Дневник Шаира

5612  +  25

       

Книга-24

ПОСВЯЩАЕТСЯ

Ламе Итигилову,

Джавахарлалу Неру,

Виталию Чуркину

©

       

  ВОЗМОЖНОСТЬ

  АВТОПОРТРЕТ

       

       

С  О  Д  Е  Р  Ж  А  Н  И  Е

Небо, опыт, незнакомец Сочная симметрия с лучей /картинка/ Смолистый запах и странник Глагольные блюстители и грешник О смолистой поступи Глагольным континентам танковый биатлон Взор страждущего Прочитанное с расстояния О – записке – Гани Иволгина Из глагольной Сибири Образный незнакомец Переплавленные буквы О нотах с глагольной встречности Образ в жизни шаира В неизбежном посредник Глобальным бурям Шар над шагами шаира Телескромнягам Сквозь годы незнакомцы Лучи, иней, странник С глаголов грешный гражданин Потребительской одержимости После глагольного суда Пилата С брега жизни в дне Перманентной исповеди незнакомец Толпам потребления Таблица

       

       

Небо, опыт, незнакомец

Смирение пронзает и рождает,

Сквозь многое возможность ждёт вблизи,

Да никому вокруг не угрожает

От этих и до этих визави.

От этих и до этих только поступь,

И только малая почти всегда

Воспринимается реально взором острым,

Где разница в различие труда.

Где разница в различие пред вами

И перед тем, что ныне вглубь с тропы,

Что как бы из дистанций в панораме

С мотивом вдохновенной правоты.

С мотивом вдохновенным без абстракций,

Без гулов вязких, едких словно дым,

Вдруг понимаешь нужность всю с фиксаций,

И должное само встаёт сквозным.

И должное само встаёт, пронзает,

Рождает вектор между стен,

И никому в упор не угрожает

Душа вдоль трудных, долгих перемен.

       

Сочная симметрия с лучей

       

Смолистый запах и странник

Июнь встречает нежным ветром

И тихим шорохом в траве,

И ты в тропе к солидным кедрам,

Где пихтам рад с тропы вдвойне.

Где пихтам рад с тропы по нотам

Из изумрудных панорам,

Из коих ширь сквозь обороты,

Из коих ширь ведёт в плацдарм.

Из коих ширь ведёт буквально

Из обертонов к рубежам,

В пути подспудно уникальность

Вбирает грешная душа.

Вбирает грешная лучистость

С молитвой сжатой вдоль ветвей,

Твой пыл пронзает воздух чистый,

Твой пыл давно пронзён с корней.

Твой пыл давно в обзорах кедра,

В обзорах пихты и травы,

Июнь дарует бденье ветра,

Поскольку с ними ты на вы.

       

Глагольные блюстители и грешник

Словно мытарь  сквозь года,

Поступь – пыльная с труда,

Поступь в разность над следами

Где безликость над губами.

Где безликость, свечи, храм,

Где – базарность – с эпиграмм,

Где – базарность – с эпитафий,

Как из гула некий график.

Как из гула некий крен,

Мол, свобода вне подмен,

Мол, свобода с интонаций,

Мол, обыденно с дистанций.

Мол, обыденность, что прыть,

Или ветер вдоль корыт,

Или натиск с океана,

Или с жаром из вулкана.

Или с жаром между гор,

Иль со стен в упор напор,

Да ещё под зеркалами:

Мытарь в бреге с куполами.

       

О смолистой поступи

Убежать в какой-то город

Можешь ты,

Где с дорог обзор распорот,

Где – мосты.

Где в том “бреге” ждут движенья,

Где ждёт гул,

Где ждут сжатые скольженья,

Где ждёт вдруг.

Где ждёт что-то показное,

Где ждёт прыть,

Где ждёт рьяно расписное

До поры.

До поры, да той, что взоры

Вглубь пронзит,

Вглубь померкнут впрямь напор,

Впрямь вблизи.

Впрямь иначе будет вспорот

Прежний крен,

В коем был покинут город

Для арен.

Для арен, из коих вопли

Прут и прут,

Но нет в поступи раздолья,

Нет вокруг.

Нет тех жестов изумрудных,

Нет с крон их,

Нет с крон натисков подспудных,

Нет вдоль пихт.

Нет вдоль троп стремлений ярких

С облаков,

А в упор средь улиц лязги –

Курс – таков.

Курс – таков, какой избрала

Прежде ты,

Прежде прочь ведь убежала

С правоты.

С правоты уехать можно

Даже впрок:

Жизнь даёт и с тем возможность,

Важен срок.

       

Глагольным континентам танковый биатлон

Армейские  игры

В движенье изрядном,

Спортивны интриги,

Спортивны снаряды.

Спортивные охи

Среди интонаций,

Где окрики, вздохи,

Где цели с дистанций.

Где цели пред взором,

Где яркость с момента,

Где зритель с напором,

Где в нём эстафета.

Где в нём – стран – отважность

В командах сквозь квоты,

С трибун сопричастность

Под пыль с поворотов.

Под пыль, словно гидом,

С народов накалы:

Всем им из орбиты –

Салют – к пьедесталу.

P. S.: Армейские игры есть изумительный пример того, в каком направление и должно развиваться сотрудничество среди государств. Это направление имеет большой потенциал для современников смотрящих в завтра.

       

Взор страждущего

Растяни листа полёт

С брега моря между вод,

Пусть пред пылом с крон скользит,

Словно парус, словно гид.

Словно с ветром орьентир

Удлиняет жест с порфир,

Дополняет жар с ветвей

До заморских скоростей.

До дистанций с волн вблизи,

Где абстрактны визави,

Где обзорность велика,

Где нет стен, нет потолка.

Где нет груза от тревог,

Где всегда цветной пролог,

Где созвучия вокруг

Заслонят былой недуг.

Заслонят былые дни

С обжигающей возни,

Вглубь из коей узкий брод

Осень выдала без квот.

       

  Прочитанное с расстояния

Поэзии буря обрушивает огромные горы,

Морская волна размельчает остатки вне интонаций,

Застывшие движения в песке образуют взоры,

А над ними в бреге можно узрить прежнее с конфигураций,

Но это к тому, чтоб соразмерить в страждущем напоры

Перед манящим, влекущим млечным океаном простраций.

       

О – записке – Гани Иволгина

Гарантий требует лишь тот,

Кто от «высокого» далёкий,

Извергнет слово как бы с квот,

И как бы выдавит намёки.

И как бы скажет, мол, пора,

Мол, подтвердите перспективы,

Мол, ждёт сквозь буквы не игра,

Мол, дайте дельные мотивы.

Мол, зафрахтуйте весь напор

Вдоль оглушающих вибраций,

Поскольку всё иное вздор

Среди абстрактных интонаций.

Среди абсурдного влечёт

Попутность ветра там, где воды,

Где между них не зрим расчёт,

Где некий шаг до несвободы.

Где некий шаг до визави,

До судна общего под флагом,

Да берега уже вблизи,

Гарантий требует отвага.

Гарантий требует в дне тот,

Кто от любви в упор далёкий:

При этом что-то обретёт

Вплавляя в жизнь одни намёки.

       

Из глагольной Сибири

Звезда, движенье в океане,

Да с брега взор всегда вблизи,

Да жизнь с дистанций в панораме

До лучезарной визави.

До лучезарной всё, как прежде,

Вокруг вибрации с воды,

Вокруг с вершин узки надежды

Сквозь многоликие труды.

Сквозь многолетние обзоры

Тропа с ветрами и без них,

Где штормы, вьюги, разговоры,

Где ёмкость звучная меж пихт.

Где ёмкость в значимости места

Среди смолистости ветвей,

С тем поступь в поступь с интереса

Под запах встречных скоростей.

Под запах с волн из океана

В упор глубинный блеск с порфир,

Поскольку всюду вне обмана:

Звезда, прологи, орьентир.

       

  Образный незнакомец

Глубинна поступь состраданья,

Где вектор узок для неё,

Где многолики упованья,

Где дерзость требует своё.

Где дряхлость множит ухищренье,

Где гордость стены городит,

Где редко просится смиренье

Когда оно кому-то гид.

Когда оно кому-то точно

Дополнит это, или то,

Тогда инерция бессрочно

Предъявит нужный столь пролог.

Предъявит нужные основы

И утешения из дня,

Над коим встреченное слово

С не зримой благостью огня.

С не зримой благостью движенья,

Поступки, помыслы уже,

Да грандиозные свершенья

Мир обновят в такой душе.

Мир обновят без броских тресков,

Без интонаций суеты,

Поскольку небу интересно

Дарить тропинку правоты.

       

Переплавленные буквы

Слово, сердце обжигает,

Словно листья вглубь влекут,

Словно осень с ним рождает

То, что зримо там, и тут.

То, что зримо перед вами

Вдоль тропы, и над тропой,

Где под ветром в панораме

Ветви ищут вновь покой.

Ветви ищут, предлагают

Ноты собственные вам,

А лучи подогревают

Столь огромнейший плацдарм.

Столь огромнейший с движенья

Для любого визави,

В коем сжаты возраженья

К цвету свежести вблизи.

К цвету свежести с дистанций

Встречность кроны привела:

Сердцу – с разных интонаций –

Слово в яркости дала.

       

О нотах с глагольной встречности

Года, столетия с дистанций

Как что-то рядом у воды,

Как нечто прежнее с вибраций

В каком-то эхе с высоты.

В каком-то эхе над песками

Из брега здесь, из брега там,

Где жесты ныне с облаками,

Где ветер, шёпот по волнам.

Где ветер с взором и без взора,

Где с созерцаний пыл вблизи,

Но нет в нём страстного напора,

Нет вдруг вопросов к визави.

Нет вдруг желаний в малой мере

И нет соблазнов в данный миг –

Года, столетья – в атмосфере,

Вглубь с ними поступь, небо – гид.

Вглубь с ними поступь, звёзды, слабость,

В лучах движенья с воды,

Да на душе безмерна радость

Сквозь ёмкость явной правоты.

       

  Образ в жизни шаира

Воздушный шар на неком фоне

Пронзает дни сквозь яркий цвет,

А эта яркость внемлет воле,

Мол, ощути сквозной момент.

Мол, ощути, вбери с вибраций,

С интерпретаций подтверди

Всё то, что с века информаций

Сокрыто где-то там в груди.

Сокрыто где-то там, где поступь,

Где крен проявлен вдоль труда,

Где рядом с ним крен множит осень,

В нёй нечто важное всегда.

В ней нечто важное буквально

Среди ветвистых скоростей,

Поскольку с нею уникально

Само стремление с корней.

Само стремленье из дистанций,

Из гула, пыли от дорог

Взор поражает с интонаций,

Да следом дарит вскользь пролог.

Да следом дарит вскользь движенья

К предметам ёмким с панорам,

В упор с троп тонут возраженья,

Воздушный ширится плацдарм.

Воздушный шар, как гид, как парус,

Как цвет заката сжат с воды,

И как бы блёкнет с брега ярость

Пред небом – полным – правоты.

       

В неизбежном посредник

Луна светила как бы сжато

И как бы молвила вокруг,

Мол, мне не быть тому вожатой,

Кто с троп несёт такой недуг.

Кто с троп несёт обзор глубинный,

Да всесторонний здесь, иль там,

Где встречным кажется – лавиной –

С его контекстом панорам.

С его конкретикой движенья,

Поступки, помыслы вблизи

Вобрали “вихри возраженья”

Огромной массы визави.

Огромной массы сквозь народы,

Сквозь континенты города

Скудели с призраком свободы

Вне перспективного труда.

Вне перспектив тускнеет слава,

Мельчает замкнутый прогресс,

Поскольку после ступит право

Всему и всем наперевес.

Всему и всем, кто век кичился,

Кто возносил прыть до луны,

Чтоб в этом только отличиться,

Исторгнув жизнь из новизны.

       

  Глобальным бурям

Меж вод, где бредят о величье,

Где ясность гонят от себя,

Где обезбродили обычьи,

Где горделивое столбят.

Где смотрят грозно в суть момента,

Мол, господа сегодня мы,

Мол, перед нами континенты

Даруют дело до луны.

Даруют те, иль эти страсти

Вглубь брега здесь, вглубь брега там,

В них извергаются напасти

Как будто глыбы по волнам.

Как будто грубость бесподобна,

Да без последствий с гибких губ

В упор трактует, что угодно,

Что ветром сносится вокруг.

Что только кажется величьем

Среди обугленных тревог,

Из коих чаще безразличье

Оскал вонзает в свой итог.

       

  Шар над шагами шаира

Какой-то зов над жизнью скрытый,

Какой-то дальний, словно брег,

Пронзал туманные орбиты,

Как луч с воды манил в разбег.

Как луч с воды при первом взоре

Пленил моментом без преград,

Где капли осени в просторе,

Где те вне скорби, вне утрат.

Где те объемлют ветви, листья,

А цвет доступней от корней,

Однако собственные мысли

Вбирали встречность скоростей.

Вбирали встречность всю с вибраций,

С движений ветра, что вблизи,

Чтоб с ощущаемых дистанций

Предмет воздушный проскользил.

Предмет воздушный с ярким видом

Наметил вектор впереди,

Да стал для взора неким гидом

С каких сторон не погляди.

С каких сторон не обозначишь,

Начало – вспомнишь меж тревог,

В нём углублённые задачи

В упор рождали с крон пролог.

В упор рождали образ нужный,

Иль с перспективой возле пихт,

Поскольку с троп предмет воздушный

Тонул в смолистость других.

Тонул в смолистости с лучами,

С тем часто в сочности зари,

С тем в мир излил себя речами

Из брега – сердца – изнутри.

       

  Телескромнягам

Неудержимы диссонансы

В словесной прыти здесь, иль там,

Где отвергаются вглубь шансы,

Где фразы лезут к потолкам.

Где беспардонные беседы

Давно обыденно вблизи

Обходят явственные беды

Среди солидных визави.

Среди солидности успехи

С губ выставляют напоказ,

Мол, поглядите – это вехи,

Мол, обозрите их при нас.

Мол, обозрите из момента,

Мол, как бы всем дают пример,

Мол, воспримите контингенты

Саму трактовку с атмосфер.

Саму трактовку, словно листья,

Воспойте страны, города,

Поскольку сжаты с ними мысли

Под цветом ярости всегда.

Под цветом тем “протуберанцы”

С арен знакомые и вам:

Неудержимы диссонансы

В дне с континентных панорам.

       

Сквозь годы незнакомцы

Иные взгляды, как мелодия,

Как слово редкое вблизи,

Где пламя свечки, как условие,

Где пыл изрядный вскользь скользит.

Где пыл трактует поступь сложную,

Где та имеет с нот плацдарм,

Где с куполами песнь возможная

С лучей разлилась по утрам.

С лучей размеру изумляешься

Идя на исповедь опять,

Однако с нею углубляешься,

Да в том, чего уж не отнять.

Да в том, чего в дне с интонации

Не видно в толпах между стен,

Поскольку тени сквозь вибрации

Не обещают перемен.

Не обещают даль нетленную,

Но в омут собственный влекут,

В нём обертоны откровенные

Иные взгляды не найдут.

Иные взгляды, как мелодия,

Как сердце редкое вблизи

Вдруг подтверждает вглубь условие,

Вглубь небо – гидом – визави.

       

  Лучи, иней, странник

Свежий снег множит некую данность,

Перед ней вопрошаешь вскользь,

Где реальность расширила сладость,

Где она же пронзает насквозь.

Где она же без всяких вибраций

Приглашает вобрать ещё

То, что скрыто среди дистанций,

Что с ветвей за любым плечом.

Что с ветвей за любым сугробом,

За любой тропинкой скользит,

С горизонта её огромность

Ожидает с тревог визави.

Ожидает с тревог напоры,

Как бы гидом встаёт сама,

Под пленительные обзоры

Дарит росчерки в «закрома».

Дарит росчерки в дальнюю важность

Вдохновляя твой взор насквозь,

Углубляя сквозь поступь радость:

Спелый снег только повод вскользь.

       

С глаголов грешный гражданин

Прологи, тропы, покаянье

Сквозь всеобъемлющий транзит,

Сквозь ощущенья – достоянье

Как вдруг возможное вблизи.

Как вдруг возвышенное рядом,

Иль где-то тут, иль где-то там,

Где нет в упор былой преграды,

Где нет досады по утрам.

Где нет с движений в дне сомнений,

Нет утомительных тревог,

Поскольку шаг за шагом с бдений,

Поскольку к должному восторг.

Поскольку действенна с дистанций

От звёзд инерция всегда,

Да словно гид – протуберанцы –

Из углублённого труда.

Из углублённого то средство,

Что с куполов под купола,

При этом к небу ближе сердце,

Ведь в нём безмерны зеркала.

       

Потребительской одержимости

Расшвыряв впрок робость

Ненасытность прёт,

В дне свою огромность

Значимой зовёт.

Значимо, мол, это

Утверждает взор,

Мол, он из момента

Смотрит на простор.

Смотрит, да повсюду,

Где царит успех,

Где расчёт принудит

Действовать сквозь смех.

Действовать сквозь крики,

Распри и погром,

Ибо натиск дикий

Движет напролом.

Движет то под ветром,

То без ветра к вам,

Что давно заметно

С волн по берегам.

С волн по континентам

Ярость множит гул,

С ним тьму аргументов

Расшвыряв вокруг.

Расшвыряв впрок робость

Ненасытность прёт:

Словно камень в пропасть

Вся – гореть – падёт.

       

После глагольного суда Пилата

Разбойник  справа на кресте,

Пред ним буквальность и безбрежность,

Где быль с поступков в наготе,

Где с ней собрат в упор небрежен.

Где с ней собрат в упор так груб,

Так близорук, да с расстояний,

Упрёк его абсурден с губ,

Упрёк его с его деяний.

Упрёк его с его среды

Среди царей и фарисеев,

Для коих должные труды

Всем напоказ с любой затеи.

Всем напоказ вдоль облаков,

Вдоль ощущений из дистанций,

Из них конкретика шагов

До изощрённых интонаций.

До изощрённых визави –

Обзор с пророков – в тропах труден,

Но с тем – с гвоздями визави –

Разбойник справа бесприютен.

Разбойник справа на кресте,

Где вдруг безмерное смиренье,

Где речь в глубинной правоте,

Где – утверждённое! – спасенье.

       

  С брега жизни в дне

Набат звучит всегда последним,

Последним тут, последним там,

Где между ними гул – посредник

Буквально вяжет по рукам.

Буквально вяжет, мол, немного,

Мол, продолжайте прежний крен,

Мол, вам ли думать об итоге

Среди возможных перемен.

Среди возможных ускорений

За вами с прытью виражи,

Вглубь с коих фокус откровений

Забыли стены, этажи.

Забыли стены из бетона,

Ветра не знают с площадей,

А совесть заглушит законно

Любое завтра от корней.

Любое завтра вне дистанций

Сметёт объектное вблизи,

Пред тем с реальных интонаций

Набат кого-то отрезвит.

       

Перманентной исповеди незнакомец

Держаться будущего надо

Пока с грехом борьба вокруг,

Пока в борьбе не видно лада,

Где доминирует недуг.

Где доминирует бессилье,

Где гул всему наперевес,

Где – как в прострелянные крылья –

Твой взор взирает с разных мест.

Твой взор взирает сквозь утраты,

Сквозь сжатость тут, сквозь узость там,

Чтоб шаг за шагом стать солдатом

Христовой рати сквозь плацдарм.

Христовой рати то под силу,

Что всем иным ни взять, ни дать…

С безмолвья сердце вопросило…

Ища, что должно вновь вобрать.

Ища, что важно из дистанций,

Из дня глобальности вокруг

Держась грядущих интонаций:

В нетленном небе внемлет Друг.

       

  Толпам потребления

Вокруг в дугу сгибают страсти

Буквально всякого вблизи,

Но с гибких губ твердят о счастье,

Мол, с брега молвим визави.

Мол, с брега мерим объективно,

Мол, извергаем то, да то,

Мол, по природе мы игриво

Имеем собственный пролог.

Имеем собственные горы,

Равнины, степи, океан,

Где обдуваются напоры

Среди границ различных стран.

Среди границ шторма и бури

Теперь глобальные всегда

Дают обзор в любой натуре

С контекстом сжатого труда.

С контекстом сжатым из дистанций

По континентам замкнут гул,

Он множит дикость интонаций

Усугубляя в дне недуг.

Усугубляя в дне напасти

Буквально всякого вблизи,

Кому понятны только страсти

Сквозь взор от встречных визави.

       

       

Эпохально Значимые Имена ЕвроАзиатской Цивилизации
1 . Князь Владимир	Крещение языческой цивилизации…
2 . Ярослав Мудрый	Принцип существования, как цивилизации…
3 . Александр Невский	Самосохранение, как цивилизации…
4 . Нил Сорский	Духовная значимость перед цивилизацией…
5 . Михаил Ломоносов	Научный подход в данной цивилизации…
6 . Серафим Соровский	Осмысление святости в данной цивилизации…
7 . Александр Первый	«Священный Союз», как идея, для всех цивилизаций…
8 . Александр Пушкин	Определение художественных задач в искусстве…
9 . Фёдор Достоевский	Проекция задач искусства среди всех цивилизаций…
10. Владимир Соловьёв	Философское осмысление собственной цивилизации…
11. Александр Блок	Художественная проекция орьентира вне теней…
12. Николай Бердяев	Философское осмысление революции в цивилизации…