Бурятские народные сказки
Медведь
Жил-был бедный посудник. С утра до ночи мастерил он деревянную утварь, этим и кормился.
Вот пошел он однажды на берег моря вырубить мягкую да гибкую ветку для обруча на туесок. увидел красную березу и уже топор над нею занес, как говорит береза человеческим голосом:
– Не губи меня, добрый человек! Не руби моих красных ветвей. Проси, что захочешь. Любое твое желание исполню.
– Будь по-твоему, – согласился посудник. – Только сделай меня купцом.
И дня не прошло, как разбогател вчерашний бедняк, купцом сделался. На подворье у него работников – не сосчитать, в амбарах разного товару видимо-невидимо, в тугой мошне денег полно. А сам бывший посудник по двору ходит, на слуг своих покрикивает. Но скоро надоела ему такая жизнь. Опять пошел бывший посудник к красной березе.
– Хочу быть царем! – говорит.
Оглянуться не успел, как сделалось вокруг него дивное царство. даже слуги в том царстве в бобровых шапках ходят, а богатые люди низко кланяются царю-батюшке. И никто не вспоминает, что был он когда-то бедным посудником. «Одна береза об этом знает», – думает новоиспеченный царь. А раз так, решил он срубить красную березу.
Сказано – сделано. Отправился царь в сопровождении своего войска на берег моря. Увидев красную березу, кинулись слуги с острыми топорами исполнять царское повеление. Но зашумела береза всеми ветвями, заговорила человеческим голосом:
– Оглянитесь а своего царя.
Оглянулись слуги и видят: царь превратился в медведя и пустился бежать в дремучий лес. Но разве убежишь от самого себя.
Вот почему буряты говорят, что медведь прежде был царем, а встретившись с глазу на глаз, обязательно обратятся к нему со словами: «Царь-человек, уступи дорогу!» – и медведь сворачивает, рассказывает таежный народ.
Зима и лето
Говорят, жирный конь считается хорошим, а богатый человек — мудрым… Не помню, кто придумал эту пословицу. И отец мой не помнит. И отец моего отца не помнит. И дед моего деда, сказывают, не помнил. Одно ясно — пословицу эту придумали богачи ноёны. Дескать, смотрите, мы потому и богаты, что родимся умными, а бедняки пастухи глупы от рождения, потому работают на нас, мудрых ноёнов. Хитро сказано, да не очень! Вот вам небольшая сказка. — Так начал старый бабай, когда однажды вечером улусная молодежь собралась в его юрте.
…Жил когда-то хан со своими прислужниками ноёнами. Были эти ноёны один толще другого, другой жирнее третьего, третий хвастливее четвертого. Знали ноёны одно — собирали налоги с населения, а потом лежали на мягких шкурах, пили архи и объедались до бесчувствия.
В это же время в далекой степи жил один бедный пастух со своей дочкой, которая в народе прославилась умом и находчивостью. Говорили, что она могла разгадывать самые хитрые загадки, а главное, так смело и остроумно разговаривать с ноёнами — сборщиками ханских налогов, что они каждый раз, обескураженные, уезжали от нее ни с чем.
Прослышал о дочке пастуха сам хан и рассердился.
— Неужели эта девчонка из рода козопасов умней моих ноёнов?
И решил хан проверить ее мудрость и остроумие. И приказал поехать к той девочке самому жирному и, как считалось, самому мудрому ноёну Бадме. Тот сел на своего, такого же, как хозяин, жирного, чересчур откормленного, коня и похвастал:
— Всесильнейший хан! Жирный конь считается хорошим, а богатый человек — мудрым. Надейся на меня!
Долго ехал по степи важный ноён, а когда подъехал к юрте бедного пастуха, не увидел ничего, за что можно было бы привязать коня. Даже столбика не было около юрты — так бедно жил пастух. Потоптался ноён на одном месте, крикнул:
— Эй, кто там в юрте! За что привязать коня богатому ноёну?
Распахнулась дверца юрты, и оттуда выглянула черноволосая девочка с бойкими, блестящими глазами. Послышался звучный голосок:
— Если хочешь привязать коня, то привяжи его за лето или за зиму…
— Как сказала? — остолбенел ханский прислужник.
— Я сказала — привяжи коня за лето или за зиму.
Ноён Бадма рассвирепел:
— Глупая девчонка! Неужели ты думаешь, что ханский ноён глупей тебя… Или ты не знаешь, что жирный конь считается…
Однако Бадма так и не договорил свою излюбленную пословицу. Юркая девочка захлопнула дверцу юрты и скрылась.
«Глупа, как овца, глупа», — подумал толстяк ноён, и погнал скорей коня назад, чтобы обрадовать хана известием, что в простом народе не бывает умных людей. А дни в степи стояли жаркие. Палило солнце. Чересчур жирный, малообъезженный конь Бадмы вскоре выбился из сил и остановился, отказавшись везти дальше своего жирного хозяина. Словом, не каждый жирный конь хорош… Ноён явился во дворец пешком, запыленный, в порванных унтах, по-прежнему самодовольный и спесивый.
— Ну, что интересного видел? — спросил его хан.
— Ничего интересного, — отдышавшись, хихикнул Бадма, — ничего интересного. Глупа она, всемогущий хан, глупа, как овца.
И ноён рассказал хану о разговоре с дочкой пастуха. Хан задумался и спросил:
— А что еще ты видел у них возле юрты?
— Ничего, кроме худой телеги и саней.
— Сам ты дурак, Бадма, — нахмурился хан, — лето и зима это и есть телега и сани… — И подумал тут хан, что недолго ему со своими глупыми ноёнами властвовать над народом.
Вот какой, ребята, был случай в старину.
Комар и стрекоза
После зимних холодов комар оживает раньше стрекозы. Растаял снег, пригрело солнце, и ожил комар. Живет комар, радуется, никто ему не мешает. Подросла трава, солнце стало греть жарче, ожила стрекоза. Увидела она, что комар лучшие места занял, на высокой траве сидит, поет, радуется. Ей тоже захотелось сидеть на высокой траве. Стали они спорить, кто хозяин высокой травы.
Комар пищит:
— Я хозяин, я вперед тебя родился.
— Нет, я хозяйка, — затрещала стрекоза. — Я крупное насекомое, а ты малыш…
Комар обиделся. Пошли они к судье оводу за правдой. Овод слушал, слушал и рассудил:
— Не кричите, разделите день пополам: стрекоза будет хозяйничать, когда солнце высоко — в полдень, а комар, когда солнце низко — вечером.
Два барана и лиса
Повздорили однажды два барана и начали бодаться. Увидела их пробегавшая мимо лиса, остановилась.
«Если эти двое не успокоятся, то поубивают друг друга. А значит, будет мне мясо на обед.», – подумала лиса и присела на обочине дороги. Сидит, ждет. Долго ждала, наконец не вытерпела.
«Сбегаю, – думает, – посмотрю, что они там не поделили». Подбежала поближе и увидела, как из пораненных бараньих рогов капает кровь на землю.
– А ведь здесь уже сейчас можно полакомиться! – обрадовалась лиса. И когда бараны разошлись на несколько шагов, чтобы с разбега ударить друг друга рогами, лиса успела подбежать и слизать свежую кровь с травы. Словчила лиса один раз, словчила в другой. А в третий раз не успела отскочить в сторону, схлестнулись бараньи рога и в лепешку раздавили лису. Так она бесславно и окончила свой век.
