Сын Героя Советского Союза Никиты Гомоненко живет возле памятника отцу (стр. 3 )

Когда узнала об этом мама, Александр Никитович уже и не помнит. Не помнит он и того, как пряталась его семья под Харьковом вот своих же соотечественников, способных донести на семью Героя фашистам. В 1942 году в присвоении высоких наград летчикам героического экипажа напечатала «Красная Звезда», а многие на Харьковщине знали Феофилу и ее детей... По мнению Александра Никитовича, их спасло то, что Харьков три раза переходил из рук в руки, за город шли ожесточенные бои, и карательные отрядах так и не обосновались в нем...

Зато Александр Никитович хорошо запомнил день Победы... После этого и началось осознание себя в жизни и узнавание отца. В 1948 году на имя матери пришло письмо от Председателя Президиума Верховного Совета СССР Николая Шверника. Второй после Сталина человек в Советском Союзе, обращаясь к матери по имени-отчеству, писал: «Посылаю вам грамоту о присвоении вашему мужу звания Героя Советского Союза для хранения как память о муже-герое, подвиг которого никогда не забудется нашим народом». Феофила Егоровна положила грамоту на почетное место и в который раз подумала о том, чем кормить детей... Семья Героя Советского Союза Никиты Гомоненко голодала, и никому не было дела до того, где и как добывает средства к существованию вдова летчика, «подвиг которого никогда не забудется нашим народом». Подрастая, Александр начал спрашивать себя: неужели вечная память об отце, обещанная от имени всех советских людей большим политическим деятелем из Москвы, живет только в сердце его матери, сестры и его собственном?.. Когда Александру было 12 лет, он узнал о том, что направленные ему и сестре из столицы нашей Родины путевки в Артек «потерялись» где-то в пути. Но тогда ему было обидно лишь за себя и сестру. И только много лет спустя, с личностным и гражданским становлением Александра Гомоненко, он почувствовал обиду за Державу, столь равнодушно отнесшуюся к детям героев, чтить память о подвиге которых она так ревностно и торжественно обещала. «Из трех тысяч погибших в войну Героев Советского Союза немногие имели детей. На амбразуры бросались, в основном, те, кто не познал отцовства и спустя не осторожничал, не берег себя. И спустя Государство могло бы взять на учет всех детей погибших героев и позаботиться о них», - недоумевает и ныне Александр Никитович.