Казна под защитой суда
Адвокат, 1999.
Елена Рахимова, корреспондент (г. Мурманск).
По решению Московского арбитражного суда от 01.01.01 года с Министерства финансов РФ путем списания со счетов было взыскано в пользу Мурманского социально - коммерческого банка 562313642 рубля. Спустя три года Александр Борисович Воронин, возглавлявший Мурманское городское отделение Управления федерального казначейства Министерства финансов РФ по Мурманской области, по вине которого государственная казна понесла убытки в особо крупных размерах, Октябрьским судом Мурманска был осужден. В феврале 1999 г. коллегия по уголовным делам Мурманского областного суда оставила приговор в законной силе.
...Коллеги по работе говорили о нем как о специалисте высокого класса. Два высших образования плюс опыт - вот слагаемые его профессионализма на финансовом поприще. Но как начальник он внушал своим подчиненным чувство страха.
Из показаний в суде свидетеля Светланы Юрьевны Арнаутовой, бывшего главного бухгалтера Мурманского городского отделения (МГО) УФК МФ РФ по Мурманской области:
- Поначалу, начиная работать с Александром Борисовичем Ворониным, я восхищалась им как человеком, руководителем. Он мне казался грамотным специалистом. Мне интересно было работать, я многому научилась. Но потом я поняла, что я - марионетка и мной играют. На работе все ужасно боялись ошибиться. Требовательность имеет свои положительные качества. Но запугивание... За ошибку в документе (даже если это черновик!) приходилось выкладывать 1200 - 1800 рублей. И это при нашей маленькой зарплате. Его боялись... Мне не нравилось, что при нашем скудном финансировании приобретались авторучки по 33 доллара, дорогостоящие канцтовары, телевизоры. В магазине телевизор стоит 1 млн. 200 тыс., а мы покупаем за 3 млн. рублей. Хотя вместо телевизора можно было бы купить компьютер... Со мной, как с главным бухгалтером, не советовались, не ставили в известность...
Скажи мне, кто твой друг... Сегодня говорят иначе: скажи мне, кто твой деловой партнер... У Александра Воронина таковым являлся предприниматель Наумов, собственник трех коммерческих фирм: "Сабит", "Тибас" и "Медиатор", он же - генеральный директор в каждой из них. Чего чаще всего не хватает коммерсантам? Конечно, оборотных средств. Весной 1995 г. Наумов тоже ощутил их явный недостаток. Но особо не волновался, ибо сразу почувствовал поддержку Воронина.
30 мая 1995 г. Александр Воронин получил от АОЗТ "Сабит" письмо с просьбой возвратить фирме ошибочно зачисленные в бюджет 30 млн. рублей таможенных платежей.
Из показаний в суде свидетеля Светланы Юрьевны Арнаутовой:
- В 1995 г. перед моим отпуском сказал: нам поступит 30 млн. как таможенные платежи и придет письмо, где интересно расставлены нули... И мы вернем 300 млн. рублей, то есть я должна была ошибиться. За такую "ошибку" коммерческая структура даст нам 3 млн. рублей на оргтехнику. Через месяц они вернут нам деньги, плюс мы получим 3 млн. Я отказалась пойти таким незаконным путем.
Светлана Юрьевна ушла в отпуск. Ее место временно заняла Надежда Алексеевна Кацага. При ней и пришло то самое письмо с просьбой вернуть "Сабиту" 300000000 рублей. Расставленные таким образом нули, как предполагалось, вполне сойдут за техническую ошибку.
Из показаний в суде свидетеля .
- Как получилось, что платежным поручением пересылается сумма 300 млн.?
- Техническая ошибка.
- Вы берете на себя ответственность за техническую ошибку?
- Нет.
- Когда вам стало известно о том, что вместо 30 млн. казначейство перечислило 300 млн. рублей?
- Сразу, оперативно. Я подошла к и сообщила, что в результате технической ошибки был излишний возврат. Мы составили письмо, чтобы фирма вернула нам деньги. Они пообещали вернуть.
Из допроса обвиняемого .
- Я прекрасно понимал, если Наумов поведет себя нечестно, получив деньги "налом" и уйдя "в бега", мы их никогда не получим. И возникнут неприятности. Поэтому письмо о возврате суммы мы подготовили. Наумов тогда улыбнулся и сказал: "Это хорошо, Александр Борисович, что вы на меня нарвались. Другой бы уже далеко был с этими деньгами...".
О чем мечтает каждый коммерсант? О беспроцентном кредите. Такая милость с легкой руки государственного чиновника привалила Наумову. В нарушение всех инструкций и распоряжений Минфина РФ, Госналогслужбы РФ и Центробанка РФ распорядился денежные средства возвратить фирме Наумова платежным поручением, то есть без уведомления налоговых органов, исключив таким образом контроль со стороны ГНИ. Между тем, как выяснило следствие, без малого 666 раз за период с 1 апреля по 6 июня 1995 г. казначейство возвращало бюджетные деньги различным организациям, как и положено, - безналичными чеком и по заключению Госналогслужбы. Но пойти законным путем в случае с Наумовым Воронин не мог, так как сразу выяснилось бы, что за фирмой "Сабит" никакой задолженности по таможенным платежам не числится. А письма и возвраты явились бы звеньями преступной цепочки.
...Полученную беспроцентную ссуду Наумов возвращал на счет казначейства частями. Пользовался он бюджетными деньгами месяц. Пользовался с размахом, пополнив свою собственную казну внушительной суммой: почти 35 млн. рублей "подарил" казначей своему партнеру. Деньги по меркам 1995 г. немалые. Но их тоже оказалось недостаточно для широкой деятельности Наумова. И вновь Воронин пришел на помощь. Только теперь казначей, используя служебное положение, занялся от лица органа Федерального казначейства коммерческой деятельностью. И тоже - с размахом.
15 июня 1995 г. Воронин по месту работы заключил с Мурманским социально - коммерческим банком договор кредитования N 161 на сумму 1 млрд. рублей под 155% годовых на срок до 14 сентября 1995 г. В тот же день кредитные банковские ресурсы были зачислены на счет МГО, а затем по договорам кредитования перечислены коммерческим фирмам Наумова: 652 млн. рублей - АОЗТ "Тибас" и 348 млн. рублей - ТОО "Медиатор". Уже под 157% годовых со сроком возврата 14 сентября 1995 г. Именно в этот день деньги надо было возвратить банку, а казначейство, соответственно, должно было заработать свои проценты по сделке. Нетрудно догадаться: вернулась только часть кредита. Таким образом, ни сам кредит, ни проценты по нему казначейство перед банком не погасило.
Из показаний свидетеля Александра Антоновича Гинько, ныне - председателя правления Мурманского социально - коммерческого банка.
- Насколько надежный заемщик казначейство?
- Насколько надежно государство. Это госучреждение. Мы не сомневались в заемщике.
- Как Воронин объяснял, почему он не возвратил кредит своевременно?
- Общими фразами: что денег нет, но он их получит.
- А вы не обращались в вышестоящую организацию - областное казначейство?
- Обращались к Мясникову Юрию Николаевичу, тогда - главе областного казначейства, но он сказал, что вопрос будет решен и просил не обращаться в арбитражный суд. Мы ждали долго.
- Какие гарантии по возврату кредита были со стороны казначейства?
- Госструктуры мы кредитуем без залога, без тех гарантий, которые мы требуем от коммерческих структур. Сама правовая основа для нас достаточна.
- Почему же тогда от коммерческих организаций вы требуете гарантий? Где уверенность, что казначейство выплатит?
- Александр Борисович нас убедил.
- Вы поверили на слово?!
- Мы верили, что государство вернет деньги.
Первый предостерегающий "звонок" прозвенел, когда проценты по кредиту стало гасить не казначейство, а одна из фирм Наумова.
Из показаний Сергея Александровича Никитаева, ныне - руководителя департамента финансов области (ранее - председателя правления Соцкомбанка).
- Когда я узнал об этом, то понял, что у меня как у банкира появятся проблемы.
- Каково было финансовое положение Наумова?
- Условно устойчивое, как у всякого коммерсанта. Валится все в последний момент. Коммерсант всегда скрывает свое финансовое положение. Он никогда не скажет, что у него все плохо, с ним же тогда никто не захочет работать. Если бы я знал, что Воронин собирается кредитовать Наумова, ссуду ему не дали бы.
Между тем, как следует из показаний Воронина, три действующих лица этой финансовой операции (Наумов - Никитаев - Воронин) встречались вместе и обсуждали вопрос о будущем кредите.
Из показаний в суде .
- Идея о миллиардном кредите не моя, она исходила от Наумова и Никитаева. Между ними был сговор, а меня привлекли в качестве посредника. Считаю, что ущерб государственной казне причинен не по моей вине, а по чисто преступным действиям Наумова, который находится в бегах.
Тайное стало явным при проверке КРУ. Воронин скрывал факт предоставления кредита, искажая отчеты казначейства об исполнении сметы расходов за 1 полугодие 1995 г., 9 месяцев 1995 г. и весь 1995 год. А эти отчеты - официальные документы, несущие информацию о законности и целевом использовании бюджетных денег.
Воронин, оформляя кредит коммерческим фирмам, знал о его незаконности. Знал и о том, что платеж в 1 млрд. рублей с расчетного счета казначейства на расчетный счет коммерческих фирм невозможен. Но платежные поручения (N 4632-561 и N 4632-562) содержали в графе "наименование платежа" иные сведения, а именно: "Оплата предварительная. За оргтехнику..., за мебель по договору поставки..." Настоящие и липовые платежные документы фигурируют в деле.
За действия Воронина рассчиталось государство. Соцкомбанк подал иск в Московский арбитражный суд. Сумма возникшей задолженности в размере 550211527 рублей, а также расходы по госпошлине в размере 12102155 рублей решением суда от 01.01.01 г. были взысканы в пользу банка путем списания указанных сумм со счетов Минфина РФ - учредителя МГО УФК МФ РФ по Мурманской области, отвечающего по всем обязательствам МГО.
Воронин был признан виновным по ст. 171 (ч. 2) и ст. 175 УК РСФСР. Ему назначено наказание в виде 3 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Кроме того, Воронин должен вернуть государству нанесенный ущерб - 562 тысячи деноминированных рублей.
Из выступления .
- Виновным себя не считаю. Элементы нарушений были. Но умысла не было. Наше казначейство на тот момент только на 30% было обеспечено вычислительной техникой и на 80% - мебелью. Не было никакой личной заинтересованности. Главное было - получить больше средств в казну.
Но именно казна и пострадала в результате.
Определяя размер материального ущерба как особо крупный, суд исходил из того, что на момент списания со счетов Минфина РФ 562313642 рублей минимальный размер заработной платы составлял 83 тыс. рублей. Крупным размером законодатель определил ущерб, в 500 раз превышающий минимальный размер оплаты труда. Сумма материального ущерба в деле Воронина превышает указанный размер в 7 тысяч раз.
Квалифицируя злоупотребление Ворониным служебным положением по признаку причинения тяжких последствий, суд учел особый объект причинения последствий - государственный бюджет. Правда, адвокат осужденного Виктор Михайлович Моругов провел иные сравнения в своей заключительной речи в суде.
Из выступления адвоката .
- О каких тяжких последствиях идет речь? Давайте сравним 562 млн. рублей с доходной частью бюджета на тот год. Она составляла почти 434,5 трл. рублей. А эти 562 млн. - 0,012 процента, что никак не может являться тяжким вредом.
Лариса Михайловна Иванова, адвокат, представитель истца:
- Представим только: по Мурманской области изъяли 562 млн. рублей, потом - по другим областям, где могли бы оказаться такие "воронины" во главе казначейств... Что бы осталось в бюджете? В государстве только тогда будет порядок, если средства будут использоваться по назначению. Суд вынес справедливый приговор.
Киселев:
- Слова "казна" и "государство" являются синонимами. И если чиновник поставлен хранителем государственной казны, бюджета, но использует личные интересы, он посягает на общество и государство в целом. Считаю Воронина виновным.
Судья Октябрьского окружного суда г. Тимофеева, председательствующая по делу:
- Дело неоднозначное, во-первых, по тому вниманию, которое ему уделяли СМИ, во-вторых, и по составу фигурантов. Не так часто на скамье подсудимых оказываются люди, занимающие столь высокую должность.
И ряд свидетелей - не последние люди в области. Поэтому допрос лиц был связан с определенными сложностями. В-третьих, категория дела - о злоупотреблении служебным положением - достаточно редкая. Она сложна в плане доказывания. Сложна, так как речь идет об умышленном преступлении.
Подсудимый - сам юрист по образованию, что для суда также представляло дополнительные сложности.
Александр Борисович толкует все законы так, как он считает необходимым их толковать.
***
Воронин занимал должность главы городского казначейства, и его полномочия заключались в том, чтобы охранять бюджет. А он им бесконтрольно распоряжался в интересах коммерческих структур. Этот процесс - показательный для граждан: не могут правоохранительные органы пройти мимо противозаконных действий. Преступление Воронина - не очевидное. Это не разбой, не убийство, где есть явный потерпевший... В данном случае потерпевшими оказались мы с вами, народ, который составляет государство. Люди должны видеть и знать, что преступления не могут безнаказанно проходить даже для чиновников такого высокого уровня.
