Угличский государственный историко-архитектурный и художественный музей
КАЗАНСКАЯ ЦЕРКОВЬ ГОРОДА УГЛИЧА:
СУДЬБА ХРАМА В СОВЕТСКИЙ ПЕРИОД
Казанская церковь расположена в центральной части Углича на бывшей торговой площади. В прошлом данная площадь именовалась Казанской и была застроена монументальными корпусами торговых рядов. Храм известен с XVII века. Его основателем был некий старец Варлаам, как упоминается в документах, происходивший из Переславля-Залесского, – «дворцовой Александровской слободы Симонова монастыря бывый строитель». По своему обещанию старец решил построить в Угличе церковь в честь Казанской иконы Божией Матери и в 1638 году испрашивал на это разрешение у царя Михаила Феодоровича (1). В последующее время деревянный храм неоднократно перестраивался, пока в 1769-1778 годах не был отстроен в камне.
Казанская церковь – традиционный двухэтажный храм в стиле провинциального барокко, с завершением из убывающих восьмериков и пристроенной в начале XIX века ярусной классицистической колокольней. На протяжении большей части истории храм был бесприходным, с 1876 года приписан к городскому Спасо-Преображенскому собору. Казанская церковь являлась типичным для старинных городов храмом «на торгу», освящая главное занятие многих горожан и приезжавших в Углич купцов. Ее статус оставался неизменным вплоть до потрясений ХХ века.
Прежде чем приступить к описанию истории храма в советский период, следует установить, как он выглядел в то время. Сведения содержатся в последних описях церковного имущества, составленных в 1920-х годах.
Церковь была покрыта железом, кровли выкрашены медянкой. Главы покрыты луженым железом. Над главой церкви был установлен железный крест, а над колокольней – зеркальный. Снаружи церковь была «отщекотурена и окрашена… в розовый цвет, а архитектурныя линии отбелены».
Внутри в летнем храме «стены и отливы окон расписаны священными изображениями; на двух клеймах шесть медных венцов с искусственными камнями». В храме находился столярный с резьбой частично вызолоченный иконостас, изготовленный в начале XIX века. Перед иконостасом размещались клиросы с деревянными резными решетками и мягкими перилами. В северо-западном углу храмовой части находилась шитая по малиновому бархату плащаница, помещенная в деревянной застекленной гробнице. Для освещения использовалось медное паникадило с 26 шандалами и стаканчиками для масла. В трапезной было другое медное паникадило с хрустальными подвесками и 12 стаканчиками для масла. Справа от входа в храм находилась старостинская касса с иконой Казанской Божией Матери в киоте. На паперти над дверью в небольшом иконостасе размещались три иконы деисуса с медными окладами и венцами. Рядом были иконы царевича Димитрия и князя Романа, написанные на полотне.
В нижнем теплом храме во имя Сретения Господня «стены расписаны масляной краской. Паникадило медное в 9 свеч, на железных укрепах». Предалтарный иконостас, изготовленный в 1834 году, был «деревянный крашенной с золочеными пилонами и резьбой. В нем три ряда икон. Царские врата прорезныя; на них шесть дробниц в виде часовенок, с накладными металлическими сетками; над Царскими вратами резное изображение Св. Духа в виде Голубя». «В трапезной иконостас крашеный со столбиками. Старостинская касса столярной работы; на ней киот с маленькой Казанской иконой Б. Матери в серебряной беспробной ризе с филигранными венчиками и образом Св. Митрофана Воронежского» (2).
Церкви принадлежал полукаменный дом на Ярославской улице (ныне № 6), использовавшийся для жительства причта. В нем находились три квартиры – одна на верхнем этаже и две на нижнем. При доме были хозяйственные постройки и баня (3).
Для того чтобы бесприходная Казанская церковь в новых условиях осталась действующей заинтересованные горожане организовали церковно-приходской совет и в октябре 1918 года заключили соглашение с Угличским Совдепом, в котором оговаривались условия передачи верующим имущества храма и различные обязательства.
В типовом тексте соглашения указывалось, что имущество храма в виде его здания и всех богослужебных предметов передается подписавшей его группе верующих в бессрочное бесплатное пользование. Подписавшие соглашение должны обеспечить сохранность этого имущества, использовать его только по назначению, предоставлять в пользование единоверцев, принять на себя обязательства ремонта, отопления, страхования здания, иметь инвентарную книгу со списком всего вверенного имущества, вносить в нее все вновь поступившие предметы, не допускать в храме политических собраний, проповедей и агитации, направленных против советской власти, не допускать распространения таковой литературы и посланий, соблюдать правила колокольного звона и не совершать «набатных тревог для созыва населения», беспрепятственно допускать во внебогослужебное время уполномоченных Совдепом для проверки и осмотра вверенного имущества.
За неприятие всех указанных обязанностей и за нарушение соглашения, подписавшие его, могли быть подвергнуты уголовной ответственности «по всей строгости революционных законов», а соглашение может быть расторгнуто Совдепом. Оно также может быть расторгнуто по инициативе прихожан.
Соглашение подписали благочинный Николай Воскресенский, церковный староста , а также , , Г. Свешников, В. и А. Серебренниковы, Д. Русинов, И. Свешников, Д. Мозжухин, Л. Мордасов, В. Воскресенский, Д. Никифоров, Д. Щеглов (?), , В. Мозжухина, , К. Смирнов, А. Мокров (4). Среди этих лиц представители богатейшего угличского купечества: владельцы лавок, гостиниц, колбасного завода, домов, постоялых дворов и пр., известные благотворители.
Казалось бы безобидный документ, простое соглашение. Но советское правительство затаило в нем многое. Как известно, декрет об отделении церкви от государства и школы от церкви, принятый в январе 1918 года, вывел Русскую Православную Церковь из числа государственных структур, лишил статуса юридического лица и права на владение церковным имуществом. Отныне оно являлось «народной собственностью» и предоставлялось церковным общинам в бессрочное бесплатное пользование. – Но при этом не исключались и становились обязательными унизительные поборы, грубые конфискации, требования оформить страховку, выполнить срочный ремонт и многое, многое другое – изощренные поводы к закрытию церквей и варварскому уничтожению того самого «народного имущества»!
Заключенного соглашения, очевидно, оказалось недостаточно, так как вскоре произошло очередное изменение статуса храма. Казанская церковь в какой-то период была приписана к соседней Успенской, также расположенной на торговой площади. При этом было учреждено единое для двух храмов приходское общество, в котором основное значение имели прихожане и священник Успенской церкви, каковым в то время являлся Константин Иванович Соболев.
Чем было вызвано данное обстоятельство? Очевидно, тем, что Казанская церковь была бесприходной, и в таком статусе могла быть закрыта одной из первых в городе, как в 1920 году случилось с церковью Параскевы Пятницы, как закрывались домовые храмы при богадельне и тюремном замке. Такие храмы большевистское государство ликвидировало в первую очередь. Также необходимо учитывать, что большинство лиц, в 1918 году подписавших соглашение, являлись представителями купечества. Некоторые из них вскоре могли быть были репрессированы, другие покинули Углич. Так что храму потребовались новые попечители.
У Казанской церкви не могло сложиться общины-прихода, достаточной для содержания храма, но при этом заинтересованные горожане, помня исторические традиции, стремились сохранить одну из наиболее почитаемых церквей, освящавшую жизнь торговой площади. Соседний храм, обладавший многочисленным приходом, таким способом пытался оказать посильную помощь в благом деле.
Но в дальнейшем обстоятельства переменились. В какой-то период Казанская церковь становится основным храмом прихода, заменяя Успенский, и, более того, 25 августа 1924 года приходской совет ходатайствовал перед властями о разрешении провести собрание «на 26 августа 2 ч. дня в здании Казанского храма по вопросу о сдаче храма Успения » (5).
В чем была причина таких странных изменений? Можно предположить, что Казанский храм в тяжелое время было удобнее содержать, чем более крупный Успенский, у прихожан не было возможности содержать два храма. Также могло сказываться давление властей, стремившихся закрыть величественную Успенскую церковь, расположенную на видном месте центральной площади, и до поры заменить более скромной Казанской, куда должны были перейти ее священник и приход.
В 1924 году решение о закрытии Успенской церкви не было принято – храм сохранен. В 1926 году существовало Успенское при Казанском храме общество, неоднократно упоминаемое в документах (6). Из названия видно, что основной церковью прихода являлась Казанская. Закрытие Успенской произошло в следующем 1927 году, а 14 декабря 1927 года был утвержден устав Казанского приходского общества при храме Казанской иконы Божией Матери в г. Угличе Ярославской губернии, который еще на несколько лет определил жизнь прихода.
В уставе оговаривались задачи, права, обязанности и порядок управления приходским обществом. Там указывалось, что общество объединяет граждан православного вероисповедания, устраивает молитвенные собрания, управляет имуществом, полученным по договору, заключает сделки, участвует в съездах, назначает служителей культа. В состав общества могут входить граждане, принадлежащие к данному культу, зачисление производится голосованием, исключение из членов общества – по личному заявлению и также по голосованию. Списки членов общества ежегодно должны доставляться в отдел управления Губисполкома.
Средствами существования общества могли быть добровольные пожертвования. «Обязательных членских взносов на членов об-ва возложено быть не может». Решение различных вопросов производится на общих собраниях открытым голосованием. Для приведения в исполнение решений выделяются уполномоченные.
Закрытие общества может быть произведено по постановлению Губ. или Обл. исполкома, вследствие ареста части членов, по постановлению общего собрания. В случае закрытия общества, все имущество возвращается местному Совету по инвентарным книгам (7).
Проанализировав рассмотренные выше документы, можно определить, каким способом был закрыт Успенский храм, как функционировала Казанская церковь в те годы. В течение нескольких лет число прихожан было постоянным и составляло 131 человек. Эта цифра отмечена 14 декабря 1927 года (8). Некоторое время число выбывших и вступивших в общество было одинаковым.
Помимо административной стороны существования храма, была бытовая сторона, а также происходили многие события, определявшие его повседневную жизнь в сложившихся тяжелейших условиях.
Новое время вскоре принесло трагическое событие. 21-23 апреля 1921 года в Угличе произошел крупный пожар, уничтоживший застройку Казанской площади и правой стороны Спасской улицы – Большие и Малые Гостиные ряды, Шорные, Большие Мучные торговые ряды, постоялые дворы, гостиницы, лавки, жилые дома. Пострадала и Казанская церковь. Огонь уничтожил деревянные части колокольни и паперти – перекрытия, помосты, лестницы, главу с зеркальным крестом.
Во время пожара упал и разбился колокол весом 109 пудов 16 фунтов. Ранее, в 1919 году, «по распоряжению правительства» с колокольни был снят большой колокол весом 195 пудов и отправлен к церкви села Таралыкова Мышкинского уезда (9).
Храм удалось отстоять, но колокольня была значительно повреждена и лишилась двух наиболее крупных колоколов.
Постепенно проводились восстановительные работы. Так, к 1925 году сделаны новая лестница на крыльце, входная дверь, отремонтирована крыша, поставлены деревянные щиты в проемы колокольни и заканчивались работы по восстановлению завершения (10). В прежнем виде оно уже не было восстановлено. Сказывалось трудное время. Главу изготавливать не стали – над барабаном сооружена кровля шатром и установлен крест.
21 ноября 1927 года прихожане подали заявление в УМД с просьбой разрешить ремонтные работы в храме на 1928 год. К нему приложен акт осмотра здания, содержащий подробные сведения о состоянии.
Там указывалось, что крыша требует окраски, внизу разрушается кладка углов, стены нуждаются в окраске и исправлении штукатурки. В зимней церкви местами поврежден плиточный пол, внутри во многих местах необходима новая окраска. Крыльцо отходит от здания церкви, покрыто трещинами – требует перекладки. Также необходимо отремонтировать сторожку – побелить потолки и стены, на пристройке около церкви заменить сгнившую крышу (11). Разрешение на работы было получено 13 апреля 1928 года. В акте хорошо прослеживаются мелочные придирки, доскональный контроль городских властей, которые в действительности едва ли имели заботу о состоянии храма.
Для церквей в послереволюционный период характерным явлением стали конфискации ценностей, производившиеся «в пользу голодающих» в соответствии с декретом ВЦИК от 01.01.01 года. Местные власти также приступили к исполнению полученного предписания.
11 мая 1922 года в Казанской церкви были конфискованы серебряные ризы со многих икон (двух Николая Чудотворца, Казанской и Тихвинской Божией Матери, Спасителя, Сретения Господня, Алексия человека Божия, Господа Вседержителя, трех малых икон Казанской Божией Матери, Иоанна Предтечи и Воскресения Христова). Также конфискованы серебряные дарохранительница, крест, дискос, звездица, четыре лампады и кадило. Всего серебра 1 пуд 39 фунтов 84 золотника (12).
23 июня процесс продолжен – изъяты риза и оклад с иконы Казанской Божией Матери (вероятно, храмовой), крест с мощами, кадило и венцы с изображений трех святых, малые венчики и ризы, наугольник, напрестольный крест. Вес этих предметов составил 16 фунтов 84 золотника (13).
Другое характерное событие произошло 25 января следующего 1923 года Священник Успенской церкви Константин Соболев в заявлении от 1 февраля сообщил, что в тот день в Казанскую церковь проникли неизвестные и похитили завесу от царских врат «шерстяной материи малинового цвета», по две одежды с престола и жертвенника, две пеленки желтого цвета.
Совершить ограбление было нетрудно. Церковь еще не была восстановлена после пожара 1921 года. Входные двери на верхний этаж сгорели, а проем закрывался лишь приставленными досками, которые грабители отняли и проникли в церковь (14).
Характерно, что были украдены сравнительно малоценные предметы, которым трудно найти какое-то применение, но их кража означала осквернение церкви. Ведь необходимо было проникнуть в алтарь, коснуться престола, жертвенника, царских врат. Кто знает, какими целями в действительности руководствовались грабители.
Со стороны храма были и добровольные пожертвования. Так, 10 апреля 1924 года «коллектив верующих» передал в Угличский Музей Древностей четыре рукописи в столбцах XVII века (вероятно, грамоты Казанской церкви) (15). Исполняя один из пунктов соглашения, 13 июля того же года община передала во временное пользование в церковь села Княжева Ленинской волости Угличского уезда оловянные потир и дискос (16).
1920-е – 1930-е годы стали тяжелейшим периодом для Русской Православной Церкви и России. В Угличе к началу 1930-х годов было закрыто большинство храмов. Местные активисты сбрасывали кресты и главы, разрушали колокольни, самым варварским способом уничтожали внутреннее убранство. К 1934 году в Угличе оставалось лишь шесть действующих церквей (из бывших 26): Предтечевская, Леонтьевская, Вознесенская, Корсунская, Царевича Димитрия «на поле» и Казанская. При них числились шесть священников (17).
Следующим трагическим этапом в истории угличских храмов стала деятельность Волгостроя, приведшая к варварскому разрушению многих городских и сельских церквей, Покровского Паисьева монастыря.
9 апреля 1931 года в Казанскую церковь был назначен протоиерей Константин Михайлович Ярославский, ранее служивший в Угличском Богоявленском женском монастыре. Это был человек, многое сделавший для Углича, известный краевед, общественный деятель. Отцу Константину был уже 81 год (18). Он стал последним священником в непрерывной истории Казанского храма, служил в нем до закрытия.
Осенью 1935 года Углич готовился к началу работ по сооружению гидроузла, принятию рабочих, специалистов и разного оборудования Волгостроя НКВД. Уже 12 сентября Президиум Райисполкома на своем заседании положительно решил вопрос о ликвидации Казанского религиозного объединения при Казанской церкви. Это решение мотивировалось якобы «ходатайством организаций, рабочих и служащих города о закрытии церквей в городе», «крайней нуждаемостью в размещении учреждений и складов для прибывающего в Углич Управления по постройке плотины – Гидростанции в г. Угличе, решением Горсовета о ликвидации Казанской религиозной общины». Было решено использовать церковь для размещения учреждений и оборудования радиостанции. В общине в этот период состояло 80 членов (19).
24 октября в Президиум Облисполкома Президиум РИК направил решение о ликвидации Казанской церкви в Угличе, а также Входо-Иерусалимской и Спасской церквей (Высоковского и Спасского сельсоветов) с просьбой ускорить решение вопроса (20). Нетрудно понять, что вопрос был решен положительно. В том же 1935 году были закрыты Предтечевская (21) и Леонтьевская церкви.
Фотографии второй половины 1930-х годов позволяют увидеть Казанскую церковь вскоре после закрытия.
На них видна площадь, лишившаяся после пожара 1921 года торговых рядов. Началось строительство Временной ТЭЦ. Значительная территория, в том числе и храм, обнесена забором. На заднем плане обгоревшая и еще не восстановленная бывшая гостиница купца . Сам храм имеет хорошую сохранность – пока еще целы завершение и ограда.
На другой фотографии видна вереница идущих по дороге людей с флагами, – вероятно, какая-то демонстрация. На колокольне храма вместо креста установлена пятиконечная звезда.
На более поздних фотографиях церковь уже лишена завершения – отсутствуют верхний восьмерик, барабан и глава, также нет барабана над колокольней. Разрушена ограда.
Храм, как следует из документов, находился в зоне отчуждения Волгостроя, использовался под склады, а колокольня, давно лишенная колоколов, стала водонапорной башней построенной рядом Временной ТЭЦ (22).
Произошли и другие изменения – церковь была перестроена внутри. При этом уничтожены иконостасы, иконы, паникадила и церковная утварь, забелены и заштукатурены росписи. Появились междуэтажные перекрытия и перегородки, разделившие внутренние помещения. В 1950-х годах разрушено крыльцо.
Храм был расположен на площади Коммуны, значительно изменившей свои очертания. После разрушения Успенской церкви и торговых рядов она стала пустынной. Рядом размещалось здание Временной ТЭЦ, получившее после переоборудования в строительный техникум новый фасад в неоклассическом стиле. Ближе к берегу Волги находилась обширная территория Горводоканала, занявшего значительную часть в прошлом представительной и многолюдной Казанской площади.
Поразительно, как за какие-то два десятилетия изменился центр Углича – на месте величественного и парадного ансамбля торговой площади усилиями строителей «нового мира» появилась жалкая пустота, позднее прикрытая посадками сквера, – словно в этом и заключался смысл грандиозного «созидания».
Можно только удивляться, что Казанская церковь тоже не была разрушена, что ей удалось уцелеть в 1930-х годах. В более позднее время она стояла в самом центре Углича на главной площади, находясь в неприглядном виде, неся следы значительных повреждений. Конечно, она «не украшала» советский город, могла вызывать возмущение руководителей. Вероятнее всего, ее спасло использование колокольни под водонапорную башню, нужда в помещениях. В 1970-х годах, когда был принят новый генеральный план города, ценность Казанской церкви, как архитектурного памятника, была окончательно признана, и исчезла опасность сноса.
Одновременно вернулось осознание большого значения храма для архитектурного ансамбля города. При этом стало очевидно, что Казанская церковь нуждается в реставрации, возрождении изначального облика, которые позволили бы ей вновь стать важной частью облика центральной площади и панорамы города. В итоге в 1981-1984 годах под руководством архитектора были восстановлены завершения храмовой части и колокольни, а в интерьерах разобраны деревянные конструкции. В освобождении храма от перекрытий и перегородок, в выносе мусора принимала активное участие городская общественность, для которой насущной необходимостью стало возвращение Угличу его утраченных и поруганных культурных ценностей.
В результате реставрации был восстановлен силуэт храма, и он вновь стал играть важную роль в городской панораме. Были приведены в порядок фасады, но не восстановлено крыльцо, и еще два десятилетия паперть храма зияла неприглядными обломками стен.
Перед началом реставрационных работ из церкви были выведены склады. Впоследствии в ней планировалось разместить выставочный центр или концертный зал, но эти планы не были реализованы, и здание пустовало около пятнадцати лет. В 1990-х годах церковь находилась в заброшенном состоянии. В храме были выбиты стекла и выломаны многие оконные рамы. В нижней Сретенской церкви вскрыты двери.
В 2000 году Казанская церковь была возвращена верующим, и началось многотрудное дело постепенного возрождения храма. 21 июля, в храмовый праздник Казанской иконы Божией Матери была совершена первая служба, а 4 ноября, впервые за долгие годы проведена литургия с причастием.
В верхней и нижней церквах в условиях долгого запустения стали постепенно открываться росписи – с них слетала шелуха наслоений трагической поры, и вновь становились видимыми лики святых и изящные орнаменты. На росписях были многочисленные выбоины, выщерблины, следы от балок и перегородок, в Сретенском храме от сырости полностью разрушилась нижняя часть росписей, но во многих местах краски сохранили свежесть, отдельные фрагменты отличались удивительной сохранностью. Особенно это касается алтаря верхнего храма, где по-прежнему во всем величии предстают фигуры святителей – творцов литургии, и сверкает позолота.
Службы первоначально стали проходить в верхней Казанской церкви, где был установлен временный иконостас из ткани с прикрепленными бумажными иконами. Богослужения совершались, как летом, так и в зимние холода, при полном отсутствии отопления. Не смотря ни на что, в праздники в храме собиралось много прихожан.
В 2003 году была проведена повторная реставрация церкви. При этом восстановлено крыльцо, заменены кровли и приведены в порядок фасады. Примечательно, что вместо прежней пустой белизны фасадам была возвращена расколеровка, – как и в начале ХХ века фон стен окрашен в розовый цвет. Церковь стала играть еще более важную роль в ансамбле центра города.
В декабре 2005 года было заменено завершение храмовой части. Вместо сгнившей деревянной главы установлена новая металлическая с нитрид титановым покрытием, имитирующим позолоту.
Одновременно велись работы по восстановлению нижнего Сретенского храма. При этом требовалось укрепить фундамент и нижнюю часть стен, сделать полы, отопление. Фактически предстояло вернуть обезображенному полностью разоренному нижнему этажу облик и функции помещения, выполнить конструктивные и косметические работы, восстановить оптимальный температурно-влажностный режим.
После завершения этого многотрудного дела богослужения стали совершаться в Сретенском храме.
В конце 2006 года колокольня храма после многолетнего перерыва обрела голос. 19 декабря в день святителя Николая Чудотворца на нее был поднят большой колокол весом 50 пудов, отлитый на известном заводе в Тутаеве. Он дополнил пять небольших зазвонных колоколов, появившихся ранее. Так, на колокольне Казанского храма был создан целостный набор, и центр города при каждой службе стал, как и прежде, оглашаться величественным колокольным звоном.
В нижнем Сретенском храме к настоящему времени завершены восстановительные работы. В нем отреставрированы уцелевшие росписи на сводах и в верхней части стен, местами написаны новые сюжеты. После снятия наслоений краски, скрывавших их несколько десятилетий, и укрепления стали видны хорошо сохранившиеся сюжеты и изящные классические орнаменты. В церкви установлен иконостас, написаны новые иконы.
В дальнейшем предстоят еще более сложные работы по восстановлению верхнего храма. Но главное в наше время заключается в том, что храм удалось вернуть к полноценной жизни, что он вновь стал одной из действующих церквей славного великим прошлым и богатыми традициями Углича, где постоянно совершаются службы, выполняются требы, формируется приходская община. В истории Казанской церкви и в прошлом было немало трудностей – многие годы уходили на строительство и восстановление после перенесенных бедствий, многолетними трудами талантливых мастеров созидалась зримая красота святыни.
В данной статье сделан обзор истории Казанской церкви ХХ – начала XXI столетий. Предшествовавшая история хорошо изучена, наполнена многими важными и существенными событиями.
Примечания.
Лавров Угличской Казанской церкви // ЯЕВ. 1872. – ч. неоф. – № 5. – С. 35-37; № 6. С. 45-47; № 7. – С. 53-54. УФ ГАЯО. Ф. Р-27. Оп. 1. Ед. хр. 191. Л. 34-36. Там же. Л. 32 об. Там же. Ф. Р-27. Оп. 1. Ед. хр. 191. ЛЛ. 1-2. Там же. Л. 12. Там же. Л. 56. Там же. 65-66. Там же. Там же. Л. 37. Там же. Л. 15-15 об. Там же. Ф. Р-94. Оп. 1. Ед. хр. 113. Л. 2-4 об. Там же. Ф. Р-27. Оп. 1. Ед. хр. 191. Л. 4-5. Там же. Л. 9. Там же. Л. 51. Там же. Л. 56. Там же. Л. 53. Там же. Ф. Р-113. Оп. 1. Ед. хр. 882. Л. 87-90. Там же. Л. 54. Там же. Ед. хр. 360. Л. 74. Там же. Л. 77. Горстка одной церкви. Углич, 1999. С. 85. УФ ГАЯО. Ф. Р-113. Оп. 1. Ед. хр. 394. Л. 9 об.
