Эта история произошла в Амстердаме в те времена, когда через каналы еще не были переброшены мосты и люди не ходили друг к другу в гости, а плавали на лодках.
В одном из самых узких домов, настолько узких, что до противоположных стен комнаты можно было дотронуться, просто расставив руки в стороны, жил старый человек. Жена его умерла, дети разъехались кто куда, и он остался совсем один. Всю жизнь ему казалось, что узкий дом, в котором он жил с женой и детьми, был невероятно маленьким. Но вот теперь, в полном одиночестве, дом оказался очень большим и совершенно пустым.
Целыми днями старик сидел у окна. Он смотрел как играли и смеялись дети у канала, как влюбленные пары обменивались робкими взглядами и прикосновениями, как деревья меняли цвет листьев, рак распускались и увядали цветы.
В один из осенних дней, когда на деревьях не осталось ни одного листика, и дождь бил по окнам, не уставая, старику стало особенно грустно. Ему вдруг показалось, что вся его жизнь прожита, что с ним никогда не произойдет ничего интересного, что никто никогда не постучит в дверь его узкого дома и что ему уже не дождаться следующей весны.
И едва одна слеза успела скатиться со щеки старика, дождь прекратился и сквозь голые осенние деревья старик разглядел на другом берегу канала большой и очень красивый дом. На минуту старик забыл о своих грустных мыслях и дивился роскоши и величию этого дома, одна лишь дверь которого была шириной в его собственный дом.
Этот дом стал для старика символом того, что никогда не нужно отчаиваться и грустить, ведь вокруг столько прекрасного и интересного. С утра до вечера старик любовался прекрасным домом, яркими люстрами, которые освещали его длинными осенними вечерами, танцующими парами, которые мелькали в окнах под совсем неуловимую с другого берега канала музыку, на красиво одетых слуг, осторожно ступавших из комнаты в комнату.
Так проходили дни, и старик проживал уже не свою жизнь, а жизнь большого дома. И вот однажды, когда осень сжалилась над жителями Амстердама, и на один короткий день перестала плакать, в полуоткрытом окне большого дома старик увидел мальчика.
Сидя на широком подоконнике, мальчик увлеченно читал, переворачивая страницу за страницей и лишь изредка бросая взгляд на улицу и прохожих. Старик смотрел не него и думал о том, как хорошо сидеть вот так и читать, не замечая никого вокруг. Еще он думал, как прекрасно быть мальчиком и знать, что впереди у тебя целая жизнь.
Старик задумался настолько, что совсем не заметил, как мальчик оторвал глаза от книги и сквозь голые осенние деревья посмотрел прямо на старика. Старик улыбнулся ему и помахал рукой. И мальчик улыбнулся и помахал рукой в ответ.
С тех пор каждый день старик садился у окна своего узкого дома и смотрел на мальчика из большого дома. Мальчик всегда читал с интересом, лишь изредка отрывая взгляд от книги и улыбаясь старику. И как же тому хотелось узнать, что было в тех книгах, какие истории они таили, о каких приключениях рассказывали. Но старику оставалось лишь догадываться об этом.
Однажды, когда небо Амстердама грустно плакало в полные серых облаков каналы, в дверь узкого дома кто-то постучал. Сердце старика забилось, ведь уже очень давно никто не стучался в дверь его дома. На пороге стоял красиво одетый слуга, один из тех, что в красивых костюмах осторожно ступали по комнатам большого дома. Он поприветствовал старика и сказал ему, что его хозяин Хендрик приказал передать ему вот этот сверток. С этими словами слуга вручил сверток старику, развернулся и ушел.
Старик подошел к окну, развернул сверток и увидел книгу, которую так увлеченно читал Хендрик, мальчик из большого дома. Старик прижал книгу к груди и тихо заплакал, а из окна большого дома на него смотрел Хендрик и улыбался ему. Так в узком доме поселилась первая книга. Каждое утро старик садился у окна, махал Хендрику рукой и раскрывал книгу, перелистывая страницы и рассматривая картинки.
Дождливые дни сменяли друг друга, но мальчик и старик были так увлечены книгами и такой неожиданной дружбой, которая возникла между ними, что им совсем не было грустно. Время от времени в дверь узкого дома стучали, и красиво одетый слуга передавал старику один за другим свертки со всеми книгами, которые прочитал Хендрик. Дома старика наполнялся книгами, а он очень радовался своим новым соседям, с нетерпением ожидая нового дня и новой встречи со своим маленьким другом.
Старику тоже очень захотелось что-нибудь подарить мальчику, но что он мог подарить Хендрику, у которого все было? И тут он вспомнил, что когда-то давно, когда он сам был мальчиком, как Хендрик, на день рождения мама подарила ему холст, кисточку и краски. Это был самый лучший подарок в его жизни. Он не выпускал кисточку из рук, рисуя все вокруг. Но потом он вырос, и ему пришлось идти работать, нужно было содержать семью и кормить детей. Краски и кисточки засохли, и из вместе с изрисованными холстами выбросили в мусор, чтобы освободить место в и без того тесном доме. Уцелел лишь мольберт.
Рано утром, когда в большом доме напротив еще спали, старик вышел из дома. Обычно он выходил только чтобы купить самое необходимое – хлеб, молоко, мясо, фрукты. Но в тот день ему пришлось проделать большое расстояние. Он отправился на другой конец города, где когда-то был магазинчик с красками и холстами.
Медленно ступая вдоль серого канала, старик слушал музыку просыпающегося города, полусонные голоса его жителей, скрип открывающихся ставен, проезжающих мимо извозчиков. Вдыхая аромат свежеиспеченного хлеба, он спрашивал себя, почему он столько времени провел взаперти в своем узком доме, когда вокруг столько жизни и столько простых радостей.
Магазинчик оказался на прежнем месте и его старый владелец вспомнил, как давным-давно тогда еще маленьким мальчиком старик часто прибегал в его магазинчик. И вот, много лет спустя, он снова держал в руках краски, кисточку и холст.
Вернувшись домой, старик увидел в окне Хендрика. Мальчик улыбнулся старику и уже по привычке помахал ему рукой. Старик улыбнулся и помахал в ответ и принялся за работу, время от времени поглядывая на мальчика, который в тот день, казалось, совсем забыл о книге, которую держал в руках. Хендрик удивленно и взволнованно смотрел на старика, который дрожащими руками водил кисточкой по холсту.
Еще несколько осенних дней сменили друг друга, и Хендрик вернулся к книгам, привыкнув к тому, что его пожилой друг из узкого дома напротив теперь все время что-то сосредоточенно рисовал.
Время шло, дни становились короче и холоднее. Мальчик в окне большого дома читал все новые книги, отправляя все уже прочитанные старику. Старик же более не сидел у окна целый день. Теперь он проводил все время у мольберта.
И вот однажды, когда слуга принес очередную книгу от Хендрика, старик попросил его передать мальчику подарок от него. Руки старика дрожали – уже очень давно он не дарил подарков, и, конечно, очень переживал, понравится ли его подарок мальчику.
Слуга взял сверток и ушел, а старик – уставший после стольких дней напряженной работы, но при этом очень счастливый – сел у окна и начал ждать. Хендрик читал новую книгу, изредка поглядывая на старика и улыбаясь. Наконец в комнату кто-то вошел, и уже через мгновение в руках у него был сверток. И вот он уже держал в руках картину, на которой старик нарисовал то, чем так дорожил, и что делало его счастливым – большой красивый дом, окно и мальчик, читающий книгу.
Старик с волнением смотрел на мальчика, стараясь понять, понравилась ли тому его картина, но в тот день в Амстердам пришла зима, шел первый снег, и было очень трудно рассмотреть что-либо сквозь танцующие над каналом снежинки.
Ночь выдалась такая холодная, что все каналы в Амстердаме покрылись прочным льдом. Старик проснулся рано утром, когда заледеневший город еще спал, и стал ждать у окна появления своего маленького друга. Но Хендрик не появлялся. Возможно, у него были какие-то дела, или к нему пришли гости. Или ему просто не понравилась картина? От этой мысли старику стало очень грустно, и он отвернулся от окна и заплакал.
В эту минуту в дверь узкого дома постучали. На какое-то мгновение старик засомневался, открывать или нет. А что если это не очередная книга от Хендрика? Что если это его же картина, которая не пришлась по вкусу?
В дверь постучали еще раз, и старику пришлось открыть. На пороге стоял слуга, а рядом с ним в теплом пальто, шапке и сапогах Хендрик.
- Здравствуй, Хендрик, - взволнованно поприветствовал мальчика старик. – Я … Здравствуй, Луи, - сказал мальчик и улыбнулся. Ты знаешь, как меня зовут? – удивленно спросил старик. Конечно. Моего брата тоже зовут Луи, - ответил Хендрик, не переставая улыбаться. Как ты перебрался через канал? – снова спросил Луи. Ночью канал замерз и мы просто перешли через него, - сказал Хендрик. – Мне захотелось наконец познакомиться с тобой и поблагодарить тебя за картину. Это самый лучший подарок, который мне когда-либо дарили. Правда? – взволнованно спросил старик. – Я очень рад, что тебе понравилась моя картина. Я очень давно не рисовал. Почему? – спросил мальчик. Не знаю. Когда я был мальчиком, как ты, я твердо знал, что хочу рисовать. Я рисовал и был счастлив. Что случилось потом? Жизнь случилась, - ответил Луи с грустью. Я работал, растил детей, и мне казалось несерьезным снова браться за кисти. Но теперь я понимаю, какую ошибку совершил. Нельзя бросать дело, которое искренне любишь. Я постараюсь никогда не забывать об этом, - тихо сказал Хендрик.
Мальчик окинул взглядом комнату старика. Она была совершенно пустая. Не было ни картин на стенах, ни ковров, ничего. Возле окна стоял одинокий мольберт, как старый друг, которому не нужно слов. И вдруг на маленькой полочке за мольбертом Хендрик увидел аккуратный ряд книг. Это были его книги, которые он читал с таким упоением, а потом передавал Луи, чтобы тот тоже прочел их.
- Тебе понравились книги, которые я присылал? – спросил он старика. Очень, - тихо ответил Луи. Какая твоя любимая?
Старик долго ничего не отвечал, как будто ему было тяжело говорить.
- Видишь ли, Хендрик, - наконец сказал он, - я… я не умею читать.
Оба замолчали. Луи молчал от смущения и стыда, а, может быть, и от страха разочаровать своего маленького друга. Он ждал, что же скажет Хендрик. Мальчик тоже молчал и, казалось, о чем-то напряженно думал. Хочешь, я научу тебя? – вдруг спросил он Луи. Очень хочу, - ответил старик, не скрывая радости.
Зима в тот год выдалась холодная, и канал, некогда разделявший два дома, теперь служил мостом между ними. Хендрик приходил каждое утро и учил Луи читать. Старик очень старался не разочаровать своего маленького учителя и даже после ухода Луи читал вслух, пока солнце светило в окно его узкого дома. А каждое утро до прихода Хендрика он рисовал. И, возможно, впервые в жизни Луи был по-настоящему счастлив.
Шли дни, недели, месяцы. Луи уже достаточно быстро читал и уже даже прочел некоторые из подаренных Хендриком историй. А в комнате старика, еще недавно такой пустой и одинокой, постепенно появлялись все новые картины.
Но однажды утром дверь узкого дома не открылась. Не открылась она и на следующий день. Хендрик грустил и, не переставая, думал о своем друге. Что с ним могло произойти? Старик больше не открывал дверь и не появлялся в окне узкого дома.
В день, когда Хендрик узнал, что его друг из узкого дома напротив, умер, в Амстердам пришла долгожданная весна. Канал растаял, и улицы постепенно освобождались ото льда. А грустный Хендрик все сидел в своей комнате и смотрел на узкий дом напротив.
- Как жаль, что Луи не дождался весны, - думал Хендрик со слезами на глазах.
Однажды в комнату вошли родители Хендрика. Они протянули мальчику маленький конверт. В нем дрожащей рукой большими буквами было написано всего три слова:
«Спасибо за весну!»
Родители обняли сына, и хотя мальчику по-прежнему было очень грустно, от этих трех простых слов, единственных, которые Луи написал в своей жизни, сердце Хендрика наполнилось любовью и весной, которая так настойчиво стучалась в окно его дома.
Хендрик вырос. И что бы он не делал, где бы он не был, он никогда не забывал своего первого друга Луи из узкого дома напротив. И чтобы для дружбы не нужно было ждать холодных зим, Хендрик построил множество мостов, которые парят над каналами Амстердама, соединяя дома и сердца.
