Зотова, А. Это - мой дедушка! [Текст] / А. Зотова // Озерский вестник. - 2002. - N 133. - С.6
Моего дедушку Леонарда Станиславовича ТОМАШЕВИЧА многое озерчане знают как одного из первостроителей нашего замечательного города. Знают, как он со своими товарищами строил "сороковку". Об этом написано и в книге ва, , "История Южно-Уральского управления строительства". Но немногие знают, что он прошел дорогами войны, не единожды был на грани жизни и смерти. Он редко говорит о войне вслух. Но, когда выдаются такие редкие минуты, я с замиранием сердца слушаю его рассказы. Сегодня май дедушка рассказывает о своей молодости, о "сороковых, роковых…»
До войны он учился в школе в городе Ельня Смоленской области. Ребята готовились к выпускному вечеру, но аттестаты получить им так и не удалось: 22 июня 1941 года началась Великая Отечественная война. Эх, лучше бы не так вступать во взрослую жизнь! Но... Война вошла и в дом Томашевичей. Их семья оказалась в эвакуации. Великая Отечественная и определила дальнейшую судьбу Леонарда Станиславовича.
В рассказе дедушки живут и воюют очень молодые люди (мои ровесники!), такие, каким был тогда он сам.
В ряды Советской Армии он бы» призван в декабре 1942 года. Окончил курсы младших лейтенантов в Тамбове в ноябре 1943-го. Совсем еще юного командира взвода ПТР направили в действующую армию, в 971-й стрелковый полк 273-й стрелковой Бежицкой дивизии 1-го Белорусского фронта.
Я задумалась над аббревиатурой "ПТР", и дедушка сразу пояснил: "Взвод противотанковых ружей. Имеет расчет - 2 человека. Эти ружья стреляли бронебойными пулями с зажигательной смесью и предназначались для борьбы с легкими и средними танками".
Небольшое белорусское село. Полк дедушки находился в обороне. Относительное затишье быстро закончилось. Предполагалось наступление. По приказу взвод двинулся в сторону го Гомеля. Во время продвижения бойцы опередили основные части.
— Нам повезло. Фашистов мы тогда не встретили. Просидели еще сутки в разрушенной деревне. И вновь приказ: вернуться в полк. Во время возвращения попали в засаду. Фашисты загнали нас в болото, и началась перестрелка. Бойцы вынуждены были все время лежать. Под снегом — вода. Пытались выбраться — тщетно. Фашисты явно превосходили нас по силе. Стрельба не стихала до ночи. К тому же невероятно трудно было сделать первый шаг под Пули. Ноги стали ватными. Так и остались бы мы лежать в том болоте, если бы не пришла помощь. Это мое первое знакомство с войной.
В апреле 1944 года наши войска с боями продвигались в сторону Польши. Они вышли к реке Висла, где и заняли оборону. Город Сандомир. Именно здесь планировалось начать большое наступление. Нашей задачей было высадиться на западный берег севернее Сандомира и занять плацдарм.
В этом месте Висла была особенно широкой и с небольшим островом. Западный берег - крутой. Наш берег — пологий. После небольшой артподготовки началась переправа, во время которой погибло много наших бойцов. От взвода ПТР осталось три расчета, то есть всего шесть человек. На западном берегу остатки нашего полка закрепились, но продвигаться дальше не смогли - не было сил. Вскоре нам на помощь были направлены два танкаТ-34. Фашисты подбили их и сожгли. Сгорели и наши танкисты... Около двух недель продолжалась эта операция. Жесточайшие обстрелы, ранения, смерти. Несколько раз пытались продвинуться с боями вперед, но все было бесполезно. Немцы упорно сопротивлялись. Каждый вечер они подползали к нейтралке и обстреливали нас из пулеметов.
Именно здесь мой дедушка чуть не погиб. После бессонных ночей он крепко заснул в своем окопе. Проснулся от сильного толчка в бок и увидел большой ком земли, упавший рядом. Встал, огляделся вокруг. Возле окопа — большая воронка от разрыва бомбы, край которой находился сантиметрах в двадцати от него. А через два дня после этой бомбежки дедушку ранило. Ранение было тяжелым, и его отправили в полевой госпиталь. Вот она, война: горький пот и кровь, после каждого боя уменьшающиеся списки у полкового писаря, котелок ржавой болотной воды и последняя папироса, которую жадно, обжигая пальцы, докуривает наводчик, глядя на подползающие танки.
После выздоровления мой дедушка в составе 188-го стрелкового полка 106-й стрелковой дивизии начал наступление на Германию.
— Двигались колонной. И вдруг возле небольшой деревушки неприятель стал нас обстреливать. Взвод занял оборону. Быстро окопались и приготовились к бою. А в деревне оказался всего один "тигр" - немецкий танк. Как только он выстрелил по школе, его засекли и открыли из ПТР огонь по цели. В ответ на такую "дерзость" с нашей стороны он начал стрелять прямой наводкой по нашим окопам.
Казалось, что содрогнулась вся земля.
После трех выстрелов "тигр" умолк. Дедушка выскочил из окопа и побежал на то места, где были их ребята. Ему открылась жуткая картина: два обезглавленных тела. А двое других солдат, наполовину засыпанных песком, истекали кровью.
При этом воспоминании о войне я впервые увидела на лице моего родного и мужественного дедушки слезы. Задумалась. Ведь те погибшие два солдата — Алексей Портнягин и Дмитрий Федоров - выполняли свой долг. Они остались верны присяге и Родине.
Да, обязанность быть человеком на войне необычайно сложна. Она требует ответственности и заставляет идти на страдания, а порой жертвовать своей жизнью. Как те солдаты, Портнягин и Федоров. Знают ли их родные об этом? Это ли не подлежащий обжалованию приговор войне, бесчеловечности, варварству? Он заставляет по-иному взглянуть на себя, на жизнь, ценить то, что в повседневности кажется обычным.
Вскоре дедушка стал командиром отдельного саперного взвода полка. Там ему пришлось со своими ребятами ходить в разведку, разминировать проходы, здания, завалы, дороги.
—Это случилось в немецком городе Форст на реке Шпрее. Перед большим наступлением на Берлин наша дивизия стояла в обороне. Мы — на правом берегу, фашисты - на левом. Река разделяла город на две одинаковые половины, связь с которыми осуществлялась при помощи единственного моста. Перед наступлением было дано задание: взять "языка". Казалось, что пройти по мосту невозможно — он охранялся часовыми. Но приказ есть приказ. Решено было форсировать реку. Нам сказали, что в месте переправы река мелкая и ее можно перейти вброд. Но оказалось все далеко не так. Пришлось перебираться вплавь под сильным огнем немцев. Фашисты стреляли из автоматов, забрасывали нас гранатами. Когда мы все-таки добрались до берега, там уже не оказалось ни одного немецкого солдата — все давно отступили.
Разведчики все-таки выполнили задание и привели гражданского немца, который почти ничего не знал: Вот так провалилась запланированная операция, и все из-за того, что неправильно было указано место переправы. Особенно врезался, в память момент окончания войны.
- После разгрома немецкой группировки под Берлином нас срочно направили вгород Дрезден. Мы добрались за один день. Горожане встретили наши части с цветами, все улицы были заполнены людьми. Известие об окончании войны наши солдаты встретим с нескрываемой радостью. Они выскакивали на улицу и стреляли из автоматов, пистолетов. Кричали: Ура! Победа!' Обнимались, целовались друг с другом: Конец войне. Жив, жив!'
За участие в Великой Отечественной войне мой дедушка награжден орденом Красной Звезды, двумя орденами Великой Отечественной войны I и I степени, медалями «За отвагу», «3а взятие Берлина», «За освобождение Праги»...
Мой дедушка — светлый, добрый человек, он молод душой. Ему интересны люди, интересен окружающий его мир. Эту жизнь он научился ценить и любить. Этому он учит и меня. Когда 9 Мая, в День Победы, дедушка надевает все свои ордена и медали, я вижу в нем того молодого паренька, ушедшего на фронт в 1943-м и вернувшегося с победой в 1945 году. Гордость переполняет меня. Это мой дедушка!
После войны, в начале 1946 года, Леонарда Станиславовича Томашевича направили строить "Базу-10" – один из секретнейших городов страны, расположенный на Урале. (Дедушка твердо убежден, что города надо строить, а не разрушать). Здесь-то он и встретил красивую девушку Лиду. Вспыхнувшее чувство согрело душу Леонарда, которому так не хватало человеческого тепла. И то, что война не выжгла в молодых сердцах способность любить, позволяет говорить об их душевной щедрости.
Но это уже другая страница. Послевоенная.
