Психолингвистические аспекты перевода
Психолингвистика и переводоведение получили основной импульс к развитию в середине XX века. Психолингвистика (ПЛ) появилась параллельно с рядом других наук, получивших сложные названия из двух, а иногда и трлх компонентов, что отвечало актуальности разработки комплексного подхода в целях объяснения фактов, не поддающихся интерпретации в рамках одной из контактирующих дисциплин [4, с.9]. По мнению «ПЛ возникла в связи с необходимостью дать теоретическое осмысление ряду практических задач, для решения которых чисто лингвистический подход, связанный с анализом текста, а не говорящего человека, оказался недостаточным» [5, с. 404]. Наука о переводе, в свою очередь, стала активно развиваться после «информационного взрыва», за которым последовал «переводческий взрыв» [3, c. 5]. После создания Лиги Наций, а затем и ООН произошло значительное увеличение как дипломатических, так и личных контактов, возникла необходимость в переводе большого объема печатных материалов, что обусловило острую потребность в квалифицированных переводчиках, способных за короткий срок переводить большой объем текстов разного характера и разной тематики. Для подготовки переводчиков были созданы специальные школы. Именно с этого момента актуальным становится вопрос о необходимости создания переводческой науки.
История психолингвистики и переводоведения уходит корнями в даллкое прошлое и насчитывает несколько сот лет. Безусловно, в центре внимания обеих дисциплин были и остаются вопросы, связанные с языком и человеком говорящим. Объектом психолингвистики является речевая деятельность, а объектом теории перевода — особый вид речевой деятельности — перевод, поэтому задачи этих дисциплин во многом пересекаются. Проанализировав фазы становления обеих наук, можно сделать вывод о том, что существуя и развиваясь параллельно, на определенном этапе в рамках обеих дисциплин ученые, специалисты стали заниматься решением смежных задач и поиском ответов на близкие по проблематике вопросы.
Как для ПЛ, так и для науки о переводе актуальными становятся вопросы, связанные с теорией деятельности, в частности, с теорией, речевой деятельности, при этом анализ текста выходит далеко за рамки изучения языковых аспектов, большое внимание уделяется понятиям «язык» и «речь», «языковая личность», «языковая способность», «образ мира», «фоновые знания», «межкультурная коммуникация» и т. д. Как утверждает «научное знание в принципе едино и абсолютно» [6], в связи с чем можно предположить, что психолингвистика со своим стремлением познать «специфику порождения и понимания фраз» впоследствии оказала влияние на развитие науки о переводе. Например, именно в рамках психолингвистического подхода в переводоведении была создана теория эквивалентности, которая выводит изучение основ перевода за сугубо лингвистические рамки.
Следует отметить, что те прогрессивные тенденции, которые наметились в науке о переводе, напрямую отражают главные тенденции в развитии современного языкознания в целом. Если раньше лингвистов интересовали в большей степени сами языковые средства (фонетические, грамматические, лексические), то сейчас упор делается на то, что языковые средства – это лишь формальные «операторы», с помощью которых человек осуществляет процесс общения, прилагая их к системе значений и получая осмысленный и целостный текст (сообщение). Современную лингвистику больше интересуют не фразы, предложения или даже высказывания, а целостные, связные и осмысленные тексты. Текст – не просто цепочка отдельных высказываний, он представляет собой сложное структурное и содержательное целое, которое должно быть сохранено и воспроизведено в тексте перевода.
Современная теория перевода в качестве отправной точки исходит из того, что перевод, как и язык, является средством общения, чем и обусловлено название этой теории — коммуникативная модель перевода. Как представляется, уже на этом этапе становления науки о переводоведении, используется понятийный аппарат психолингвистики, как например, «речевая коммуникация», «речевое воздействие», «речевая деятельность».
Когда в теории перевода речь идет о поиске соответствий, то акцент делается на необходимости совпадений полей значений. В рамках коммуникативной модели перевода, таким образом, на первый план выступает необходимость совпадений смысловых полей, т. е. передача не просто конвенциональных значений слов, а передача всей совокупности индивидуальных смыслов. Межкультурная компетенция предполагает знание о культуре каждого из контактирующих в переводе языковых сообществ. Коммуникативная компетенция переводчика предполагает умение не просто понимать и интерпретировать смысл оригинала, но также учитывать конкретную ситуацию общения, обълм фоновых знаний ел участников и на этой основе делать выводы о необходимости изменения языкового содержания текста в переводе. Наконец, предметная компетенция включает знание о предмете общения, позволяющее переводчику извлекать из текста авторскую интерпретацию описываемой предметной ситуации.
Перед переводчиком стоит двойная задача – с одной стороны ему необходимо точно передать все оттенки смыслов исходного текста, но с другой стороны, он сам является «заложником» своего смыслового поля, он находится в рамках своей индивидуальности, своей культуры.
Продолжая анализ перевода с позиций психолингвистики, в этой связи можно добавить, что перевод приобретает статус не просто лингвистического или культурного явления, не только особой психической или мыслительной деятельности субъекта, но является сочетанием всех факторов. Перевод – это речемыслительный процесс.
Активный субъект, включлнный в деятельность, – традиционный объект теории деятельности. В рамках этого направления основным считается действие, подчинлнное представлению о том результате, который должен быть достигнут, т. е. действие, подчинлнное сознательной цели. В теории речевой деятельности единицей анализа является элементарное речевое действие и речевая операция. Перенося на перевод основные свойства деятельности, можно еще раз отметить, что в переводе в качестве действий рассматриваются способы представления смыслов языковыми выражениями. Посредством языкового выражения автор фиксирует свои личностные смыслы, а переводчик-реципиент порождает свои на основе интерпретации представленных в тексте конвенциональных языковых единиц. В процессе интерпретации каждый раз порождается «свой» текст, неповторимый и уникальный. Он связан с оригиналом инвариантным смыслом, но в нем присутствуют отражение личных и профессиональных качеств переводчика, результат избранных им приоритетных стратегий, переводческих тактик.
Вне всякого сомнения, список тем, актуальных для переводоведения, к изучению которых могли бы быть привлечены концептуальный аппарат и исследовательские приемы психолингвистики, мог бы быть продолжен. К таким темам можно отнести вопросы, связанные со знаком, образом мира, эквивалентностью и адекватностью, концептом и многие другие. И, как представляется, установление более тесных связей между теорией перевода и психолингвистикой открывают интересные перспективы для обеих дисциплин.
Используемая литература:
Бреус теории и практики перевода с русского языка на английский: Учебное пособие. – М.: Изд-во УРАО, 1998. – 208 с. Бреус и практика перевода с английского языка на русский: Учебное пособие. Часть 1. – М.: Изд-во УРАО, 2001. – 104 с. Бреус перевода с английского языка на русский. Учебное пособие. – М.: Валент, 2007. – 320 с. Залевская в психолингвистику: Учебник. 2-е изд. испр. и доп. М.: Российск. гос. гуманит. ун-т, 2007. – 560 с. Леонтьев // Лингвистический энциклопедический словарь. – М.: Советская энциклопедия, 1990а. – С. 404-405. Леонтьев психолингвистики. – 3-е изд. – М.: Смысл; СПб.: Лань, 2003. – 287 с. Леонтьев общения. – 2-е изд., испр. и доп. – М.: Смысл, 1997. – 365 с. Комиссаров переводоведение: Учебное пособие. М.: ЭТС, 2002. – 242 с. Швейцер перевода (статус, проблемы, аспекты). М., 1988. – 215 с.