14 февраля – День Святого Валентина
ЭТО БЫЛА ПЕРВАЯ СВАДЬБА В ОСВОБОЖДЕННОМ ХАРЦЫЗСКЕ
Клавдия Белоусова и Григорий Казаринов получив брачное свидетельство под №1 в 1943 году – Харцызк тогда только-только освободили от немцев. Они были знакомы друг с другом всего лишь день…
НЕОЖИДАННОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ
После окончания 34-й харцызской железнодорожной школы Клавдия (впрочем, тогда просто Клавочка) стала работать пионервожатой в СШ №4. Симпатичная, веселая и приветливая 19-летняя девушка всегда была окружена поклонниками. Но сердце, как она считала, было отдано одному – неунывающему смельчаку Косте. В октябре 1941 года молодые люди планировали сыграть свадьбу. Им помешала война. Жених ушел воевать, а Клава осталась вместе с мамой в Харцызске. В хлопотах Белоусовы не успели эвакуироваться - город захватили фашисты.
- Страшное было время, - вспоминает Клавдия Александровна. – Холодно, голодно, жутко. Лишний раз рот открыть боялись, чтоб не нарваться. Немцы прикажут идти на улицу убирать снег, выходили. А что оставалось делать? В нашем доме жили немцы. Да нет, обижать – не обижали (вот чего не было, того не было). Мама ходила в села менять вещи на продукты, тем и жили. Потом напротив железнодорожного вокзала открыли столовую, там заведующим был поляк Францович, он меня и взял в столовую официанткой. Так удалось продержаться до прихода наших.
Когда войска советской армии освободили Харцызск, красноармейцы стали ходить по квартирам и домам, чтобы устроиться на «постой». В доме у Белоусовых тоже квартировали солдаты. Однажды к ним зашел молодой офицер. Поговорив со своими, он внимательно посмотрел на вспыхнувшую от смущения и ушел. А на следующий день сообщил матери Клавы: «Вера Михайловна, вместо солдат у вас теперь жить буду я». Вечером молодой человек обратился к девушке с просьбой: «Вы сможете пришить подворотнички к гимнастеркам?» - «С радостью, только я ж не умею», - честно ответила Клава. – «Ничего, я покажу вам как надо», - успокоил её новый жилец. За работой, Константин, как звали офицера, принялся расспрашивать девушку о жизни. Та как на духу рассказала, чем живет, чем интересуется. «А жених у тебя есть?» – «Есть. Тоже Костей зовут, сейчас воюет, до войны собирались пожениться».
На том разговор и кончился.
А на утро Константин попросил у Веры Михайловны, матери Клавы, разрешение на брак с её дочкой. «Да как же это, Константин Григорьевич? – растерялась женщина. – Вы ведь знакомы всего один день…Да и война сейчас, какая женитьба?». – Если будет ждать, ничего со мной не случится», - уверенно ответил Костя.
Что в этот момент происходило с Клавой – она объяснить не может. Просто поняла – её мужчина. Расписались в этот же день в исполкоме, став первыми молодоженами в освобожденном Харцызске. Тогда, понятное дело, было не до свадьбы. Да и до гулянья там было! В то время людям одеть-обуть особо нечего было. Утром расписались, а вечером молодой муж отправился на фронт – воевать.
« Я ВЕРЮ В НАШУ ВСТРЕЧУ И ЖДУ ЕЁ С НЕТЕРПЕНИЕМ»
Пока супруг сражался с фашистами, Клавдия сеяла «разумное, доброе, вечное» и в харцызском ремесленном училище, и в школе в Верхней Крынке. И хотя муж находился от неё за тысячи километров, видимо их соединяла какая-то неведомая сила. Иначе как объяснить тот факт, что супруг Константин каким-то образом почувствовал присутствие в Харцызске бывшего жениха Константина, приехавшего в родной город на побывку, каким-то чудом уладив все дела с начальством (война ведь!) ринулся в Харцызск, чтобы не упустить свою Клаву, не дать сопернику увезти свою жену?
«Жди меня и я вернусь, только очень жди», - эти бессмертные строчки Симонова нашли отзыв в душах всех защитников Родины. Самыми счастливыми мгновениями в жизни считал Константин Григорьевич редкие встречи со своей молодой женой. И это давало ему дополнительные силы для борьбы с врагом. Судьба его хранила. Контуженый (но главное – живой!), награжденный двумя орденами Красной Звезды и многочисленными медалями вернулся Константин после войны за своей любимой Клавой. В качестве супруги военного Клавдия Александровна объездила весь СССР. Были и на Камчатке, и в Белоруссии и в Молдавии… В 1956 году приехали в Харцызск. Константин Григорьевич трудился на канатном заводе мастером ОТК, потом заведовал городским тиром. Клавдия Александровна работала учительницей математики в СШ №2, потом в СШ №7. С мужем прожили 41 год. Говорят, 41-я годовщина свадьбы не празднуется. Они её и не праздновали, но по другой причине – в 1982 году Константин Григорьевич покинул этот мир.
«Жили мы хорошо, муж мне ни в чем не отказывал, - вспоминает Клавдия Александровна. – Говорили ли мы с ним о любви? Никогда! И я никогда не спрашивала его, почему он вдруг захотел на мне жениться…Да когда там о ней говорить? Двое детей, хозяйство, я учительницей работала, муж в командировках, до красивых ли слов нам было?…».
Клавдия Александровна – человек старой закалки, и видимо просто не хочет распространяться о самом сокровенном, глубоко личном. Возможно, скуп был Константин Григорьевич на внешнее проявления чувств, но сколько нежности таят в себя подписи под фото: «На память милой Клавочке. Дни Отечественной войны. Посмотри и вспомни. Вспомни и посмотри». А какой любовью дышат письма Константина Григорьевича своей жене! Вот одно из них, написанное за два дня до Победы:
«Здравствуй, дорогая Клавочка!
Боевой привет из Австрии!
Сегодня получил от тебя письмо, за что сердечно благодарю и желаю массу наилучших успехов в твоей жизни и работе! А особенно благодарю за фотографию! Представь, как только распечатал письмо и увидел в средине письма фотокарточку, я долго не решался рассматривать её, потому что с момента нашей последней встречи проходит уже 10-й месяц. Я думал, что ты крепко изменилась, но посмотрев на твою копию и вспомнив оригинал, в каждом уголке своего мозга старался искать и вспоминать все те минуты и счастливые дни проведенные вместе с тобой. Я считаю - это самые светлые дни.
Я эти дни вспоминаю ежеминутно, а в особенности – в тяжелые минуты жизни. Эти дни пронес вместе с собой с Харцызска через Мелитополь, Сиваш, Джанкой, Симферополь, Севастополь, Одессу, Тирасполь, через всю Румынию, Болгарию, Югославию, Венгрию и Австрию.
Я уверен, что с этими мыслями и воспоминаниями пройду от начала и до конца логова коричневой чумы германского фашизма, как прошел через Карпаты и прохожу в данный момент через Альпы.
Я очень и очень доволен тем, что мне предоставилась возможность пройти по Суворовским дорогам. Особенно засели в моей памяти 14 дней ожесточенных последних боев, о который я писать не буду, но опишу, что здесь, на чужой земле наши русские люди, которые не имеют ни капли намерения поработить и ограбить другие народы, продолжают с тройной отвагой и мужеством отстаивать и защищать свою свободу и независимость. Это наша основная черта. Это наша сила. Это видят и воспринимают освобожденные нами народы. Находясь здесь на фронте, я слежу за всеми событиями, и с каждым днем все ближе и ближе чувствуется конец войны, чувствуется наша встреча. Я верю в эту встречу и жду её с нетерпением. Я очень и очень рад твоим письмам и прошу тебя писать почаще не считаясь с тем, что много работы.
На этом заканчиваю.
О себе писать нечего. Жив и здоров. Чего и тебе желаю.
Высылаю 8 фотокарточек на хранение. Это память дней суровой Отечественной войны.
Целую крепко и много раз. Твой Костя.
7.5.45 год»
* * *
Клавдии Александровне 89 лет. Несмотря на возраст, бывшая учительница сумела сохранить стильность прически, молодость духа и живость характера. Сейчас она счастливая бабушка и прабабушка. Её дочка и две внучки – тоже учительницы, все работают в Харцызске. Со дня смерти мужа прошло 30 лет. Клавдия Александровна не вышла больше замуж, оставшись до конца верной своему Косте. Все письма и фотографии любимого мужа бережно хранит. Она даже купила двухтомник о Харцызске, где есть упоминание о ней и её муже. всегда с ним.
Елена КЛЕВЦОВА
Автор благодарит внучку К. Казариновой – Татьяну Молчанову за помощь при подготовке материала
