Организация Объединенных Наций

Организация Объединенных Наций	CCPR/C/SR.2727
	Международный пакт о гражданских и политических правах	Distr.: 25 November 2010 Russian Original:

Комитет по правам человека

Девяносто девятая сессия

Краткий отчет о 2727-м заседании,
состоявшемся во Дворце Вильсона в Женеве
во вторник, 20 июля 2010 года, в 15 ч. 00 м.

Председатель:        г-н Ивасава

Содержание

Замечания общего порядка Комитета

       Проект замечания общего порядка № 34

Заседание открывается в 15 ч. 10 м.

               Замечания общего порядка Комитета

               Проект замечания общего порядка № 34 (CCPR/C/GC/34/CRP.3)

1.        Председатель от имени Комитета благодарит г-на О’Флаэрти за его неоценимую работу над проектом замечания общего порядка № 34.

2.        Г-н О’Флаэрти (докладчик по замечанию общего порядка) говорит, что во втором пересмотренном проекте отражены поправки, утвержденные на двух предыдущих сессиях Комитета.

3.        Г-н Телин интересуется тем, насколько доступным для общественности является данный проект замечания общего порядка, которое посвящено важному вопросу о свободе выражения мнений. Он выступает против каких бы то ни было ограничений на его обнародование, поскольку предельно ясно, что работа над нынешним документом продолжается и что окончательный вариант будет принят только после второго чтения. Комитету, на его взгляд, следует приветствовать возможность ознакомиться с соображениями, которые будут высказаны заинтересованными представителями общественности.

4.        Г-н О’Флаэрти соглашается с идеей о необходимости широкого распространения информации о проекте. Предыдущие варианты уже обнародованы. Люди, интересующиеся работой Комитета, знают, что проект не является чем-то застывшим, и они только выиграют от его обнародования.

5.        Председатель сообщает, что Президиум вынес решение об ограничительном подходе в этом вопросе.

6.        Г-н Телин считает, что решение о степени доступности должно приниматься Комитетом полного состава.

7.        Председатель предлагает обсудить этот вопрос в рамках темы «Методы работы».

8.        Г-н О’Флаэрти сообщает, что в пунктах 22–24 проекта содержатся общие соображения относительно применения пункта 3 статьи 19 Пакта. Пункт 22 обсуждался на предыдущей сессии. В первой части пункта 23 воспроизведен отрывок из замечания общего порядка № 10, касающегося свободы придерживаться своих мнений, который, как представляется, сохраняет свою актуальность. Вторая его часть основана на формулировке, использованной в аналогичном контексте в замечании общего порядка № 22 по статье 18, которое было принято Комитетом в 1993 году.

9.        Пункт 24 посвящен обращению к пункту 3 статьи 19 для обоснования того, что можно назвать вопиющим нарушением свободы выражения мнений. Формулировка этого пункта во многом почерпнута из сообщений и в меньшей степени из текста заключительных замечаний, в которых Комитет ссылался на ограничения свободы выражения мнений, которые недопустимы ни при каких обстоятельствах.

Пункт 23

10.        Г-н Телин предлагает заменить слово «может» в последнем предложении пункта словом «должен».

11.        Г-н О’Флаэрти соглашается с этим предложением.

12.        Председатель предлагает поместить после первого предложения пункта 23 первое предложение пункта 29, которое гласит: «Любые ограничения на свободу выражения мнений должны быть тщательно обоснованы».

13.        Г-н О’Флаэрти соглашается с этим предложением.

14.        Пункт 23 с поправками принимается.

15.        Председатель отмечает, что исходя из пункта 23 ограничения могут устанавливаться, если при этом удовлетворены три условия: если они «предусмотрены законом»; если они устанавливаются для одной из целей, изложенных в подпунктах «а» и «b» пункта 3 статьи 19; а также если они признаны необходимыми для достижения какой-либо из этих целей. Пункты 25–28 посвящены первому, пункты 29–31 – третьему, а пункты 32–35 – второму условию. Поэтому он предлагает поменять местами два последних блока пунктов.

16.        Г-н О’Флаэрти поясняет, что перенес последовательность из замечания общего порядка № 22, но соглашается с тем, что предложенный Председателем порядок является предпочтительным.

17.        Предложение принимается.

Пункт 24

18.        Г-н Телин предлагает использовать вместо фразы «пресечение информационно-пропагандистской деятельности» в первом предложении измененную формулировку «пресечение любой информационно-пропагандистской деятельности», с тем чтобы обеспечить ее широкое толкование.

19.        Он предлагает изменить редакцию первой части предпоследнего предложения на следующую: «Так же дело обстоит и в отношении лиц, занимающихся сбором или анализом информации о положении с правами человека». Кроме того, он предлагает снять слово «или» в том же предложении.

20.        Г-н О’Флаэрти не возражает против этих предложений.

21.        Пункт 24 с поправками принимается.

22.        Г-н О’Флаэрти говорит, что в пункте 25 разъясняется смысл слова «закон» во фразе «предусмотренные законом». Эта формулировка позаимствована из сообщений и замечания общего порядка № 32 по статье 14, пункт 24 которого посвящен судам, основанным на обычном праве, и религиозным судам.

23.        Пункт 26 касается вопроса о совместимости того или иного закона с Пактом. Ссылки позаимствованы в основном из замечания общего порядка № 20 по статье 7 (запрещение пыток или жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания).

24.        Пункт 27, посвященный вопросу о юридической точности, в основном основан на материалах дела « де Грот против Нидерландов» (сообщение № 000/1994). Формулировка последнего предложения позаимствована из текста замечания общего порядка № 27, где содержится аналогичная фраза относительно свободы передвижения.

25.        Пункт 28 содержит напоминание государствам-участникам о необходимости ясно указывать правовую основу для ограничения свободы передвижения в своих докладах Комитету и замечаниях по поводу соответствующего сообщения.

26.        Г-н Перес Санчес Серро говорит, что в пункте 27 для обозначения ограничения используется английское слово «limitation». Он предлагает использовать во всех случаях слово «restriction» (ограничение).

27.        Предложение принимается.

28.        Г-н Телин отмечает, что определение термина «закон» дается и в пункте 25, и в пункте 27. Под нормативными актами однозначно понимаются законодательные акты, принятые парламентом или аналогичным органом. Возможно, стоит прямо указать об этом, с тем чтобы проводить различие между такими актами, с одной стороны, и указами, распоряжениями или иными директивами, которые издаются исполнительными органами. В северных странах термин «закон» относится к обоим видам правовых актов. В странах общего (англо-саксонского) права он может означать только законодательные акты.

29.        Он высказывает то понимание, что фраза «закон, основанный на решениях судебных инстанций», (второе предложение п. 25) касается не только истолкования судами актов, принимаемых парламентом, но и правотворчества, основанного не на нормативных актах, то есть правых прецедентов.

30.        Он предлагает поменять местами пункты 26 и 27, поскольку было бы логичнее, чтобы нынешний пункт 27 следовал за пунктом 25.

Пункт 25

31.        Председатель выражает готовность поддержать формулировку «основанный на решениях судебных инстанций», если она охватывает также продукт толкования законов судами. Но если в обоснование ограничений можно будет ссылаться также на правовые прецеденты, у него могут быть возражения. Отметив, что в сноске 55 упоминается дело «Коулман против Австралии», он спрашивает, была ли такая формулировка использована Комитетом в его соображениях.

32.        Г-н Сальвиоли высказывает согласие с замечаниями г-на Телина. В Латинской Америке под законом может пониматься официальный нормативный акт парламента или того или иного рода распоряжение исполнительного органа. Следует четко указать, что Комитет имеет в виду официальное законодательство высокого уровня, источником которого является законодательный орган, поскольку во многих странах наблюдается тенденция ограничивать свободу выражения мнений посредством «законов-указов», издаваемых исполнительной властью. Если Комитет примет такой подход, это будет соответствовать правовой практике Европейского суда по правам человека по статье 10 Европейской конвенции о правах человека, а также Межамериканского суда по правам человека по статье 14 Американской конвенции о правах человека.

33.        Г-жа Майодина заявляет о наличии у нее оговорок по третьему предложению пункта 25. Есть некоторые страны, в которых закон о депутатской неприкосновенности толкуется настолько широко, что человек может попасть в тюрьму за такие правонарушения, как неуважение к спикеру парламента. Кроме того, журналисты могут попасть за решетку на основании закона о неуважении к суду всего лишь за публикацию комментариев по отдельным аспектам дела, причем не обязательно связанным с его существом, до момента завершения судебного разбирательства. Она предлагает добавить в конце этого предложения формулировку о том, что содержание закона о депутатской неприкосновенности и закона о неуважении к суду должно соответствовать пункту 3 статьи 19 Пакта.

34.        Г-н Фатхалла сомневается в нужности упоминания в последнем предложении об «обычных или религиозных правовых нормах», поскольку международное право не признает ни того, ни другого. Задача Комитета со всей очевидностью очерчена в первом и втором предложениях.

35.        Г-н Бузид предлагает включить после слов «нормативные акты» во втором предложении слова «принятые парламентом».

36.        Г-н О’Флаэрти поясняет, что перечень видов законодательных актов, упомянутых во втором предложении, является ориентировочным, а не исчерпывающим. Вместе с тем упоминать только о нормативных актах было бы недальновидно, поскольку для введения ограничений на свободу выражения мнений зачастую используются подзаконные правовые акты, как правило, постановления более низких инстанций. Во многих странах они широко и на законных основаниях используются для ограничения свободы выражения мнений. Составление исчерпывающего перечня сопряжено с риском того, что останется не охваченным тот или иной из многочисленных законов, которые могут использоваться для ограничения свободы выражения мнений. Он не возражает против включения ссылки на «нормативные акты парламента». Хотя в прошлом Комитет использовал фразу «закон, основанный на решениях судебных инстанций», он не возражает против ее замены, например, на «правовые прецеденты».

37.        Он согласен с тезисом о возможности злоупотребления законом о депутатской неприкосновенности и законом о неуважении к суду с целью ограничения свободы выражения мнений. Однако пункт 25 предназначен для определения термина «закон»; поэтому ссылка на эти два вида законодательных актов является уместной и должна быть сохранена. Вопросы, вызывающие озабоченность г-жи Майодины, должны охватываться следующими пунктами, в которых речь идет об ограничении возможности использования закона для ущемления свободы выражения мнений.

38.        Что касается высказанных членами Комитета оговорок по поводу терминов, используемых в конце последнего предложения, то он напоминает, что Комитет пользовался ими в прошлом, и ссылается в этой связи на его замечание общего порядка № 32. Если же в данном контексте эти термины будут сочтены неприемлемыми, их можно заменить термином «неформальные правовые нормы».

39.        Г-н Амор высказывает мнение, что в контексте правовой системы, действующей в его стране и других странах, не применяющих общее (англо-саксонское) право, смысл фразы «закон, основанный на решениях судебных инстанций», неясен. Эту формулировку следует пересмотреть, чтобы сделать ее применимой ко всем существующим правовым системам. Во многих странах законы не имеют прямого действия, а требуют принятия правил их применения. Имеется ясность относительно того, что понимается под законодательными актами, с одной стороны, и постановлениями, издаваемыми исполнительной властью, – с другой. С тем чтобы охватить все разнообразие правовых систем, действующих в государствах-участниках, следует говорить о законах, основанных на законодательстве, и «всех других общих нормах, устанавливаемых в соответствии с законом».

40.        Следует уточнить ссылку на Пакт в последнем предложении; поэтому он предлагает изменить редакцию первой части предложения следующим образом: «Учитывая, что любое ограничение свободы выражения мнений, которое не охватывается пунктом 3 статьи 19 Пакта, составляет…».

41.        Г-н Фатхалла, которого поддерживает г-н Телин, возражает против включения термина «неформальные правовые нормы», который представляется в чем-то внутренне противоречивым. Он высказывается за упоминание закона в целом и Пакта, в частности. Что касается упоминания об обычных, традиционных или религиозных правовых нормах, то он указывает, что в пункте 24 замечания общего порядка № 32 о традиционных правовых нормах не говорится.

42.        Г-н Телин считает, что позиция Комитета в отношении толкования понятия «закон» должна соответствовать принятой Европейским судом по правам человека (ЕСПЧ), которая ограничивает возможность толкования этого понятия. Определение закона в пункте 25 не должно быть слишком широким, так чтобы не допустить использования любого акта, издаваемого тем или иным исполнительным органом, для ограничения свободы выражения мнений. Следует четко прописать, что закон включает в основном соответствующие акты парламента. Кроме того, он высказывается за включение исчерпывающего перечня законов.

43.        Он предлагает заменить фразу об «обычных, традиционных или религиозных правовых нормах» в последнем предложении словами «неформальные правовые нормы».

44.        Г-жа Келлер разделяет выраженную другими членами Комитета озабоченность по поводу термина «неформальные правовые нормы». Тем не менее, необходимо сохранить ссылку на такие правовые нормы по причине их растущего значения. В качестве компромиссного варианта она предлагает упомянуть о неформальных положениях, вставив в скобках фразу «например, обычные правовые нормы».

45.        Касаясь определения закона во втором предложении, она подчеркивает, что разъяснения по поводу ограничения термина «закон» приводятся в пункте 27, который составлен по образцу определения прецедентного права, данного ЕСПЧ. Пункты 25, 26 и 27 следует рассматривать в качестве единого блока. Составление исчерпывающего перечня будет чрезвычайно сложным делом ввиду разнообразия правовых систем.

46.        Г-н Ривас Посада соглашается с тем, что термин «неформальные правовые нормы» является двусмысленным, что следует сохранить упоминание об обычных правовых нормах и что перечень законов должен быть ориентировочным. Включение слишком большого числа примеров может создать ненужную путаницу.

47.        Г-н Перес Санчес Серро высказывает мнение, что, хотя правовая практика таких региональных органов, как ЕСПЧ, возможно, служит важным опорным материалом для Европы, вовсе не обязательно, что остальные страны мира рассматривают ее в качестве таковой. Поэтому определения должны носить общий характер.

48.        Он возражает также против использования слова «парламентское», поскольку во многих странах существуют не парламенты, а конгрессы или национальные собрания; и в этом случае было бы правильнее использовать более общий термин. Редакцию второго предложения можно было бы изменить следующим образом: «… может включать официальные правовые акты, принимаемые законодательным органом». Упоминание материального права может открыть некоторым правительствам дорогу к тому, чтобы обосновывать ограничения посредством издания чрезвычайных указов или объявления чрезвычайного положения; поэтому от него следует отказаться. Он предлагает упомянуть об обычных правовых нормах, «основанных на правовых прецедентах». Упоминание традиционных и религиозных правовых норм можно заменить фразой «закрепленные во внутреннем законодательстве», которая охватывает любые виды законодательства.

49.        Г-н О’Флаэрти соглашается с тезисом о необходимости составления лишь ориентировочного перечня. В распоряжении государства есть масса способов ограничить свободу выражения мнений, в том числе через лицензирование телерадиовещательной деятельности; составление ориентировочного перечня позволит Комитету избежать упущений при включении. Главная задача – дать ясно понять, что все соответствующие действия должны быть прочно основаны на законе. С тем чтобы отразить тот тезис, что не во всех правовых системах правовые прецеденты по своему статусу равнозначны нормативным актам, он предлагает изменить редакцию второго предложения следующим образом: «В этом отношении закон может включать принятые на основе нормативных актов регулирующие нормы, а также, в зависимости от юрисдикции, правовые прецеденты».

50.        Учитывая растущее значение права, основанного на обычаях, упоминание о нем следует включить в текст замечания. Ограничения на свободу выражения мнений нередко обосновываются не законом, зиждущимся на конституции, а правилами, вытекающими из обычаев, традиций или религиозных норм. Во многих юрисдикциях по всему миру эти параллельные системы допускаются, признаются и уважаются. В пункте 24 замечания общего порядка № 32 Комитета изложены условия, на которых такие параллельные системы могут быть признаны применимыми в тех случаях, когда они оказывают серьезное воздействие на реализацию прав человека. С тем чтобы учесть те аспекты нынешней формулировки, которые вызывают обеспокоенность членов Комитета, он предлагает изменить формулировку последнего предложения следующим образом: «… чтобы основания для ограничения были закреплены в неформальных нормах и других аналогичных источниках (например, в обычных правовых нормах)», – и опустить ссылку на традиционные или религиозные правовые нормы.

51.        Г-н Амор говорит, что поддержал бы такое предложение, если бы в текст была включена конкретная ссылка на пункт 3 статьи 19 Пакта.

52.        Его обеспокоенность по поводу второго предложения обусловлена практическими соображениями, поскольку крайне важно учитывать существование различных правовых систем. Во Франции и многих других странах, включая франкоговорящие африканские государства, юрисдикция определяется существом дела. Первостепенное значение имеют постановления о применении или толковании законов. Исполнительные органы наделены полномочиями устанавливать регулирующие нормы по своему профилю, тогда как законодательный орган задействуется только в случаях, прямо оговоренных в конституции. Регулирование в секторе телерадиовещания осуществляется в основном посредством регулирующих норм, а не законов. С тем чтобы охватить все возможные сценарии, он предлагает изменить редакцию данного предложения следующим образом: «закон и все регулирующие нормы общего характера, вводимые компетентными органами». Принятие Комитетом рекомендаций, относящихся только к некоторым странам и не относящихся к другим, недопустимо.

53.        Г-н Фатхалла предлагает следующую формулировку второго предложения: «В этом отношении термин «закон» может включать нормативные акты и относящиеся к ним регулирующие нормы». Это будет соответствовать тексту пункта 3 статьи 19 Пакта, поскольку соответствующие регулирующие нормы привязаны к закону. В последнем предложении он предлагает опустить слова «традиционные или религиозные», исходя из той посылки, что традиционные и религиозные правовые нормы охватываются термином «обычные правовые нормы».

54.        Г-н Телин считает совершенно необходимой ссылку во втором предложении на прецедентное право, поскольку оно является важнейшим элементом как общего (англо-саксонского) права, так и других правовых систем. Для ясности относительно того, что правовые прецеденты устанавливаются судами, следует использовать термин «судебные правовые прецеденты». Помимо этого нужно указать, что соответствующий нормативный акт принят законодательным органом, поскольку не во всех правовых системах дается определение термина «нормативный акт». Поэтому он предлагает придать этой фразе следующий вид: «В этом отношении термин «закон» может включать регулирующие нормы, основанные на нормативном акте, принятом законодательным органом, а также, в зависимости от юрисдикции, судебные правовые прецеденты».

55.        Г-н Сальвиоли говорит, что, согласно пункту 3 статьи 19 Пакта, исключительные полномочия ограничивать права принадлежат государствам-участникам, а осуществляться эти полномочия должны в условиях жестких ограничений. Вопрос не в том, распространяется ли эта формулировка на ту или иную правовую систему, а в том, что Пакт задает государствам-участникам некий стандарт. Будет достойно всяческого сожаления, если замечание общего порядка будет каким-то образом ограничивать этот стандарт, поскольку это могло бы связывать Комитету руки при проведении мониторинга выполнения государствами-участниками Пакта в той деликатной части, которая касается свободы выражения мнений, и при рассмотрении индивидуальных сообщений. Поэтому в данном пункте следует указать, что законы – это правовые нормы общего характера, которые устанавливаются законодательными органами и вводятся в соответствии с конституционной процедурой, принятой для разработки и введения в действие законов. А затем следует упомянуть о прецедентном праве в рамках системы общего (англо-саксонского) права.

56.        Г-н О’Флаэрти предлагает упростить предложение следующим образом: «В этом отношении термин «закон» может включать нормативные акты, а также имеющие общий характер регулирующие нормы компетентных органов». Хотя в этом предложении, к сожалению, нет упоминания о прецедентном праве, оно содержит ориентировочный (неисчерпывающий) перечень.

57.        В последнем предложении включение фразы «за исключением тех случаев, когда это допускается пунктом 3 статьи 19» после слов «поскольку любое ограничение» приведет к тавтологии, поскольку указанный пункт Пакта как раз касается ограничения права на свободу выражения мнений. Он согласен с тем, что достаточно использовать термин «обычные правовые нормы», который охватывает также понятие традиционных и религиозных норм.

58.        Г-н Ривас Посада не видит большого смысла в разделении понятий «закон» и «регулирующие нормы», учитывая, что в отдельных правовых системах реализация законов возможна только после правовой регламентации, которая, как правило, осуществляется исполнительной властью. Поэтому упоминание в замечании общего порядка об этой регулирующей функции может вызвать ненужную путаницу и подтолкнуть представителей других правовых систем к другим толкованиям. Этот пункт должен содержать только общее определение закона, как было предложено г-ном Пересом Санчес Серро.

59.        Г-н Телин считает, что упоминание только «компетентных органов» может породить многочисленные неверные толкования. Если не удается прийти к консенсусу о включении упоминания о законодательном органе, он готов поддержать предыдущий предложенный текст в следующей редакции: «В этом отношении термин «закон» может включать нормативные акты и правовые прецеденты».

60.        Г-н Амор высказывает мнение, что Комитету следует продолжить нынешнюю содержательную дискуссию по определению термина «закон». Она будет полезной для данного и других замечаний общего порядка, а также для рассмотрения Комитетом докладов государств-участников и индивидуальных сообщений. Вместе с тем членам Комитета потребуется дополнительное время, чтобы прийти к консенсусу по этому вопросу. Возможно, было бы целесообразно продолжить рассмотрение последующих пунктов и вернуться к пункту 25 после того, как им представится возможность обсудить пересмотренный вариант, приемлемый для всех членов.

61.        Г-н Бхагвати говорит, что в английском праве под нормативными актами понимаются как законодательные акты, так и все правовые акты более низкого уровня, принимаемые в соответствии с ними, такие, как правила, регулирующие нормы и подзаконные акты.

62.        Г-н О’Флаэрти принимает к сведению готовность поддержать формулировку второго предложения на том условии, что в нее будет включена фраза «в зависимости от случая». Учитывая сложность рассматриваемых вопросов и принимая во внимание все полезные идеи коллег, он предлагает зафиксировать предложение в следующей редакции: «В этом отношении термин «закон» может включать, в зависимости от случая, нормативные акты и правовые прецеденты».

63.        Г-жа Майодина поддерживает эту поправку и предлагает опустить третье предложение.

64.        Г-н О’Флаэрти говорит, что не хотел бы исключать упоминание законов о депутатской неприкосновенности и о неуважении к суду, поскольку в обоих вопросах Комитетом наработан значительный объем правовой практики. В этих правоисточниках, которые в противном случае могут быть обойдены вниманием, поднимаются законные вопросы, относящиеся к свободе выражения мнений.

65.        Председатель напоминает, что согласно Пакту ограничения могут быть установлены на одном из оснований, указанных в пункте 3 статьи 19, причем их необходимость должна быть обоснована. Наличие этих условий должно снять озабоченность, испытываемую г-жой Майодиной.

66.        Поскольку Комитет не пришел к консенсусу по предложенному на данный момент варианту второго предложения, он предлагает поместить его в квадратные скобки.

67.        Г-н О’Флаэрти просит указать, какие именно формулировки препятствуют достижению консенсуса.

68.        Г-н Амор считает достаточным указать во втором предложении, что термин «закон» включает законодательные акты и, в зависимости от случая, другие общие нормы. Его возражение касается любого упоминания о той или иной конкретной правовой системе.

69.        Г-н О’Флаэрти предлагает поместить указание на правовые прецеденты в квадратные скобки.

70.        Председатель предлагает следующий текст: «В этом отношении термин «закон» может включать, в соответствующих случаях, нормативные акты и, в зависимости от юрисдикции, правовые прецеденты».

71.        Г-н Амор предлагает опустить слово «может», поскольку «закон» включает нормативные акты во всех юрисдикциях. При желании Комитет может поместить фразу «и, в зависимости от юрисдикции, правовые прецеденты» в квадратные скобки и обсудить ее впоследствии.

Заседание прерывается в 16 ч. 55 м. и возобновляется в 17 ч. 10 м.

72.        Председатель предлагает зафиксировать второе предложение в следующей редакции: «В этом отношении термин «закон» может включать, в зависимости от случая, нормативные акты [и правовые прецеденты]».

73.        Г-н Телин предлагает изменить порядок слов в предложении следующим образом: «В этом отношении термин «закон» может включать нормативные акты и, в зависимости от случая, правовые прецеденты».

74.        Г-н Амор предлагает следующую редакцию данного предложения: «В этом отношении термин «закон» включает нормативные акты и [, в зависимости от случая, прочие общие регулирующие нормы и правовые прецеденты]».

75.        Предложение принимается.

Пункт 27

76.        Г-н Перес Санчес Серро считает необходимым заменить по всему тексту испанского варианта слово «limitar» (ограничить), которое фигурирует в находящемся на рассмотрении Комитета варианте пунктов 26 и 27, синонимичным ему испанским словом «restringir».

77.        Г-н Ривас Посада считает двусмысленной использованную в первом предложении пункта 27 испанского варианта текста фразу «estar al alcance de todos» («быть доступным»). Она может быть истолкована в том смысле, что данная норма применима ко всем и всем известна.

78.        Г-н О’Флаэрти говорит, что в английском языке термин «доступный» означает, что законы не могут быть по своему характеру закрытыми и что недопустимо устанавливать какие-либо препятствия для ознакомления общественности с законодательством.

79.        Г-н Фатхалла подчеркивает, что во многих странах недавно принятые законы должны публиковаться в официальном вестнике. Однако люди могут утверждать, что «доступ» к закону не обеспечен, если по той или иной причине они лишены доступа к официальному вестнику. Поэтому он предлагает заменить слово «доступ» словом «обнародование».

80.        Предложение принимается.

81.        Г-н Амор считает использованные во французском варианте слова (инстанции, которым поручено) дезориентирующими.

82.        Г-н О’Флаэрти соглашается с этим мнением. Английский термин позаимствован из сноски 62 к замечанию общего порядка № 27.

83.        Г-н Бузид считает необходимым упомянуть в пункте 27 о публикации и обнародовании законов.

84.        Г-н Фатхалла высказывается против упоминания об обнародовании; если рассматриваемая норма уже воплощена в законе, это означает, что она уже была обнародована. Задача в том, чтобы она была доступна для ознакомления.

85.        Председатель напоминает членам Комитета о достигнутой договоренности заменить фразу «он должен быть доступен для ознакомления» фразой «он должен быть обнародован».

86.        Г-н О’Флаэрти отмечает, что пункт 27 не предназначается для целей формального применения пункта 3 статьи 19 Конвенции.

87.        Пункт 27 с поправками принимается.

Пункт 28

88.        Пункт 28 принимается.

89.        Г-н О’Флаэрти говорит, что пункты 29–31, касающиеся критерия обоснованности, являются ключевыми для данного замечания общего порядка. Критерий обоснованности является прочно утвердившимся принципом в контексте принятия Комитетом своих правовых решений; его источником служат такие дела, как «Баллантайн и др. против Канады» (сообщения № 000 и 385/89) и «Росс против Канады» (сообщение № 000/97). Как поясняется в пункте 30, Комитет в своем замечании общего порядка № 27 также установил, что критерий необходимости включает также и требование соразмерности. Последнее требование было обусловлено конкретными обстоятельствами определенного дела, что явствует из дела «Бодрожич против Сербии и Черногории» (сообщение № 000/2003), ключевой темой которого была защита выражения политических взглядов.

90.        Пункт 31 касается недосогласованного вопроса об элементе усмотрения. В деле «Илмари Лансма и др. против Финляндии» (сообщение № 000/1992) Комитет пересмотрел позицию, занятую им первоначально по этому вопросу в связи с делом «Херцберг и др. против Финляндии» (сообщение № 61/1979). Однако пункт 31, который твердо основывается на существующей практике и правовых решениях Комитета, не содержит ничего нового.

Пункт 29

91.        Г-н Телин предлагает заменить фразу «соблюдался критерий необходимости» в последнем предложении пункта 29 словами «отвечал критерию необходимости».

92.        Председатель указывает, что фактически имеются три основания для введения ограничений на свободу выражения мнений, третьим из которых является критерий необходимости.

93.        Г-н Фатхалла считает, что понятие необходимости само нуждается в уточнении.

94.        Г-н Амор, обращаясь к третьему предложению, говорит, что в ряде случаев вопрос о том, какую формулировку считать подходящей для использования в том или ином месте, является практически неразрешимым. Он высказывается за замену фразу «с целью защиты языка, находящегося под угрозой», фразой «с тем чтобы защитить другой язык».

95.        Г-н О’Флаэрти соглашается с предложением г-на Телина. Однако он не согласен с Председателем в том, что применяемые критерии можно четко разделить на три группы; вопрос о том, можно ли провести различие между соразмерностью и необходимостью, является спорным. Что касается предложения г−на Амора, то он не видит большой беды в исключении термина «находящегося под угрозой».

96.        Г-н Фатхалла предпочел бы использовать вместо слов «критерий необходимости» в пунктах 30 и 31 термин «понятие необходимости», который покрывает и принцип соразмерности.

97.        Председатель высказывается за сохранение термина «критерий».

98.        Г-н О’Флаэрти предлагает заменить первое предложение пункта 30 фразой: «Принцип необходимости охватывает принцип соразмерности».

99.        Г-н Амор говорит, что принцип необходимости – это самостоятельное понятие, которое вовсе не обязательно включает элемент соразмерности.

100.        Пункт 29 с поправкой, внесенной докладчиком, принимается.

Пункты 30 и 31

101.        Г-н О’Флаэрти предлагает опустить первое предложение пункта 30, которое может оказаться спорным.

102.        Г-н Телин предлагает добавить в последнем предложении пункта 30 слова «и общественный» после слова «политический».

103.        Г-н О’Флаэрти считает возможным согласиться с этим, хотя это означало бы выход за рамки формулировки, использованной в деле Бодрожича.

104.        Г-н Фатхалла предлагает заменить слово «критерий» в первом предложении пункта 31 словом «принцип».

105.        Предложение принимается.

106.        Г-н Амор, обращаясь к пункту 31, говорит, что решение о мере необходимости принимается теми, кому приходится применять этот принцип; соответственно, здесь имеется элемент усмотрения, который следует отслеживать.

107.        Г-н О’Флаэрти отмечает, что термин «усмотрение» используется в проекте в строго формально-юридическом смысле. В европейской юрисдикции решение о необходимости осуществить то или иное действие оставляется за представителями государства. В связи с делом Илмари Лансма Комитет постановил, что он оставляет такое решение за собой, а формулировка, приведенная в проекте, позаимствована из материалов того дела.

108.        Г-жа Келлер говорит, что выражение «элемент усмотрения» является специфически европейским. Использовалось ли оно в деле Илмари Лансма? Не лучше ли было бы использовать слово «discretion»? К тому же, первое предложение сформулировано весьма категорично. Она предлагает изменить редакцию его начальной части следующим образом: «Для применения принципа необходимости недостаточно одной только ссылки на него». Во всех случаях усмотрение не должно быть просто формальным и должно предполагать проведение некоторой дискуссии с компетентными органами.

109.        Г-н Телин также высказывается за включение слов «одной только». Кроме того, он предлагает поместить выражение «элемент усмотрения» в кавычки, с тем чтобы подчеркнуть его формально-юридический характер.

110.        Г-н Амор считает важным проявлять сдержанность при применении принципа необходимости и не использовать его по любому поводу. Так или иначе, его применение повлечет за собой оценку Комитетом порядка, в котором он применялся.

111.        Г-н О’Флаэрти соглашается с предложением г-жи Келлер, но вынужден будет перепроверить, фигурирует ли термин «элемент усмотрения» в деле Илмари Лансма. Он предлагает следующую формулировку: «Для применения принципа необходимости недостаточно одной только ссылки на элемент усмотрения». Это позволит продемонстрировать, что Комитет ссылается на практику, наработанную определенной региональной юрисдикцией.

112.        Председатель говорит, что если поместить это выражение в кавычки, то перед сноской 70 со ссылкой на дело Илмари Лансма следует включить слово «см.».

Заседание закрывается в 18 ч. 00 м.