УДК 12:008 (47+5)
РОССИЯ – ВОСТОК: ЕВРАЗИЙСКИЙ ПУТЬ РАЗВИТИЯ.
Кафедра политических наук,
Факультет политических наук и социологии.
8-951-175-28-55
*****@***ru
Разработка концепций исторического развития России ярко проявилась в XIX веке в спорах славянофилов и западников, которые послужили основой историко-научного противостояния двух подходов, один из которых подчеркивает самобытность российской цивилизации, а другой сконцентрирован на идее европоцентризма. При решении вопроса о взаимоотношении России и Запада обе стороны не отрицали оригинальных черт русской истории, но для славянофилов они стали предметом национальной гордости и положительным историческим феноменом, а для западников – основной причиной экономической и культурной отсталости страны. Проблему выбора пути развития России представители нового направления евразийства повернули в иную плоскость, расширив формулу «Россия – Запад» новым компонентом «Восток».
Начало евразийскому движению положили споры в кругу русских эмигрантов (в Праге и Софии) по поводу вышедшей в 1920 году брошюры князя «Европа и человечество», в которой давалась резкая критика идеологии европоцентризма. Результатом этих споров стал сборник «Исход к Востоку» (1921), который включал статьи экономиста , искусствоведа , философа , этнолингвиста . Авторы попытались по-новому осмыслить проблему взаимоотношений России и Запада, а также осознать процессы, произошедшие в России – СССР. Высказанные ими взгляды вызвали широкий отклик в кругах русской эмиграции - от резкого неприятия у крайне правых до глубокого и неподдельного интереса у размышляющей о судьбах России молодежи. Однако в конце 20-х годов движение пережило раскол, вызванный уходом разочарованных в «панбольшевизме» и «панмонголизме» первоначальных его участников (в т. ч. ) и началом издания в Париже газеты «Евразийство», которая под влиянием ГПУ стала пропагандировать сближение с СССР. Основоположники движения выступили с критикой «парижского направления» и порвали с ним. После этого евразийство как организованное движение прекратило свое существование, но сами идеи получили новое толкование и развитие в политической мысли России [1].
Основная проблема, поставленная евразийцами, - проблема определения места России в системе координат «Восток – Запад» с точки зрения особенностей ее духовной культуры. Исходя из этого важнейшими факторами среди других, составляющих концепцию евразийства, являются геополитические понятия «месторазвитие» и «Евразия», концентрирующие сущность воззрений евразийцев [2].
Концепция месторазвития объясняет особость России-Евразии в мировом историческом процессе. Она утверждает, что существует географическое, культурное и этнографическое единство и особая миссия народов российского мира. Существование России-Евразии как целого объясняется евразийцами участием в государственном строительстве многих народов. Само понятие «Евразия» означает «некую географически, этнологически и экономически цельную, единую систему, государственное объединение которой было исторически необходимо...» [3, c. 28]. Дух Евразии выражается в своеобразной исторической «эстафете» социального и духовно-культурного единства: империя Чингизидов – Московское царство – Российская империя – СССР. Объединяющим фактором этих, разнородных на первый взгляд, образований является территория. По мнению евразийцев, действующим субъектом, объединяющим совокупность народов и создающим целое культуры и государственности, оказывается ни раса, ни народ, а само месторазвитие [2].
Россия входит в состав особого мира, представляющего собой своеобразное совмещение европейских и азиатских стихий. «Русская культура сочетает элементы европейской и азиатской культуры, сводит их к некоторому единству» [4]. Однако значительное внимание уделяется все же «монголо-тюркскому» фактору. По евразийской концепции монголы сыграли выдающуюся роль в образовании русской государственности. Однако евразийцы вынуждены были признавать и особое влияние Византии на формирование русского государства: «Идеи Чингисхана вновь ожили, но уже в совершенно новой, неузнаваемой форме, получив христианско-византийское обоснование... Так случилось чудо превращения монгольской государственной идеи в государственную идею православно-русскую» [5, с. 243]. По мнению многих критиков евразийской идеологии, главный просчет евразийцев состоит в том, что крен в Азию заслоняет, а то и вовсе умаляет византийское наследство, православную государственность [6].
При этом интерес евразийцев к Азии основан на их уверенности в потенциальной «православности» этого региона. Однако утверждать, что евразийцы пренебрегали православием и предпочитали ему неправославную «азиатчину», - неверно. В своих заявлениях они провозглашали: «Православие - высшее, единственное по своей полноте и непорочности исповедание христианства. Вне его все - или язычество, или ересь, или раскол» [3, с. 84]. В этом есть определенная доля правда, так как православие наднационально. Однако и это положение евразийства подверглось критике, при чем со стороны одного из его идеологов. В работе «Евразийский соблазн» говорит о том, что ошибкой евразийцев стало то, что они недооценивали языческий потенциал азиатских народов [7]. Такая недооценка связана с искажением церковно-культурных и культурно-государственных отношений в евразийской теории. В программных документах евразийцев содержится много формулировок, лишь внешне содержащих правильное решение вопроса о взаимоотношении Церкви и мира. Как полагает Флоровский, для евразийцев Церковь в государстве, а не государство в Церкви, что предполагает превращение православия в государственную идеологию Евразии.
Какова же роль Запада в определении места России в мире? В этом плане евразийство представляет собой систему концептуализированного антизападничества, что является наиболее сильным практическим моментом их деятельности. Евразийцы обобщили и систематизировали антизападническую мысль славянофилов, Леонтьева, Достоевского, Данилевского и др., добавив и усилив эту критику собственными научными аргументами. При этом физическое пребывание их на Западе дало эмпирические основания для формулировки основных положений евразийской теории.
Евразийцы, так же как и славянофилы, утверждали, что у России есть свой собственный путь. И этот путь не совпадает с основным направлением западной цивилизации. Россия и Запад реализуют разные цивилизационные модели, у них разные системы ценностей, что приводит к противостоянию России и Запада. У евразийцев это противостояние приобретает характер систематического учения, в котором критикуется европейское сознание [6].
Уже в ранней работе одного из главных основателей евразийства «Европа и человечество» дана критика «общегерманскому шовинизму». Он полагает, что такие феномены, как космополитизм и шовинизм, в контексте европейской культуры становятся однопорядковыми явлениями. Разница между ними в степени, а не в принципе. И те, и другие, в силу присущего им неискоренимого эгоцентризма, видят в неевропейских народах антропологически низшей культурный тип, некий материал для духовного и экономического порабощения. Поэтому «европеизация является безусловным злом для всякого неромано-германского народа» - один из принципиальнейших выводов Трубецкого, который пытается доказать, что нет «высших» и «низших» культур и народов, а есть народы похожие и непохожие [8]. В дальнейшем эта концепция будет развита в более поздних работах Трубецкого. Так, в работе «О расизме» можно найти отрицательное отношение к германскому расизму, который повлиял на появление антисемитских и расистских настроений в эмигрантской среде. Евразийство же, как показывает Трубецкой, основано на принципиально иных идеях, для него важен примат культуры над политикой, а не наоборот [6]. Таким образом, шовинизм, космополитизм, расизм, антисемитизм, фашизм, - явления однопорядковые, появляющиеся в контексте западноевропейской культуры, где доминирующей установкой оказывается «антропологический материализм».
Идеи «классического» евразийства оказали существенное влияние на формирование многих современных политических, исторических и философских концепций. Так, в 70-80-е годы начинает формироваться своеобразное «неоевразийство», которое вобрало в себя наследие евразийцев 20-30-х гг., традиции русского православия, обогатилось критикой русских народников и европейских «новых левых», осмыслило достижения советской эпохи, освоило философию традиционализма и консерватизма, а также развитую геополитическую методологию. Неоевразийство стало серьезной мировоззренческой платформой на всем постсоветском пространстве, оформившись в полноценную научную школу [9, 10].
Возрождение идей евразийцев в современной России вполне оправдана, так как имеется целый ряд объективных признаков евразийской общности народов: общее географическое пространство, общие исторические судьбы, сходные геополитические интересы, сохраняющиеся экономические связи, особый синтез культур множества народов, русский язык как язык межнационального общения, а также религиозная и межнациональная терпимость народов Евразии [6].
Таким образом, несмотря на недостатки и спорные стороны евразийства как доктрины, евразийское учение не является полностью несостоятельным и неадекватным к потребностям современной российской действительности. Конкретизировав его культурные и цивилизационные императивы, его можно использовать для поисков выхода из современного российского системного кризиса. Существующий сегодня кризис национальной идентичности и идеологии, утрата чувства исторической перспективы и колоссальное самоуничижение требуют новой национальной идеи, которой вполне может стать модернизированное евразийство.
Литература
облазн евразийства. // http://www. pravoslavie. ru/jurnal/ideas/eurasiasoblazn. htm Евразийство – национальная идея России? // http://www. nasledie. ru/oboz/N09_01/9_03.HTM Евразийство как вариант российской государственной стратегии. // http://evraz-info. narod. ru/66.htm Евразийство: от философии к политике. // http://evraz-info. narod. ru/54.htm Евразия превыше всего (Манифест евразийского движения). // http://www. zavtra. ru/cgi/veil/data/zavtra/01/374/81.html Евразийство. // http://gumilevica. /SPN/spn09.htm Наследие Чингисхана. — М., 1999. Евразийство. – М, 2008. Европа и человечество. // http://www. /eurasia/1920-NST-europe. php Россия между Европой и Азией: Евразийский соблазн. - М.: Наука, 1993.Научный руководитель – к. ф. н., доцент
