Таня Савичева
Слайд №1
Жила – была девочка. Звали ее Таня Савичева.
Слайд №2
Она была дочерью пекаря и белошвейки, младшей в семье, всеми любимой. Большие серые глаза под русой челкой, кофточка-матроска, чистый, звонкий «ангельский» голос, обещавший певческое будущее.
Савичевы все были музыкально одарены. И мать, Мария Игнатьевна, даже создала небольшой семейный ансамбль: два брата, Лека и Миша, играли на гитаре, мандолине и банджо, Таня пела, остальные поддерживали хором.
Отец, Николай Родионович, рано умер, и мать много работала, чтобы поднять на ноги пятерых детей. У белошвейки ленинградского Дома моды было много заказов, она неплохо зарабатывала. Искусные вышивки украшали уютный дом Савичевых — нарядные занавески, салфетки, скатерти.
Слайд №3
С детских лет вышивала и Таня — все цветы, цветы… Двери этого дома всегда были открыты для друзей. И, когда садились за стол, ставили несколько лишних тарелок вдруг кто-нибудь заглянет на огонек. А еще все очень любили гулять по городу. Жили Савичевы недалеко от Академии художеств, рядом Стрелка Васильевского острова, Адмиралтейство, Петропавловская крепость. Купались в Неве у сфинксов, любили в выходной все вместе на маленьком пароходике махнуть в Петродворец...
Лето 1941-го года Савичевы собирались провести в деревне под Гдовом, у Чудского озера, но уехать успел только брат Миша. Утро 22-го июня, принесшее войну, изменило планы. Сплоченная семья Савичевых решила остаться в Ленинграде, держаться вместе, помогать фронту. Мать шила обмундирование для бойцов. Лека, из-за плохого зрения, в армию не попал и работал строгальщиком на Адмиралтейском заводе, сестра Женя точила корпуса для мин, Нина была мобилизована на оборонные работы. Василий и Алексей Савичевы, два дяди Тани, несли службу в ПВО.
Таня тоже не сидела сложа руки. Вместе с другими ребятами она помогала взрослым тушить «зажигалки», рыть траншеи.
Но кольцо блокады быстро сжималось — по плану Гитлера, Ленинград следовало «задушить голодом и сровнять с лицом земли».
Зима в 1941-м началась рано. Она стала суровым испытанием для жителей блокадного Ленинграда: в домах не было электричества, замёрз водопровод, не работало центральное отопление, бездействовал городской транспорт. По заваленным снегом улицам прекратили движение трамваи и троллейбусы.
Ежедневные налёты вражеской авиации и многочасовые обстрелы города артиллерией стали настоящим бедствием для ленинградцев. После одной из бомбёжек была уничтожена самая крупная продовольственная база – Бадаевские склады. В городе стало не хватать продуктов питания. А с ноябрьскими морозами в город пришёл голод, страшный голод! Война шла везде и везде умирали люди. Но от голода и холода умирали только в Ленинграде. Умирали по дороге на работу, в очереди за хлебом, умирали в своих холодных постелях, не имея сил встать. И так почти 900 дней и ночей.
Люди умирали целыми семьями, домами, кварталами. На глазах матерей умирали дети, младенцы оставались без матерей и, если их не находили, они были обречены.
Слайд №4
20 ноября норма выдачи хлеба уменьшилась в очередной раз: рабочие стали получать 250, а все остальные – 125 граммов хлеба. Первую половину января неработающее население города и дети никаких продуктов питания вообще не получали.
Девчонка руки протянула
И головой - на край стола...
Сначала думали - уснула,
А оказалось - умерла.
Её из школы на носилках
Домой ребята понесли.
В ресницах у подруг слезинки
То исчезали, то росли.
Никто не обронил ни слова.
Лишь хрипло, сквозь метельный сон,
Учитель выдавил, что снова
Занятья - после похорон.
Надвигался голод! Развивалась своеобразная ленинградская кулинария: люди научились делать пышки из горчицы, суп из дрожжей, котлеты из хрена, кисель из столярного клея. Хлеб – это совсем маленький кусочек… тяжелый, липкий, сырой. Хлеб содержал всякую дрянь и лишь немного муки. Почти все ленинградцы стали дистрофиками. Одни распухли и блестели, как будто покрытые лаком. Это первая степень дистрофии. Другие – высохли – вторая степень. Многие от слабости падали и умирали прямо на улицах. Суп из обоев, компот из засушенных от моли апельсиновых корок, студень из кожаных колодок. Блокадное меню. Таня, спрятав в варежку хлебные карточки, стояла в бесконечной очереди в булочную на Васильевском острове, когда-то принадлежавшую отцу. Ей полагалось 125 грамм.
Слайд№5
А хлеб на 40% состоял из солода, овса и шелухи, а позже целлюлозы (в разное время от 20 до 50%).
Слайд№6
Крошечный, почти невесомый ломтик.
Сто двадцать пять блокадных грамм
С огнем и кровью пополам…
Вот такие хлебные карточки получали ленинградцы и хранили их как самую большую драгоценность.
Слайд№7,8
Однажды не вернулась с работы Нина. В этот день был сильный обстрел, дома беспокоились и ждали. Но когда прошли все сроки, мать отдала Тане, в память о сестре, ее маленькую записную книжку, в которой девочка и стала делать свои записи.
Слайд№9
Первая запись появилась 28 декабря. Первой умерла Женя. Умерла прямо на заводе. Ежедневно она вставала раньше всех. когда за окном еще было темно, и семь километров шла на свой завод. Работала по 2 смены, а потом еще сдавала кровь, и сил не хватило.
И в маленьком блокноте, ставшим впоследствии блокадным дневником, в алфавитном порядке на букву "Ж" появилась первая трагическая запись, сделанная рукой Тани: "Женя умерла 28 дек в 12.30 час утра 1941 г". С этой скорбной записи и начался подвиг Тани Савичевой. Она сделала в своем блокноте всего семь записей – на девяти страничках, и эти записи оказались главным делом всей ее жизни и обессмертили имя обыкновенной девочки, прожившей лишь 14 лет!
Слайд№10
Скоро отвезли на Пискаревское кладбище и бабушку – сердце не выдержало. «Бабушка умерла 25 января в 3 часа 1942 г.».
Бабушке - Евдокии Григорьевне Фёдоровой (в девичестве - Арсеньевой) в 1941 году 22 июня, в день начала войны, исполнилось 74 года. Блокадная голодная смерть одолела её в самые студёные, морозные январские дни.
Третья степень алиментарной дистрофии - это медленное умирание или срочная госпитализация. Но бабушка от больницы отказалась, и смерть не заставила себя долго ждать. В блокнотике на странице с буквой "Б" Таня пишет : "Бабушка умерла 25 янв. 3 ч. дня 1942 г", хотя в Свидетельстве о смерти, выданном в райсобесе Марии Игнатьевне - Таниной маме, стоит другое число - 1 февраля. Так было нужно, ведь бабушкину карточку можно было использовать до конца месяца. Так делали многие и это может на какое-то время поддерживало остававшихся ещё в живых, продлевало им жизнь.
Слайд№11
Брату Леониду (Лёке) было 24 года (родился в 1917 году). Он работал строгальщиком на Судомеханическом (Адмиралтейском) заводе. В первые же дни войны с друзьями помчался в военкомат, но в армию не взяли из-за зрения - был очень близорук. Его оставили на заводе - нужно выполнять срочные военные заказы, необходимы специалисты. Неделями жил там, работая днём и ночью. Родных навещать приходилось редко, хотя завод недалеко от дома - на противоположном берегу Невы, за мостом Лейтенанта Шмидта. Здесь же, в заводском стационаре, он и умер от дистрофии.
Как страшно, как не хочется делать скорбные записи, но приходится вновь доставать блокнот и продолжать блокадную хронику. На букву "Л" Таня записывает: "Лека умер 17 марта в 5 часутр в 1942 г", соединив два слова в одно. Прячет его в, украшенную палехской росписью, шкатулку, в которой хранятся семейные реликвии - мамина фата и венчальные свечи. Вместе с ними лежат Свидетельства о смерти папы, Жени, бабушки, а теперь и Лёки.
Слайд№12,13
Трудно себе представить, но в этих условиях в городе продолжало работать 39 школ. Маленькие ленинградцы хотели учиться. Они были такими же блокадниками, как и взрослые. И погибали так же. Город не мог уберечь детей от недоедания, от истощения, но старался делать все, что возможно. В разгар первой страшной зимы были организованы новогодние елки. Вот программа праздника: «Художественная часть. Встреча с бойцами и командирами. Танцы и игры у елки. Обед. На празднике ребята не шумели, не шалили, они ждали обеда. Он состоял из дрожжевого супа с кусочком хлеба, котлетки из крупы и киселя. Дети ели медленно и сосредоточенно. Они знали цену хлеба. м
Вы знаете, как едят блокадный хлеб? Нет? Я раньше тоже не знала… Я научу вас. Надо положить пайку на ладонь и отломить крохотный кусочек. И долго-долго жевать его, глядя на оставшийся хлеб. И снова отломить. И снова жевать. Надо как можно дольше есть этот крохотный кусочек. А когда весь хлеб будет съеден, подушечками пальцев соберите на середину ладони крошки и прильните к ним губами, словно хотите поцеловать их… Чтобы ни одна крошка не пропала… ни одна крошечка. ели медленно
и Казалось - наступит весна, станет легче. Её ждали с надеждой и тревогой. С декабря несколько раз уже прибавлялась норма выдачи хлеба, город очищен от грязи и накопившегося зимой мусора, заработали бани, по улицам загрохотали трамваи, разрешено создавать огороды и выращивать овощи. Таня, сколько могла, пыталась выхаживать своих родственников. Однако это было выше ее сил, и в течение месяца в блокнотике появились новые записи
Слайд№14
В записной книжке на букву "В" появляются сбивчивые строчки : "Дядя Вася умер в 13 апр 2 ч ночь 1942 г".
Слайд№15
А почти через месяц : "Дядя Леша 10 мая в 4 ч дня 1942 г". На букву "Л" страничка в блокноте уже занята, и приходится писать слева на развороте. Но то ли сил не хватило, то ли горе переполнило душу исстрадавшегося ребёнка - на этой странице слово "умер" Таня пропустила.
Оба дяди - Василий Родионович и Алексей Родионович Савичевы - родные братья Таниного отца. У Николая Родионовича - пять братьев и сестра (умерла она задолго до войны). Два его брата (Гавриил и Григорий) жили в Гдовском районе Псковской области, а Дмитрий с женой Марией Михайловной и холостяки - Василий с Алексеем - в том же доме № 13/6 на 2-й линии Васильевского острова, но только этажом выше.
Слайд№16
Последней умерла мама.
Когда мама была рядом, казалось, что всё можно преодолеть, даже голод. С мамой верилось в победу, в скорое возвращение сестры Нины и брата Миши. Но мамы не стало, всё рухнуло. Горе сковало тело, не хотелось шевелиться, двигаться. "Савичевы умерли", "Умерли все", "Осталась одна Таня".
Слайд№17
Карандаш царапает - уже весь исписан. Пальцы не слушаются, будто деревянные, но чётко подводят итог. Каждую запись Таня словно чеканит на отдельных листочках с соответствующей буквой - "М", "С", "У", "О".
«Мама 13 мая в 7.30 час. утра 1942 года». Таня не написала слово «умерла». Наверное, у нее не хватило сил написать это слово.
Слайд№18
В тот раз, видимо, перелистав страницы своего дневника, Таня уже без дат запишет «Савичевы умерли». «Умерли все». «Осталась одна Таня»
Таня так и не узнала, что не все Савичевы погибли, их род продолжается. Сестра Нина была спасена и вывезена в тыл. В 1945-м году она вернулась в родной город, в родной дом, и среди голых стен, осколков и штукатурки нашла записную книжку с Таниными записями. Оправился после тяжелого ранения на фронте и брат Миша.
Таню же, потерявшую сознание от голода, обнаружили служащие специальных санитарных команд, обходившие ленинградские дома. Жизнь едва теплилась в ней. Вместе со 140 другими истощенными голодом ленинградскими детьми девочку эвакуировали в Горьковскую (ныне – Нижегородская) область, в поселок Шатки. Жители несли детям, кто что мог, откармливали и согревали сиротские души. Многие из детей окрепли, встали на ноги. Но Таня так и не поднялась. Врачи в течение 2-х лет сражались за жизнь юной ленинградки, но гибельные процессы в ее организме оказались необратимыми. У Тани тряслись руки и ноги, ее мучили страшные головные боли. 1 июля 1944 года Таня Савичева скончалась. Ее похоронили на поселковом кладбище, где она и покоится под мраморным надгробием. Рядом — стена с барельефом девочки и страничками из ее дневника.
Слайд№19
Таня Савичева прожила всего 14 лет. Но дневник, написанный ею в промерзшей ленинградской квартире, между жизнью и смертью – стал ее подвигом. Потому что когда человек даже в безысходной ситуации действует, делает хоть что – то разумное и полезное, он не сдается, не покоряется, он остается Человеком! Так и получилось, что вся гитлеровская армия, окружившая Ленинград, все немецкие летчики, его бомбившие, и все немецкие артиллеристы, его обстреливающие, не смогли победить одну маленькую девочку по имени Таня!
Девять страничек. Страшные строчки.
Нет запятых. Только черные точки.
«Умерли все». Что поделать? Блокада.
Голод уносит людей Ленинграда.
Жутко и тихо в промерзшей квартире.
Кажется, радости нет больше в мире.
Если бы хлебушка всем по кусочку,
Может, короче дневник был на строчку.
Маму и бабушку голод унес.
Нет больше силы. И нет больше слез.
Умерли дяди, сестренка и брат
Смертью голодной. Пустел Ленинград.
Пусто в квартире. В живых – только Таня.
В маленьком сердце – столько страданья.
«Умерли все». Никого больше нет.
Илья Малышев
Слайд№20
О ленинградской школьнице Тане Савичевой, ставшей известной всему миру благодаря её блокадному дневнику, написано немало. Тане посвящены стихи, памятники, о ней сложены песни, её именем в 1971 году названа одна из малых планет Солнечной системы, № 000.
Слайд№21,22
Копии ее дневника (художественные, либо фотографические) экспонируются во многих музеях (городских и сельских - государственных, общественных, ведомственных, школьных). О нём знают в разных странах: он помещён в многочисленные отечественные и зарубежные книжные издания, был представлен в экспозициях на выставках в Японии и Великобритании, Швеции и США, Италии и Германии, Китае и многих других государств.
Слайд№23
В 1968 году он увековечен в камне на третьем километре Дороги Жизни, является составной частью мемориального комплекса "Цветок Жизни", созданного по проекту и , и посвящён всем детям, погибшим в блокадном кольце.
Слайд№24
Сложным был путь исторической блокадной реликвии - дневника Тани Савичевой - до архивных фондов Государственного Музея Истории Санкт-Петербурга. Там он хранится и по сей день, а на Пискарёвском кладбище представлена его копия.
О жизни Тани Савичевой я советую всем прочитать книгу Миксон, И. Жила, была : историческое повествование : [повесть о Тане Савичевой] / Илья Миксон. - Л. : Детская литература, 1991. - 224 с.
Использованные источники:
"Идет война народная..." : стихи о Великой Отечественной войне / [сост., предисл., справки об авторах ] ; худож. Б. Чупрыгин, Б. Страхов. - М. : Детская литература, 2010. - 321 с. - (Школьная библиотека).
Дети во время Великой Отечественной Войны [Электронный ресурс] // Face of time : Мгновения истории в фотографии : [сайт]. – Режим доступа: http://www. faceoftime. ru/deti-vo-vremya-otechestvennoj-vojny/ . – 24.11.2014.
Миксон, И. Жила, была : историческое повествование : [повесть о Тане Савичевой] / Илья Миксон. - Л. : Детская литература, 1991. - 224 с.
