Законы царя Хаммурапи — один из самых замечатель­ных памятников правовой мысли Древнего Востока, свиде­тельствующий о действительно высоком уровне юридиче­ской мысли. Это первый столь подробный сборник законов рабовладельческого общества, известный современной нау­ке. Благодаря Законам Хаммурапи прояснены многие ас­пекты общественного и политического строя, экономики и других сторон жизнедеятельности Вавилонского государ­ства первой половины XVIII в. до н. э.

Значение этого памятника не умаляется его недостатка­ми, на которые обращают внимание некоторые исследовате­ли: отсутствие четкой продуманной системы, хаотичность в подборе отдельных случаев. Впрочем, по этому вопросу существует и другая точка зрения, согласно которой Зако­ны Хаммурапи — результат тщательной систематизации правовых норм. Кажущаяся хаотичность объясняется включением в свод лишь тех случаев, по поводу которых нормы писаного и обычного права вступали в противоречие. Так или иначе, Законы Хаммурапи являются важнейшим па­мятником права древней Месопотамии и в значительной степени предопределили законодательство других древневосточных государств более позднего времени.

Этот знаменитый памятник древневавилонской юриди­ческой мысли и письменности был найден французскими археологами в начале XX века в Сузах.

Проблема разделения 282 статей Закона Хаммурапи на тематические группы до настоящего времени не решена однозначно, что объясняется исключительной сложностью задачи.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Традиционно в отдельную группу объединяются первые пять параграфов, Которые «устанавливают кару за важнейшие правонаруше­ния: ложные обвинения в убийстве или чародействе, лже­свидетельство и «изменение» судебного решения судьей».  Далее классификация выглядит следующим образом:

Статьи (§ 26—41), касающиеся имущества, полученного от царя за службу, начинаются с параграфа, согласно которому воин, не пошедший в поход или пославший вместо себя наемника, подлежит смертной казни (не за «дезертирство, как обычно считают, а за то, что, не выполнив свою службу и утратив тем самым право на служебный надел, продолжает им пользоваться, т. е. как бы за «кражу»). Последний параграф этого раздела каса­ется вопроса о противоправном использовании чужого поля в § 42 (первый в следующей группе) — тоже об ис­пользовании чужого поля, но в другом аспекте. Эта четвер­тая группа норм (§ 42 — 88) регулирует операции с недви­жимостью и ответственность за правонарушения, касающиеся этого имущества.

  § 89 — 126 — торговые и коммерческие операции; § 127 — 195 — семейное право; § 196—214 — умышленные и неумышленные телесные повреждения; § 215 -282 — операции с движимым имуществом, включая наем имущества и личный наем (эти два вида правоотноше­ний вавилонские юристы рассматривали как один).

Безусловно, кодекс Хаммурапи представляет собой право новой, рабовладельческой эпохи.

Однако, внимательное изучение текста памятника не оставляет сомнений, что в нем еще присутствуют отголоски далекого прошлого, эпохи родового строя. К пережиткам древнего права отно­сятся параграфы, касающиеся определения наказания за телесные повреждения, присуждаемого в соответствии с за­коном эквивалентности воздействия —  принципа талиона («око за око, зуб за зуб»). Вполне законным считалось сломать кость тому, кто сам сломал кость другому лицу; если виновный поранил глаз пострадавшему, то наказан он должен был быть тем же — повреж­дением глаза. Указанный архаический принцип распро­странялся и на некоторые другие сферы общественных ношений. Например, если в обрушившемся доме погибал хозяин, то должен был умереть и строитель, приложивший руки к постройке данного дома; если под обломками поги­бал сын хозяина, то соответственно лишался жизни сын строителя.

К наследию прошлого можно отнести и указанный само­суд, когда, например, в соответствии с 25-й статьей челове­ка, уличенного в воровстве при тушении пожара, следовало бросить в огонь этого же пожара. Отважившегося на воров­ство со взломом постигала не менее трагическая участь: его надлежало убить и закопать в том самом месте, через кото­рое он проник в чужие владения (ст. 21). К глубине столе­тий восходит содержание 23-й статьи, по которой преду­сматривалось, что в случае, если грабитель не пойман, возмещение ущерба возлагалось на «местность», точнее общину.

Изучение законов Хаммурапи и по сегодняшний день не завершено. Еще предстоит сделать многие выводы об осо­бенностях взаимоотношений в Вавилонском государстве, проникнуть в неразгаданный смысл отдельных статей. Зна­чение же законов Хаммурапи заключается в юридическом оформлении жизнедеятельности рабовладельческого госу­дарства, в защите частной собственности и классового ха­рактера древневавилонского общества.

Казус 1

Вавилонянин Акургал был ограблен неизвестными лицами на территории одной из сельских общин. По прошествии времени он обнаружил свои пропавшие драгоценности выставленными для продажи. Продавец заявил, что он купил драгоценности у наследников недавно умершего известного ювелира. Лица, могущие засвидетельствовать факт этой сделки, по словам продавца, находятся временно в отсутствии.

Какие возможны варианты судебного решения по кодексу Хаммурапи?

В данном случае возможны несколько вариантов решений казуса. Во-первых, предусмотрена ответственность сельской общины за преступления, совершенные на ее территории:

§ 22. если человек совершит грабеж и будет схвачен, то его должно убить.

§ 23. если грабитель не будет схвачен, то ограбленный человек должен клятвенно показать перед богом все пропавшее у него, а община и рабианум (староста общины), на земле и в пределах которых совершен грабеж, должны возместить ему, что у него пропало (Хрестоматия по всеобщей истории государства и права. Под ред. З.. М. Черниловского. – М., 1997. – С. 12).

Таким образом, поскольку Акургал был ограблен на территории одной из сельских общин, то эта община должна возместить ему ущерб.

Но когда он увидел свои пропавшие вещи выставленными для продажи и обратился по этому поводу в суд, то данное дело должно быть рассмотрено согласно другим статьям:

§ 9. Если человек, у кого пропало что-либо, схватит про­павшую вещь в руках другого человека, и тот, в чьих руках будет схвачена пропавшая вещь, скажет: «Мне, мол, продал продавец, я купил, мол, при свидетелях», а хозяин пропавшей вещи скажет: «Я, мол, представлю свидетелей, знающих мою пропавшую вещь», то покупатель должен привести продавца, продавшего ему вещь, и свидетелей, при ком он купил; также и хозяин пропавшей вещи должен привести свидетелей, зна­ющих его пропавшую вещь. Судьи должны рассмотреть их дело, а свидетели, при которых была произведена покупка, и свидетели, знающие пропавшую вещь, должны рассказать перед богом то, что они знают, и тогда продавец — вор, его должно убить; хозяин пропавшей вещи должен получить свою пропавшую вещь обратно; покупатель должен взять от­вешенное им серебро из дома продавца.

§ 10. Если покупатель не приведет продавца, продавше­го ему, и свидетелей, при которых он купил, а только хозяин пропавшей вещи приведет свидетелей, знающих его пропав­шую вещь, то покупатель — вор, его должно убить; хозяин пропавшей вещи должен получить свою пропавшую вещь.

§ 11. Если хозяин пропавшей вещи не приведет свидете­лей, знающих его пропавшую вещь, то он лжец, взводит на­праслину; его должно убить.

§ 12. Если продавец чужой вещи ушел к судьбе (умер), то по­купатель получает в 5-кратном размере иск, предъявленный в этом судебном деле, из дома продавца.

§ 13. Если свидетелей этого человека нет поблизости, то судьи назначают ему срок до истечения 6-го месяца. Если на 6-й месяц своих свидетелей он не приведет, то он лжец, должен понести наказание, налагаемое при таком судебном деле (Там же. С. 11).

  В данном случае продавец не позже, чем через 6 месяцев должен привести свидетелей, которые подтвердят, что он купил данные драгоценности у наследников ювелира. Покупатель (Акургал) тоже должен привести свидетелей, которые могут подтвердить, что эти вещи принадлежали ему. После этого Акургал должен получить свои драгоценности обратно, а продавец должен получить назад серебро, которое заплатил наследникам ювелира.

Если продавец пропавшей вещи не приведет свидетелей, а это сделает только Акургал, то он будет признан вором и подвергнется смертной казни.

Кодекс Наполеона. Состояние гражданского права этого пе­риода определялось прежде всего тем, что опорой правитель­ства Наполеона являлись крупная буржуазия и крестьяне — соб­ственники приобретенных ими во время революции земель. Ук­реплению положения этих групп и было посвящено законодатель­ство Наполеона, в частности, знаменитый  Гражданский кодекс 1804 г. В основу этого Кодекса был положен ряд принципов, про­возглашенных революционной буржуазией. Прежде всего, Кодекс закрепил ликвидацию феодальных отношений, и в этом его про­грессивное значение. В основу Кодекса были положены принци­пы гражданско-правового равенства всех перед законом и нео­граниченной частной собственности. Это приводило к законода­тельному закреплению свободы предпринимательства, а также права собственности крестьян на земли, приобретенные ими во время революции из состава государственных имуществ. Но вме­сте с тем Гражданский кодекс в ряде отношений выражал контр­революционные установки, делая шаг назад по сравнению с ре­волюционным законодательством, в частности, периода якобинс­кой диктатуры, например, в области семейного права.

Французский Гражданский кодекс сыграл огромную роль. Он впервые в истории дал в сжатой и точной форме основные положения буржуазного законодательства в области гражданского права. Кодекс последовательно закрепил принципы капитализма.

Этим объясняется то значение, которое Кодекс имел как в самой Франции, так и в ряде других стран.

История составления Кодекса. 13 июля 1800 г. распоряжением консулов была назначена комиссия для выработки проекта Кодекса. В состав комиссии вошли видные юристы того времени - Порталис, Тронше, Биго-Преамнэ, Малльвиль. В своей работе они опирались как на законодательство и доктрину, так и на проекты Гражданского кодекса, выработанные в период революции. В течение 4 месяцев проект был составлен и направлен затем я обсуждение высших судов. Последние менее чем в годичный срок представили свои замечания, после чего проект был рассмотрен Государственном совете. Затем проект перешел в трибунат и Законодательный корпус.

Состав Кодекса. Кодекс исходит из деления так называемого частного права на гражданское и торговое. Последнее посвя­щено взаимоотношениям между купцами и регулированию специально торговых сделок, хотя бы в них участвовали и не купцы (например, вексель). Торговое право регулируется не Гражданским кодексом, а особым Торговым кодексом. Таким образом, Гражданский, кодекс охватывает лишь отношения гражданско-правовые в узком смысле этого слова, т. е. частноправовые отношения, не являющиеся торговыми.

Кодекс делится на вводный титул (об опубликовании, действии и применении законов) и на три книги.

Книга первая посвящена лицам. В ней содержатся общие правила о правоспособности и дееспособности физических лиц (сюда относятся, главным образом, акты гражданского состояния, брак, развод, отношения родителей и детей, ограничения дееспособности в силу несовершеннолетия и душевной болезни). В Кодексе не содержится общих правил о юридических лицах. Законодатель­но периода революции обнаруживало отрицательное отношение к юридическим лицам; опасались, что в форме юридических лиц могли возобновить свое существование феодальные (главным образом — церковные) учреждения. Это отрицательное отношение перешло и в Кодекс 1804 г., тем более что капиталистические "ношения еще не достигли столь высокого уровня, при котором основное значение имеют не индивидуальные торговцы, а их объединения, использующие для своего оформления фикцию юри­дического лица. Имелись, правда, некоторые правила о торго­вых товариществах (об их наиболее простых формах), но эти пра­вила содержались в Торговом кодексе.

Книга вторая Гражданского кодекса содержит правила об имуществах и о различных видоизменениях собственности. Здесь даются общие правила о праве собственности, об узуфрукте и о сервитутах, имевших большое значение при наличии мелкой кре­стьянской собственности.

Книга третья, занимающая более двух третей всего Кодекса, дает правила о различных способах, которыми приобретается соб­ственность. Сюда относятся: наследование (по закону и по завеща­нию), договоры (здесь же излагаются и имущественные отноше­ния супругов, основанные на брачном договоре) и внедоговорные обязательства (возникающие, например, из причинения вреда).

Составители Кодекса не ставили перед собой задачи дать ис­черпывающую систему гражданско-правовых норм, а лишь зак­репить наиболее важные, с практической точки зрения, правила. При всей своей обширности (2281 статья) Кодекс стремится уста­новить лишь общие правила, не занимаясь деталями.

Кодекс написан простым и ясным языком. В четких, не ос­тавляющих места для сомнений формулах он закрепляет капи­талистические отношения: неограниченную частную собственность и свободу договора, господство буржуазии и подчиненное положе­ние пролетариата. Влияние на формулировки Кодекса оказало римское право.

Кодекс определяет собственность как "право пользоваться и распоряжаться вещами наиболее абсолютным образом, с тем, что­бы пользование не являлось таким, которое запрещено закона­ми и регламентами" (ст. 544). Собственность на вещь дает право на все, что эта вещь производит (ст. 546). Собственность на землю включает в себя собственность на то, что находится над землей и под землей (ст. 552). Наряду с этими правилами Кодекс воспроиз­водит правило Декларации прав человека и гражданина. "Никто не может быть принуждаем к уступке своей собственности, если это не делается для общественной пользы и за справедливое и предварительное вознаграждение" (ст. 545).

Собственнику принадлежит неограниченное право распоря­жаться вещью, т. е. продавать ее, дарить, закладывать. по своему усмотрению. Для капиталиста свобода распоряжения собственно­стью означает возможность капиталистического накопления: он мо­жет скупать имущество, например, земли теснимых нуждой бед­няков. Наряду с этим неограниченное дробление земельной соб­ственности (например, в силу раздела ее при наследовании меж­ду всеми наследниками), приводящее к "парцелле" — мельчай­шему земельному участку, препятствует ведению рационального хозяйства. "Наполеоновская" форма собственности, бывшая в на­чале XIX столетия условием освобождения и обогащения сельс­кого населения Франции, в течение этого столетия превратилась в причину его рабства и пауперизма.

Казус 2

Леон Авервилль 17 мая 1821 г. Продал принадлежащий ему участок земли за 20 тысяч франков Жану Леруа. Однако спустя несколько дней он обратился в суд с иском о расторжении этого договора, мотивируя тем, что по своей неопытности не знал подлинной цены участка, равной 50 тыс. франков. Леруа отказался удовлетворить требования истца, ссылаясь на то, что оговор купли-продажи был заключен с соблюдением соответствующих правовых норм и поэтому нерасторжим.

Каково должно быть решение суда? 

Для решения этого казуса следует рассмотреть соответствующие статьи Французского гражданского кодекса.

1101. Договор есть соглашение, посредством которого одно или несколько лиц обязываются перед другим лицом или пе­ред несколькими другими лицами дать что-либо, сделать что-либо или не делать чего-либо.

1108. Четыре условия являются существенными для дейст­вительности соглашения:

согласие стороны, которая обязывается;

способность заключить договор;

определенный предмет, составляющий содержание обязан­ности;

дозволенное основание обязательства

11134. Соглашения, законно заключенные, занимают место закона для тех, кто их заключил.

Они могут быть отменены лишь по взаимному согласию сторон или по причинам, в силу которых закон разрешает отмену (обязательства). (Хрестоматия по всеобщей истории государства и права. Под ред. З.. М. Черниловского. – М., 1997. – С. 286-287).

То есть мы видим, что при соблюдении всех формальных условий договор купли-продажи приобретает законную силу и не может быть расторгнут.

Однако в кодексе предусмотрено признание договоров недействительными:

1109. Нет действительного согласия, если согласие было дано лишь вследствие заблуждения или если оно было исторг­нуто насилием, или достигнуто обманом.

1135. Соглашения обязывают не только к тому, что в них выражено, но и ко всем последствиям, которые справедли­вость, обычай или закон связывают с этим обязательством, в соответствии с его природой.

1674. Если продавец потерпел ущерб в размере более се­ми двенадцатых цены недвижимости, то он может требовать признания продажи ничтожной...

Согласно этим статьям, несмотря на соблюдение покупателем всех необходимых формальностей, суд может признать данный договор  купли-продажи недействительным. Заблуждение Леона Авервилля при продаже налицо, к тому же в результате сделки он потерпел ущерб в размере более семи двенадцатых цены недвижимости.