Я знаю о войне, но не знаю войны

Я знаю о войне, но не знаю войны.

Семнадцатое июля - второе февраля. Двести дней. Миллионы погибших, пленённых, раненых. Миллионы вдов, сирот и скорбящих матерей. За этими цифрами скрывается то, что архивные сведения передать не могут: ужасы войны, ужасы Сталинградской битвы, которая оказала огромное влияние на ход Великой Отечественной войны и истории нашей страны в целом. Двести дней боли, выдержки и непрекращающихся сражений; двести бессонных ночей стабильного напряжения и непрерывный грохот канонад вместо колыбельной. И вся сила русского духа, доблести и веры, которая помогла нам одержать победу.

Глядя на размеренную городскую жизнь и ухоженные улицы, сложно представить, что когда-то именно здесь разворачивались ожесточенные военные действия. Каждый день открываю глаза и вижу светлое небо над головой: невинное, как дети, которых под этим небом убивали. Эти дети воевали наравне со взрослыми. Эти дети говорили небу «прощай» каждую ночь, потому что не знали, проснуться ли на утро. И те, кто просыпался, с каждым днём взрослели на несколько лет, даже не пытаясь ухватиться за уходящее детство. «Детству не место на войне», - так говорит моя прабабушка, пережившая наступление немцев под Сталинградом. А её старший брат, ушедший на войну несовершеннолетним добровольцем, не пережил. Прабабушка, , видела войну уже в шесть лет. Она родилась в Нижнечирской станице и была самым младшим ребенком в семье, состоящей из её старшей сестры Таисы, семнадцатилетнего брата Алексея и матери-одиночки. Прабабушка не помнит, как началась война, но она знает, что тогда повзрослела в одночасье. «Мама редко была дома. В основном работала на огороде или помогала соседям собирать урожай на их участках, зная, что сможет получить за это немного картошки или кочан капусты. Но голод мы всё равно чувствовали постоянно», - рассказывает прабабушка. Её сестра уже учила мыть посуду, убираться по дому, понемногу готовить. Шестилетний ребенок, конечно, даже не задумывался о значимости своей помощи: она всё воспринимала в игровой форме. Даже когда её брат ушел добровольцем на войну. «Алеша всегда хотел быть максимально полезным. Рвался на фронт, нас защищать. И одной ночью собрал немного теплых вещей, картошки и ушел», - вспоминает прабабушка, качая головой. Конечно, это подкосило здоровье матери, поэтому хлопот стало в два раза больше. Они с Таисой не получили  ни одного письма от Алексея, только известие о его смерти:  война никого не щадит… Прабабушка сдавленно улыбается, смотрит в окно на светлое небо и рассказывает, чтобы помнили. Дети, внуки, правнуки. Чтобы память жила. Память не о страшном голоде, свинцовых облаках и кровавой земле, а о тех, благодаря кому мы не видим это. О солдатах, отдавших свою жизнь, чтобы жили мы. О тех, кто встречал смерть, о тех, кто бился спиной к спине и спасал жизнь незнакомому человеку. О тех, кто безоружным шёл на врага и уничтожал целый отряд. О тех, чьи тела остались в сырой земле, о тех, чьи имена написаны на мемориалах, о тех, кто пропал без вести.

«Ни шагу назад». «Пока враг не разбит, за Волгой для нас земли нет». С этими девизами советские военные насмерть стояли за Волгу. Умирали, но не отступали. Невозможно вообразить, что проигрыш в Сталинградском сражении мог бы полностью поменять судьбу русского народа. Только осколки войны в виде мемориалов, памятников и сохранившихся зданий возвращают нас к ужасам дней, ставших легендой. Одним из таких является Мельница: арматура, разваленные стены, выбитые стекла вперемешку с развороченным асфальтом. Все здания выглядели так, если не хуже. Солдаты воевали за каждую улицу, каждый дом, каждый метр Сталинградской земли. Когда расстояние с врагом измерялось только толщиной стен, русские изматывали немцев рукопашными боями. И никакая техника не могла противостоять силе нашего национального характера.
Эти двести дней - ода русскому духу. Солдаты кровью умылись за Родину-мать, чтобы мы никогда не знали ужасов, которые пережили они. Я благодарна Победителям за то, что знаю многое о войне, но не знаю войны.