Критика взглядов "госкаповца"
1) ВВП:
"Я, лично, вижу своей задачей показать возможности коммунистической экономической борьбы, борьбы за экономическую власть рабочих на производственных предприятиях - внедрением производственного самоуправления, минуя всяческие комитеты, советы и пр. демоцентрализм. (Для этого я использую упорядоченный мной марксистский диалектический метод.) Этим подготовится коммунистический базис для коммунистической же революции"
Иван:
Состояние сегодняшних производительных сил таково, что практически все специализированные отрасли взаимно переплетены и взаимно обусловлены и представляют собой единое технологическое пространство. Такие производительные силы с неизбежностью требуют, чтобы их воспринимали как общественные производительные силы и поступали с ними как с общественными производительными силами. А это возможно только посредством объединения единой собственностью всех общественных средства производства. Производство должно существовать как единый производственный комплекс. Но объединить все средства производства в единой собственности в условиях господства частной собственности невозможно. Следовательно, необходимо устранение частной собственности.
Если же тов. ВВП надеется создать экономический базис социализма в недрах капиталистического общества, то, следовательно, он должен будете стремиться создавать некие коллективные предприятия типа кооперативов. Кооперативная собственность вполне возможна в недрах капитализма, она никак не противоречит капиталистической собственности, ибо и акционерная собственность и собственность разного рода обществ с ограниченной ответственностью есть, с одной стороны, частная собственность, но, с другой стороны, в тоже время она есть коллективная собственность. Но в таком случае кооперативная собственность не позволит создать экономический базис социализма, ибо она противоречит общественной собственности, она растаскивает производительные силы, которые по своей природе есть общественные производительные силы, по различным уголкам и весям. Кооперативная собственность в недрах капитализма показывает только то, что рабочие вполне могут обходиться без капиталистов, но это не социализм.
2) ВВП:
"Последняя фаза капитализма (с хозяйственно переходными к коммунизму, бестоварными, общественными формами государственного капитала), - СССР - подмяв под себя отраслевые монополии (структуризовав их министерствами), создала этим коммунистический базис"
Иван:
Советская экономика не была бестоварной, товар всецело господствовал в советской экономике и я постарался в краткой форме показать в своих высказываниях. Природа товара изменилась, его место в форме стоимости изменилось, но товар как таковой остался. И соответственно сохранилась вещная оболочка производственных отношений, поэтому понять советскую экономику можно понять, только познав природу товара в условиях обобществленного производства.
Далее. В критическом отзыве на статью Е. Меньшиковой я упомянул об отраслевом монополизме, который есть всего лишь проявление государственного господства в экономике. Это господство проявлялось внешне как ведомственность, но по существу это было обособление государства, которое из диктатуры пролетариата превратилось в диктатуру над пролетариатом и трудовым крестьянством. Государство, приобретя собственный интерес в производстве совокупной стоимости, стало независимым от общества, но и само общественное производство стало независимо от субъектов производственных отношений, оно стало развиваться по своим собственным законам, определяя поступки людей.
ВВП:
"Поэтому в следующей фазе социального развития, первой фазе коммунизма, именно в качестве базиса следует иметь государство диктатуры пролетариата, организующее систему производственно самоуправляемых ячеек (коммун) общественного воспроизводства"
Иван:
То, что в условиях социализма возрастает роль субъективного фактора, еще не есть повод для утверждения что государство, как политический институт, станет базисом общественного устройства. Роль субъекта возрастает, но субъект не может делать историю так, как ему вздумается. Общество должно познать ту объективную реальность, которая существует в тот или иной исторический момент, и, познав эту объективность, осуществить свою непосредственную деятельность. Однако надо прекрасно понимать, что познание всегда неполно, а следовательно, никто не застрахован от ошибок, которые потребуют определенных корректив в процессе реализации планов.
Если процесс развития общества в действительности осуществляется по рельсам социализма, то в таком случае данное государство действительно может быть только диктатурой пролетариата. Но если общественное развитие будет осуществляться в интересах какой-либо обособившейся касты, то ни о каком социализме не может быть и речи, это будет диктатура этой касты. Производственные отношения, складывающиеся в обществе и являющиеся реальным базисом общественного развития, в любом случае будут определять надстройку, а не наоборот.
ВВП:
"Жалкие потуги ЦК КПСС в организации коммунистических и хозрасчетных бригад (скоропалительно пресеченные управленческой бюрократией) мы коммунисты - сейчас должны преобразовать в научно организованные самоуправляемые предприятия и бытовые комплексы. И теоретически, и практически! В этой первой фазе коммунизма и возможны бюрократические пережитки. А при СССР они были вовсе не пережитками, а отраслевой формой ведения хозяйства".
Иван:
Я был совершенно прав, высказав мнение о том, что тов. ВВП предполагает обособленные производственные ячейки. Извините, но даже прудонисты, которые в своих теоретических воззрениях вообще не признавали крупной промышленности, во времена Парижской Коммуны вынуждены были на базе оставленных буржуазией предприятий создать не только ассоциации производителей, но создать также и объединение этих ассоциаций в единую ассоциацию ассоциаций. Тов. ВВП же изначально закладывает обособление, а следовательно, противоположность интересов, которое неминуемо перерастет в противоречие.
Я повторяюсь: но отраслевой принцип не выдерживает никакой критики. Хрущева кстати критиковали за то, что он породил местничество. И местничество, и ведомственность есть следствие товарного плана, в котором всецело господствовал вал. Когда в основе планомерной организации закладывался примат территории, то вал выступал в качестве местничества, когда устанавливали примат отрасли, то вал проявлял себя в ведомственности. Очевидно, мне еще не раз придется повторять это, но я не ленивый, повторю еще и еще раз.
ВВП:
"Безгосударственная (научная) система ведения хозяйства возникнет (также революционно) во второй фазе коммунистической формации, где общества будут организованы по природным регионам (с внутренним обменом объективным эквивалентом), а самоуправляемая производственная система станет базисом"
Иван:
Итак, тов. ВВП стремится сохранить внутренний обмен объективными эквивалентами, но таковым обменом эквивалентов может быть только обмен товарами, как стоимостями, иного нет и быть не может. Таким образом, он, фактически, и во вторую фазу готов протащить товарные отношения.
Надо понять простую истину: современный уровень производительных сил таков, что даже для производства простенькой маленькой булочки, грош цена которой, обществу требуются добыча всех полезных ископаемых. А это предполагает то, что все отрасли по производству этой самой булочки взаимосвязаны в единый технологический процесс. И если нет непосредственной технологической, казалось бы, связи между производством ткани и булочки, то она все-таки существует опосредованно, ибо все полезные ископаемые требуются для производства любого предмета потребления. Поэтому связь существует через эти отрасли. Именно вследствие того, что все отрасли оказались взаимно переплетены и взаимно связаны, то это говорит только об одном, что данное общественное производство можно подчинить непосредственному производителю, только посредством планомерной организации всем общественным производством. Планомерная организация производства есть не что иное, как планомерная организация процесса труда, в котором нет и не могут иметь место товарные отношения. Это отмечал даже Бордига, критикуя советское планирование. Правда, я не могу согласиться с его высказыванием, что в советской экономике не было никакого планирования вообще. Оно было, но было осуществлено в форме товарного плана, в котором всецело господствовала совокупная стоимость. Государство устанавливало предприятиям плановые задания по производству совокупной стоимости, а предприятия, подчинясь диктату государства, выполняло эти планы, и чаще всего за счет нарушения номеклатуры производимых товаров. Что планировали, то и получали.
Протаскивая товарные отношения, тов. ВВП тем самым с неизбежностью породит обособление, которое заложено в самом товаре. Товар есть следствие обособленности, обособленность есть причина существования товара, следовательно, согласно всем законам диалектики, о которой вы часто упоминаете, чтобы следствие не вымерло и не исчезло, оно должно выступить причиной по отношению к своей собственной причине, которая ее же и воспроизводит. Иначе движение прекратится, а следовательно, исчезнет всякая материя, которая существует не только в пространстве, но должна существовать и во времени.
3) ВВП:
"Однако вопрос о собственности на идеальное средство производства - на рабочую силу - актуален для понимания перехода от капиталистического к коммунистическому способу производства...
Товарное производство в СССР имело всеобщий характер только благодаря частной (на продажу, товарной) собственности индивида на личную рабочую силу. Материальные средства производства (орудия производства, сырьё и комплектующие), пребывая в государственной частной собственности, потеряли товарный характер и лимитно распределялись"
Иван:
Если тов. ВВП говорит, что материальные средства производства потеряли товарный характер, то в таком случае, товарные отношения уже не носят всеобщего характера, ибо огромнейший пласт продуктов труда уже не есть товары, а следовательно, они и не обмениваются на деньги.
Если тов. ВВП связывает всеобщность товарных отношений с превращением рабочей силы в товар, то я с ним соглашусь, но это при этом добавлю, что все продукты труда являлись товарами. Но тов. ВВП не понимает, что причиной того, что рабочая сила, эта естественное человеческое свойство, неотделимое от самого человека, становится товаром не потому, что на это свойство распространяется частная собственность - она иной и быть не может - а потому, что человек лишен собственности на средства производства.
В условиях товарного производства человек может потреблять товары, как потребительные стоимости, только в том случае, если он может их купить, а для этого у него должны быть деньги. Но чтобы иметь деньги, человек должен продать товар. Если человек имеет собственные средства производства, то в таком случае, он имеет возможность своим собственным трудом создавать товары, продавая которые он получает деньги, необходимые ему для покупки в дальнейшем необходимые товары.
Но это возможно только в условиях мелкотоварного производства. В условиях же крупного товарного производства, каждый человек не может обладать средствами производства, с помощью которых человек производил бы товары. Ведь невозможно представить себе токаря, который устраивается на работу и тащит за собой на веревочке токарный станок, а уволившись, забирает данный станок с собой. Понятна же абсурдность данного положения. А поскольку человек оказывается лишенным средств производства, то он не может своим трудом создавать товары, чтобы самостоятельно продавать их с целью получения необходимого количества денег.
С другой стороны, товарные отношения, желает этого тов. ВВП или нет, в своей основе требуют существования обособления, которое проявляется в том, что средства производства становятся собственностью этого обособленного субъекта. Человек, лишенный средств производства, вынужден поэтому продавать только то, что у него осталось, свою естественную человеческую сущность, свое свойство, заключающееся в том, что человек тем и отличается от животного, что он способен трудиться. То есть человек продает сам себя и то время, которое человек находится в производственном процессе, ему никак не принадлежит, поэтому человек продает себя во временное рабство, что Маркс и назвал наемным рабством. Поэтому сохранение товарных отношений в условиях крупного производства всегда порождало и будет порождать товарный характер рабочей силы. И тот, кто старается всеми правдами и неправдами, сознательно или бессознательно, протаскивать товарные отношения, тот всегда будет тем самым порождать производство, основанное на товарности рабочей силы.
ВВП:
"Материальные средства производства (орудия производства, сырьё и комплектующие), пребывая в государственной частной собственности, потеряли товарный характер и лимитно распределялись. Это выступает коммунистическим элементом Государственно - монополистической фазы капитализма для первой фазы коммунизма, Производственной коммунизации, когда в самоуправляемом обществе развивать диалектическую социальную науку и внедрять самоуправление будет собственник материальных средств производства - государство диктатуры пролетариата"
Иван:
Увы, средства производства в реальности обменивались на деньги, а следовательно, сохранили товарную форму. Довод тов. ВВП, что средства производства лимитно распределялись, всецело принимается, но он забывает, что распределение предшествует обмену и поэтому данное распределение никак не объясняет отсутствие товарной формы. Обмен наступает после распределения и в обмене осуществлялся обмен товаров на деньги. Если покупатель не имел денег, то в таком случае государство выдавало кредит для оплаты поступивших товаров. То, что средства производства распределялись лимитно, говорит только о том, что общественные связи между отдельными участниками общественного производства устанавливались еще до начала производства, то есть еще до начала производства было известно, кто что и для кого производит.
Из высказывания тов. ВВП я понимаю, что и первая фаза коммунизма у него с неизбежностью носит капиталистический характер, следовательно, он должен сохранить товарные отношения, обособление либо товаропроизводителей, либо государства, что показывает опыт СССР. Следовательно, производство будет носит двоякий характер. С одной стороны, человек будет потреблять в процессе производства средства производства, чтобы создать товары. А с другой стороны, эти средства производства будут потреблять человека, заставляя его работать ради достижения выгоды кого-то другого. Следовательно, вся мерзость нечеловеческих отношений останется незыблемой, измениться может только форма проявления этих отношений.
***
Тов. вполне достаточно видит пороки советской экономической системы. Его высказывания об отраслевом монополизме тому подтверждение. Поскольку тов. сам непосредственно не высказывается о том, в чем проявляется данный монополизм, то я постараюсь ответить за него, если он не согласится, то может опротестовать, но тогда хотя бы будет видно, вследствие чего он пришел к выводу о необходимости самоуправления на уровне предприятия, совершенно отбросив общественный характер производительных сил, которые требуют объединения всех предприятий в единый общественно-производительный союз, и Маркс в процитированном месте рассматривает именно все общественное производство подчиненное всему обществу.
Отраслевой монополизм проявлялся в том, что каждая отрасль стремилась производить все необходимое, что только возможно для данной отрасли, самостоятельно. Именно поэтому шли вагоны с лесом из Сибири в Карелию, а из Карелии в Сибирь. Именно поэтому шли вагоны со слитками, которые есть продукт труда для сталеплавильного производства и одновременно сырье для блюминговального производства, с одного металлургического предприятия на другой, а обратно отправлялись слябы, которые есть продукт труда блюмингования и сырье для проката. Все три операции есть единый технологический процесс производства сортамента стали, но на каждом металлургическом производстве этот процесс был разорван. Но весь этот технологический разрыв необходим с точки зрения производства совокупной стоимости. В СССР создали технологический процесс непрерывной разливки стали, но этот способ напрочь исключает блюмингование, а следовательно, упрощает производственный процесс и устраняет данный метод производства совокупной стоимости, что невыгодно для отрасли. Но тов. не замечает, что все это делалось и в интересах предприятий, которые за счет этого технологического разрыва выполняли планы по производству совокупной стоимости. В этом предприятия и отрасли были заинтересованы обоюдно.
Вся теория тов. основана на том простом и очевидном факте, что предприятия испытывали постоянное засилье вышестоящих организаций, в данном случае отраслей, по отношению к нижестоящим. Именно эта диктаторская власть в производстве и подтолкнула тов. к самоуправляемому производству, в котором трудовые коллективы самостоятельно организуют производство, самостоятельно продают свою продукцию, самостоятельно осуществляют расширение производства и т. д., и все освящено ореолом самоуправления. Именно поэтому он и стремится создать экономическую теорию синдикалистского типа, когда каждое предприятие, основанное на самоуправлении самого трудового коллектива, будет самостоятельно организовывать свое производство. Но вспомним югославский опыт, когда это самоуправление привело к тому, что имело место отчуждение самого работника от производства и продукта труда. Я изучал югославскую модель экономики, и все ее проблемы подобны советским проблемам только с югославской особенностью.
