Жития бессреберенников Кира и Иоанна.
Святой угодник Божий Кир родился и получил воспитание в египетской стране, в городе Александрии, построенном Александром Македонским. По своим познаниям он был знаменитый врач и исцелял телесные болезни совершенно бесплатно, а своими боговдохновенными речами и примером своей добродетельной жизни врачевал душевные недуги людей. Приходя к больным, он излагал им не советы Галена или Гиппократа[1], но наставления святых апостолов и пророков о том, как сохранить себя от греховных недугов, которые бывают причинами телесных болезней: болезни душевные – суть более тяжкие недуги по сравнению со всеми болезнями тела; когда душа тяжко страдает грехами, то часто случается, что и тело подвергается тяжкой болезни, попускаемой Богом в наказание за грехи. Так поучая больных, а равно проповедуя им и божественное учение, святой Кир многих язычников привел к познанию Бога истинного и сделал их христианами, уврачевав своим замечательным искусством их души и тела.
В это время царствовал нечестивый царь Диоклитиан, воздвигая гонение на христиан. Святой Кир, славный александрийский врач, был обвинен пред начальником города в том, что он – христианин и многих наставляет в христианской вере; начальник повелел тотчас схватить его. Святой Кир, узнав об этом, бежал из города и из страны Египетской и пришел в Аравию. Это он сделал не из страха мук или смерти за Христа, но частью последуя словам Христовым: «когда вас гонят в одном городе, бегите в другой» (Мф.10:23), частью из желания продолжать свою помощь ближним, а частью желая лучше приготовить себя к страданиям за Господа своего в иноческом звании. Ввиду этого он по прибытии в Аравию тотчас принял иноческий Ангельский образ. Самое прибытие его в Аравию произошло по особому Божьему промышлению, чтобы он и там привел многих к Христу, избавил от греховного служения идолам и наставил их на путь спасения. Он оставил там и врачебное свое искусство, ибо получил от Бога дар чудотворения и уже не лечением и травами, а молитвами и словом исцелял всякие болезни. Чрез эти его чудотворения прославлялось имя Христово, и многое множество идолопоклонников, оставляя свои заблуждения, обращались к Христу, Истинному Богу.
В это время жил в Едесе[2] святой Иоанн, благочестивый христианин, имевший почетное воинское звание. Когда началось Диоклитианово гонение на христиан, он оставил свое воинское звание и славу мира сего, свое отечество, дом и родных, свое богатство, – все это считая суетою, и пришел в Иерусалим, где по прошествии некоторого времени услышал о святом Кире и о совершаемых им чудесах, слава которых распространилась повсеместно. Он возымел сильное желание видеть святого Кира и жить вместе с таким великим угодником Божьим. Для сего Иоанн отправился прежде всего в Александрию, отыскивая Кира, но, не нашедши его там, усердно расспрашивал, где он. Затем, узнав, что святой Кир живет в Аравии, Иоанн поспешно отправился туда и, нашедши его, привязался к нему всею душою и был как самовидцем его чудес, так и усердным подражателем его добродетельной жизни.
В то же самое время была схвачена для истязания за имя Христа одна боголюбивая женщина, по имени Афанасия, со своими тремя дочерьми: Феоктистою, Феодотией и Евдоксией, и была отведена в город Каноп[3], в котором жил языческий жрец Кассиан, а градоправителем был Сириан. Услышав об этом, святые Кир и Иоанн стали опасаться, чтобы юные отроковицы не отпали от Христа как вследствие страха пред угрозами мучений, так и вследствие соблазна льстивыми обещаниями, – тем более что они были очень юны: старшей из них, Феоктисте, было пятнадцать лет, второй, Феодотии, тринадцать, а младшей, Евдоксии – одиннадцать лет. Святой Кир сомневался и относительно твердости матери их Афанасии, опасаясь, как бы она ради дочерей – чтобы не подвергнуть их тяжким мучениям и не видеть беспощадно проливаемой их крови, не склонилась к языческому нечестию; ибо известно, как матери, повинуясь естественному чувству, болеют сердцем о детях своих. Поэтому он отправился в тот город, чтобы утвердить в исповедании Христовой веры отроковиц и матерь их и подготовить их к безбоязненному и мужественному перенесению мучений. За святым Киром последовал и святой Иоанн, оба они отправились в город Каноп. Явившись к Афанасии с дочерьми, находившимся в заключении, они обширными вдохновенными речами утверждали их в любви к Господу Иисусу Христу и убеждали их ревностно предать за Него свои души. Об этом тотчас было донесено градоправителю Сириану. Один из язычников пришел к нему и сказал:
– В нашем городе явились какие-то новые и никому неизвестные люди: один в иноческой одежде, а другой в воинской. Они убеждают взятых ныне дев не поклоняться нашим богам, но оставаться в своей нечестивой вере, а равно не повиноваться царским повелениям. Они убеждают их почитать одного лишь некоего Иисуса и Ему воздавать божественные почести, пренебрегая смертью.
Услышав об этом, Сириан исполнился ярости и повелел тотчас схватить обоих мужей и привести к себе. Святые Кир и Иоанн были немедленно схвачены и представлены нечестивому судье Сириану на допрос. Посмотрев на них, он спросил:
– Подлинно ли вы, окаянные враги наших богов, стараетесь обольстить девиц и всякими ухищрениями увеличить число христиан для уничижения царя нашего? Если вы доселе были безумны, то, по крайней мере, теперь оставьте вашу ложную веру, исполненную всякого волхования, и постарайтесь умилостивить богов молитвами и жертвами, чтобы не только избавиться мук, приготовленных для вас, но и удостоиться от нас почестей. Если же не сделаете этого, то узнаете ярость и неумолимый гнев не только Сириана или Диоклитиана, но и самих богов, которых вы хулите, – узнаете богов, хотя бы они были самыми милосердыми карателями своего бесчестия.
На это святые Кир и Иоанн отвечали:
– Мы не имеем обычая говорить много. Знай твердо, что мы ни пустых ваших почестей никогда не захотим, ни Христа не отвергаемся, хотя бы нам пришлось и пострадать за Него.
Тогда Сириан воспламенился еще большею яростью, заскрежетал зубами и сказал:
– Вам, нечестивым, следовало бы быть благодарными судье за человеколюбие. Если в вас есть сколько-нибудь разума, откажитесь от своего заблуждения, чтобы избавиться грозного наказания. Но так как я не вижу у вас ничего другого, кроме гордости, непокорства и суетного высокоумия, то нечего тратить много слов; нужно скорее взяться за дело. Тогда вы получите и желательную вам награду, и царскому повелению, хотя бы и против воли, покоритесь.
Сказав это, он велел привести девиц с матерью и начал различными способами мучить пред ними святых мучеников Кира и Иоанна: бил их бичами, сокрушал кости толстыми палками, опалял свечами, а обожженные члены поливал уксусом и посыпал солью, после чего обтирал их острыми рубцами власяницы, – ноги же обливал кипящею смолою. Употребляя на них все изобретенные яростью средства мучительства, он не оставил ни одного из них, частью чтобы отомстить им за смелость и сломить их мужество, частью же, чтобы устрашить юных девиц и мать их, смотревших на лютые мучения. Но ни в чем не имел успеха богомерзкий мучитель: ни мужества святых страстотерпцев он не поколебал, ни девиц и их матери устрашить не мог. Тогда он повелел развязать святых и начал мучить святую Афанасию и ее дочерей. После долгих мучений он исполнился великого стыда, так как немощный женский пол в мужественном перенесении страданий ничем не отличался от стойких и непреклонных духом святых мужей – Кира и Иоанна. Они имели ту же веру и любовь к Христу, те же муки перенесли за Него, то же самое мужество, при Божьей помощи, обнаружили. Они страдали как бы в чужом теле, нисколько не обращая внимания на муки. Они обращали свои взоры к возлюбленному Жениху своему, Христу Богу, Который взирал с высоты Своей славы на страдания невест Своих и подавал им Свою помощь. Мучитель, повелев отвязать святых мучениц от орудий страдания, осудил их на усечение мечом. Они шли на смерть с радостью, как бы на брак. Всем им: блаженной матери Афанасии и ее трем благословенным дочерям: Феоктисте, Феодотии и Евдоксии, были отсечены мечом их честные главы.
После казни святых мучениц святые Кир и Иоанн снова были подвергнуты допросу. Мучитель обратился к ним с пространною речью, как бы обнаруживая заботу о их здоровье, показывал дары, обещая новые мучения и, наконец, угрожая смертною казнью. Когда он увидел, что напрасно потерял труд, то произнес такое окончательное решение:
«Киру, последователю Галилейского Учителя, и Иоанну, его единоверцу, презревшим царское повеление и отказавшимся принести жертвы великим богам, повелеваем отсечь головы по закону царскому».
Воины, взявши мучеников, отсекли им головы на том самом месте, где и святые девицы с матерью положили свои души за Господа своего, в 31-й день января[4]. Тайные христиане, взяв их святые тела, похоронили их с почетом в церкви святого апостола и евангелиста Марка в отдельных гробах: в одном – святых мучеников Кира и Иоанна, а в другом святую Афанасию с дочерьми. Спустя много лет, в царствование благочестивого царя Феодосия Младшего[5], святой Кирилл, патриарх Александрийский[6], по повелению Божьему чрез Ангела, перенес мощи святых мучеников Кира и Иоанна в селение, называемое Мануфином[7], для прогнания оттуда множества бесов, во славу Христа Бога нашего, с Отцом и Святым Духом славимого во веки, аминь.
