Общая характеристика природных ресурсов (стр. 1 )

Раздел 1. Общая характеристика природных ресурсов.

1.1. История освоения природных ресурсов

Если обратиться к наиболее общему определению природных ресурсов, данному : «естественные ресурсы... тела и силы природы, которые на данном уровне развития производительных сил и изученности могут быть использованы для удовлетворения потребностей человеческого общества в форме непосредственного участия в материальной деятельности» - и обратить внимание на выделенные слова на данном уровне развития производительных сил, то становится ясно, что природные ресурсы – понятие историческое. Часто их характеризуют как пространственно-временную категорию, чей объем различен в различных районах земного шара и на разных стадиях социально-экономического развития общества.

Тела и явления природы выступают в качестве определенного ресурса в том случае, если в них возникает потребность. Но потребности, в свою очередь, появляются и расширяются по мере развития технических возможностей освоения природных богатств. Например, нефть была известна как горючее вещество еще за 600 лет до н. э., но в качестве топливного сырья в промышленных масштабах ее начали разрабатывать лишь с 60-х годов XIX столетия.

В первобытнообщинном обществе потребности человека и его возможности освоения природных богатств были весьма скромными и ограничивались собирательством, охотой на диких животных и рыбной ловлей. Плотность населения напрямую зависела от запасов биоресурсов, которые были выше в регионах с теплым и влажным климатом. Преобладающий вид крупного млекопитающего, основного объекта охоты, определял своеобразную «специализацию» древних охотников. К первым освоенным человеком природным ресурсам следует отнести также леса – источники древесины для строительства жилищ и получения дров.

Археологи фиксируют появление у человека культурных растений около 10-12 тысяч лет назад, что означает переход от присваивающего типа хозяйства к производящему и начало земледелия и скотоводства. С точки зрения природопользования это означает, что природными ресурсами становятся земля и почвы, а необходимость изготовления орудий труда и строительство жилья включают в их состав первые полезные ископаемые и строительные материалы.

Возникновение земледелия представляется столь внезапным, что получило название неолитической революции. С этой эпохой связаны две загадки в истории природопользования: почему человек перешел к земледелию и почему он выбрал именно злаковые культуру как основу своей растительной пиши.

Рассматривая первый вопрос, знаток истории земледелия [1] рассказывает, как однажды правительство Бразилии решило обучить земледелию индейцев племени бороро. Их наделили землей и в избытке семенами, орудиями и, конечно, инструкторами. Последние на глазах индейцев взрыхлили и засеяли землю, подробно разъяснили, какие теперь дары она принесет, и какие еще льготы даст для индейцев бразильское правительство. Но стоило только инструкторам удалиться, как бороро выкопали, и с аппетитом съели посаженые клубни и семена. А после отправились в джунгли, чтобы с помощью розданных для расчистки леса топоров добраться до высоко растущих плодов.

Некоторые историки полагают, что к земледелию человек перешел, чуть ли не шутя: собирал диких предшественников современных культурных растений, ел их, семена попадали на удобренную фекалиями возле жилищ почву, прорастали, чутко отзывались на уход. Отсюда лишь шаг к их возделыванию.

Принудить к земледелию, считают другие, могло истощение возможностей охоты, собирательства, скотоводства и рыболовства. Но эти способы пропитания в ряде мест не исчерпаны до сих пор. Многие народы до сих пор успешно живут за счет сбора плодов диких растений. В пустыне Калахари кочевники собирают дикие арбузы, а индейцы области Великих озер — дикорастущий водяной рис. Жители Огненной Земли разыскивают скопления моллюсков или выброшенного на берег кита. Обнаружив, останавливаются и живут до тех пор, пока не будет съедена вся туша. Переходить к земледелию они не хотят.

Неизвестно, почему человек не обратился к земледелию в более ранние межледниковые эпохи, но в холодное время, принимаемое за окончание последнего оледенения, следы земледельческой культуры обнаруживаются у разных народов в самых разных районах земного шара.

Для ученых так же неясен выбор культур, которые стал культивировать человек. Ничего, равного неолитической пшенице, рису, кукурузе, гороху, льну, хлопчатнику и сое выведено с тех пор не было. Кроманьонского селекционера за все последующие тысячелетия превзойти не удалось. «Сколько бы мы ни культивировали дикий ячмень, — писал , — так же, как и дикую пшеницу и овсюг, они... остаются отличными от культурных форм, что делает самую роль их как прямых родоначальников более чем сомнительной»[2]. Ни из какого вида культурного растения или домашнего животного еще никогда не получался другой культурный вид. Подавляющее большинство культурных растений даже неизвестно в диком состоянии. Если же их дикие родственники и есть, то никаких переходных форм между ними и культурными видами не обнаруживается. Согласно академику [3], громадное количество культурных растений в диком состоянии вообще никогда и нигде не встречалось, а такие культуры, как маис, финиковая пальма, банан, хлебное дерево даже не способны без человека к опылению и рассеиванию семян. Картофель, ананас, батат, маниок не могут успешно размножаться семенами.

Почти все возделываемые культуры уже изначально требуют искусственного полива, что предполагает развитие орошаемого земледелия и использование еще одного вида природного ресурса – воды для орошения [4].

Таким образом, становление производящего хозяйства включило в перечень древнейших природных ресурсов землю (пахотные земли, пастбища и сады), почвы и воду рек.

О географии древнего земледелия можно судить на основе анализа центров происхождения культурных растений. [2] выявил семь основных центров происхождения культурных растений. Из Средиземноморского центра берут начало многие овощные культуры, включая свеклу, репу, капусту. Кавказ, Переднеазиатские нагорья, Пенджаб, Кашмир, Таджикистан образуют Юго-западноазиатский центр. Он дал пшеницу, рожь, горох, горчицу, большинство плодовых культур Европы. Из горных районов Южного Китая распространились гречиха, соя, редька, грецкий орех, многие цитрусовые. Огурец, суходольный рис и некоторые цитрусовые вышли из Восточных Гималаев, горной Индии и Бирмы. Эфиопское нагорье явилось родиной кофейного дерева и ячменя, а на Мексиканском нагорье были окультурены хлопчатник и кукуруза. Картофель и томаты получены с западных склонов Анд. У многих видов культурных растений оказалось два или три Центра происхождения.

Все садовые деревья и кустарники Европы образуют на склонах Кавказа, гор Передней и Средней Азии, Гиндукуша, Каракорума, Гималаев буквально целые орехово-плодовые леса. Алма-Ата, например, в переводе так и означает «отец яблок» или просто «яблочное», поскольку город был окружен лесами из дикой яблони. Встречаются заросли дикого абрикоса. В подлеске немало тенелюбивых видов кизила, лавровишни, лещины. До сих пор, выкорчевывая деревья для своей пахоты, земледелец щадит лучшие плодовые деревья. На полях нередко можно видеть оставленные от прежних лесов яблони и груши. Возникает начальная форма садоводства - одной из основных форм современного землепользования (рис.1.1).

Рис.1.1. Древнейшие очаги земледелия

Антрополог [5] установил, что с вавиловскими центрами появления культурных растений были связаны географические очаги формирования человеческих рас. Наиболее ранние следы земледелия обнаружены в Палестине и Месопотамии. На рубеже X тыс. до н. э. здесь господствовала дубово-фисташковая лесостепь с обилием диких злаков и зернобобовых [6]. Среди них встречались дикие виды пшеницы и ячменя. На раскопках найдены их окультуренные зерна, многочисленные зернотерки и ступки, серпы, печи для выпечки хлеба. Жители разводили быков, коз, овец, собак, свиней, ослов, даже антилоп впрягали в плуги. Знали письменность и кузнечное дело. Высокого искусства достигала обработка обсидиана. Из кирпича строились первые на Земле города и храмы с мозаикой [7].

В свое время высказал мысль, что индикаторами мест зарождения земледельческих культур, а значит, и цивилизаций могут являться очаги современного сортового богатства культурных растений. Его экспедиции показали, что набор культурных злаков Ближнего Востока и Средиземноморья поразительно беден. Он существенно возрастает по направлению к Закавказью и Армянскому нагорью. Отсюда поступал обсидиан, могли поступать и элементы земледелия. Но и Армянское нагорье не ставит рекорд по количеству сортов возделываемой пшеницы. Восточнее, в Афганистане, оно еще более возрастает. Наконец, на небольшом пространстве между Гиндукушем и Западными Гималаями, на протяжении всего нескольких сот километров, население возделывает поразительное разнообразие главного хлеба Земли — мягких сортов пшеницы. Некоторые из них больше на Земле нигде не встречаются. Здесь же сконцентрировано и все мировое разнообразие зерновых бобовых растений, льнов, моркови.

Бедно сортами культурных растений оказалось также древнее орошаемое земледелие Египта и Месопотамии. Они явно заимствованы из верховьев Белого и Голубого Нила, истоков Тигра и Евфрата.

Другой очаг большого разнообразия культурных злаков был обнаружен на Эфиопском нагорье. Количество возделываемых на нем твердых сортов пшеницы и ячменя, превосходит все их разнообразие во всех остальных странах земного шара. Ряд культур нигде более не встречается. Среди них хлебный злак тэфф, фиолетовозерная пшеница, масличный нут. Лен возделывается не ради масла и волокна, а как хлебное растение, на муку. Такое разнообразие культурных злаков не может не свидетельствовать о распространении их отсюда в уже обнаруженные очаги древнего земледелия.

Задолго до недавнего открытия таиландской Пещеры Духов со следами земледелия, древнейшие слои которого датируются возрастом 11 тыс. лет до н. э., был описан юго-восточноазиатский центр происхождения культурных растений. Гималайско-Гиндукушский Центр разнообразия культурных растений расположен где-то на полпути между Ближневосточным и Таиландским очагами земледелия. С юга же к Гималайско-Гиндукушскому центру примыкает район одной из самых ранних Хараппской земледельческой культуры в бассейне Инда. А открытие земледельческих поселений в Судане, относящихся к 7 тысячелетию до н. э., подтверждает идею Эфиопского центра появления земледелия.