Наконец он велел запрячь себе дрожки, оделся потеплее (это было уже в конце сентября) и, сам правя, выехал со двора

Наконец он велел запрячь себе дрожки, оделся потеплее (это было уже в конце сентября) и, сам правя, выехал со двора.

Возвратясь в свою комнату (она находилась во флигеле и была почти вся загромождена коваными сундуками), Гаврила выслал вон жену.

Быть может (лестная надежда!), укажет будущий невежда на мой прославленный портрет.

Развернув несколько писем (в одном оказался цветок, перевязанный полинявшей ленточкой), он только плечами пожал и, глянув на камин, отбросил их в сторону.

Покашливая (на вокзале было накурено), Рябинин вышел на крыльцо.

Утки (сколько их было?) каждое утро дружно шагали к пруду.

Книги Пришвина (так считал сам писатель) - это бесконечная радость постоянных открытий.

У Саввы, пастуха (он барских пас овец), вдруг убывать овечки стали.

Татьяна, состоявшая, как мы уже сказали выше, в должности прачки (впрочем, ей, как искусной и учёной прачке, поручалось одно тонкое бельё), была женщина лет двадцати восьми.

Сани резко стукнуло о торчавшую из воды сваю (след унесённого моста) и перевернуло с диковинной лёгкостью.

Она бросила быстрый взгляд на Аратова, который не кричал и не хлопал (ему не особенно понравилось её пение), слегка поклонилась и ушла.

Правда, иногда появлялся «бог из машины» (машиной называли специальный кран, на котором «бога» опускали на сцену) и нежданно-негаданно спасал героя.

Нет, вы (или ты) этого не должны знать!

Такие слова-рисунки древние греки (или эллины, как они себя именовали) впоследствии назвали иероглифами.

Предусмотрительный Левинсон ещё до приезда разведки (приехала она ночью) выставил усиленное охранение.

Я не понимал (теперь я понял), что я делал с близкими мне существами.

Основных причин было несколько (назовем только две): он ее любил, а она его  ненавидела.

Поверьте (совесть в том порукой), супружество нам будет мукой. ИЛИ: Поверьте (совесть в том порукой): супружество нам будет мукой.

Пару мешков схоронила тут же, в амбаре (подкоп в земляном полу у стены верно служит им десять последних лет).

Я не успел хорошенько заметить его лица (коляска слишком быстро промчалась мимо); но мне показалось, что он был глубоко тронут.

Возвратясь в свою комнату (она находилась во флигеле и была почти вся загромождена коваными сундуками), Гаврила сперва выслал вон свою жену.