Джозеф Листер (05.04.1827-10.02.1912гг.): 190 лет со дня рождения
190 лет назад 5 апреля 1827 года в маленьком городке Эптоне провинции Эссекс, что расположен в юго-восточной части Великобритании, родился человек, которому мир обязан миллионами спасенных жизней, а хирурги — бурным развитием своей специальности и своим благополучием. Джозеф был четвертым ребенком (вторым мальчиком) в большой религиозной семье.
Хорошо известно, что многое в судьбе великих людей определяет окружение, в котором проходит формирование ребенка и молодого человека. Жизнь Джозефа Листера подтверждает этот тезис.
Семья Листера была патриархальной и очень строгой, она принадлежала к квакерам, т. е. к религиозной секте, члены которой стремились к обновлению наиболее коренных и в то же время наиболее жизненных христианских идеалов. Главой семьи был дед Джозефа — Джон Листер, часовщик по профессии, но в течение многих лет занимавшийся виноторговлей в столице Англии. В свободное от работы время он серьезно увлекался чтением научной литературы и много размышлял о прочитанном. Эту любовь к науке он привил и своему единственному ребенку Джексону Листеру, отцу основателя антисептики. Занятия Джексона наукой уже носили серьезный характер, хотя он продолжал семейное дело — виноторговлю. Он глубоко изучил математику и практическую оптику, своими руками усовершенствовал микроскоп, изготовив до того неизвестные ахроматические объективы. Его избрали членом Королевского общества, что для того времени считалось очень почетным, и вводило в узкий круг уважаемых людей Лондона.
Мать Джозефа, работавшая до замужества учительницей, также внесла большой вклад в воспитание своих 4 сыновей и 3 дочерей, прививая им основной квакерский принцип: “Жизнь — дар, предназначенный для прославления творца и трудов на благо ближних”.
Без сомнения, увлечения деда и отца, прекрасная здоровая домашняя атмосфера сформировали у юного Джозефа уважительное отношение к науке и желание получить серьезное образование. Когда Джозеф подрос, его отдали в школу. Учение давалось ему легко, и уже в школе он начал обнаруживать склонность к естественным наукам, обернувшуюся затем в желание посвятить себя медицине. После окончания школы в Тотенхеме в 17-летнем возрасте Джозеф Листер поступает в лондонский университетский колледж и, получив степень бакалавра, решает выбрать профессию хирурга. Для этого он остается в медицинской школе этого же колледжа еще на 5 лет. В те времена в школе преподавали лучшие ученые и врачи Англии. Например, хирургию в медицинской школе преподавал знаменитый хирург Роберт Листон.
Окончив в 1844 году школу, Джозеф поступил в Лондонский университет. После трех лет, ушедших на общеобразовательные дисциплины, он приступил к изучению непосредственно медицины.
Интересно, что первый свой студенческий доклад студент Листер посвятил госпитальной гангрене: тема госпитальной инфекции сопровождала всю его дальнейшую жизнь. Кроме хирургии, он занимается научными исследованиями по физиологии, гистологии, ставит эксперименты на животных. Выполненная им в студенческие годы работа, посвященная ранним стадиям воспаления, поражает серьезностью и изяществом поставленных опытов. В 1852 году Джозеф окончил медицинский факультет Лондонского университета и получил степень бакалавра медицины, в 1855 году становится членом Королевской коллегии хирургов. Для пополнения своих знаний он отправился в Эдинбург, в клинику известного хирурга Сайма.
Если в Лондонском университетском колледже было 60 хирургических коек, то в Эдинбургском госпитале — 200. Воодушевлял молодых хирургов и доктор Сайм, которому было тогда 54 года. Уже через месяц своего пребывания в Эдинбурге Листер стал постоянным помощником Сайма во время операций. Вскоре освободилось место штатного ассистента, и Сайм предложил его Листеру. После этого Листер уже самостоятельно производил все несложные операции, и у него самого к тому времени было 12 помощников. Нередко Листер демонстрировал операции студентам. 7 ноября 1855 года Листер занял место Сайма и стал читать курс по основам хирургии. Между ними складываются добрые отношения. А через несколько лет в апреле 1856 года Джозеф женится на дочери Сайма Агнессе. Брак оказался счастливым и долгим (они прожили в любви и дружбе 37 лет), но, к сожалению, бездетным.
Между тем в университете Глазго освободилась кафедра хирургии, и один из тамошних профессоров попросил Сайма рекомендовать достойного кандидата. Хотя Сайму было жаль расставаться со своим помощником, он предложил Листера, который 9 марта 1860 года был утвержден профессором хирургии. Возведение Листера в профессорский сан сопровождалось особой церемонией: Листер должен был перед собранием профессоров прочитать на латинском языке доклад «О хирургическом образовании» и подписать обязательство, что он не будет предпринимать ничего во вред шотландской церкви.
В августе 1861 года Листер был назначен хирургом в госпиталь Глазго. С этих пор в полной мере развернулась научная деятельность Листера, приведшая его к разработке новых методов оперативной техники: усовершенствовал технику резекции лучезапястного сустава при туберкулезе, ввел в качестве материала для швов антисептический рассасывающий кетгут и т. п. Ему принадлежат также работы по анатомии, гистологии и микробиологии; впервые описал мышцы радужной оболочки глаза, расширяющие и суживающие зрачок, открыл bacterium lactis — возбудителя молочнокислого брожения.
В 1869 году Сайма, учителя и тестя Листера, разбил паралич, и, хотя он вскоре оправился, тем не менее не смог вернуться к работе. Сайм предложил свое место Листеру, который во второй раз стал профессором хирургии в Эдинбурге.
Достигнув больших успехов в практической хирургии и науке, Листер избирается на заведование хирургической кафедрой в королевской больнице Глазго. При серьезных успехах в научной работе (а к этому времени он выполнил большое исследование по свертывающей системе крови и опубликовал важную статью по чисто хирургической теме: “О резекции лучезапястного сустава при туберкулезе”) его постоянно преследует мысль о тупиковой ситуации, в которую попала хирургия. Блестящая хирургическая техника, открытие и применение общего обезболивания, казалось бы, создавали идеальные условия для работы хирургов, но каждый второй оперированный больной погибал от раневой инфекции. Многие хирурги оставляли свою специальность, не справляясь с переживаниями по поводу смерти большого числа пациентов даже после небольших операций. В наши дни, по прошествии полутора веков с момента создания антисептического метода, чтение трудов великих хирургов доантисептической эры вызывает ужас и содрогание. Пирогов описывает госпиталь во время крымской войны в 1853 г.: “Огромные вонючие раны, заражающие воздух вредными для здоровья испарениями; вопли и страдания при продолжительных перевязках; стоны умирающих; смерть на каждом шагу в разнообразных ее видах: отвратительном страшном, — все это тревожит душу даже самых опытных врачей, поседевших при исполнении своих обязанностей”. Брейдо в своей монографии “История антисептики и асептики в России” приводит следующий пассаж: “Газовая гангрена, рожа, дифтерит ран вызывали в больницах страшные эпидемии. Приходилось иногда совершенно закрывать больницы. Одни хирурги переставали оперировать (Купер), другие сами становились жертвой инфекции (Земмельвейс)”. Такая же картина имела место в хирургических клиниках всего мира. Лучшие представители хирургических специальностей пытались бороться с этим злом. Джозеф Листер был одним из них.
Дитерихс в статье, посвященной 100-летию Джозефа Листера, так изложил мысли создателя антисептики: “…хирургическая техника доведена до совершенства, но дальше распространять свое влияние не может, так как мы не можем обеспечить гладкое заживление ран и недопущения развития сепсиса. Значит — предел возможностям и значит — нужно во что бы то ни стало побороть препятствие”. Результатом его размышлений и исследований явилась публикация серии статей в журнале “The Lancet” за 1865 г. Общее название этих публикаций в русском переводе звучит так: “О новом способе лечения осложненных переломов, нарывов и т. д. с замечаниями об условиях нагноения”. В этих публикациях уже содержалась система борьбы с инфекцией. Она состояла из 10 пунктов, которые ученый изложил в своих выступлениях в Британском научном обществе в 1867 г.:
1. Разница между течением открытых и закрытых повреждений зависит от проникновения в ткани воздуха.
2. Не газы, не кислород воздуха являются причиной этого, а нечто постороннее, иногда заключающееся в воздухе.
3. Одни меры чистоты недостаточны для предотвращения влияния вредного этого нечто на раны.
4. Пастер объяснил процессы брожения жизнедеятельностью микробов.
5. Таинственные процессы гниения и разложения в ранах идентичны процессам брожения.
6. Значит, надо бороться против причины их — против микробов, которые населяют воздух и покрывают все, с ним соприкасающееся.
7. Нужно отыскать средство, мало нарушающее жизнедеятельность клеток организма, но убивающее микроорганизмы.
8. Тогда организм, не будучи истощенным лихорадкою, будет в состоянии дать своими силами гладкое заживление раны.
9. Таким веществом явилось по испытании карболовая кислота, оказавшая уже большие услуги в скотоводстве.
10. Нужно, значит, добиться при ее помощи двойной цели: — оперировать так, чтобы по окончании операции рана не содержала микробов; — наложить повязку, способную помешать проникновению других микробов и убить таковых, если они там уже имеются.
В этих 10 пунктах видна потрясающая логика, которой руководствовался Джозеф Листер, создавая свою гениальную систему борьбы с раневой инфекцией. Разумеется, его открытие возникло не на пустом месте. Исследовательская и практическая работа Джозефа Листера над созданием системы антисептических мероприятий проходила с 1860 по 1867 г. И хотя она продолжалась и в последующем, но официальной датой открытия Листера считается 1867 год. К этому времени уже было многое известно как о раневой инфекции и о родильной лихорадке, так и о попытках бороться с этим повальным злом (О. Холмс в США, И. Земмельвейс в Австрии и Венгрии). Парижским аптекарем Лемэром в 1860 г. стала применяться карболовая кислота в медицинской практике. Наш соотечественник в военных условиях (1853 г.) отделил раненых, которые уже были заражены пиемией, от незараженных, а также провел ряд других организационных мероприятий, препятствующих повальному заражению (сжигание грязного белья, проветривание помещений, замену деревянных емкостей металлическими и др.). В своей работе он использовал йод и хлорную известь. И, наконец, в 1857 г. произошло гениальное открытие Луи Пастера, доказавшего, что брожение и гниение вызывается микроорганизмами. Как следует из приведенных выше 10 пунктов листеровских рассуждений о возникновении раневой инфекции и борьбе с ней, ему были известны работы его предшественников, но, в отличие от многих, кто все открытия приписывал себе, Листер ссылался на чужие достижения и относился к их авторам с величайшим почтением. Он говорил, что не его надо благодарить за борьбу с раневой инфекцией, а гениального Луи Пастера.
В 1866 году, уже зная, что всякая инфекция связана с наличием микробов, которые заносятся из воздуха, Листер решил оградить раны от патогенных микробов, чтобы избавиться от «больничной инфекции». Друг Листера Андерсен, знакомый с трудами Пастера, доставил ему образец сырой карболовой кислоты, которая применялась для дезинфекции сточных вод. Листер применил ее в лечении сложных переломов.
Поначалу метод был примитивен. Очистив пораженный участок и удалив свернувшуюся кровь, Листер покрывал рану куском ваты, пропитанной неразведенной карболовой кислотой, поверх которой укладывал такой же пропитанный карболкой кусок полотна. На этот «пирог», чтобы препятствовать растворению дезинфицирующих средств, накладывалась свинцовая пластинка. Повязка укреплялась лейкопластырем и затем обертывалась всасывающим материалом. Карболовая кислота вместе с кровью образовывала корку, так что заживление происходило под струпом. Затем Листер постоянно модернизировал повязку. Сначала заменил неразведенную кислоту ее масленым раствором, чтобы не раздражать рану. В дальнейшем он употреблял замазку из мела и растворенную в льняном масле карболовую кислоту. Она намазывалась на пластинку олова и, будучи приложена к коже, действовала подобно припарке, не раздражая ни кожу, ни рану.
В 1892 году Листеру исполнилось 65 лет, и, согласно закону, он должен был оставить кафедру в Королевском колледже. В конце июля он прочел свою последнюю лекцию, в которой кратко изложил современное состояние антисептической хирургии. После этого Листер уже не возвращался к практической работе, хотя изредка еще читал доклады об антисептике.
Началось время признания заслуг Листера. В 1884 году ему был присвоен титул баронета, с 1893 по 1900 гг. Листера избрали президентом Лондонского Королевского общества хирургов; в 1897 году — назначили членом палаты лордов. На этом посту его деятельность ознаменовалась двумя выступлениями. Первое состоялось в 1897 году по поводу борьбы с венерическими заболеваниями в Индии, второе — в 1898 году относительно введения обязательного оспопрививания в Англии. Последняя публичная лекция относится к 1901 году; в ней он подвел итоги всей своей научной работы.
В последние годы Джон Листер уединенно жил в деревне, где скончался 10 февраля 1912 года и был погребен в Вестминстерском аббатстве, рядом с могилой Дарвина, Уатта и других выдающихся деятелей Англии.
Первое обнародование работы Листера произошло в марте-июле 1865 года в журнале «Ланцет». Если бы Листер опубликовал любой другой метод лечения, он не вызвал бы столь ожесточенной борьбы. Вокруг же этого метода споры о приоритете не прекращались вплоть до его смерти.
С именем Листера связывают новую эру в истории хирургии. Энциклопедии называют Листера основателем антисептики. Однако кроме Земмельвейса, который за 21 год до Листера установил причину послеродового сепсиса и ввел антисептику, у него были и другие предшественники, и, как это нередко случается, их несправедливо предали забвению. Задача истории — исправить досадную ошибку.
Интересно отметить, что антисептическая система Листера, меры по профилактике родовой лихорадки О. Холмса и И. Земмельвейса, организационные мероприятия по борьбе с раневой пиемией были встречены большинством коллег и чиновников не только недоброжелательно, но даже враждебно. И если Листер и Холмс из этой борьбы вышли победителями, то Земмельвейс заболел расстройством психики, а Пирогов прекратил свою хирургическую деятельность в 46-летнем возрасте. Даже Луи Пастер не избежал ироничного отношения со стороны своих французских коллег после открытия им причин брожения и гниения. Такое отношение к великим открытиям в науке не является редкостью, но удивительно, когда так относятся к открытиям в медицине. Ведь для борьбы с раневой и послеродовой инфекцией вообще предлагались простейшие мероприятия, внедрение которых не предполагало больших усилий, но позволило бы спасти жизни миллионов людей.
Библиография:
1. Водовозов, А. Подтверждение. Листер. История антисептики. Часть вторая / А. Водовозов // Российские аптеки. - 2011. - № 15. - С. 24-27.
2. Ибрагимов, Листер и его последователи в России:(К160-летию со дня рождения и 120-летию применения асептики) /Ибрагимов, У. Ю.
// Хирургия. – 1989. - № 3. - С. 142-145.
3. Никитин, В. Г. Современный взгляд на эволюцию раневой повязки - от древних рецептов до наших дней / // Хирург. - 2016. - № 10. - С. 48-67. - Библиогр.: 23 назв.
4. Мирский, М. Джозеф Листер –творец антисептики. 5 апреля исполняется 175 лет со дня рождения великого хирурга/ Мирский, М.// Медицинская газета. – 2002. – 3 апр. - С. 13.
5. Мирский, М. Джозеф Листер –творец антисептики. 175 лет со дня рождения великого хирурга/ Мирский, М.// Хирургия. – 2004. - № 2. - С. 84-86.
6. Шойфет, великих врачей.- М.: Вече, 2006.- 528 с.,
7. Скороходов, Листер (1827-1912). Столетние антисептики.- Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1971.- 79 с.,
