Психологический возраст в законодательстве и уголовно-правовой доктрине

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ВОЗРАСТ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ И УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ ДОКТРИНЕ

Бегимбетов Абзал Абаевич

магистрант 1 года обучения ЖГУ им. И. Жансугурова, г. Талдыкорган

Специальность «Юриспруденция»

Ребенок держит связь с внешним миром через мать. Для него право - объективность.

В Конвенции о правах ребенка, принятой ООН 20 ноября 1989 года провозглашено, что "человечество обязано дать детям все самое лучшее, надежно обеспечить детство, гарантирующее в будущем развитие полноценных граждан".

В международном праве идея защиты детей развивалась по­степенно в течение многих веков. Но активизировался этот про­цесс только в XIX веке, когда к созданию концепции защиты прав детей привели посягательства взрослых. Началось это с создания института общественного призрения, что явилось первой практи­ческой попыткой защитить права детей. Венцом же этих действий было издание в Англии в 1908 году Children Charter или Habeas corpus детей. Закон вступил в силу с 1909 года [1, 56].

Это была своего рода попытка первой кодификации прав де­тей, которая в будущем стала основой для более полного законо­дательства. Закон устанавливал одинаковые права для всех детей: законнорожденных и незаконнорожденных, признавал необходи­мость правильного и уважительного отношения к детям. Затем в Бельгии в 1912 году был принят Закон о защите детства. А в 1919 году создана Народная организация Опеки над Ребенком, целью которой была координация всех действий, призванных обеспечить реализацию идеи защиты прав детей.

Деятельность таких организации вызвала интерес в других странах, что положило начало международному сотрудничеству в данной области. Первым международным документом, в котором ставилась проблема прав малолетнего человека, была Женевская декларация 1923 года. Впервые в истории человечества было сформулировано право ребенка на помощь, воспитание, защиту, то есть в тех областях жизни, где раньше речь шла только о филан­тропии [2, 35].

Основной тезис этого права: "Человечество должно дать де­тям все, что у него есть лучшего". Декларация направлена на соз­дание условий, обеспечивающих нормальное физическое и психи­ческое развитие ребенка.

Однако этот документ носил лишь декларативный характер, и поэтому реальная правовая защита была возможна лишь путем создания норм национального права на основе принятия государ­ствами международных договоров.

Первым таким договором стала Всеобщая Декларация Прав Человека, принятая 10 декабря 1948 года общим собранием ООН, которая стала действовать с 1976 года. В ней были созданы осно­вы защиты прав детей. Свое развитие данная Декларация получила в Пактах Прав Человека. В данных актах гарантированы равные права всем детям и обеспечение их основных социальных потребностей.

20 ноября 1959 года Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций приняла Декларацию Прав Ребенка, которая регулирует положение ребенка в современном мире. Главная идея этого акта "Доброе - детям", которых человечество должно обес­печить всем самым лучшим, что у него имеется. Декларация состоит из 10 принципов, обеспечивающих права детей. Основные из них говорят о том, что ребенку, независимо от цвета кожи, язы­ка, пола, веры законом и иными средствами должна быть обеспе­чена социальная защита и предоставлены условия и возможности, которые позволили бы ему развиваться физически, умственно, нравственно, духовно и в социальном отношении здоровым и нор­мальным путем в условиях свободы и достоинства. Ребенок дол­жен быть первым среди тех, кто получает защиту и помощь, а также должен быть защищен от всех форм небрежного отношения, жестокости и эксплуатации.

20 ноября 1989 года Организацией Объединенных Наций бы­ла одобрена "Конвенция о правах ребенка" (резолюция А/44/736). Ратификационная грамота подписана Президентом СССР 10 июля 1990 года, на территории СНГ она вступила в действие 15 сен­тября 1990 года и действует в силу правопреемства [3, 93-94].

Согласно этому документу, ребенок, как человек, является субъектом всех прав человека, о которых говорят международные документы. Конвенция более четко формулирует права ребенка, приспосабливает закон к потребностям детей, обеспечивает ре­бенку право на охрану в той степени, в которой не обеспечивает взрослых.

Конвенция - не просто декларация, а международный дого­вор, признавая который страна должна соблюдать и выполнять ос­новные его требования, в том числе путем внесения дополнений и изменений в своё законодательство в целях защиты детей от вся­кого рода посягательств.

В Конвенции предусмотрен механизм контроля над исполне­нием ее постановлений. В ноябре 1985 года одобрены Конгрессом Организации Объединенных Наций "Правила правосудия в отно­шении несовершеннолетних", известные как "Пекинские правила". Они утверждены Ассамблеей и действуют во всем мире.

Правовые гарантии детства — это перспективная область го­сударственного регулирования, которая все в большей степени должна распространяться и на негосударственные структуры, включать в себя заботу о детях, их правах, свободах, защищенно­сти, проявляемую обществом в наиболее эффективных формах.

Указанные выше обстоятельства привели к тому, что систе­мы обращения с несовершеннолетними правонарушителями во всех странах существенно отличаются от соответствующих сис­тем, применяемых по отношению к взрослым. По мнению многих ученых, здесь наблюдается достойная пристального внимания за­кономерность: чем цивилизованнее государство, тем более воз­можностей индивидуализировать наказание или в отношении не­совершеннолетнего преступника применить меры не карательного воздействия. В Германии, например, лица, совершившие престу­пление в возрасте от 14 до 21 года, подпадают под действие Зако­на о судах по уголовным делам несовершеннолетних, который предусматривает особую систему правосудия и применение мер государственного реагирования, ориентированных на воспита­тельное воздействие [4, 25].

Новое уголовное законодательство, в отличие от ранее действовавшего уголовного кодекса 1959 года, где ответст­венности несовершеннолетних была посвящена лишь одна статья, предусмотрело в УК специальный раздел «Уголовная ответствен­ность несовершеннолетних», где законодатель попытался систематизировать все нормы, регулирующие особенности применения уголовно-правовых институтов к данной категории субъектов.

Законодатель впервые в ст. 78 УК РК дает юридически обоснованное понятие категории несовершеннолетних, это — «лица, которым ко времени совершения преступления исполни­лось четырнадцать, но не исполнилось восемнадцати лет».

По закону, несовершеннолетие виновного является обстоя­тельством, смягчающим наказание (п. «б» ст. 53 УК). К несовер­шеннолетним не может быть применена смертная казнь либо по­жизненное лишение свободы (ч. 2 ст. 49 УК). В отношении этой категории лиц ограничены виды и размер наказания. Так, лишение свободы назначается несовершеннолетним осужденным на срок не свыше 10 лет. К ним не применяется ограничение свободы. Для несовершеннолетних снижены сроки истечения давности и услов­но-досрочного освобождения, погашения судимости. К несовер­шеннолетним возможно применение принудительных мер воспи­тательного воздействия, которые по своей сути и последствиям не являются уголовным наказанием.

Для несовершеннолетних уголовно-процессуальным законо­дательством предусмотрен особый порядок судопроизвод­ства.

По сравнению с ранее действующим уголовным законом, из перечня преступлений, за которые ответственность наступает с 14 лет, в новом УК исключено неосторожное лишение жизни и умышленное причинение легкого вреда здоровью. В целом, он даже несколько расширен. Так, в этот перечень дополнительно включены насильственные действия сексуального характера, за­хват заложника, вандализм, хищение, либо вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, не­законные изготовление, приобретение, хранение, перевозка, пере­сылка либо сбыт наркотических средств или психотропных ве­ществ, приведение в негодность транспортных средств или путей сообщения. Таким образом, расширен перечень преступлений, за которые возможно привлечение несовершеннолетних к уголовной ответственности.

При сравнении данного положения с законодательством за­рубежных стран можно сделать вывод, что есть страны, где воз­раст уголовной ответственности более высокий, чем в старнах СНГ. Так, в Бельгии он равен 18 годам. В некоторых странах он такой же, как и в России - 14 лет (Австрия, Германия, Япония). Есть го­сударства, где этот возраст ниже — 12 лет (Нидерланды, Португа­лия); 10 лет (Новая Зеландия), 7 лет (прецедентное право Ирлан­дии). Однако даже в тех странах, где законодательством установ­лен низкий возраст уголовной ответственности подростков, на практике, вследствие использования различных институтов, фак­тически он выше. Так, в той же Ирландии в судебной практике он составляет 15 лет [5, 56].

Законодательное положение в виде жесткого установления минимальной возрастной границы уголовной ответственности су­ществовало в Российском уголовном законодательстве вплоть до 1997 года. И лишь в УК РК 1997 года было отражено положение, согласно которому, если несовершеннолетний достиг возраста, ус­тановленного ч. 1 ст. 15 УК РК, но вследствие отставания в пси­хическом развитии, не связанном с психическим расстройством, во время совершения общественно опасного деяния не мог в пол­ной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, он не подлежит уголовной ответственности (ч. 3 ст. 15 УК РК).

В этом положении, на наш взгляд, впервые в уголовном за­коне была отражена разница между «психологическим» и «ка­лендарным» возрастом субъекта уголовной ответственности. У правоприменителя появилась возможность оценивать индивиду­альные, личностные качества субъекта преступления по сравне­нию с существовавшим ранее формальным подходом, практически закреплявшим объективное вменение. Как следует из исследова­ний психологов, переход от одной возрастной категории к другой определяется, с одной стороны, биологическими особенностями индивида, а с другой - условиями внешней среды. К ним отно­сятся условия жизни, традиции, культура, тогда как календарный возраст, не связан с индивидуальными различиями и является об­щим критерием для всех нормально развивающихся людей.

Формальное достижение оговорённого в законе возрастного рубежа еще не является признаком того, что субъект способен осознавать свои действия (бездействие). Однако в практике судо­производства возникли проблемы с неопределенностью критериев, которыми правоприменитель непременно должен руководство­ваться при вынесении приговора той или иной статьёй. Такая не­определенность вызывает опасения, что новая норма уголовного закона либо вообще не будет работать, либо начнёт применяться широко и произвольно [6, 39].

Это нововведение породило в правовой литературе активные дискуссии. Возник вопрос, к какому качеству субъекта отнести данное положение. К признаку возраста, либо признаку вменяе­мости? С одной стороны, размещение этого положения в ст. 15 УК РК «Возраст, с которого наступает уголовная ответственность» говорит о том, что данный признак акцентирует особенности воз­растного критерия субъекта преступления.

Согласно такому выводу, отдельные авторы, указанный вы­ше признак назвали «возрастной незрелостью» [7, 52], а другие, осно­вываясь на выводах о том, что данное обстоятельство не позволяет лицу в полной мере осознавать фактический характер и общест­венную опасность своего деяния либо руководить им, данное обстоятельство назвали «возрастной невменяемостью» . Однако, сторонники второй точки зрения оговаривают, что речь здесь идёт о невменяемости без медицинского критерия в силу специ­ального указания закона «не связанной с психическим расстрой­ством».

В правовой литературе также наблюдается разнообразие мнений. Одна группа авторов [8, 53] относит нововведение, закреплен­ное в ч. 3 ст. 15 УК РК 1997 года, к особым признакам возраста, утверждая, что «задержка в психическом развитии несовершенно­летнего связана не с его психическим расстройством или болез­нью, а с возрастными особенностями индивидуального характе-

Некоторые авторы считают положение ст. 15 ч. 3 УК РК ука­занием на относительно определенный повышенный минимальный возраст наступления уголовной ответственности.

Другая группа авторов относит данное положение к особым условиям вменяемости несовершеннолетнего субъекта. Так, считает, что «помимо ограниченной вменяемости (ст. 22 УК) закон выделяет возрастную невменяемость (ч. 3 ст. 15 УК)»

Авторы учебного курса «Уголовное право» под редакцией профессора Коробейникова утверждают, что существует так назы­ваемая «возрастная вменяемость» (невменяемость). Её разновид­ности: сомнительная, относительная, частичная. Она сконструиро­вана при дифференциации и индивидуализации уголовной ответ­ственности несовершеннолетних, с особенностями возрастного развития, не связанными с психическим заболеванием [9, 22].

и прокомментировали приведённое положение в параграфе, посвященном «возрастной и ограниченной вменяемости».77 Такой же точки зрения придерживается и , полагая, что «в связи с принятием в 1997 г. УК РК законодательное подтверждение получили еще недостаточно разработанные наукой два института: возрастная вменяемость (ст. 15) и уменьшенная (ограниченная) мость (ст. 15) и уменьшенная (ограниченная) вменяемость (ст. 22)» [10, 120].

В научной литературе также употреблены такие термины, как «возрастная невменимость» ; «возрастное невменение» .

На наш взгляд, одна из причин неоднозначного понимания положения ст. 15 ч. 3 УК РК состоит в том, что закон, презюмируя несоответствие психологического возраста паспортному, не ис­ключает вменяемость. Второе, определённое сходство между вменяемостью и возрастом уголовной ответственности, как основ­ными признаками, характеризующими лицо в качестве субъекта преступления.

Следует отметить, что большинство авторов пишет о возрас­тной невменяемости со значительными оговорками, отмечая, что в случае отставания несовершеннолетних в психическом развитии имеет место «своеобразная возрастная невменяемость» ", о кото­рой можно говорить условно, так как это «ненастоящая невменяемость» , а невменяемость при отсутствии медицинского критерия.

ЛИТЕРАТУРА

, Лекции по уголовному праву. -  Ставрополь: Изд-во Ставропольсервисшкола, 2000. - С. 56. Дьяков СВ., , Никулин СП. Уголовное право. Учебник для вузов. - М.: Норма - Инфра-М, 1999. - С. 35. Основы учения о юридической сделке. - СПб.: ВИН, 1990. - С. 93-94.

4. Основы общей психологии. 2-ое изд. - М.: Юрист, 1996. С. 25.

5. Социально-психологическое исследование личности человека, впадающего в преступное состояние, как основа борьбы с преступностью // Журн. Психиатрия, неврология и экспериментальная психология.- М.: Юрист, 2002. - №5.- С. 56.

6. Познышев C. B. Психология, неврология и психиатрия. - М.: Юрист, 2003. - С. 39.

7. ВинбергАЛ Криминалистическая экспертиза в советском уголовном процессе. - М.: ВИК, 2006. - С. 52.

8. Немые свидетели. Из очерков по судебной психологии. - М.: Наука, 1998. - С. 53.

9. Судебно-психологическая экспертиза. Ее предмет, методика и пределы. - Харьков: Юрист, 1929. - С. 22.

10. Об экспертном исследовании умственной отсталости несовершеннолетних правонарушителей. - М.: Юрист, 2004. - 232с.