УДК 811
ИДИОСТИЛЬ М. А.БУЛГАКОВА В МЕТАФОРИЧЕСКОМ ПРЕЛОМЛЕНИИ
Кафедра общего языкознания и славянских языков КемГУ
ГОУ ВПО «Кемеровский государственный университет»
Настоящая работа посвящена когнитивному исследованию метафоры в произведении «Мастер и Маргарита». Исследование теории метафоры и описание её конкретных моделей дает возможность составить представление об идиостиле как одном из фрагментов системы художественной речи начала XX века.
Идиостиль – это «система индивидульно-эстетического использования свойственных данному периоду развития художественной литературы средств словесного выражения» [1:85]. Идиостиль соотносится с таким феноменом, как картина мира автора, под которой понимается «воспроизведение картины мира в человеческом сознании, представляемое в виде чувственной и рациональной (логической) модели действительности» [2:245].
В связи со сказанным целесообразно обращение к теории когнитивной лингвистики, которая рассматривает метафору именно как основную ментальную операцию, как способ познания, структурирования, оценки и объяснения мира. Считается, что человек не только выражает свои мысли при помощи метафор, осуществляя украшение речи, но и мыслит метафорами, познает при помощи метафор тот мир, в котором живет, а также стремится в процессе коммуникативной деятельности преобразовать существующую в сознании адресата языковую картину мира [3].
Актуальность когнитивного исследования метафорических моделей в текстах Булгакова обусловлена, во-первых, важностью изучения метафорического моделирования как существенного аспекта идиостиля писателя, во-вторых, значимостью выявления взаимосвязей между авторской метафорической картиной мира и социальной, религиозной, культурной действительностью, изображаемой писателем.
Объектом исследования выступает метафора (в характерном для когнитивистики широком понимании), используемая в романе «Мастер и Маргарита».
Предметом наблюдения избираются доминантные для идиостиля метафорические модели.
Материалом для анализа служат метафорические словоупотребления, извлеченные из романа «Мастер и Маргарита».
Целью настоящей работы является определение специфики идиостиля , выраженной посредством особенностей метафорического моделирования действительности. Для достижения поставленной цели решаются следующие задачи:
рассмотрение роли метафоры в художественной картине мира писателя;
определение доминантных сфер-источников и сфер-мишеней метафоры в художественной картине мира ;
описание наиболее активных метафорических моделей в художественной картине мира рассматриваемого автора и установление степени их значимости для идиостиля мастера слова.
В качестве методологической основы исследования используется положение об обусловленности речевой деятельности понятийной системностью сознания, лежащее в основе когнитивной теории метафоры, созданной в США и развиваемой в России.
В работе находят применение следующие лингвистические методы: контекстуальный и дискурсивный анализ, классификация метафорических моделей и их сопоставление.
Метафорическое моделирование действительности – один из продуктивных путей формирования идиостиля – задействует мегасферы НАТУРФАКТ, ЧЕЛОВЕК и АРТЕФАКТ как доминантные источники метафоризации.
Внутри сферы-источника «НАТУРФАКТ» просматриваются две системы:
1) метафора НЕЖИВОЙ ПРИРОДЫ, формируемая рядом подсфер: «Физический мир», «Метеоусловия»; 2) метафора ЖИВОЙ ПРИРОДЫ, претворяемая подсферами «Мир животных» и «Мир растений».
Сфера-источник «ЧЕЛОВЕК» основывается на подсферах: «Физическое», «Физиологическое», «Психическое».
Сфера-источник «АРТЕФАКТ» складывается из подсфер: «Механизм» и «Сосуд».
Результат процесса метафоризации порождает тот же перечень сфер (сфер-мишений), которые реализуются в несколько иных конкретизациях. Так, наиболее частотной является трансформация сферы-источника «ЧЕЛОВЕК» в ее подсфере «Физическое» в подсферу «Психическое»: милосердие иногда стучится в их сердца; в глазах ее плавал и метался страх и ярость. Сведение психического к физической стороне обусловливается, на наш взгляд, попыткой максимально нивелировать человека как представителя массового сознания, лишенного высших духовных ценностей и идеалов. При этом подсфера активного физического действия зачастую характеризуется мотивом разрушения, что подчеркивает губительность для индивидуума подобного обезличивания: Ниточка [смысла] то и дело рвалась в руках; хоть все и перегорело и угли затянулись пеплом.
В свете данных тенденций модифицируется подсфера «Физиологическое»: доедаемая малокровием девушка в оранжевом шелковом измятом платьице. Анализируемый блок метафор «рисует» болезненное состояние человеческого организма, что вполне соотносимо с уже означенными закономерностями: кожа на лице швейцара приняла тифозный оттенок, а глаза помертвели, – и подчеркивает недолжное, нездоровое в отражаемой действительности. Общее устремление к разрушению, характерное для сферы-источника «Физическое», будто бы заражает мир природы: глядя на нити огня, раскраивающие тучу, стал просить, чтобы молния ударила в столб Иешуа; Бор на противоположном берегу реки, еще час назад освещенный майским солнцем, помутнел, размазался и растворился. Это свидетельствует о крушения первоначал бытия в свете духовно опустошенного человеческого сознания.
Показательным становится метафорическое преображение сферы «АРТЕФАКТ» в сферу «ЧЕЛОВЕК». Анализ материала позволяет утверждать, что согласно мировидению человек механизируется в обществе, сводится к малому винтику сложной социальной системы: … вообще человек без сюрприза внутри, в своем ящике, неинтересен; быть может еще не все струны сгнили в ее ростовщичьей душонке.
Вполне закономерны и восходят к традиционной, мифологической картине мира зооморфные метафоры (НАТУРФАКТ – ЧЕЛОВЕК), которые в превалирующем большинстве случаев сопровождаются отрицательной коннотацией, что позволяет писателю в мрачных красках показать пороки современного общества: осёл у нас в филиале сидит; объявил громким козлиным тенором.
Подводя итог, можем отметить, что авторское мировосприятие характеризуется представлением о человеке как раздробленном, болезненном, лишенном духовного богатства и целостности механизме. Это неразрывно связано с переломной историко-культурной ситуацией начала XX века и детерминирует основные черты идиостиля .
Литература
О языке художественной литературы/ . – М.: Изд-во худ. лит-ры, 1959. – 656 с.
Караулов и русская идеография/ . М.: Наука, 1976. – 354 с. Чудинов лингвистика / . – Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2003. – 312 с. 
Научный руководитель – канд. филол. аук., доцент Васильева Е. В.
