Международный Фестиваль «Звезды Нового Века» - 2017
Художественная проза (от 17 до 20 лет)
Харсеева Анастасия, 17 лет
г. о. Краснознаменск Московской области
Руководитель:
,
преподаватель русского языка и литературы,
МБОУ Гимназия № 2
СКАЗКА ОБ ОРАНЖЕВОМ КАРАНДАШИКЕ
Оранжевый Карандашик не помнил, как появился на свет. Он просто всегда знал, что он есть. Но вот зачем он живет? На этот вопрос он никогда не мог себе ответить. Когда же Оранжевый Карандашик обращался с ним к другим обитателям Стола, где он имел обыкновение проводить свои бесчисленные часы досуга, они пожимали плечами и все как один отвечали: «Ты обязательно кому-нибудь когда-нибудь пригодишься. Просто дождись своего часа». И больше ничего.
Карандашик грустно вздыхал и обиженно бурчал про себя: «Вам хорошо говорить, вы ведь уже нашли свое место. Вот, например, миссис Толстая Тетрадь: сколько лет она уже служит сборником всевозможных мудрых мыслей, которые Художник все время в нее записывает. У нее такая важная задача! Ведь Художник всегда обращается за советом именно к ней, и она каждый раз ему помогает. А я… я никому не нужен! А мисс Чумазая Чернильница! Кому какое дело до того, что она с ног до головы покрыта грязью, ведь она хранит для Художника чернила, и он всегда прибегает к ее помощи, когда записывает что-то в Толстую Тетрадь... Только я один тут лежу на Столе, никому не нужен. Художник не обращает на меня ни малейшего внимания! Конечно, зачем ему я, когда у него есть Вовсе-не-простой-карандаш. А я бы так хотел ему как-нибудь помочь... Как жаль, что я не родился Краской или не мисс Чумазой Чернильницей, или не миссис Толстой Тетрадью!»
В то время, пока Оранжевый Карандашик с горечью роптал на свою судьбу, рядом с ним на столе оказался господин Вовсе-не-простой-карандаш. Он пользовался особым авторитетом у всего творческого стола, потому что именно он всегда находился подле Художника и выручал его, где бы того ни настигла мысль. Итак, прослушав душеизливание своего брата, он обратился к Оранжевому Карандашику: «За всю свою жизнь я видел много юнцов, похожих на тебя! Молодежь не хочет ничего предпринимать, а лишь заводит шарманку о своей «никомуненужности». Поэтому я хочу тебе дать ценный совет, который наверняка поможет тебе неоднократно: мало лишь хотеть, нужно прилагать усилия, не бояться выдвинуть себя. Поэтому, если ты хочешь быть кому - нибудь нужным, будь им, вот и всё!»
Карандашик почесал затылок и в недоумении посмотрел в ту сторону, где только что лежал его собрат. «Так что же мне делать?» – хотел спросить он у товарища, однако Вовсе-не-простого-карандаша уже там не было. «Опять Художник забрал его, чтобы подготовить проект к утру, и снова я остался не при деле...» – грустно подумал Оранжевый Карандашик, смахивая подступившую слезу. Как бы он хотел, чтобы Художник тоже был им горд, как бы он хотел!
«Не мечтай, а действуй!»– пронеслись у него в голове слова Вовсе-не-простого-карандаша, о Оранжевый Карандашик вдруг понял, что означает эта фраза. Слова в ней вывели в его мыслях ясную картинку, и Карандашик понял, что нужно делать…
Всю ночь, пока Художник корпел над эскизом с Вовсе-не-простым-карандашом, он не мог уснуть, а всё думал, обдумывал, придумывал, передумывал, задумывал… и не мог дождаться своего часа. И лишь когда утром Художник положил листок с рисунком на Стол, сердце его радостно забилось. Дождавшись, пока Художник уйдет отсыпаться после утомительной ночной работы, Карандашик вышел из-за стопки сваленного в углу стола канцелярского хлама и приблизился к эскизу.
На широком листе мягкими штрихами появлялось из-за горизонта солнце. Его яркий свет чарующе отражался в широком просторе водной глади, и Оранжевому Карандашику казалось, будто он слышит легкий шум волн и крик летящих вдали чаек. Но что-то в этой работе было не так… Присмотревшись, обитатель Творческого Стола понял: и солнце, и вода, и даже чайки вдали - все было черно-белым... «Вот и мой час настал!» - вскрикнул он и принялся за работу.
Через час Оранжевый Карандашик немного устал и даже похудел. Но он был крайне доволен собой - эскиз не был больше черно-белым…остались только усталость и волнение, отчего дрожало все маленькое тело Карандашика. Он очень боялся, чтобы Художник не рассердился на него. Может быть, рисунок должен был оставаться серым, и Карандашик только всё испортил? Дрожь во всем его деревянном теле не унималась, а время как будто застыло на месте и отказывалось двигаться вперед. «Что? Что скажет Художник? – пульсировало в висках. - А если он не оценит приложенные старания? А если сломает его на глазах у всего Стола?»
Но тут пришел Художники и с удивлением обнаружил, что его картина кардинально изменилась. Солнце сияло в теплых тонах густо-оранжевого цвета, его теплые солнечные лучи качались на серых волнах моря, но от оранжевого света море не казалось серым, а было голубым, теплым, ласковым. На всем морском просторе царило оранжевое дымное счастье, которое как бы окутывало своими теплыми ладонями зрителя и не отпускало от себя, а укачивало, убаюкивало, успокаивало…
Художник ахнул. Он не помнил, чтобы сам раскрашивал свой рисунок. Может быть, он ночью перепутал в потемках карандаши? Но когда его взгляд упал на скромно лежавшего возле рисунка Оранжевого Карандашика, то все понял… «Конечно, это работа этого славного малого! - подумал он. – И как я раньше его не замечал?» Он одарил благодарной улыбкой своего помощника и ласково коснулся деревянного тела Оранжевого Карандашика. «Прости, дружок, что не замечал тебя раньше. Ты хороший, веселый! Давай еще что-нибудь нарисуем. Карусель или апельсин, подсолнух или песчаные дюны…» И Художник стал перечислять всё, что можно было нарисовать Оранжевым Карандашиком.
Вскоре работа так захватила обоих, что они не замечали даже, как заканчивался день, и наступала ночь. От Оранжевого Карандашика исходил теплый яркий свет, и он освещал лист бумаги, словно свеча, поэтому Художник продолжал работать и в сумерки. Он творил и творил, и хоть Карандашик и уменьшался, но был горд, что после себя он оставит столько замечательных картин! Когда же его осталось совсем немного, Художник сделал инсталляцию и Оранжевый Карандашик стал в ней солнечным лучом. С тех пор он всегда смотрит за работой Художника с высоты своего положения (инсталляцию Художник разместил над рабочим столом), и если Художнику нужна идея, Карандашик всегда готов что-то придумать новое.
Как-то Вовсе-не-простой-карандаш спросил Карандашика: «Не жалеешь, что в трудах весь исписался?» «Вовсе нет! – вскрикнул весело Оранжевый Карандашик. – Я нашел свой путь! Посмотри, какой след я оставил на картинах! Ради этого стоило рискнуть!»
Каждый из нас, будь он карандашом или совершенно другим существом, нужен этому миру. Только надо найти свое предназначение и честно его исполнить. Надо не бояться сделать первый шаг. Надо мечтать и упорно идти к заветной мечте. Надо жить, сгорать, тратить себя, но не впустую, а с результатом… Чтобы после нас на земле остался бы хоть какой - то след.
