Этнография, этнические вопросы

ЭТНОГРАФИЯ, ЭТНИКАЛЫК МАСЕЛЕЛЕР

ЭТНОГРАФИЯ, ЭТНИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ

Этнические ценности в процессе адаптации кыргызов и русских

к условиям транзитного общества

(по материалам этносоциологического исследования)

       Как известно, характер межэтнических отношений определяется разным комплексом факторов. По мнению социологов и социальных психологов, на межэтнические отношения влияют пять групп взаимосвязанных факторов: исторических (сам ход исторических событий, в результате которых складывались отношения между народами; исторические события, которые приобретают символизирующее значение в ходе развивающихся отношений; особенности историко-социального развития народа, включенного в контакт), социально-структурных (взаимосвязь социальной и этнической стратификации; влияние социально-структурных изменений, этнический фактор в социальной мобильности), культурных (информированность представителей контактирующих этнических групп; традиционные нормы той или иной культуры); социально-психологических и ситуативных факторов. Среди факторов, влияющих на межэтнические отношения, этносоциологи выделяют также политические, которые включают в себя следующие явления: принципы и формы государственного устройства, характер политического строя, тип государственной национальной политики.

       Таким образом, если в сфере профессионально-трудовой деятельности межэтнические отношения (прежде всего, в многонациональной среде) определяются условиями конкуренции, степенью социальной удовлетворенности,1 социальной мобильностью, то есть социально-структурными факторами, то в семье актуальным является вопрос о величине существующих культурных различий, этнокультурной дистанции, при этом сама по себе частота (интенсивность) межэтнических контактов не является основным фактором, формирующим установки в отношении данного вида взаимодействия.2 Определенное влияние оказывают и социально-демографические характеристики контактирующих людей (возраст, уровень образования, социально-профессиональный статус).

       В данной статье попытаемся изучить степень воздействия определенных факторов на характер межэтнических отношений в республике. Такими факторами будут выступать степень актуализации этнической идентичности, степень полиэтничности трудового коллектива, возраст, образование, а также социально-профессиональный статус респондентов. Но, следует отметить, что не только вышеназванные факторы

––––––––––––––––––––––

Кожомуратова Бактыгуль Жангабыловна – ст. преподаватель КГУ им. И. Арабаева

определяют характер межэтнических взаимодействий. Здесь значительную роль играет и конкретная ситуация, в которой протекает межэтническая коммуникация. 

       Актуализация этнической идентичности обуславливает повышенную степень тревожности в межэтнических отношениях и социальную неудовлетворенность, но не оказывает однозначного влияния на уровень и динамику степени демонстрируемого доверия/недоверия, толерантности/интолерантности в межэтнических отношениях. На формирование толерантных и доверительных установок представителей разных этносов определенное влияние оказывают уровень образования, социальный статус, материальное положение, учеба или работа в многонациональной и однонациональной среде. Здесь, на наш взгляд, очень большую роль играет и личный опыт коммуниканта, если понимать под «личным опытом» наличие или отсутствие негативного факта в его жизни или жизни его родственников из-за этнической принадлежности.        

       Вполне вероятно, что люди, которые представляют этническое меньшинство и для которых этническая принадлежность  играет большую роль, могут настороженно и болезненно относиться к любому отрицательному к себе отношению, расценивая его как проявление этнической дискриминации, хотя она и отсутствует.

       Так, респонденты русской национальности, для которых этническая принадлежность значима и очень значима, оценили межнациональные отношения в Кыргызстане как напряженные, нежели те, для которых этническая принадлежность мало или совсем не значима. Если 30,6% опрошенных кыргызской национальности, для которых этническая принадлежность значима и очень значима, определили отношения между представителями разных этносов, проживающих в республике, как нормальные, спокойные, то этого мнения среди опрошенных русской национальности, для которых этническая принадлежность также играла большую роль, придерживались всего 19,3%. 33,1% русских считают, что межнациональные отношения в целом нормальные, но временами ухудшаются, а среди кыргызов этот показатель составил 17,6%. Таким образом, эти данные свидетельствуют о том, что среди русского массива пессимистично настроенных людей по поводу межнациональных отношений в республике было больше, причем это были люди с высоко актуализированной этнической идентичностью.

       Согласно этим показателям, в некоторой степени подтверждается наше вышесказанное предположение о том, что люди, для которых этническая принадлежность имеет доминирующее значение, оценивают некоторые ситуации в межэтническом взаимодействии чаще субъективно, нежели объективно, хотя нельзя однозначно утверждать, что рост этнического самосознания всегда сопровождается ростом негативных установок на межэтническое взаимодействие.

       Можно предположить, что актуализация на этнической идентичности, которая получила особое развитие в конце 1980-х и начале 1990-х годов, является своеобразным ответом на угрозу национальной свободы и этнической самобытности. Попробуем объяснить это на примере кыргызов и русских.

       Кыргызы в течение всего советского периода ощущали определенную ущемленность, постоянный контроль со стороны Центра, то есть Москвы, руководства Коммунистической партии страны. Как известно, акцент на этничность, особенно в национальных государствах, не приветствовался, а иногда и преследовался. После распада СССР, среди кыргызов, да и не только, наблюдался подъем национализма, который приобретал иногда и негативную форму. Возросло национальное самосознание кыргызов, начались стремления возродить национальную экономику, культуру, язык, традиции и обычаи. Кыргызы, как и многие другие этносы бывшего СССР, гордились тем, что являются представителями народа с древнейшей историей и богатой культурой. Почти большая половина опрошенных кыргызов (примерно 60%) ответила, что для них национальная принадлежность значима.

       Что касается русских, то здесь, в связи с усилившейся миграцией в конце 80-х  и особенно в начале 90-х годов, численность русского населения республики сильно сократилась. Демографическая малочисленность, слабая представленность во властных структурах и управлении, рост национализма, конечно, в хорошем смысле этого слова, видимо, и вызвали рост актуализации на этническую принадлежность среди некоторой части русского этноса, проживающего на территории республики.

       Как известно, на характер межэтнических и внутриэтнических взаимодействий большое значение оказывает национальный состав трудового коллектива. Так как в зависимости от того, работает ли человек в полиэтничной или моноэтничной среде, формируется его представление о представителях других этносах, установка на взаимодействие с ними, то нам бы хотелось еще раз заострить внимание на этом вопросе.  Ведь человек, который вырос или трудится в неоднородной по своему этническому составу среде, не замечает «инаковость» других этносов, не акцентирует свое внимание на этнических различиях, в то время как человек, все время находящийся в моноэтничной среде, более насторожен при общениях с «другими».

       Так, на вопрос о том, имеет ли значение национальность руководителя, 64,8% кыргызов и 61,3% русских, работающих в многонациональном трудовом коллективе, указали на незначимость национальности руководителя. В качестве руководителя «предпочли бы человека своей национальности, но работать бы согласились» 11% кыргызов и 16,7% русских.

       Следует отметить, что респонденты, работающие в многонациональной по своему составу среде, более позитивно оценивают состояние межнациональных отношений в республике, нежели те, кто трудится в окружении коллег своей этнической принадлежности. Они исходят из тех позиций, что «нет плохих народов, а есть плохие люди» и что отношения зависят от самих людей, а не от национальности. Таким образом, можно предположить, что характер межэтнических отношений  зависит от конкретной ситуации и от самих контактирующих людей.

       Важными факторами, влияющими на характер межэтнических и внутриэтнических отношений, являются возраст, уровень образования коммуникантов. Ведь именно эти показатели определяют мировоззрение, мировосприятие человека, его ожидания и возможности, его социальный и культурный опыт и, как следствие, его отношение к окружающей среде.

       В ходе этносоциологического исследования нами были выделены 4 возрастные группы: молодежь (18-29 лет), лица среднего (30-39 и 40-49 лет) и пожилого (50 лет и старше) возраста.

       Как показали результаты проведенного исследования, для лиц молодежной возрастной группы (18-29 лет) этническая принадлежность имели большее значение (22% кыргызов и 19% русских), чем для представителей остальных старших возрастных групп. Видимо, на актуализацию внимания, на этническую принадлежность среди представителей молодежи наложило определенный отпечаток распад Советского Союза, приобретение независимости бывшими союзными республиками, все те политические, экономические, социальные и культурные трансформации, которые происходили в конце 1980-х – начале 1990-х годов, а также те причины, о которых мы говорили выше. А ведь именно в это время и происходил процесс социализации молодых людей, родившихся во второй половине 70-х – первой половине 80-х годов.

Что касается русской молодежи, то, видимо здесь определенную роль сыграл также процесс суверенизации республики, рост национализма среди кыргызов, который иногда проявлялся и в негативных формах, эпизодические конфликты на национальной почве и, как следствие, рост акцентированности на этнической принадлежности среди русской молодежи как средство защиты, как ответная реакция.

Интересным фактом проведенного этносоциологического исследования является  то, что для представителей среднего (30-39 лет и 40-49 лет) и старшего (50 лет и старше) возрастных групп русского этноса этническая принадлежность имела большее значение, чем для представителей этих же возрастных групп кыргызского этноса. Видимо здесь определенную роль сыграло осознание ими того, что в данной сложной этнополитической ситуации им необходимо держаться вместе, сохранять единство и сплоченность, тем более что они представляют этническое меньшинство по сравнению с титульным этносом. 

Необходимо отметить, что возрастные градации имеют связь и с установками людей на работу в многонациональном или однонациональном коллективе. Так, представители молодежной возрастной группы (18-29 лет) как кыргызской, так и русской национальностей, чаще заявляют, что национальный состав трудового коллектива значения не имеет, нежели представители других возрастных групп. Видимо, несмотря на то, что для молодежи этническая принадлежность имеет значимость, молодые люди более открыты для общения, межэтнического контакта, готовы сотрудничать с представителями других этносов.

Представители старших возрастных групп русской национальности чаще отмечают, что в многонациональном трудовом коллективе работать сложнее, чем это делают кыргызские респонденты (8,3% против 2%). Вероятно, это можно объяснить тем, что русские в трудовых коллективах представляют меньшинство и тем самым ощущают некоторый дискомфорт и неуверенность.

Что касается отношения респондентов к межнациональным бракам как общественному явлению, то их взгляды в зависимости от возраста распределились следующим образом. Представители молодежи кыргызской национальности (18-29 лет) проявили толерантность, заявив, что национальность не имеет значения (25%). В то же время, молодые люди русской национальности (20%) отмечают, что в целом предпочли бы человека своей национальности, но против выбора возражать не стали бы. Такое расхождение во взглядах, хотя и небольшое, можно объяснить тем, что русское население представляет меньшинство в республике и представители молодого поколения бояться быть ассимилированными, то есть раствориться в иноэтничной среде. 

Респонденты пожилого возраста (50 лет и старше) и кыргызской, и русской национальностей сошлись на том мнении, что национальность при выборе спутника жизни не имеет значения. Попытаемся объяснить это тем, что люди рассматриваемого возраста воспитывались в духе интернационализма, дружбы народов, идеей о том, что нет отдельных народов, а есть единый «советский народ».

В данной связи хотелось бы отметить такой интересный факт, что в советском Кыргызстане доля межнациональных браков значительно превышала аналогичный показатель по соседним среднеазиатским республикам. Так, в 1988-1989 гг. в Кыргызстане доля вступивших в такие браки в общем числе лиц титульной национальности, вступивших в брак, была и среди мужчин и среди женщин 14,3%, тогда как в Казахстане соответственные показатели были 4,2 и 3,6%, в Таджикистане – 6,6 и 5,6%, Туркмении – 5,5 и 2,2%, Узбекистане – 4,2 и 3,4%.3

Респонденты средней возрастной группы (30-39 и 40-49 лет) и кыргызского, и русского этносов чаще выбирают опции «считаю брак нежелательным» и «предпочел бы человека своей национальности, но возражать против выбора не стал бы», причем среди кыргызского массива эти показатели выше, нежели среди русского. Кыргызы среднего возраста чаще считают, что этнически смешанные браки являются инструментом ассимиляции и потому нежелательны. Здесь определенную роль сыграл кыргызский традиционализм с его патрилинейностью, когда даже мальчики  могут назвать имена своих предков по мужской линии на 6 поколений назад.4 Иными словами, внедрение чужака внесет элемент неопределенности в родовую принадлежность рожденных в смешанном браке детей, что может сильно осложнить их жизнь, если иметь в виду, что в последнее время в кыргызском обществе все большее значение начинает приобретать именно родовая принадлежность человека.

Раскрывая тему данной статьи, необходимо остановиться, на наш взгляд, и на языковой ситуации в республике, а также на взглядах респондентов на вопросы, связанные с ней. 

Конец 1980-х – начало 1990-х годов ознаменовались началом демократизации общества, развитием национального самосознания, ростом интереса у народов к духовным ценностям своего этноса, в том числе к родному языку. Ни для кого не секрет, что политика расширения функций русского языка, которая проводилась в советское время, а также идея интернационализма и дружбы народов, хотя она имели очень много позитивных сторон, привели, в конце концов, к сужению развития и функционирования языков других народов Советского Союза. Такая ситуация не обошла стороной и кыргызский язык. Стояла угроза его исчезновения как языка, с каждым годом уменьшалась область его функционирования и применения. Городское население, в особенности молодежь, плохо владело или вовсе не владело кыргызским языком.

В городах и районных центрах школ с кыргызским языком обучения насчитывались единицы. В частности, в г. Фрунзе (нынешний г. Бишкек) в 1986-1987 учебном году существовала только одна средняя школа с кыргызским языком обучения - №5 им. . Школа была рассчитана на 1500 учащихся, а в реальности там учились 2382 учащихся – почти в два с половиной раза более положенного.5

Знание русского языка считалось престижным и многие родители стремились отдавать своих детей в классы с русским языком обучения. Хорошее владение русским языком поднимало статус кыргызов, и, соответственно, многие из них получали возможность быстро сделать свою карьеру в социальном плане (в широком смысле этого слова). На руководящие посты, как в государственном, так и в местном масштабе, выдвигались в основном люди, хорошо знающие русский язык. Карьеру в науке также в основном делали люди, хорошо знающие русский язык. Защиты кандидатских и докторских диссертаций проводились в основном на русском языке. Научная литература выходила  в основном на русском языке.6

Начиная со второй половины 1980-х годов, кыргызская интеллигенция все чаще стала говорить о развитии кыргызского языка и расширении его области функционирования. Началось горячее обсуждение национально-русского двуязычия. Родной язык, то есть кыргызский, стал мобилизирующим фактором кыргызского этноса в этот период.

К сожалению, вызывают некоторую настороженность ответы респондентов на вопрос о том, на каком языке они предпочитают читать газеты, слушать радио, смотреть телепередачи. Так, 27,9% кыргызов читали газеты на русском языке, 30,6% – на кыргызском языке, 36,6% – на обоих языках. 35,9% опрошенных кыргызов предпочитали слушать радио с русским языком вещания, 21,6%  – с кыргызским языком, 37,5% – с русским и кыргызским языками вещания. Что касается телепередач, то здесь прослеживается весьма плачевная картина, так как 42,5% респондентов кыргызской национальности смотрят телепередачи на русском языке и всего 13,3%  – на кыргызском языке, 37,2% – на обоих языках. На наш взгляд, эти показатели говорят о некачественно проводимых, организованных не на должном уровне телепередачах на кыргызском языке. Темы телепередач не соответствуют интересам широких слоев населения, показываемые материалы не совсем отражают истину, что и обуславливает их невысокий рейтинг. Здесь необходимо подумать, в первую очередь, о содержательной части телепрограмм, а также и об эстетическом оформлении телепередач, новаторском подходе режиссерской постановки.

       Если обратиться к ответам респондентов русской национальности, то 2% ответили, что совершенно свободно владеют кыргызским языком, 3,9% довольно свободно говорят, 10,5% говорят с некоторыми затруднениями, 29,8% говорят с большим трудом, 52,5% вообще не говорят. На вопрос «Считаете ли Вы, что все лица, проживающие в Вашей республике, должны владеть кыргызским языком?» 30,8% русских ответили «безусловно, да и скорее да», а 54,7% – «скорее нет и, безусловно, нет». Почти половина опрошенных русских (44,3%) не совершенствовали знание кыргызского языка, так как не видели в этом необходимости.

Таким образом, русское население г. Бишкек почти не владеет кыргызским языком и не прилагает усилий для его изучения, что в определенной степени усложняет процесс его адаптации к изменившейся этнокультурной ситуации в республике. Незнание кыргызского языка представителями других этносов, проживающих на территории республики, вызывает иногда у титульного этноса некоторое непонимание. Может быть, если представители других национальностей владели кыргызским языком хотя бы на бытовом уровне, то, вполне возможно, можно было бы избежать многих стычек и разногласий, возникающих на межэтнической почве. Ведь, согласно данным проведенного этносоциологического исследования, большинство опрошенных респондентов кыргызской национальности, в особенности представители молодежной возрастной группы (51,4%) считает, что все лица, проживающие на территории Кыргызской Республики, должны владеть кыргызским языком, то есть каждый второй из опрошенных представителей молодежи считает, что все этносы Кыргызстана обязаны знать и уважать государственный язык.

Результаты проведенного этносоциологического исследования показывают, что оценка деятельности органов власти, степени внимания власти к разным этническим группа, проживающим на территории республики, во многом зависит от уровня образования. Так, представители и кыргызского, и русского этносов, имеющие высшее образование, критичнее относятся к деятельности городской, республиканской властей, а также к власти президента, нежели те, кто имеет среднее образование. Причем респонденты русской национальности с высшим образованием заметно чаще, чем это делают лица со средним и средним специальным образованием, критикуют власти за игнорирование интересов русского населения и отмечают приоритет со стороны органов власти, который существует для титульного этноса.

Образовательный уровень отразился на степени актуализации этничности, а также на оценке перспектив развития межнациональных отношений в республике. Как и следовало ожидать, случаи ухудшения межнациональных отношений чаще фиксируются респондентами, имеющими среднее образование. А по мере роста образовательного уровня кыргызов и русских, повышается и степень их удовлетворенности отношениями, которые у них складываются с людьми других национальностей.

Люди с высшим образованием проявляют более высокую степень толерантности и по отношению к этнически смешанным бракам. Респонденты со средним образованием более склонны считать межнациональные браки как негативное явление, ведущее к ассимиляции.

Что касается языковых отношений, то респонденты русской национальности с высшим и средним специальным образованием в больше степени считают, что владение кыргызским языком необходимо, нежели те, кто имеет только среднее образование (45% против 12%).

       Таким образом, наше этносоциологическое исследование показало, что актуализация этнической идентичности обуславливает повышенную степень тревожности в межэтнических отношениях и социальную неудовлетворенность, но не оказывает однозначного влияния на уровень и динамику степени демонстрируемого доверия/недоверия, толерантности/интолерантности в межэтнических отношениях.  Необходимо отметить то, что рост самосознания не обязательно способствует повышению интолерантности, и отнюдь не всегда слабая актуализация этнической идентичности предполагает большее распространение толерантности в межэтническом взаимодействии. Многое зависит от присущего респонденту типа этнической идентичности, в свою очередь определяющего формирование этнической толерантности или интолерантности. 

ПРМЕЧАНИЯ:

? Духовная общность народов СССР. Историко-социологический очерк межнациональных отношений. – М., 1981. – С.99.

2 Межнациональные браки в СССР. – М., 1987. – С.75.

3 Информационный бюллетень статкомитета СНГ. – М., 1992. – С.135-137.

4 оциально-психологические аспекты межнациональных отношений в северном Прииссыккулье//Этносоциальные процессы в Кыргызстане: по материалам полевых исследований 1992-1993 гг / Б. Акмолдоева, А. Жапаров, Ч. Исраилова и др. – М., 1994. – С. 63.

5 Советтик Кыргызстан. – 1985 – 5 июня.

6 Кыргызы: рост национального самосознания. – Б.: Научно-пропагандистский центр «Мурас», 1997. – С. 70.