АРТЕМ. Да, со светом такое бывает. Меня волнует другое: откуда в подвале взялось разбитое зеркало?
АНЯ (встрепенувшись). Зеркало? Вы видели это своими глазами?
КСЮ (устало). А Артемка даже почувствовал своим кроссовком, когда наступил на него. Висело на волоске, вот и сорвалось со стены.
САША (вздыхая). Жаль его. Изящное зеркало…
АРТЕМ (мрачно). Было. Отец меня убьет.
ЛИ (обеспокоенно). Плохая примета. Разбитое зеркало – семь лет счастья не видать. Бабушка мне всегда так говорила.
АРКАДИЙ (загробным голосом). И застряли они в этом доме на веки вечные… И осталась Ли без выпускного… И купила ее красивое платье другая девочка…
ЛИ. Дурак.
РОМА. Ничего, Темка, не печалься! Если что, у тебя есть еще одно зеркало. Точно такое же.
АНЯ (неожиданно для всех). Нет-нет-нет!! (Бросается к книге.)
Ребята молча переглядываются.
КСЮ. Всегда говорила, что книги до добра не доведут…
АРКАДИЙ. Нервный срыв. Тема, тащи успокоительное.
АРТЕМ (разводя руками). Все, что у меня есть – это капли от насморка.
АНЯ. Сам ты нервный срыв! Вы меня не слушаете, а я тем временем… В общем, неважно. Одну секунду. (Лихорадочно ищет нужную страницу.) Сейчас-сейчас… Вот!
(Читает.)
Каменные стены были неровные, покрытые черной копотью и склизкой грязью. Было слышно, как где-то под потолком медленно текла и журчала в длинных трубах вода. Плохо залатанные, они пропускали ее капли в некоторых местах, и оттого это жуткое место наполнялось звуками, словно при мартовской капели.
(Ждет от них ответа.)
Ребята молча таращатся на нее.
АНЯ. Ну что?
КСЮ. Э… Хорошее описание. Трубы. Да. Очень эпично. Что-то еще?
АНЯ (перебивая). Ладно, слушайте дальше!
Подвалом этого дома служила большая темная комната, по периметру которой выстроились старые дубовые шкафы с множеством полок. Благодаря их содержимому, помещение напоминало кабинет некоего профессора-химика: банки, склянки, пробирки, стаканы – поднося свечу, в каждом из них я видел свое бледное отражение. Мы обследовали почти всю комнату, но тут один из моих друзей тихо вскрикнул. Я быстро перевел свечу и увидел, как он согнулся от боли – из-под его стопы тонкой струйкой бежала кровь. Босой ногой он наступил на осколок разбитого зеркала.
ЛИ (передергиваясь). Какая мерзость. Зачем ты нам это читаешь?
АРКАДИЙ. Ань, браво. Замечательный рассказ. Я восславляю тебя и автора. (Опускается на одно колено, аплодирует.) Только, видишь ли. (Встает, отряхивается.) Если ты не заметила, нас кто-то запер, вырубил свет и разбил жутко ценное зеркало Артемова прапрадеда. Я полагаю, что это природа, но мои коллеги думают, что виной тому - мифические соседи или – еще того правдивее – полтергейст. В общем, нам есть чем заняться и над чем подумать. Перенесем литературный вечер в электричку, ладно?
КСЮ. Мумия, тебе слово не давали. Ребята, кажется, я поняла, к чему Аня клонит. И если это так, то жизнь становится интереснее.
АРКАДИЙ (рвет на себе волосы). Да ну брееед! Бред, бред, Ксю!
АНЯ. Вот! И об этом в книге написано: один из друзей начал ныть и скандалить сразу же после того, как только они вышли из подвала!
АРКАДИЙ. Это я-то ною?
КСЮ. Шел бы ты в закат.
АРКАДИЙ. Я никогда не вступаю с женщинами в диспут, но моему терпению приходит…
КСЮ. В закат, дорогая Мумия, в закат.
АНЯ. Вот, и про ссору между друзьями тоже что-то было.
АРКАДИЙ (кричит на Аню). Да что ты тут все время глупости городишь!
АНЯ. Я? (Расстраивается.)
АРТЕМ. А теперь всем – ША!
Все замолкают. Аня демонстративно-обидчиво отходит и садится на кровать.
Артем вздыхает и опускается на стул.
АРТЕМ. Так как я ничего не понял…
РОМА (вставляет). И я.
ЛИ (опускается на коврик). И я.
САША. И я. Ни-че-го.
АРТЕМ. … Аня, в общем, давай по порядку.
Аня, обиженно отвернувшись, молчит.
ВСЕ (громко). Ну Аня!
Аня подскакивает.
КСЮ. Мумия, если скажешь хоть слово, умрешь второй раз. Вещай, Лев Толстой.
АНЯ. В общем, я пока еще не все прочитала, но то, что мне уже открывается – очень и очень грустно.
КСЮ. А по мне так – весело, хи.
Ребята бросают на нее злые взгляды.
КСЮ. Молчу-молчу…
АНЯ. В этой книге действие происходит примерно в начале двадцатого века. Компания из восьми человек приезжает на дачу к другу. Как и положено хоррору, в доме начинают происходить странные вещи – теряется ключ, ломается замок, вырубается свет, разбивается зеркало… затем еще одно…
РОМА. Но ты описываешь вещи, которые происходили с нами.
КСЮ (напевно). Доброе утро, Ромашечка! Как спалось? Чаю?
ЛИ. Еще одно зеркало? Серьезно?
АНЯ. Я вам больше скажу – в книге четкое описание дома. Комната, прихожая, кухня… И вот оно абсолютно совпадает с тем, что я вижу вокруг!
ЛИ. Если честно, подвал был не очень похож на то, что ты читала.
АРТЕМ. Да это смешно! Сколько таких интерьеров может быть на свете! Не думаешь ли ты, что автор писал свое произведение в нашей гостиной? (Смеется.)
АНЯ. Артем, разуй глаза! Откуда у тебя это книга?
АРТЕМ (удивленно). А мне почем знать? Впервые вижу, если честно.
АНЯ. Автор – Лоров… «Один на пороге». О чем-то говорит?
Все пожимают плечами.
АНЯ (пролистывает книгу). Ни слова об авторе. Но нахождение книги в этом доме подразумевает то, что писал ее близкий родственник Артема. Эта дача одного возраста с произведением. Вопрос в другом: кто копирует главу за главой в нашей реальности? Предположим, ключ просто потерялся, свет вырубило стихийно, но зеркало... Стояло себе сотню лет и вдруг… Я не верю ни в силу природы, ни в спиритизм – кто-то просто повторяет ход повести. Но кто? Зачем?
Все молчат, переглядываясь.
АНЯ. Предлагаю прочитать дальше… Может, что-то поймем.
САША (громко и неожиданно). Так все. Баста! Мне надоело. Моя подростковая психика больше не выдерживает. Ну, прочитаем мы эту книгу до конца, поймем, что все умрут и – дальше-то что? Будем сидеть взаперти, трястись от ужаса и думать, что с нами произойдет то же самое? Пока окончательно не сойдем с ума в этой берлоге. Ничего страшного не случилось, и тут я согласна с нашей Мумией-реалисткой! Буря мглою небо кроет – вот и весь ответ.
АНЯ. Но ключ…
САША. Забудь ты про этот ключ! Если бы нас хотели убить, давно бы совершили задуманное. А тебе, Анечка, нужно держаться как можно дальше от дурацкой литературы. Найди в Темкиных шкафах…эм… Льва Толстого! И получи, наконец, удовольствие от жизни. В общем, друзья-товарищи, мобила не ловит, говорить о таком явлении как Интернет тоже не приходится. Могли бы подышать свежим воздухом, на улочке прогулочку совершить – но извините. Погода с нами не посоветовалась - прикрыта наша развлекательная лавочка! (Подкидывает в воздух карты «UNO».) Поэтому, пока не произошла новая напасть, я отправляюсь спать! Чего и вам советую!
Пауза.
РОМА. Мне кажется, мы уже потихоньку начинаем сходить с ума…
КСЮ. Теряем режиссера.
АРКАДИЙ. А что? Саша права! Давайте спать. У меня, если честно, глаза слипаются.
ЛИ (поддакивая). Утро вечера мудренее. Может, с утра произойдет чудо, и дверь будет открыта?
АРКАДИЙ. Я помню чудное мгновенье… Побольше реализма, Ли! Тема, где мы будем спать?
АРТЕМ (смеется). Мне кажется, Ромка нашел свое место под солнцем.
Рома уже спит на мате. Все смеются.
АРТЕМ. Рома и мат просто неразлучны. Идем, я покажу вам другие комнаты.
КСЮ. Мы с Ли забили место на чердаке!
ЛИ. А… там не холодно?
КСЮ. Со мной не пропадешь! (Забирает одну свечу.)
АРТЕМ. Кто-то один должен остаться здесь... Наверху всем места не хватит.
АНЯ. Можно я? Я совсем не устала и хочу почитать… Э… Льва Толстого. Ромка так крепко спит, что свет фонарика не заметит.
КСЮ. Занимай сие арт-хаусное сооружение. (Кивает на кубы.) Щеголять в чем мать родила необязательно – не напугай нашего ребенка раньше времени.
АРТЕМ. Перед уходом возьмите свечи – на лестнице темно…
АРКАДИЙ. А если по пути снова встретятся кубы… Полетим как лепесток через запад на восток.
КСЮ (толкает его в спину). Так хочется залепить тебе, лепесток мумический.
АРКАДИЙ. Не позволяй гневу одолевать тебя, Ксения!
Забирают свечки и уходят. Аня включает фонарик, берет в руки книжку, садится на кубы и углубляется в чтение. Рома спит.
Музыка.
СЦЕНА 4.
Середина ночи. Рома мирно сопит, Аня перелистывает страницу книги.
Где-то неподалеку раздаются шаги и шорох. Она испуганно светит фонариком, вглядывается в темноту.
АНЯ. Здесь кто-то есть?
Никто не отвечает. Аня быстро-быстро пролистывает страницы в обратную сторону.
АНЯ (медленно читает вслух). Свеча тлела и обжигала мне руку, но я продолжал держать ее. Было важно узнать, кто ходит в этой комнате. Тем временем, шорох усиливался, а чье-то дыхание становилось более ясным. Что-то приближалось ко мне.
Аня всматривается в темноту. Затем, не выпуская книгу из рук, встает, подходит к сумке. Открывает ее, перекладывает в ней какие-то вещи. Потом на секунду замирает, вынимает некий блокнот, открывает. Ее лицо хмурится, она оглядывается, затем пролистывает его страницы. Снова оглядывается, аккуратно прячет его под мышку, открывает другую сумку, вынимает из нее карандаш. Пару раз обернувшись и удостоверившись, что кроме нее и Ромы здесь никого нет, она садится за стол, кладет блокнот, берет салфетку и, что-то записывая на ней, принимается решать некое уравнение.
Тут снова доносится шорох, шаги. Вздрагивая, Аня оглядывается. Встает, медленно обходит комнату с фонариком. Бросается к книге.
АНЯ (читает вслух). Зловещая тишина. Как я ни вглядывался в темноту, я не мог заметить ничего существенного. Я осмелел и продвинулся на пару шагов вперед. Ничего и никого. Куда оно могло испариться?
(Бормочет.) Что ж такое…
Медленно садится за стол.
Принимается думать, что-то записывает. Так продолжается некоторое время.
АНЯ. Кажется, я поняла.
Блаженно щурится, кладет голову на руки. Засыпая, выключает фонарик. Сцена тонет во мраке. Раздается звук – будто бы падает и разбивается зеркало.
СЦЕНА 5.
Сцена освещена.
Мат пуст, Аня – спит за столом. На кубах кто-то лежит.
Раздается невероятно громкий стук в дверь. Аня подпрыгивает, падает со стула. На кубах кто-то начинает ворочаться в одеяле.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 |
