Этническая преступность: аспекты равноправия и национальной безопасности
Электронный ресурс, 2010.
Миграционные процессы тесно связаны с обеспечением национальной безопасности Российского государства. Термином "безопасность" принято называть положение или состояние личности, общества, государства <1>, в котором им не угрожает опасность, т. е. фактическую защищенность их прав, свобод и интересов от социальных природных, экономических и иных известных опасностей и угроз.
--------------------------------
<1> См.: , Шведова словарь русского языка. М., 2003. С. 41.
Несмотря на то что в последнее время активно принимаются нормативные правовые акты, регулирующие вопросы миграции, однако не существует ни в официальных документах, ни в научной литературе четкой концепции, структуры миграционной безопасности, в которых были бы закреплены показатели, пороговые значения и индикаторы миграционной безопасности России. Сущность обеспечения миграционной безопасности государства видится в создании условий, способствующих повышению благосостояния родной страны и ее коренного населения, максимальной устойчивости и развития общества под воздействием разного рода и интенсивности угроз, формированию эффективной миграционной политики.
Представляется, что вопросы обеспечения миграционной безопасности тесно связаны с правовой политикой в сфере борьбы с преступностью. Одна из причин возникновения этнической преступности - неконтролируемая миграция. Определение миграции как вызова безопасности особенно справедливо по отношению к незаконной миграции. С проблемами, связанными с высокой миграцией и этнической преступностью, сталкиваются и другие страны (США, ФРГ, Италия, КНР и др.), вследствие роста этнической преступности все европейские страны ужесточили миграционное законодательство, правила по приему, размещению мигрантов, выдаче гражданства <2>.
--------------------------------
<2> См.: Тихомиров положение мигрантов // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. 2006. N 3. С. 20.
Фактически мотив дискриминации представителей различных этносов, мигрантов, переселенцев, в том числе в деятельности правоохранительных органов и их сотрудников, нередко становится спекулятивным в СМИ, в международных правозащитных организациях, в информационных докладах которых указывается не только на неприязнь местного населения к мигрантам, но и на предвзятость правоохранительных органов к иностранным гражданам, переселенцам <3>.
--------------------------------
<3> См.: МИ, "этническая преступность" и мигрантофобия // Язык вражды против общества. М.: СОВА, 2007.
Однако неприязнь местного населения и усиленный контроль за переселенцами со стороны правоохранительных органов вызывается не просто предвзятым отношением, а вполне конкретными противозаконными действиями мигрантов. Поскольку этническая преступность существует не только как термин, но и как явление правовой действительности, выявление, устранение и предупреждение причин и условий, порождающих преступность, в том числе этническую, является важным направлением правоохранительной деятельности.
В соответствии с российским законодательством недопустим этнически избирательный подход, который обозначает практику, когда правоохранительные органы принимают решения о том, кто вовлечен в преступную деятельность или склонен к нарушению общественного порядка, на основании этнических или расовых стереотипов, а не на объективных поведенческих критериях. Правоохранительные органы в своей практической деятельности, в том числе направленной на борьбу с преступностью, должны действовать в рамках режима равноправия, т. е. осуществлять свою деятельность с учетом национальных особенностей, языка, традиций и обычаев граждан. Сотрудники органов внутренних дел должны быть ориентированы, прежде всего, на предоставление одинаковых услуг всем гражданам, независимо от их этнической принадлежности, а также на предотвращение различного рода конфликтов по этническому признаку, на борьбу с насилием на почве расизма и ксенофобии.
Равноправие как один из руководящих принципов деятельности органов внутренних дел закреплен в ст. 5 Закона РФ "О милиции". Деятельность органов внутренних дел в рамках конституционного принципа равноправия обеспечивает законность, обоснованность и справедливость принятых решений. Предполагается, что никакие различия между людьми, кроме естественных исключений (например, возраст в вопросах назначения наказания или привлечения к уголовной ответственности), ни пол, ни национальность, ни политические или религиозные убеждения, ни социальное положение не должны влиять на порядок деятельности органов внутренних дел, на процессуальное положение гражданина <4>.
--------------------------------
<4> См.: , Капранова измерение равноправия граждан Российской Федерации. Ростов н/Д: Изд-во Рост. ун-та, 2002. С. 80.
Однако в силу различных причин (возрастающая миграция представителей различных этносов, наличие "горячих точек" на территории России и т. д.) по формальным признакам дискриминационная деятельность сотрудников правоохранительных органов по ряду направлений деятельности, например по избирательному задержанию и проверке личных документов, масштабным проверкам лиц, не имеющих регистрации, по расовому, этническому признаку, не может быть признана недопустимой практикой и запрещена.
Так, например, начиная с сентября 1999 г. контроль милиции за передвижениями и пребыванием чеченцев стал систематическим и распространился на большинство российских регионов. Во время проверок на улицах и обысков жилых помещений сотрудники милиции задерживали и доставляли в органы внутренних дел лиц с характерной внешностью, определенного этнического происхождения, в основном чеченцев, дагестанцев и азербайджанцев. Очевидно, что, пока не решена чеченская проблема, проверка документов у мужчин с характерной "кавказской" внешностью или у женщин, носящих просторную черную одежду и платок на голове (определение потенциальных преступников по гендерным, религиозным и расовым критериям), сложно поднимать вопрос о дискриминационности подобных практик в практической деятельности правоохранительных органов и их должностных лиц. Вместе с тем нельзя на отдельно взятую нацию, конкретную категорию мигрантов навешивать ярлык преступности, это было бы прямым нарушением принципа равноправия, ст. 19 Конституции России. В то же время фраза "Преступник не имеет национальности" имеет не больше смысла, чем выражение "Преступник не имеет пола" или "Преступник не имеет возраста, социального положения".
Защита прав, свобод и законных интересов человека и гражданина ставится во главу угла национальной политики Российского правового государства, закрепляется нормативными актами. Поэтому злоупотребления в виде произвольных, несанкционированных насильственных проникновений в помещения, обыски, задержания и избиения, фабрикация обвинений в совершении уголовных преступлений в отношении представителей иных этносов, как граждан России, так и лиц без гражданства, иностранцев; отказ правоохранительных органов от равной защиты граждан, подвергающихся насилию со стороны этнических группировок, недопустимы.
