Соседи Чеховых. 1859 - 1869 гг (стр. 3 )

В дальний соседский круг входил штатный соборный священник отец Василий Шарков, бывавший дома у Чеховых. Он отличился в дни осады Таганрога в 1855 году, не покинув богослужения во время интенсивной бомбардировки и поддерживая спокойствие среди прихожан, находившихся в тот момент в церкви. В 1860-1861 годы отец Василий был Законоучителем воскресной школы для ремесленных рабочих при мужской гимназии, затем долгие годы служил священником Николаевского детского приюта.

В доме Евтушевского, по неподтвержденным данным, Чеховы прожили до 1863года. Причиной перемены квартиры, возможно, послужила женитьба хозяина, а также тот факт, что в семье вновь ожидали прибавления. Следующим чеховским адресом, по всей видимости, стал дом Говорова. Здесь, предположительно, родилась дочь Чеховых Мария. Говоров упоминается в письме Александра Чехова от 01.01.01 года. Из содержания письма косвенно можно сделать вывод, что Антону на тот момент было около трех лет.

В отношении этого адреса на сегодняшний день нет полной ясности. В письме Александра Павловича не указаны ни имя, ни род занятий хозяина дома. А между тем в 1860-е годы в Таганроге было два домовладельца с такой фамилией. На углу Полицейской улицы и Депальдовского переулка находилось домовладение священника Иова Говорова. На улице Конторской проживал протодиакон Крестовоздвиженской церкви Иоанн Говоров. Оба иерея происходили из семьи потомственных священнослужителей и состояли в родстве между собой.

Домовладение на Полицейской включало три деревянных дома с высокой оценочной стоимостью и вполне могло частично сдаваться в наем [17]. На Конторской улице в 1868году находился деревянный флигель и недостроенный каменный дом в полтора этажа, которого в 1863году явно не было. Оценочная стоимость этого домовладения была в четыре раза меньше предыдущего [17]. Тем не менее, теоретически чеховская семья с одинаковой долей вероятности могла проживать как по одному, так и по другому адресу. В пользу Конторской улицы говорит тот факт, что поблизости в Донском переулке в доме родителей жил любимый брат Павла Егоровича Митрофан. Но квартира на Полицейской была ближе к чеховской лавке, находившейся в то время на Петровской площади против Успенского собора. Кроме того, Александр Павлович вспоминал, что по Полицейской улице некоторое время он ходил в греческую школу [19, с. 568].

Поскольку на сегодняшний день этот адрес уточнить невозможно, рассмотрим оба варианта.

Если принять во внимание, что Чеховы снимали квартиру в угловом домовладении отца Иова, их соседское окружение и контакты были примерно теми же, что и в домике А. Гнутова. В этом случае к списку уже известных нам соседей можно добавить еще несколько фамилий. К примеру, купца Марка Вальяно, прославившегося позднее своими контрабандными операциями на всю Россию. Один из его двухэтажных домов находился на нечетной стороне Полицейской улицы через дорогу от домовладения Говорова. На четной стороне улицы в соседстве с Говоровыми проживали родственники будущего городского головы Константина Егоровича Фоти, на чье имя, спустя почти тридцать лет, писатель Антон Чехов выслал первую посылку с книгами для таганрогской библиотеки.

Другой возможный вариант чеховского адреса – дом отца Иоанна Говорова на Конторской улице. Его домовладение находилось в 119-м квартале, имевшем большую протяженность. Как уже отмечалось, поблизости через дорогу – приблизительно в 100 шагах правее – в доме родителей проживал Митрофан Егорович. И если принять во внимание этот адрес, соседское окружение Чеховых будет примерно таким же, как в доме дедушки и бабушки в Донском переулке. К нему и перейдем

Воспоминания о жизни в доме деда и бабушки, подаренном позднее Митрофану, оставил Николай Чехов. Автор комментариев к ним, племянник писателя , датировал эти воспоминания 1866 годом [25, с. 531]. Однако сопоставление отдельных эпизодов таганрогского детства братьев Чеховых, их возраста, а также новые данные исследовательской работы позволяют утверждать, что описываемые события относятся в целом к периоду 1861-1869 годов. Это, в свою очередь, говорит о том, что в 1860-е годы семья Павла Егоровича в поисках подходящей квартиры неоднократно на короткое время поселялась в доме родственников. Таким образом, летом 1863 года этот адрес не был новым для Чеховых. В 1858 году в этом доме родился Николай.

Коротко представим чеховских соседей по Конторской улице и Донскому переулку. Основное население улицы и особенно переулка составляли небогатые мещане, мелкие чиновники, невысокие военные чины. В дальний круг (соседние кварталы) входили также купцы, военные рангом повыше, в том числе генерал-майор Редичкин. Среди лиц, «засветившихся» в чеховском окружении, уже знакомый нам базарный староста Ермолай Семенов, купеческий сын Константин Попандопуло и купеческая жена Мария Позументирова. Сыновья двух последних, Михаил и Моисей, позднее учились в гимназии одновременно с Антоном Чеховым. Моисей в начале XX века оставил воспоминания об укладе жизни чеховской семьи. В период жизни Чеховых в доме деда и бабушки их соседом был и протодьякон Иоанн Говоров. Возможно, он способствовал тому, что любительский хор в течение двенадцати лет сопровождал праздничные службы в домовой Крестовоздвиженской церкви дворца Александра I.

Нельзя не сказать о ближайших соседях этого адреса. По линии Конторской улицы это братья Дмитрий и Иван Агали, появившиеся в Таганроге, как и Чеховы, в середине 1840-х годов [2]. С греческой семьей Дмитрия Ивановича и Полины Ивановны Агали Чеховы были людьми одного круга и по-соседски дружили. Дружили их дети, бывали в гостях друг у друга (1874-1876гг.). Семейство Агали часто упоминается в письмах родных Чехова. В 1882-1884-е годы у вдовы Дмитрия Ивановича квартировал Александр Чехов с гражданской женой -Сокольниковой. Ближайшими соседями Чеховых по переулку была семья мещанина Ивана Ивановича Бондаренко. Поскольку эта фамилия в сочетании с именем широко распространена в Таганроге, ничего определенного сказать об этих соседях нельзя. Отметим также, что в 120-м квартале, где располагался дом Е. Е. и , находилась лавка купца Савелия Паласа, а в соседнем 121-м – еще 3 лавки и при одной из них питейный дом.

Как уже было сказано, дом деда и бабушки был для Чеховых временным пристанищем. Но и в доме Говорова семья не планировала задерживаться надолго. Тем более что Павел Егорович по каким-то причинам оставил торговлю в рядах на Петровской площади. Возможно, плата за аренду лавочного помещения была увеличена. Возможно, как свидетельствовал приказчик , , купцы, торговавшие рядом с Чеховым, умышленно понижали цены на товары с целью устранения конкурента [13, с. 260]. Так или иначе, отец будущего писателя перенес свою торговлю на центральную улицу в дом уже знакомого нам Василия Николаевича Третьякова.

Главная улица Таганрога так же, как и Полицейская, в разное время именовалась по-разному: Вторая Продольная, Московская, Дворянская, Большая, Большая Петровская, Петровская. Здесь располагались по большей части солидные и основательные каменные дома, дорогие магазины, гостиницы, театр, городской сад. Иметь торговлю на центральной улице было, безусловно, престижно. И можно предположить, что такие мечты посещали на заре его торговой карьеры в бытность приказчиком .

В дневнике перенос торговли на Петровскую улицу в дом Третьякова обозначен 1864годом. Однако произошло это несколько раньше. 7 декабря 1863года. Павел Чехов через городскую газету приглашал покупателей в свой «новооткрытый магазин на Большой улице в доме г. Третьякова, против Поляпина» [22, с. 62]. Это был еще один дом, унаследованный Третьяковым от дяди Яншина. В начале 1860-х годов дом был несколько перестроен. «Внизу помещались магазины..., – вспоминал Ал. П. Чехов. – В одном из этих магазинов одно время торговал отец будущего писателя . Во дворе была его квартира в верхнем этаже» [20]. Вместе с тем нельзя утверждать, что переезд на новую квартиру состоялся в том же 1863 году. Вполне возможно, что вначале Чехов снял торговое помещение, а позднее и квартиру в том же дворе.

Старший брат писателя Александр оставил яркие воспоминания о жизни в доме Третьякова [20]. Он же назвал некоторых соседей. Так, рядом с лавкой Павла Егоровича размещалась парикмахерская Ивана Андреевича Злова. Вечерами окна ее освещались целым десятком керосиновых ламп, привезенных из Парижа. Лампы, а также керосин продавались здесь же в парикмахерской. Сыновей Чеховых и Зловых связывали совместные игры, а иногда и взаимные обиды.

В 1866 году непродолжительное время соседями Чеховых были вновь назначенный градоначальник Шестаков и его супруга. На первых порах квартиру для высокопоставленной четы город подготовил в доме Третьякова.

Через дорогу от лавки , ближе к Депальдовскому переулку «в огромное окно глядели качающиеся часы Франца Файста – знаменитого часовщика на всю округу» [20]. Знаменит он был тем, что на колокольне собора установил башенные часы. В чеховские времена такие часы можно было заказать только за границей или в Петербурге. Александр был влюблен в одну из дочерей Файста, Марию, а с ее братом Эдуардом учился в гимназии. Братья Чеховы бывали у Файстов в гостях [4].

Там же на противоположной стороне, но ближе к Коммерческому переулку, находился магазин «Ship Chandler» купца и судовладельца Александра Максимовича Стороженко. Этот купец, один из немногих русских, вел дела с англичанами, торговал судовыми принадлежностями [18, с. 621]. Для общения с английскими моряками Стороженко самостоятельно выучил их язык. По Азовскому морю ходили два его товарно-пассажирских парохода – «Александр» и «Матрена». Павел Егорович с большим уважением относился к этому умному и предприимчивому человеку, рассказывал о нем своим детям.

Из всех, названных выше, только Злов с семьей длительно проживал на Петровской улице, снимая квартиру, по всей видимости, в том же дворе, что и Чеховы. Файсты жили в Итальянском переулке, Стороженко – на Греческой улице.

Кому же принадлежали дома и лавки между Коммерческим и Депальдовским переулками? Коротко представим домовладельцев этого отрезка Петровской улицы. Начнем с нечетной стороны. Здесь от угла и до угла тянулся целый ряд магазинов и лавок, расположенных в полутораэтажных и двухэтажных зданиях, а также стоявших отдельно.