(г. Саратов)
Миф как элемент массового сознания.
Власть по своей природе стремится к максимально достижимому уровню контроля над сознанием общества, поскольку нуждается в его поддержке и лояльности. «Инстинкт самосохранения» власти неизбежно порождает необходимость управлять коллективными установками, выражающуюся в таком явлении, как пропаганда.
Пропаганда, известная как метод политической борьбы ещё в Древней Греции1, получила центральное значение в научных трудах Г. Лассуэлла, определявшего её как «массовое убеждение», «управление символами», которые предполагают распространение и закрепление в мировоззрении политических мифов и стереотипов2.
Под мифом (от греч. mythos — слово, сказание, предание) обычно понимают сказание, передающее архаические религиозно-мистические представления народов об устройстве мира. При мифологическом мировоззрении такие предания играют роль нравственных ориентиров, служат фундаментом для формирования исторического знания3.
Исходя из содержания понятия, миф призван удовлетворить потребность человека в понимании мира (объяснительная функция4), он дает человеку иллюзию знания, тем самым создавая возможность уйти от существующих проблем. Т. Лессинг определяет миф как «познавательный акт», который не является отражением реальной действительности5.
Миф непосредственно связан с массовым сознанием, поскольку их существование взаимообусловлено, поскольку массовое сознание одновременно и является предпосылкой для возникновения мифа, и в своем бытии опирается на миф. Массовое сознание также является идеальной средой для взращивания мифов в силу упрощенного восприятия действительности. Таким образом, можно говорить о том, что массовое сознание мифологично по своей сути6.
История ХХ века характеризуется развитием специфической формы мифологии. Доминирующим типом стали политические мифы, причиной чего выступает слабость отдельного индивидуума или небольшой группы перед экономической и политическими стихиями.
Г. Лассуэлл раскрывает политический миф как «совокупность социальных убеждений, включающих устойчивые представления об идеальном типе власти в рамках конкретного общественного устройства». Г. Лассуэлл указывает на то, что политический миф получает реализацию в политических доктринах. Опираясь на это предположение, Г. Лассуэлл говорит о двух сферах, на которых направлено влияние мифа, во-первых, о сфере рационального сознания (уставы, договоры, конституции) и о сфере эмоционального восприятия7.
Принимая во внимание стремление власти к установлению контроля над коллективным сознанием, можно определить две важнейшие функции политического мифа – придание легитимности власти, консолидация общества.
Ярким примером политической мифологии ХХ века является тоталитарная мифология.
говорит о тоталитаризме как о воплощении «массовой» культуры, включающей в себя представления о мире и месте человека, характерных для периода, наступившего после Первой мировой войны. также считает, что существует ряд черт, связующих пространственно-временных представлений тоталитарных культур ХХ века с представлениями и символами архаической и более поздней мифологии8. При этом нельзя отрицать отсутствие положительной роли мифа: порожденный исчезновением ценности ранее существовавших ориентиров и идеалом, он означал выбор незнания и заблуждения, и был лишен когнитивной составляющей, то есть утратил «онтологическое содержание», отдавая первенство значения функции. Однако аналогии становятся достаточно прозрачными при ближайшем рассмотрении. К примеру, представление о времени характеризовалось тем, что все тоталитарные общества воспринимали себя находящимися в начале “нового мира” или “новой эры”. Примером может послужить изменение летоисчисления в 1933 году9 (в Италии летоисчисление стали отсчитывать от начала «фашисткой эры»). На фоне раздувания мифа о «Сверхчеловеке» ведущем народ к «Светлому будущему», изменения происходили в культурной жизни общества, искусстве, отсюда у человека появлялось чувство новизны, чувство открывшейся перспективы правильного, счастливого времени.
Свидетельствует о связи тоталитарной культуры с архаистической мифологией и искаженное чувство пространства, дававшее каждому из обществ воспринимать себя как центр развития цивилизации, источник её саморегуляции. При этом каждая из стран считала свою миссию по восстановлению «правильного» мирового порядка исключительной (восстановление Римской империи, идея господства арийской расы, «строительство» социализма).
Обожествление государства в тоталитарных доктринах также является их общей чертой. За государством признавались свойства верховной личности, наделенной волью и распоряжающейся гражданами. “Мы не желаем другого Бога, кроме Германии. Что нам нужно, так это фанатизм в вере, надежде и любви к Германии”,- Гитлер10. Тоталитаризм связан верой в Государство как в благую Власть, как субъект, обладающий неограниченной силой и властью в отношении каждого.
Соответственно, оправдывали своё существование культы, создававшие ореол божественности (культ личности, массовые празднества, специальные концерты, спектакли, выставки и т. п.).
Также стоит отметить, что для тоталитарного государства основой идеологии выступает противопоставление «мы – они» .Средство консолидации общества – образ врага (также миф), который трактуется однозначно. У рядового члена общества возникает чувство опасности, повышается тревожность.
Произошедшее поражение тоталитарной идеологии не отразился на демифологизации общественного сознания. Напротив, имеется тенденция к росту уровня мифологичности, которая напрямую связана с развитием и распространением массовых коммуникаций. СМИ представляют собой канал передачи информации, но такая информация уже интерпретирована, подвержена фильтрам, чем власть не может не воспользоваться, чтобы получить возможность манипулировать общественным сознанием. Немаловажную роль играет и то, что преодоление границ (национальных, пространственных и т. д.) для СМИ не представляют сложности, что увеличивает численность аудитории. При этом развитие средств массовой коммуникации приводит сознание к состоянию тотального восприятия.
Несмотря на то, что информационная революция существенно изменила коммуникацию, сделала её более динамичной, это отрицательно отразилось на общественном сознании. В современной действительности человек получает неисчислимое количество информации низкого качества, становится в позицию зависимого от компьютерных технологий. Остается утверждать, что отражение внутреннего дискомфорта находит своё место в творческих результатах (произведениях кино, литературы, музыки и т. д.)
Современную мифологию стоит рассматривать как «адресную», что непосредственно отражает положения теории массовой коммуникации,11 при этом приверженность к тому ли иному представлению охватывает не все население, а его отдельные группы (например, миф о «гармоничной и благополучной советской эпохе»).
Обобщая все вышесказанное, можно утверждать, что современный миф призван одарить человека ощущением комфорта среди информационного хаоса, сложных общественно-политических, экономических и социальных процессов. Кризис идей (вполне возможно, никогда не исчезавший) отчасти вернул мифам религиозный оттенок, передав ему новую функцию – успокоения.
Итак, подводя итог, следует придти к следующим выводам:
Социальный миф (в том числе и политический в качестве разновидности) не тождественен мифу архаичному, однако сам процесс мифологизации неразрывен с историей и порожден природой человека. Таким образом, своеобразие условий конкретной эпохи преобразует содержательную сторону мифа. Изначально возникшие функции имманентна мифосознанию на протяжении всего периода его существования. Распространение мифа и активное мифотворчество усиливаются для кризисных периодов истории, что свидетельствует о недостаточности исторического знания, либо желании выгодно переосмыслить прошлые события.Список использованной литературы.
иф сегодня // збранные работы: Семиотика. Поэтика. — М.: Прогресс; Универс, 1994. С. 72—130. Германский национал-социализм. – Изд."Паллада", М., 1994 г. Гришко и тираны. –Издт-во: Издательское Товарищество "XX Век", 1998 Каменский массового исторического сознания и конструирование образа прошлого // Горбачевские чтения: Власть факта и власть мифа: как создается образ современной истории России. Некоторые проблемы освещения истории перестройки в учебниках истории. М., 2005. С. 12-21. Найдорф европейского мифотворчества. – Одесса, 1999. - 34 с. Почепцов См.: Lasswell H. Analysing the Content of Mass Communication: A Brief Introduction. N. Y., 1942; Rogers E. M. A Histоry of Communication Study. N.-Y., 1997. Р.213, 228; Ядов исследование. Методология. Программа. Методы. М., 1972. Суриков в Афинах. - М.: Языки славянских культур, 2006 Терин Г. // Современная западная социология. Словарь. М., 1990. Философский энциклопедический словарь / , , — М.: Инфра-М, 1997. Электронная еврейская энциклопедия. Теодор Лессиннг. – http://www. eleven. co. il/article/124221См.: Суриков в Афинах. - М.: Языки славянских культур, 2006
2 См.: Терин Г. // Современная западная социология. Словарь. М., 1990, с. 54
3 Философский энциклопедический словарь / , , — М.: Инфра-М, 1997. — с. 124.
4 иф сегодня // збранные работы: Семиотика. Поэтика. — М.: Прогресс; Универс, 1994. С. 72—130.
5 Электронная еврейская энциклопедия. Теодор Лессиннг. – http://www. eleven. co. il/article/12422
6 Каменский массового исторического сознания и конструирование образа прошлого // Горбачевские чтения: Власть факта и власть мифа: как создается образ современной истории России. Некоторые проблемы освещения истории перестройки в учебниках истории. М., 2005. С. 12-21.
7 См.: Lasswell H. Analysing the Content of Mass Communication: A Brief Introduction. N. Y., 1942; Rogers E. M. A Histоry of Communication Study. N.-Y., 1997. Р.213, 228; Ядов исследование. Методология. Программа. Методы. М., 1972.
8См.: Найдорф европейского мифотворчества. – Одесса, 1999. - 34 с.
9 См.:Гришко и тираны. –Издт-во: Издательское Товарищество "XX Век", 1998
10 См.:Германский национал-социализм. – Изд."Паллада", М., 1994 г.
11 Почепцов технологии двадцатого века. «Рефл-бук», «Ваклер». 1999
