Из воспоминаний учителя русского языка и литературы
Черкас Ольги Николаевны
Судьбы тысяч людей, которых коснулась Великая Отечественная война, так и остались неизвестными. Так было и с дедом Ольги Николаевны. Ни ее бабушка, ни ее отец не узнали о судьбе своего мужа и отца. Вот что рассказала Ольга Николаевна:
«Я приглашаю вас заглянуть в наш семейный альбом и обратить внимание на одну уже пожелтевшую от времени фотографию.
На ней изображен молодой мужчина с большими карими глазами, пышными волосами и волевым подбородком. На нем военная форма начала войны еще без знаков различия. Это мой дедушка Аким, который пропал без вести во время Великой Отечественной войны. Мой отец, много раз пытался узнать о его судьбе, но тщетно.
Бабушка Мария осталась одна с двумя малолетними детьми на руках. Много горя и страданий она вынесла в годы лихолетья, но детей сберегла. Силы брала в мыслях, что встретит мужа с войны и заживут они также счастливо и дружно. Это и о ней можно сказать строками из стихотворения:
За всё ты бралась без страха.
И, как в поговорке какой,
Была ты и пряхой и ткахой,
Умела — иглой и пилой.
Рубила, возила, копала —
Да разве всего перечтёшь?
А в письмах на фронт уверяла,
Что будто б отлично живёшь.
Даже известие в 1944 году о том, что муж пропал без вести, не сломило ее: ведь без вести пропавший, а не погибший. Верила, что беда обойдет ее стороной. И ждала, ждала…. Когда их дом сгорел после бомбежки, они долгое время жили в сыром погребе...Так и дождались Победы, а отец не возвращался…. И снова бабушка Маня выполняла работу за себя и за мужа, растила детей. Получила статус «вдова погибшего». И продолжала ждать... Так и умерла в 94 года, сохранив верность своему единственному.
Самое сокровенное желание моего отца – узнать о судьбе деда Акима. И мы решили послать запрос в ЦАМО, в Центральный архив КГБ Республики Беларусь с просьбой сообщить сведения о родных, пропавших без вести в период второй мировой войны.
А вскоре в «Гомельской правде» появилась рубрика «Родные, отзовитесь!», в которой шел поиск родственников военнопленных, погибших в Германии. В одном из номеров в октябре 2009 года мы увидели родную фамилию. Позвонили по указанным телефонам, и нас пригласили на встречу с представителями Германии…. С волнением открыли папку с документами и увидели в карточке военнопленного наш домашний адрес и правильно написанные фамилию и имя бабушки Марии: наш дед и прадед нашелся! Из архивных данных мы узнали, что дед Аким был мобилизован в первые дни войны в 17- ю топографическую роту, был пленён 02.07.1941 г. в районе г. Минска (знаменитый «Минский котел»).
Зарегистрирован (№ 000) в шталаге 302 (II Н) Баркенбрюгге, в настоящее время Баркневко (Польша), где в декабре 1941 г. умирает. Ну как здесь не согласиться с известными строками:
Мы, защищавшие страну,
Её Победы не узнали.
Мы только встретили войну
И в сорок первом задержали.
"С неустановленной судьбой" -
Пришло известие в конверте.
Я - не погибший, не живой,
Я - человек без даты смерти.
Поминальный крест шталага 302 (II H), Баркенбрюгге
Спали под открытым небом
Голодали…
Поминальный крест шталага 302 (II H), Баркенбрюгге
Хотят ли русские войны?
Спросите вы у тишины,
Спросите вы у тех солдат,
Что под березами лежат…
