречием современного хозяйствования должно стать не противоречие «рынка и государства», а «человека и экономики». При этом человек должен рассматриваться системно, междисциплинарно. Здесь человеческие представления об экономической справедливости есть основа экономической нравственности. Во-вторых, базисом экономической справедливости является общепризнанный приоритет производственно-созидательной формы творчески-трудового способа присвоения благ: естественным правом собственности на продукт обладает тот, кто данный продукт создал, или созидательно присвоил. Принцип созидательности здесь является критически важным, поскольку отнюдь не всякое производство носит созидательный, гуманистически ориентированный характер. В-третьих, основой укрепления и развития экономической справедливости является создание правовой институционализации системы собственности на соответствующий продукт, что требует воспроизводственного подхода к созданию формальных институтов собственности как таковой. Только в этом случае собственность способствует «снятию голой субъективности личности» и человек начинает «действовать как разум», то есть обеспечивается личностное экологическое равновесие и мотивация к самореализации. В-четвертых, социально-экономическим результатом экономической справедливости является формирование и развитие достойной жизни человека, или «жизни по достоинству», когда человек осуществляет индивидуальное расширенное воспроизводство путем созидательного использования своего человеческого капитала. В-пятых, справедливая экономика в третьем тысячелетии имеет свою естественную интеллектуальную форму, или форму экономики интеллектуальных знаний. Можно обоснованно утверждать, что экономика третьего тысячелетия будет нравственно-интеллектуальной, или этого тысячелетия в скором времени попросту не будет.
8. Ближайшие задачи, связанные с формированием нравственных основ современного хозяйствования, заключаются примерно в следующем. Первое – необходим выбор свободной воли в пользу признания приоритета духовных явлений над явлениями материальными, нравственных начал над экономическими началами со всеми вытекающими отсюда научно-практическими и познавательно-креативными последствиями. Второе – необходимо в контексте современных представлений о философии права переосмыслить диалектику экономики и права, а также права и закона, ясно представляя то, что право и закон соотносятся как «сущность» и «явление». Третье – необходимо ускорить институционализацию безусловного приоритета созидательно-производственной фазы воспроизводства, сделав соответствующие поправки и в образовательном секторе национального хозяйства. Четвертое – требуется междисциплинарная разработка концепции достойной жизни человека, где система индивидуальной собственности обеспечивает высокий уровень творческой самореализации и экологии личности.
