Всемирное культурное достояние и немецкий вклад в него. Наследие человечества
25 городов Германии входят сегодня в список центров культуры, отмеченных дипломами ЮНЕСКО, Организации Объединенный Наций по вопросам образования, науки и культуры.
Авторы:
Фолькер Томас и Пьер Боом
Резюме
Что может объединить города Трир, сталелитейный завод в Фёлькингене и садово-парковый ансамбль? Их объединяет то, что они являются объектами культурного достояния человечества. 25 городов Германии входят сегодня в список центров культуры, отмеченных дипломами ЮНЕСКО, Организации Объединенный Наций по вопросам образования, науки и культуры. Они достойны особого уважения как «наследие человечества». К такого рода объектам отнесены Великая китайская стена, мавзолей Тадж-Махал, храмы Абу-Симбела и массив Эйерс-Рок в Австралии. Гигантские статуи Будды в Афганистане, разрушенные в начале 2001 года талибскими фундаменталистами, тоже были частью всемирного культурного достояния. В 1972 году ЮНЕСКО приняла международную «Конвенцию об охране культурного и природного наследия мира». В качестве критериев определены «уникальность» и «аутентичность». Кроме того, данные города или сооружения должны быть связаны со «значительным этапом истории человечества». Данная брошюра рассказывает о шести немецких объектах всемирного культурного наследия, которые, может быть, не столь широко известны, как, например, Кёльнский собор.
Содержание
Прусское «Прибежище искусства и науки»
Дессау-Вёрлитц: парк для людей
Ископаемая лошадь в Мессельском угольном разрезе
Живая античность
Новая жизнь остывших доменных печей
История, монахи и виноград: остров Райхенау
Прусское «Прибежище искусства и науки»
«Прибежище искусства и науки» на острове посреди Берлина – это прусское изобретение: в начале XIX века кронпринц Фридрих Вильгельм приказал превратить остров на реке Шпрее рядом с бульваром Унтер-ден-Линден в Остров музеев. В период с 1824 по 1930 год здесь было создано «выдающееся произведение культуры», как выразился Людвиг Юсти, уволенный национал-социалистами директор Старой Национальной галереи. Он знал, о чем говорил. В декабре 1999 года ЮНЕСКО включила берлинский Остров музеев в список объектов всемирного наследия, которым угрожает особая опасность.
Федеральный канцлер Германии Герхард Шрёдер объявил санацию пяти музеев острова важнейшим культурным проектом Берлина во время его пребывания в должности. Был разработан комплексный план реконструкции, согласно которому расходы были поделены поровну между федерацией и землей Берлин. До 2010 года на цели реконструкции предполагается выделить более миллиарда евро.
Но поначалу в 2001 году земля Берлин оказалась не в состоянии обеспечить свою часть финансирования. Причем речь идет об одном из важнейших музейных комплексов Европы, сравнимым, по мнению экспертов, лишь с парижским Лувром.
Здания, находящиеся на Острове музеев, имеют не только особую архитектурную и градостроительную значимость. Он считается «уникальным ансамблем музейных сооружений, который иллюстрирует развитие музейного дизайна в течение более чем века», как записано в заключении ЮНЕСКО. Остров музеев – это выдающийся образец концепции художественного музея, основы которой были заложены в эпоху Просвещения. Открытие для широкой публики королевских художественных собраний и сокровищниц было требованием Великой французской революции.
В 1810 году прусский король Вильгельм III приказал «создать в Берлине публичную, хорошо отобранную коллекцию искусства». В 1822 году получил задание возвести новое здание музея. В болотистой северной части острова посреди Шпрее он построил «Старый музей». Этот музей открылся в 1830 году, положив начало истории Острова Музеев. , преемник основателя музея, приказал преобразить весь остров позади Старого музея. С 1843 по 1855 год на территории за Старым музеем по проекту Августа Штюлера был возведен Новый музей. Третьим музеем стала выстроенная по проекту Иоганна Генриха Штрака Национальная галерея. На самой стрелке острова придворный архитектор Эрнст фон Ине возвел в 1898-1903 годах Музей имени Боде. Последним и самым большим строением стал Музей Пергамского алтаря, которым в 1930 году завершилась застройка Острова Музеев.
В этом архитектурном ансамбле собраны художественные сокровища пяти тысячелетий, он по сей день пользуется неизменной популярностью. Ежегодно сюда приходят миллионы посетителей, чтобы посмотреть на знаменитый Пергамский алтарь. Этому не мешают многочисленные следы от снарядов и осколков, напоминающие о второй мировой войне. После войны ГДР прилагала усилия по реставрации сильно поврежденных зданий. После объединения Германии появилась возможность слить воедино художественные собрания Восточного и Западного Берлина. С 1990 года государственные музеи вновь объединились под эгидой Фонда «Прусское культурное наследие».
Теперь на острове рядом с каждым музеем существует архитектурное бюро. «У каждого музея есть свой архитектор», - рассказал Клаус-Дитер Леманн, президент Фонда «Прусское культурное наследие». Общая санация острова проводится по проекту, авторами которого являются архитекторы Химар, Затлер, Чипперфилд Тезар и Унгерс. По этому проекту все здания должны быть соединены подземным «археологическим бульваром».
Включение острова в «красный список ЮНЕСКО» не принесло Берлину никаких финансовых преимуществ, но обязало правительство страны тщательно оберегать «свои памятники», не допуская существенных изменений. После включения Острова музеев в число объектов всемирного культурного достояния Фонд «Прусское культурное наследие» отверг проект американского архитектора ери, которому сначала отдавали предпочтение, и высказался в пользу более бережной реконструкции.
Капитальный ремонт Старой Национальной галереи уже завершен. В 2001/2002 годах должны быть развешены картины. Работы закончились на полгода раньше запланированного срока. С учетом финансовых сложностей это можно считать почти чудом.
Дессау-Вёрлитц: парк для людей
Если ехать из Берлина на юго-запад, можно увидеть целый ряд объектов, включенных во всемирное культурное достояние. Во-первых, это замки и парки Потсдама (Сансуси) и Берлина (Глинике и Павлиний остров). Немного дальше к югу расположены Дессау и Баухаус, где в 20-е годы ХХ века Вальтер Гропиус экспериментировал в области современной промышленной архитектуры. По соседству находятся город Лютера Виттенберг и, конечно, город Шиллера и Гете Веймар, который в 1999 году был назван «культурной столицей Европы».
Садово-парковый ансамбль Дессау-Вёрлитц не может соперничать в известности с этими городами, и все-таки это настоящая жемчужина биосферного заповедника «Средняя Эльба». Это первый неоклассический садово-парковый ансамбль в континентальной Европе. Замки, сады, аллеи, плотины, скульптуры и произведения малой архитектуры так органично вписаны в пойму рек Эльба и Мульде, что создается впечатление, будто этот ландшафт существовал всегда. Гуляя по парку, посетитель откроет для себя много аргументов в пользу того, что Дессау-Вёрлитц действительно является «одним из самых интересных ландшафтных парков континентальной Европы».
Центральная часть ансамбля – это Вёрлитцкий парк площадью 112 гектаров, созданием которого мы обязаны реформаторской воле князя Леопольда III Фридриха Франца (родился в 1740 году в Дессау), которого чаще называют «князем Францем». В 1764 году под влиянием буржуазного Просвещения монарх начал коренные преобразования в своем княжестве Ангальт-Дессау. Программа реформ охватывала все области жизни: от образования и науки до внешнего вида местности на берегах Эльбы. За несколько десятилетий князь Франц превратил свою родину в образцовое княжество, в сплошной «сад для людей».
Наиболее полное представление об этом дает Вёрлитцкий сад или Английский сад, как его еще называют. Дело в том, что именно первая поездка князя Франца в Англию в 1763-64 годах вдохновила его на создание этого уникального произведения садово-паркового искусства. Позже князь ездил также в Италию, Францию, Швейцарию и Голландию. Отовсюду он привозил в княжество Ангальт-Дессау новые идеи, в осуществлении которых нередко собственноручно принимал участие. Постепенно Вёрлитцкие угодья превращались в зеркало всего мира, став настоящим местом паломничества просвещенных современников.
29-летний Иоганн-Вольфганг Гете, например, писал в 1778 году баронессе фон Штайн о том «новом», что его окружало в Вёрлитце: «Здесь теперь бесконечно красиво. Вчера вечером, когда мы гуляли вдоль озер, каналов и рощиц, меня очень тронуло то, что боги позволили князю воплотить вокруг себя мечту. Когда идешь по парку, кажется, что тебе рассказывают сказку, очень похоже на поля Элизия; все разнообразно перетекает из одного в другое; ни одна возвышенность не притягивает взгляда и желания одной-единственной точкой; бредешь по парку, не спрашивая откуда и куда. Кустарник прекрасно молод, все исполнено чистейшей прелести».
Парк, столь поэтично описанный Гете, - это способ оформления паркового ландшафта, положивший конец барочной традиции. Парки той эпохи подводили человека к архитектурной кульминации всей композиции, к господскому замку. «Новый парк» скорее приглашал посетителя прогуляться, сделать неожиданные открытия, погрузиться в новые впечатления. Князь Франц стремился к тому, чтобы деревья, кустарник, камни, вода, скульптуры и строения на лоне природы разнообразно воздействовали на дух и душу человека. Но эти элементы разбросаны по ландшафту не беспорядочно, они соединены друг с другом визуальными осями. У каждого элемента своя функция, которую посетителю предстоит открыть во время прогулки.
В ландшафте Дессау-Вёрлитца нашли свое воплощение не только идеи садово-паркового искусства, но и новый образ человека эпохи Просвещения. Отчасти поэтому данный ансамбль был включен в список ЮНЕСКО, ведь по своей философии парки Дессау-Вёрлитца отличаются от всех других парков, они даже послужили образцом для таких признанных мастеров немецкого садово-паркового искусства как Скель, Ленне и Пюклер.
(Бюро информации Вёрлитца: Neuer Wall 103, 06786 Wцrlitz, Germany, / 20216, e-mail: *****@***de)
3. Ископаемая лошадь в Мессельском угольном разрезе
Мы продолжаем нашу поездку по Германии в западном направлении, следующая остановка – Дармштадт на юге земли Гессен. Трудно себе представить, что когда-то здесь были тропики – пусть даже это было 50 миллионов лет назад. Неспециалисту также трудно вообразить, что здесь, рядом с гессенским городком Месселем, между железнодорожными путями, промышленной зоной и бывшими фабричными постройками были найдены одни из самых интересных древних окаменелостей: Мессельский угольный разрез, километр в диаметре, 60 метров глубиной. Мессель находится всего в 20 километрах от Франкфуртского аэропорта, рядом с Дармштадтом. В 1995 году ЮНЕСКО включила разрез в список мирового культурного и природного достояния. Для ученых Мессельский разрез – это окно в геологические средние века, эоцен.
С 1873 по 1963 год в Мессельском разрезе добывали сначала бурый уголь, а затем горючий сланец. Мягкий, насыщенный нефтью камень подвергали низкотемпературному крекингу, то есть разлагали на составные химические компоненты, чтобы получить ценное нефтяное сырье. В 1942 году на краю разреза стояло 32 огромных дистилляционных колонны. Уже тогда, как повествует легенда, рабочие откладывали в сторону пластины сланца с отпечатками древних организмов, чтобы показать их палеонтологам. То, что здесь были сделаны интересные находки, было известно, но экономические интересы преобладали.
В 50-е годы разрез утратил свое экономическое значение. Нефть стало дешевле импортировать, дорогостоящая технология крекинга стала нерентабельной. В 1962 году разрез приобрела цементная фабрика. В 70-е годы она тоже разорилась, и теперь судьба разреза, казалось, была предрешена: в плотно населенном регионе города и села искали подходящее место для мусорной свалки. Почему бы не сваливать мусор в пустующий карьер?
Но власти забыли спросить совета у граждан Месселя: в 1975 году возникла гражданская инициатива, прошел сбор подписей. С помощью демонстраций, экспертиз и судебных исков граждане боролись с планами районной администрации. Прошло двенадцать лет, прежде чем они выиграли дело в суде второй инстанции. Палеонтологи обязаны гражданам Месселя тем, что хранилище окаменелостей было спасено. А как же политические деятели местного масштаба? Они давно забыли о планах устройства свалки и теперь купаются в блеске всемирного культурного достояния, исходящем от бывшего угольного разреза.
Уникальная особенность Мессельского разреза – это нефтесодержащий сланец, который особым образом законсервировал отпечатки древних животных. Во влажном состоянии эта порода мягкая как масло; высыхая, она рассыпается. Как и нефть, горючий сланец представляет собой органические остатки растений и животных, которые в течение миллионов лет откладывались здесь под высоким давлением без доступа кислорода. Но в отличие от нефти в горючем сланце процесс разложения остановился или не дошел до завершения. Разрез – это не что иное, как дно древнего озера, которое уходило все дальше вглубь, покрываясь все новыми слоями осадочных пород. Ученые предполагают, что причиной столь хорошей сохранности окаменелостей является длительный недостаток кислорода на дне озера. Все организмы, которые попадали в озеро и тонули в нем, сразу же погибали. Более того: на мертвом дне озера не было ни животных, ни растений, которые могли бы разрушить утонувшие тела, здесь не было никаких течений, которые могли бы их размыть, – вода в озере была стоячей. Со временем тела животных и растений скрывались под слоями отложений, которые навсегда законсервировали их. С помощью сложной технологии палеонтологи сегодня высвобождают из сланца древних птиц, у которых сохранилось все – вплоть до перьев и содержания желудка. Они даже могут определить цвет насекомых. Они обнаружили здесь скелет древней лошади ростом в 50 сантиметров. Был найден в хорошем состоянии муравьед – новое доказательство справедливости гипотезы о том, что между Африкой и Америкой существовала перемычка. Ведь вне Южной Америки это животное теперь не встречается.
Мессель интересен не только высоким качеством окаменелых находок, но и геологическим периодом, который они представляют. Около 60 миллионов лет назад вымерли динозавры. Они долго господствовали в экосистеме Земли. У немногочисленных млекопитающих, которые тогда существовали, было мало шансов для развития. Десятью миллионами лет позднее, когда в Месселе было тропическое озеро, они уже бурно развивались. Млекопитающие начали занимать все ниши в экосистеме, которые прежде принадлежали динозаврам. Это было началом их победного шествия по Земле. Мессель демонстрирует ранний период эволюционного формотворчества, когда природа активно экспериментировала, отказываясь от одних форм и создавая другие. До возникновения человека должно было пройти еще 48 миллионов лет.
(Информация в Интернете: http://www. hmwk. hessen. de/messel/)
4. Живая античность
«До Рима Трир стоял тысячу и триста лет» («Ante Romam Treviris stetit mille Trecentis»). Это средневековое утверждение не соответствовало действительности. И все же в нем была доля правды: доказано, что в этой долине с благодатным мягким климатом уже в III тысячелетии до Рождества Христова существовали поселения.
Поселение Аугуста Треверорум было основано римлянами при императоре Августе в 16-м году но нашей эры. В 1984 году город провозгласил себя «древнейшим в Германии» (конкурент: Аугсбург). Название Трир он унаследовал от родовой святыни треверов – жившего в долине Мозеля кельтского племени. В отличие от поселений, основанных римлянами на Рейне и Дунае, Трир не был гарнизонным городом. Он служил опорным пунктом для снабжения легионов, здесь делали оружие и боеприпасы, здесь же жили римские сборщики налогов. Теперь Трир объявлен ЮНЕСКО «всемирным культурным достоянием».
Трир – это город живой античности. Выстроенный римлянами мост через Мозель на семи опорах по сей день выдерживает даже тяжелые грузовики. Сохранились одни из городских ворот: потемневшие от времени «Порта Нигра» («Черные ворота»). Около 100 года н. э. богатые граждане выстроили амфитеатр. Ныне он служит сценой для летних «античных фестивалей». Во II веке н. э. были построены Термы Барбары, в которых римские чиновники могли с комфортом принимать ванны и заниматься гимнастикой. В IV веке к ним присоединились Императорские термы.
В III веке Трир снова переживает расцвет, став столицей западной провинции Римской империи. В это же время здесь складывается центр раннего христианства: в основании собора сохранились позднеантичные элементы сакральной постройки. В результате Великого переселения народов слава города угасла. Крест, водруженный на главной рыночной площади города в 958 году, свидетельствует о том, что лишь в Х веке Трир вновь обрел свое значение. В XII веке трирские архиепископы стали курфюрстами, получив право участвовать в выборах императора. Это прибавило городу доходов, а с доходами появились и воры. Богатые купцы стали строить дома-башни. Дверь в них была расположена так высоко, что добраться до нее можно было лишь с помощью деревянной лестницы, которую в случае опасности можно было легко убрать. Это до сих пор хорошо видно в «Доме трех королей», жилой постройке XIII века (Симеонштрассе, 19). Новая история города не столь богата событиями: в 1803 году курфюршество было упразднено. За десять лет до этого город отошел к Франции, его заняли революционные войска. В ходе освободительных войн Пруссия отвоевывает Трир и в 1815 году провозглашает его столицей прусской Рейнской провинции. Провинциальный город живет тихо вплоть до второй мировой войны, которая наносит ему большой урон. Лишь став резиденцией окружного правительства образованной в 1949 году федеральной земли Рейнланд-Пфальц, Трир переживает новый расцвет. Сегодня в нем почти 100 тысяч жителей, это центр торговли, образования и виноделия. Древний город привлекает множество туристов.
В Трире можно совершить неповторимые прогулки сквозь тысячелетия: базилика на Константинштрассе в центре города – не что иное, как главное помещение римского дворца IV века н. э., служившее императору Константину тронным залом. Нетрудно себе представить, какое огромное впечатление производили высокие стены зала на кельтских крестьян, приходивших сюда, чтобы заплатить римлянам налоги.
То обстоятельство, что самого известного сына Трира звали Карл Маркс, не имеет отношения к всемирному культурному достоянию (а может быть, все-таки имеет?). Во всяком случае, экскурсия по Триру была бы не полной без посещения музея Карла Маркса. «Как прекрасно и утешительно то, что Германия с таким почтением относится к старику-Марксу», - написал неизвестный посетитель в гостевой книге музея. Маркс (1818-1883) жил в этом доме совсем недолго. В 1820 году семья переехала в дом номер 8 на Симеонштрассе (об этом говорит бронзовая табличка на магазине оптики). Карл посещал прусскую гимназию имени Фридриха Вильгельма (прежде училище иезуитов), окончив ее в 1835 году. В то время он собственными глазами видел нищету и безработицу в окрестностях Трира, они стали темой его первых репортажей, опубликованных в 1842 году в кельнской «Райнише Цайтунг».
Интернет: http://www. trier. de
Новая жизнь остывших доменных печей
Если ехать вверх по течению реки Саар, которая впадает в Мозель в городке Конц под Триром, то близ города Фёлькинген на западе земли Саар можно увидеть заржавевшие домны металлургического завода, который в 1994 году был причислен к «культурному достоянию человечества».
Силуэт города действительно импозантен: доменные печи придают ему особый характер. Этот комплекс, в котором после остановки производства в 1986 году, когда разразился «стальной кризис», не было произведено ни единой тонны стали или кокса, представляет собой не просто руины. Завод в Фёлькингене – это единственный полностью сохранившийся металлургический завод эпохи расцвета индустриализации.
История небольшой земли Саар, отходившей то к Франции, то к Германии, богата событиями. Несмотря на все политические перипетии, завод в Фёлькингене в течение целого века был стабильным фактором саарской экономики. Вплоть до самого заката «стальной эры» он являлся одним из символов региона. Основанный в 1883 году семьей Рёхлинг, Фёлькингенский завод всегда «играл» в высшей лиге немецкой черной металлургии: в зареве доменных печей металлургическое оборудование постоянно обновлялось, хотя рабочим приходилось по-прежнему трудиться буквально в поте лица своего. На предприятии постоянно шла борьба между трудом и капиталом, между профсоюзами и предпринимателями.
Завод занимает большую площадь - 60 гектаров. Во время экскурсий через производственные лабиринты вокруг шести доменных печей посетители могут ощутить дух промышленной истории. Этот объект всемирного культурного достояния посетили уже почти 800 тысяч любознательных людей. Сердце завода – это цех дутья, занимающий площадь в 6.000 кв. метров, в котором гигантские машины в свое время подавали воздух, необходимый для производства чугуна.
В этом огромном цехе сейчас проводятся выставки, концерты, театральные спектакли и мультимедийные инсталляции. Ведь завод в Фёлькингене не должен превратиться в мертвый мемориал, он должен стать динамичным центром культурной жизни. Поэтому общество, которое финансирует деятельность музея, называется «Европейский центр искусства и индустриальной культуры».
D-66302 Vцlkingen, ; Интернет: www. voelkinger-huette. org
История, монахи и виноград: остров Райхенау
На заключительном этапе нашего путешествия по Германии мы подъезжаем к Боденскому озеру. О возникновении монастыря на острове Райхенау известно немного: в 724 году монах по имени Пирмин приехал на остров в Боденском озере и основал здесь обитель. Откуда он приехал, неизвестно. Согласно легенде он изгнал с острова водяных змей и стал заниматься тем, что делали тогда все монахи: корчевал лес и обустраивал землю. Немного позже, при каролингах Карле Великом и Людвиге Благочестивом, монастырь встал в первый ряд образовательных центров империи, настал его «золотой век».
Посетитель, входящий сегодня в исторические здания монастыря, попадает в средневековье (если он, конечно, не забыл выключить свой мобильный телефон). Некоторые постройки в восточной части монастыря святых Марии и Марка в Миттельцелле, прежде принадлежавшего Ордену бенедиктинцев, дошли до нас еще со времен каролингов. Романская базилика святых Петра и Павла в Нидерцелле завершается апсидой XII века. Церковь св. Георгия в Оберцелле – единственный сохранившийся к северу от Альп образец церковной постройки, внутри полностью покрытой росписью. Фрески были созданы еще до 1000 года и считаются самыми старыми в Германии.
Все эти памятники сегодня доступны посетителям, а если постараться, здесь можно найти еще больше исторических реликвий. Достижения средневековых монахов острова Райхенау не ограничиваются архитектурными памятниками острова. Любая библиотека мира могла бы гордиться, имея в своих фондах одно из произведений местной школы книжной миниатюры. Аббат Штрабо в 827 году описал латинскими гекзаметрами собрание целебных трав в монастырском огороде, это описание можно считать первым в Германии учебником по ботанике. Во времена высокого средневековья монастырь находился в стратегически важной точке на пути германских императоров в Северную Италию. Дворяне посылали сюда на обучение своих сыновей. В XI веке на острове Райхенау работал Германн Хромой, разносторонний ученый, занимавшийся астрономией и математикой, музыкой и историей.
Остров площадью 430 гектаров, который сегодня соединен мостом с «большой землей», - это настоящее садовое царство, но в несколько ином смысле, чем садово-парковый ансамбль Дессау-Вёрлитц. Уже более 1000 лет люди выращивают на плодородной земле острова овощи, фрукты, виноград и хлеб. Сегодня четверть из 240 гектаров сельхозугодий находится под стеклянными крышами, под которыми практически круглый год растут цветы, вызревают огурцы, фасоль, помидоры и цуккини. Современное овощеводство с искусственным орошением, которое обеспечивают две больших насосных станции, началось здесь в 30-е годы прошлого века.
Так остров Райхенау подтверждает справедливость своего названия (в переводе «райхенау» значит «богатая долина»): устав рассматривать изображения рая небесного в старинных монастырских зданиях, можно отдохнуть среди рая земного, вкусив его плодов: под великолепное местное вино прекрасно идет жареная рыба из озера с гарниром из местного картофеля и овощей. 25 подобных объектов на территории Германии внесены сегодня в список памятников всемирного культурного и природного достояния. Каждый из них достоин посещения.
(IN-Press)
Авторы текстов:
Урсула Шмидт (Остров музеев в Берлине) / Карл Отто Заттлер (завод в Фёлькингене) / Катрин Функе (садово-парковый ансамбль Дессау-Вёрлитц) / Фолькер Томас (Мессельский угольный разрез, Трир, остров Райхенау)
