У отца на могиле
(мой отец . 1887 - 1929)
Мне было 2 года. Моя мама укачивала меня на сон грядущий. Было это 11 декабря 1928 года.
Отец служил артистом хора театра оперы и балета им. Кирова. Окончил Ленинградскую консерваторию по классу вокала. Обладал красивым приятным баритоном, но небольшим по силе. Поэтому солистом он быть не мог.
Мама поджидала его возвращения после вечернего спектакля. Вдруг слышим необычные мужские шаги. Прошли в малую комнату, затем к нам. Я успела заснуть. Вошел дворник и с ним молодой человек в кожанке. Этот незнакомый произвел обыск. Ничего не нашел. Сказал, что у него наряд на арест отца, но что это видно ошибка и что отец вернется домой.
У меня с отцом была нежная, трогательная любовь.
Я не могла понять, что случилось, куда делся отец? И в мою душу закрался страх, что также может исчезнуть и мама (просто меня бросить и уйти).
Мама на одно из свиданий с отцом взяла и меня. Я схватила руками решетку и, заливаясь слезами, просила: «Отдайте мою папу!» (это свидание и у меня оказалось последним). Мама с трудом оторвала меня от решетки, успокоив тем, что «Папа ушел в баню мыться». После команды «Свидание окончено!» папа пошел к нам лицом, а спиной к дверям, чтобы лишнюю минуту видеть нас.
Мать любовь к отцу сохранила на всю жизнь. И когда мама умерла, у меня возникло сильное желание найти могилу отца и привезти землю на могилу матери. Родители мои верующие-православные, и я тоже. Возник вопрос: «Могу ли я поместить землю от отца в мамину могилу и оформить памятник на папу и на маму» Я узнала у священника, что это сделать можно.
Отец был осужден на 3 года и выслан в Кемь. Но ведь могилы, конечно, нет; он умер от сыпного тифа в 1929 году. Священник мне объяснил, что если я привезу землю даже из сада Кеми, то это будет равносильно тому, что из могилы.
Письма отца мы все время с любовью хранили и время от времени их читали (с ними беседовали). Меня смутило, что он пишет маме, что их все время переводят из Кеми на Попов остров, а с Попова острова опять в Кемь. Где же искать могилу? Если Попов остров, то надо нанять рыбаков и попросить их меня перевезти. Следовательно, надо заранее обо всем позаботиться.
Когда мы ехали в Кемь, я очень волновалась. Все время смотрела в окно, и меня приводило в ужас это болото, к которому мы приближались. Поезд почти ехал по воде. Прибыв в Кемь, я остановила первого встречного (это был механик, который проверял состояние колес нашего поезда) и спросила его, как добраться до Попова острова. Он мне ответил, что очень просто. Автобус №1. Он там делает кольцо. Со мной ездила приятельница. Мы с ней снесли наш багаж в гостиницу. Погода была прекрасная. Гостиница расположена на берегу Белого моря. Такое впечатление, что отец нас ждал. Мы, не откладывая, сели в автобус и поехали до кольца. Ехали мы около двух часов. Когда мы сходили с автобуса, то нам встретились старик со старушкой, которые собирались в баню. Я спросила их, где здесь были лагеря с заключенными? – Да вот, сказали они, лагерь виден как на ладони. Видите, стоит еще барак, и колючая проволока частично сохранилась. Мы из Молдавии и тоже были заключенными этого лагеря. Отбыли срок и здесь остались жить. Я им объяснила цель моего приезда. – Где кладбище? Спросила я.
- Два километра отсюда – «Холерное» кладбище.
Сердце мое сжалось от слова «холерное».
- Ведь отец умер от сыпного тифа, а про холеру мы ничего не слыхали.
- Да, - отвечают они, - были не только тиф и холера, была еще и чума.
Они любезно мне предложили завтра меня сопровождать. На следующее утро, ни свет ни заря, мы отправились. Старички нас ждали. Шли по шпалам 2 км, и там, где развилка, мы свернули влево в карликовый лесок. Направо и налево бугорки – это могилы (объяснил мне старик). Между могил росли грибы, и лежало очень много камней разных размеров, некоторые даже отшлифованные природой. На каждой могиле, оказывается, раньше были кресты. А над одной могилой был поставлен памятник, привезенный из Ленинграда. Мой проводник хотел его показать, но и его не оказалось. Я взвалила себе на плечо камень, похожий на кусок мрамора, и понесла его. Моим спутникам я сказала. Что могила отца должна быть на окраине, т. к. его хоронили в декабре 1929 года. Вскоре мы дошли до края кладбища. Я выбрала не бугорок, а впадину, и решила, что могила здесь. Встала на колени, поцеловала землю, перекрестилась. Положила на это место мой камень. Душа моя обливалась горькими слезами. Старик мне накопал земли, я бережно ее уложила и сказала, что завтра мы придем сюда с цветами. На обратном пути мои провожатые мне рассказали, что адрес моего отца менялся потому, что несчастных заключенных специально изматывали, перегоняя с места на место. Расстояния между лагерями «Попов остров» и «Кемь» 15 км. Болото. Ноги вязнут. Дождь. Больных везли на телеге. Условия ужасные!
Оказывается, очень многих приезжали навещать из Ленинграда. Но свидания им не давали до тех пор, пока не выманят у них все драгоценности, какие у них есть.
Прощаясь, мои милые провожатые предложили мне помочь и на следующий день, т. к. я могу сбиться. Мы накупили цветов и на следующий день отправились. Дошли до кладбища. Мои спутники все время отклонялись вправо, хотя я и протестовала. В конце концов, мы заблудились, и тогда я повернула резко влево и вскоре увидела свою плиту. Мои друзья удивились этому внутреннему зову, и мы пришли к выводу, что, очевидно, могила если не здесь, то где-то очень близко. Осыпали могилу цветами. Я предалась воспоминаниям об отце из рассказа матери. Попрощалась с отцом. Дала денег моему милому проводнику и попросила по возможности навещать эту могилку.
Старушка мне предложила показать лагерь в Кеми. Туда мы прибыли на трамвае. Это немного холмистое, совершенно открытое место без единого дерева. Если дул ветер, палило солнце, лил дождь, то заключенные были совершенно не защищены. Сохранился лагерный каменный лазарет. Возможно, в нем отец и скончался.
Я отблагодарила моих милых и симпатичных друзей. Спросила, в чем они нуждаются, и посылала им несколько раз посылки. Потом, к сожалению, связь оборвалась. На третий день мы поехали одни опять к Попову острову и там провели весь день. Я долго сидела на камне и пыталась себе представить отца. Его ту страшную жизнь. Он очень тосковал по семье, страдал физически и морально.
- Так вот, папа, через 55 лет я приехала к тебе. Ты не забыт! Тебя тоже любят! На памятнике высечены имена мамы и папы. Я выполнила свой долг.
