Автор: , ученица 8 класса Муниципального бюджетного образовательного учреждения Салтынской средней общеобразовательной школы Урюпинского муниципального района Волгоградской области
Руководитель:
«ОСТАЛОСЬ СВЯТО СЕРДЦУ ВНУКА,
ЧТО БЫЛО СВЯТО ДЛЯ ОТЦОВ»
Ветеранов Великой Отечественной войны становится все меньше. И каждая встреча с ветераном превращается для нас в праздник. К сожалению, эти встречи так редки. Одним из ветеранов, который приходил в гости к ученикам Салтынской школы, был мой прадед , который прошел почти всю войну. Недавно он ушел из жизни, ему было 90 лет. Нелегкую жизнь прожил мой прадед. О ней он мне часто рассказывал.
Две похоронки за войну получила на Ивана Митрофа
новича Кривобокова наша семья. Дважды отпели его в
церкви. А он прошел без единого ранения фронт, немец
кий плен и вернулся домой. Почти с того света.
До войны прадед окончил Дубовский сельскохозяйственный техникум. Летом 1942 года была
сформирована 23-я отдельная
противотанковая бригада, куда попал прадедушка. Он попал под Ворошиловоград. Бригада, тая от боя к бою,
отходила к Ростову. Именно тогда
и ушла на Ивана Митрофановича первая похорон
ка. Да и сам он давно перестал
считать себя живым. В балке под
Красным Сулином, когда их в оче
редной раз окружили немцы, он закопал
свой партбилет. Вместе с
несколькими десятками бойцов он
дошел до Северского Донца и пос
ле переправы попал на перефор
мирование.
Прадед рассказывал, как во время боя приходилось прятаться от пуль за мертвыми телами. Это было так страшно.
Летом 1943 года в
боях на Запорожском направле
нии Иван Кривобоков — командир
отделения связи 647-го стрелково
го полка 216-й дивизии 51-й армии. Прадед вспоминал:
— Мы поддерживали связь меж
ду пехотным батальоном и арт
полком. Немцы зашли с фланга и
стали отрезать наших пехотинцев.
Телефонный провод перебило, и
все мое отделение легло тогда,
восстанавливая его. Я оставался
последним, когда наши оттеснили
фрицев. А все-таки интересно, как
мозги в такие минуты работают.
Вот добрался я до воронки, нашел
обрыв провода, соединил. Вроде
как гора с плеч. Обстрел идет,
голову не высунешь, а я смотрю,
какие замечательные сапоги на
убитом немце. На моих подметки
отлетели, а эти новенькие. Так под
обстрелом и переобулся.
В ноябре 1943-го 51-я армия
подошла к заливу Сиваш, Гнилому
морю,— черному входу в Крым.
Полк Кривобокова наступал в пер
вой волне. Прадедушка рассказывал, как они переправлялись сразу за
разведчиками. Топали вброд на их
сигналы фонариками. Лодок дали
мало, и их загрузили снаряжением. А солдаты вязали свою одежду,
оружие в узлы, клали себе на
голову и брели почти два километ
ра голышом в ледяном «рассоле». Вода доходила до подбородка.
Негнущимися от холода пальцами
Иван Митрофанович разматывал провод с катуш
ки. Заканчивалась одна, брал из л
одки следующую, на ощупь соеди
нял концы и, отплевавшись от
попавшей в рот воды, тащился д
альше. На крымском берегу де
сант согрелся. До рассвета бойцы
зарывались в землю по полному
профилю. Размер плацдарма прадедушка помнит до сих пор:
семнадцать километров по фрон
ту, тринадцать в глубину. Весь
этот пятачок он избегал и испол
зал, налаживая связь.
Скифский курган на карте-трех
верстке значился высотой 17,6.
Полчаса прадед удерживал ее в
одиночку. Связист с полевым те
лефоном и автоматом против
полуроты немцев. Иван Митрофанович вспоминал:
— Комбат приказал протянуть
связь до этой высотки, хотел там
свой наблюдательный пункт сде
лать. Кругом степь, а с кургана
все вокруг как на ладони видно.
Немцев рядом не было, я спокойно
дошел, залез на макушку и обмер:
к кургану с другой стороны подхо
дил немецкий пулеметный расчет.
Им тоже высотка приглянулась.
Вызываю комбата по телефону,
докладываю. «Держись, - слышу,—
сейчас ребят пришлю». Стал дер
жаться. Короткую очередь дал с
одной стороны, перекатился и с
другой стреляю. Немцы залегли. А
я все назад смотрю: не видать ли
наших. Замаячил кто-то. Ну, слава
Богу.
Оказалось, это и не подкрепле
ние вовсе, а заплутавший лейтенант, прибывший только что на фронт. С Иваном Митрофановичем он принял свой первый и последний бой.
Прадеда наградили первой медалью «За отвагу».
Вторую он получил через месяц, в мае 1944-го, после освобождения Севастополя. Прадедушка Иван прошел с танковым десантом через весь Крым. Симферополь, Бахчисарай, штурм перевалов, открывающих дорогу на Севастополь, Конечная точка — полуостров Херсонес. Дальше — море, ставшее для немцев могилой.
Всего через пару месяцев прадед оказался в плену. Его медали прошли с ним плен. Прадед зашил их в пояс брюк и так сохранил.
Стены в камере от пола и до
того места, насколько мог дотя
нуться человек, были исписаны
предсмертными эпитафиями. Та
кой-то оттуда-то умер тогда-то.
Из плена прадеду удалось сбежать. Спрятались на крыше фер
мы крестьянина-бауэра. Работали
там девчонки из Курской обла
сти, угнанные в Германию. Три дня
они скрывали Ивана Митрофановича и его друга,
потом пришли американцы. Они предлагали прадеду
уехать в США, но он не согласился.
После проверки его вновь за
числили в армию. Награды, сохра
ненные в плену, говорили следо
вателю СМЕРШа больше, чем его
показания. В ноябре 1945 года
Ивана мобилизовали восстанав
ливать разрушенное советское
хозяйство. Поздней ночью дважды
отпетый постучался в окно роди
тельского дома. Живой. С того
света.
Такая вот непростая военная биография моего прадеда .
В нашей семье свято чтут прадедовские награды. Мы, его внуки и правнуки, будем так же любить свою Родину, как он. И, если придется, будем ее защищать, как мой прадед.
