Методическая разработка

МБОУ ДОД «Копыловский п/к «Одиссей» Томского района

Томской области

Музей Томского района

Методическая разработка

проведения беседы поблокаде Ленинграда и творчеству поэтессы Ольги Берггольц посвященной 70-летию победы нашего народа в Великой Отечественной войне

Разработала –, методист и педагог дополнительного образования

Кисловка 2015г

Аннотация

Методическая разработка проведения беседы по блокаде Ленинграда и творчеству поэтессы Ольги Берггольц, посвященной 70-летию победы нашего народа в Великой Отечественной войне, составлена Вершининой  Светланой Федоровной, методистом  и педагогом  дополнительного образования МБОУ ДОД «Копыловский п/к «Одиссей» Томского района и руководителем музея Томского района. В сотрудничестве с учениками  6 класса Кисловской средней школы(чтение стихов).

Цель данной разработки–провести беседу для участников областной краеведческой  конференции «История Великой Победы» и помочь педагогам ОУ в организации таких бесед в год юбилея Победы.

Задача собрать материал по блокаде Ленинграда и творчеству Ольги Берггольц, выбрать для чтения стихи, организовать  подготовкудетей для выступления, сделать электронную презентацию, подготовить наглядность  и видеоролик по блокаде Ленинграда.

Данной разработкой могут воспользоваться педагоги ОУ, учителя истории, классные руководители и руководители музеев.

Возраст детей для проведения бесед-1-11 классы.

Ожидаемый результат возможен: в развитии детей, расширении их кругозора, в воспитании патриотизма и гражданской позиции.

Формы возможны разные от очно - фронтальной до виртуальной. Методы: наглядные, словесные и практические.

Содержание

Введение

Основная часть

Заключение

Список литературы

Приложения

Введение

27 января - Памятная дата в истории нашего государства. Это день снятия блокады Ленинграда. В 2015 году исполняется 70 лет Победы нашего народа в Великой Отечественной войне. Поэтому особенно важны беседы для обучающихся, посвященные таким памятным датам как 27 января, 2 февраля и т. д. В феврале в Томском районе (в Кисловке) проходила областная краеведческая конференция «История Великой Победы» (межрайонный этап) для обучающихся Томска, Северска и Томского района. Поэтому для церемонии открытия этой конференции была подготовлена такая беседа.

  Содержание

Слова учителя с показом презентации.

18 декабря 1940 года Гитлер подписал директиву №21, известную как План «Барбаросса». Этот план предусматривал нападение на СССР тремя группами армий по трем основным направлениям: ГА «Север» на Ленинград, ГА «Центр» на Москву и ГА «Юг» на Киев и Донбасс. Захват Москвы предполагалось производить только после захвата Ленинграда и Кронштадта. Уже в директиве №32 от 01.01.01 года Гитлер определял время завершения «победоносного похода на Восток», как конец осени

Ленинград представлял собой второй по значению город в СССР с населением около 3200 тыс. человек]. Он давал стране почти четверть от всей продукции тяжелого машиностроения и треть продукции электротехническойпромышленности,  в нём действовало 333 крупных промышленных предприятия, а также большое количество заводов и фабрик местной промышленности и артелей. На них работало 565 тыс. человек. Примерно 75% выпускаемой продукции приходилось на оборонный комплекс, для которого был характерен высокий профессиональный уровень инженеров и техников. Очень высок был научно-технический потенциал Ленинграда, где насчитывалось 130 научно-исследовательских институтов и конструкторских бюро, 60 высших учебных заведений и 106 техникумов].

С захватом Ленинграда немецкое командование могло бы разрешить ряд важных задач, а именно:

овладеть мощной экономической базой Советского Союза, дававшей до войны около 12% общесоюзной промышленной продукции; захватить или уничтожить Балтийский военно-морской, а также огромный торговый флот; обеспечить левый фланг ГА «Центр», ведущей наступление на Москву, и высвободить большие силы ГА «Север»; закрепить свое господство на Балтийском море и обезопасить поставки руды из Норвегии для германской промышленности;

Блокада Ленинграда

Германские войска предприняли мощное наступление, и 30 августа 1941 г. город оказался в тисках. 8 сентября немцы перерезали железную дорогу Москва-Ленинград, взяли Шлиссельбург и окружили Ленинград с суши. Начались кровопролитные бои на Пулковских высотах и южных окраинах города. 9 сентября в Ленинград прибыл . Отстранив от командования Ворошилова, он отменил все приготовления к сдаче города. Было приказано защищать Ленинград до последнего человека. Опасаясь больших потерь при штурме, Гитлер приказал начать долговременную осаду. Он сказал: «Этот город надо уморить голодом. Перерезать все пути подвоза, чтобы туда мышь не могла проскочить. Нещадно бомбить, и тогда город рухнет, как переспелый плод».

Начались постоянные бомбежки и артобстрелы. Была подтянута тяжелая осадная артиллерия, фашисты начали методично разрушать город. За время блокады немцы обрушили на Ленинград 100 тыс. бомб и 150 тыс. снарядов.

В особенно трагическом положении оказалось мирное население. К моменту полной блокады удалось эвакуировать в тыл лишь небольшую часть жителей (менее 500 тыс.). В городе остались 2,5 млн. граждан, среди которых 400 тыс. детей. Самой тяжелой оказалась первая блокадная зима. Немцам удалось разбомбить продовольственные склады, в результате чего Ленинград оказался без запасов. Хлеб доставлялся только авиацией, или по дороге, проложенной по льду Ладожского озера. Под постоянной бомбежкой и артобстрелами водители, несмотря на огромные потери, доставляли по «дороге жизни» лишь небольшое количество необходимых продуктов. Со страшной неумолимостью надвигался голод. С 20 ноября ежедневная норма хлеба для рабочих составляла всего 250 г, для служащих, иждивенцев и детей - вдвое меньше. По свидетельству блокадников, эта пайка хлеба представляла собой маленький, липкий, сырой кусочек, состоящий из отрубей и небольшой части муки. Жители стали употреблять в пищу все, что могло заглушить чувство голода. В довершение всего вышла из строя система городского водоснабжения, и воду пришлось брать из Невы и каналов. Зима 1941 г. выдалась необычайно суровой. Отсутствие отопления явилось чудовищным испытанием для жителей. Однако, несмотря на тяжелейшее положение, жители города участвовали в его обороне. Люди работали на предприятиях, выпускали боеприпасы, ремонтировали военную технику. В конце декабря хлебная пайка стала вдвое больше - к этому времени значительная часть населения погибла. Голод принял невиданные масштабы. Начались случаи людоедства. Многие жители, ослабев, падали и умирали на улицах. Весной 1942 г. после таяния снега в городе было обнаружено 13 тыс. трупов. 

  Особенно тяжелым было положение детей, оставшихся без родителей. Обессиленные, они лежали в холодных квартирах, едва передвигались. Ужас от перенесенных невзгод застыл в их лицах. Многие из них по 10-15 дней не видели горячей пищи или просто кипятка.

От голода во время блокады погибли 642 тыс. человек. Однако есть оценки, что на самом деле потери выше - до 850 тыс. человек.24 января 1944 г. силами Волховского и Ленинградского фронтов было предпринято наступление, в результате которого была полностью снята блокада. В городе к этому времени остались в живых 560 тыс. жителей - в 5 раз меньше, чем в начале блокады.880 дней и ночей продолжалась самая кровопролитная и героическая осада в истории человечества.

Нитью жизни назвал Ленинградское радио в дни Великой Отечественной войны и блокады города немецко-фашистскими войсками известный ученый-историк . «Радио, – писал он, – единственная постоянная связь города-героя на Неве со всей остальной огромной страной, напрягшей все силы в схватке с хищным, коварным и злобным врагом.

Радио – нить жизни, незримо потянувшаяся в окопы на передовую, которой стали улицы, окраины города, промерзшие темные квартиры, в госпитали, на заводы, к станкам, озаряемым разрывами вражеских снарядов.

Радио – это труженик-метроном, это тревожный вой сирены, вестник тяжких испытаний и первых побед. Радио – наша связь с Большой землей, с Москвой. Мы слышали, и слышали нас в грозную блокадную зиму».

Когда гитлеровцы блокировали город, разрушив линии связи, загородное антенное хозяйство, радио Ленинграда стало автономной системой. Передачи на Москву, страну и мир, а также прием других станций осуществлялся только по эфиру.

Система оповещения жителей. Метроном

В первые месяцы блокады на улицах Ленинграда было установлено 1500 громкоговорителей. Радиосеть несла информацию для населения о налётах и воздушной тревоге. Знаменитый метроном, вошедший в историю блокады Ленинграда как культурный памятник сопротивления населения, транслировался во время налётов именно через эту сеть. Быстрый ритм означал воздушную тревогу, медленный ритм — отбой. Также тревогу объявлял диктор Михаил Меланед

Редактор радио Георгий Макогоненко рассказывал: «Ленинградское утро начинается рано. В пять часов утра. На улицах и площадях проснувшегося города... заговорило радио. Передается первый выпуск “Последних известий”. У репродукторов сразу же образуются толпы.

Торопящиеся люди останавливаются на несколько минут, чтобы прослушать вести с Ленинградского фронта. Это тоже дело: важное, непременное, входящее в распорядок дня каждого ленинградца».

«ГОВОРИТ ЛЕНИНГРАД, ГОВОРИТ ГОРОД ЛЕНИНА»

В годы войны эти слова собирали у репродукторов миллионы людей. Голос осажденного города слушали в глубоком тылу и на фронте, в оккупированных фашистами городах и селах, в партизанских отрядах. Для ленинградцев же и защитников города радио в блокадные годы стало своего рода первой «дорогой жизни», проложенной не по ладожскому льду, а в эфире. Она так же, как и та, реальная и героическая, поддерживала и спасала людей, сплачивая их, поднимая дух, и давала столь важную возможность связи с борющейся страной.

Всю эту огромную работу коллектив Ленрадио вел в труднейших условиях, в холоде и голоде, без выходных дней, без перерывов на отдых. Когда, например, из-за болезней и голода в феврале 1942-го из строя вышли все дикторы и чтецы, к микрофону встали артист И. Горин и главный режиссер радиокомитета К. Миронов. Они вели передачи попеременно, с утра до позднего вечера. Читали при свете самодельных свечей. От холода перехватывало дыхание. Но ежедневно звучал радиоголос сражающегося невского исполина.

Радио и в блокаду не утратило чистоту ленинградского стиля выступления перед микрофоном. Оно сберегло чтецкие актерские и приумножило дикторские традиции. «И мы сохраним тебя, русская речь, великое русское слово!» – сказала по радио Анна Ахматова, и это было в полной мере воплощено в повседневном вещании Ленинградского радио.

На Ленрадио в блокаду работали десять-двенадцать дикторов, читали тексты и актеры. Все они обладали абсолютной грамотностью, звучными голосами, интеллигентным петербургским выговором, необыкновенно проникновенным стилем. Их работа была крайне ответственной. Даже в эти страшные для всей страны годы за ошибку могли жестко наказать, отстранить от эфира. У ленинградцев были любимые дикторы и не очень. Михаил Меланед, к примеру, великолепно читал тексты, вел все официальные передачи. Его называли «ленинградским Левитаном», ценили профессионалы, а слушатели скорее уважали. А все дело в том, что именно его четким безапелляционным тоном в Ленинграде объявляли воздушную тревогу. Становится понятно, почему слушатели больше любили Давида Беккера, который вполне оптимистично, даже радостно объявлял отбой воздушной тревоги.

Диктор, режиссер, актриса «с тысячью голосов» – детей, зверей, птиц – Мария Григорьевна Петрова. Она говорила ломким голосом голодного и холодного, но несгибаемого и непобежденного блокадного мальчишки. «Мы не могли себе позволить говорить тусклыми, скучными, унылыми голосами, – говорила она. – Нашим единственным оружием оставались голос и слово». Эта маленькая, хрупкая,  женщина была к тому же политруком стратегического объекта – Дома радио.

Ораторский посыл – словно бы над головами слушателей – в речах Всеволода Вишневского. Камерное, интимное грассирование в исполнительской манере «блокадной совести» Ольги Берггольц. Глубинные, грудные интонации, даже во фронтовых сводках, Нины Чернявской. Это все особые мазки звуко-речевой палитры фронтового Ленрадио.

Деловитые и спокойные (а ведь из самого пекла, с передовой) репортажи Лазаря Маграчева, еще более спокойные, даже суховатые Матвея Фролова, но абсолютно взвешенные, с формулировками словно бы для истории. А еще актерски насыщенные и режиссерски закрепленные голоса Владимиров – Лебедева и Ярмогаева. Это они прочли ленинградцам чуть ли не всю классику, заменяя блокадными зимами по вечерам кино и клуб, театр и музей, предугадав экранизацию в телесериалах, заложив основы литературного радиотеатра.

Все блокадные дни проработала диктором Нина Федорова. Она пришла сюда еще в тридцатые и к началу войны стала настоящим профессионалом. «Слушай страна! Говорит Ленинград!» – так она начинала свои передачи. И ее голос звучал во многих городах и поселках великой страны и был как ниточка связи между Большой землей и осажденными невскими берегами.

Блокадной совестью была названа в этом тексте Ольга Берггольц.

Ольга Берггольц(16 мая 1910 г. Санкт-Петербург-13 ноября 1975г. Ленинград)-русская советская поэтесса, прозаик.

В годы Великой Отечественной войны, оставаясь в осажденном Ленинграде, работала на радио, почти ежедневно обращаясь к мужеству жителей города. Её муж - литературовед Н. Молчанов, умер от голода.

Дети читают стихи Ольги Берггольциз подборки.

«...Я говорю с тобой под свист снарядов...»

Август 1941 года. Немцы неистово рвутся к Ленинграду. Ленинградцы строят баррикады на улицах, готовясь, если понадобится, к уличным боям.

...Я говорю с тобой под свист снарядов,

угрюмым заревом озарена.

Я говорю с тобой из Ленинграда,

страна моя, печальная страна...

Кронштадтский злой, неукротимый ветер

в мое лицо закинутое бьет.

В бомбоубежищах уснули дети,

ночная стража встала у ворот.

Над Ленинградом — смертная угроза-

Бессонны ночи, тяжек день любой.

Но мы забыли, что такое слезы,

что называлось страхом и мольбой.

Я говорю: нас, граждан Ленинграда,

не поколеблет грохот канонад,

и если завтра будут баррикады —

мы не покинем наших баррикад.

И женщины с бойцами встанут рядом,

и дети нам патроны поднесут,

и надо всеми нами зацветут

старинные знамена Петрограда.

Руками сжав обугленное сердце,

такое обещание даю

я, горожанка, мать красноармейца,

погибшего под Стрельною в бою:

Мы будем драться с беззаветной силой,

мы одолеем бешеных зверей,

мы победим, клянусь тебе, Россия,

от имени российских матерей.

Август 1941

Разговор с соседкой

Пятое декабря 1941  года. Идет четвертый месяц блокады.  До пятого декабря воз-

душные тревоги  длилисьподесять — двенадцать  часов. Ленинградцы получали от 125

до 250 граммов хлеба.

Дарья Власьевна, соседка по квартире,

сядем, побеседуем вдвоем.

Знаешь, будем говорить о мире,

о желанном мире, о своем.

Вот мы прожили почти полгода,

полтораста суток длится бой.

Тяжелы страдания народа —

наши, Дарья Власьевна, с тобой.

О, ночное воющее небо,

дрожь земли, обвал невдалеке,

бедный ленинградский ломтик хлеба —

он почти не весит на руке...

Для того чтоб жить в кольце блокады,

ежедневно смертный слышать свист —

сколько силы нам, соседка, надо,

сколько ненависти и любви...

Столько, что минутами в смятенье

ты сама себя не узнаешь:

— Вынесу ли? Хватит ли терпенья?

— Вынесешь. Дотерпишь. Доживешь.

Дарья Власьевна, еще немного,

день придет — над нашей головой

пролетит последняя тревога

и последний прозвучит отбой.

И какой далекой, давней-давней

нам с тобой покажется война

в миг, когда толкнем рукою ставни,

сдернем шторы черные с окна.

Пусть жилище светится и дышит,

полнится покоем и весной...

Плачьте тише, смейтесь тише, тише,

будем наслаждаться тишиной.

Будем свежий хлеб ломать руками,

темно-золотистый и ржаной.

Медленными, крупными глотками

будем пить румяное вино.

А тебе — да ведь тебе ж поставят

памятник на площади большой.

Нержавеющей, бессмертной сталью

облик твой запечатлят простой.

Вот такой же: исхудавшей, смелой,

в наскоро повязанном платке,

вот такой, когда под артобстрелом

ты идешь с кошелкою в руке.

Дарья Власьевна, твоею силой

будет вся земля обновлена.

Этой силе имя есть — Россия.

Стой же и мужайся, как она!

Январь — февраль 1942

«Мой друг пришел с Синявинских болот...»

В сентябре 1943 года войска  Ленинградского  фронта заняли высоту около Синяви-

но, с которой враг вел обстрел единственной  железной дороги в Ленинград... Это было в дни блистательных  наших побед на Украине.

Мой друг пришел с Синявинских болот

на краткий отдых, сразу после схватки,

еще не смыв с лица горячий пот,

не счистив грязь с пробитой плащ-палатки.

Пока в передней, тихий и усталый,

он плащ снимал и складывал пилотку,—

я, вместо «здравствуй», крикнула:

  — Полтава!

— А мы,— сказал он,— заняли высотку...

В его глазах такой хороший свет

зажегся вдруг, что стало ясно мне:

нет ни больших, ни маленьких побед,

а есть одна  победа  на войне.

Одна победа, как одна любовь,

единое народное усилье.

Где б ни лилась родная наша кровь,

она повсюду льется за Россию.

И есть один — один военный труд,

вседневный, тяжкий, страшный, невоспетый,

но в честь него Москва дает салют

и, затемненная, исходит светом.

И каждый вечер, слушая приказ

иль торжество пророчащую сводку,

я радуюсь, товарищи, за вас,

еще не перечисленных сейчас,

занявших безымянную высотку...

22 сентября 1943

27 января 1945 года

...Сегодня праздник в городе.

  Сегодня

мы до утра, пожалуй, не уснем.

Так пусть же будет как бы новогодней

и эта ночь, и тосты за столом.

Мы в эту ночь не раз поднимем чаши

за дружбу незапятнанную нашу,

за горькое блокадное родство,

за тех,

  кто не забудет ничего.

И первый гост, воинственный и братский,

до капли, до последнего глотка,—

за вас, солдаты армий ленинградских,

осадою крещенные войска,

за вас, не дрогнувших перед проклятым

сплошным потоком стали и огня...

Бойцы Сорок второй,

  Пятьдесят пятой,

Второй Ударной,—

  слышите ль меня?

В далеких странах,

  за родной границей,

за сотни верст сегодня вы от нас.

Чужая вьюга

  хлещет в ваши лица,

чужие звезды

  озаряют вас.

Но сердце наше — с вами. Мы едины,

мы неразрывны, как и год назад.

И вместе с вами подошел к Берлину

и властно постучался Ленинград.

Так выше эту праздничную чашу

за дружбу незапятнанную нашу,

за кровное военное родство,

за тех,

  кто не забудет ничего...

А мы теперь с намека, с полуслова

поймем друг друга и найдем всегда.

Так пусть рубец, почетный и суровый,

с души моей не сходит никогда.

Пускай душе вовеки не позволит

исполниться ничтожеством и злом,

животворящей, огненною болью

напомнит о пути ее былом.

Пускай все то же гордое терпенье

владеет нами ныне, как тогда,

когда свершаем подвиг возрожденья,

не отдохнув от ратного труда.

Мы знаем, умудренные войною:

жестоки раны — скоро не пройдут.

Не все сады распустятся весною,

не все людские души оживут.

Мы трудимся безмерно, кропотливо...

Мы так хотим, чтоб, сердце веселя,

воистину была бы ты счастливой,

обитель наша, отчая земля!

И верим: вновь

  пути укажет миру

наш небывалый,

  тяжкий,

  дерзкий труд.

И к Сталинграду,

  к Северной Пальмире

во множестве паломники придут.

Придут из мертвых городов Европы

по неостывшим, еле стихшим тропам,

придут, как в сказке, за живой водой,

чтоб снова землю сделать молодой.

Так выше, друг, торжественную чашу

за этот день,

  за будущее наше,

за кровное народное родство,

за тех,

  кто не забудет ничего...

27 января 1945

Встреча с Победой

— Здравствуй...

  Сердцем, совестью, дыханьем,

всею жизнью говорю тебе:

— Здравствуй, здравствуй.

  Пробил час свиданья,

светозарный час в людской судьбе.

Я четыре года самой гордой —

русской верой — верила, любя,

что дождусь —

  живою или мертвой,

все равно,—

  но я дождусь тебя.

Вот я дождалась тебя — живою...

— Здравствуй...

  Что еще тебе сказать?

Губы мне свело священным зноем,

слезы опаляют мне глаза.

Ты  прекраснее,  чем  нам  мечталось,—

свет безмерный,

  слава,

  сила сил.

Ты — как день, когда Земля рождалась,

вся в заре, в сверкании светил.

Ты цветеньем яблоневым белым

осыпаешь землю с высоты.

Ты отрадней песни колыбельной,

полная надежды и мечты.

Ты — такая... Ты пришла такая...

Ты дохнула в мир таким теплом...

Нет, я слова для тебя не знаю.

Ты— Победа. Ты превыше слов.

Счастье грозное твое изведав,

зная тернии твоих путей,

я клянусь тебе, клянусь,  Победа,

за себя и всех своих друзей,—

я клянусь, что в жизни нашей новой

мы  не позабудем  ничего:

ни народной драгоценной крови,

пролитой за это торжество,

ни твоих бессмертных ратных будем,

ни суровых праздников твоих,

ни твоих приказов не забудем,

но во всем достойны будем их.

Я клянусь так жить и так трудиться,

чтобы Родине цвести, цвести...

Чтоб вовек теперь ее границы

никаким врагам не перейти.

Пусть же твой огонь неугасимый

в каждом сердце светит и живет

ради счастья Родины любимой,

ради гордости твоей, Народ.10 мая  1945

Слова Ольги Берггольц высечены на граните Пескаревского кладбища, где похоронены большая часть умерших и погибших в г. Ленинграде вовремя блокады, более 600 тыс. человек. Ленинградцы не забыли «Совесть блокады»-Ольгу Берггольц.

Именем Ольги Берггольц названа улица в Невском районе и сквер во дворе дома № 20 по набережной Чёрной речки в Приморском районе Санкт-Петербурга.

Также именем Ольги Берггольц названа улица в центре Углича.

Мемориальные доски Ольге Берггольц установлены на здании бывшей школы в Богоявленском монастыре Углича, где она училась с 1918 по 1921 гг. и на улице Рубинштейна, 7, где она жила.

Ещё один бронзовый барельеф её памяти установлен при входе в Дом радио.

также установлен во дворе Ленинградского областного колледжа культуры и искусства на Гороховой, 57-а: где в годы Великой Отечественной войны был госпиталь.

В 1994 году Ольге Берггольц присвоено звание «Почётный гражданин Санкт-Петербурга».

В 2014 году открылся музей Ольги Берггольц в Санкт-Петербурге.

Список литературы

Венок славы т. № 3.Москва «Современник» 1988 Интернет ресурсы

Приложения

Электронная презентация Стихи для исполнения детьми(в тексте) Видеоролик Плакат Рупор

Приложение 4 и 5