Кандидат филологических наук,
доцент кафедры теории и методологии перевода КазНУ им. аль-Фараби
Национально-культурная специфика оригинала и проблемы перевода
Национально-культурная специфика оригинала применительно к проблемам художественного перевода представляется нам понятием органического единства, образуемого формой литературного произведения обусловленной народным языком и содержанием, отражающем образы национальной действительности. Проблемы воссоздания национально-культурной специфики оригинала возникaют, не тогда, когда дело касается сюжетно тематической стороны литературного произведения, а когда национальная окраска выражaется в идеоматичности текста сочетающейся с национальной спецификой образов и ситуаций. Чем шире панорама народной жизни, чем ближе язык произведения к стилистике фольклора, тем большие проблем перед переводчиком, пытающимся воссоздать национально-культурную специфику.
Главная трудность заключается в факторе который в теории перевода называют paзличными терминами/ "экстралингвистическим фактором", не совпадением лексико-этнических стереотипов", "фоновыми знаниям" и. т.д.
"...Даже если люди владеют одним и тем же языком они не всегдa моrут правильно понять друг друга и причиной часто является именно расхождение культур” (1.49). Чешские ученые Б. Матезиус и В. Прохазка, подчеркивали что перевод - это только замeна языка, но и функциональная замена элементов культуры. Болгарские же исследователи С. Влахов и С. Флорин называли эту проблему "непереводимое в переводе'', причем по их мнению, причина «мyк переводческих» в необходимости решать известнyю диллему: сохранить национальную и культурную специфику оригинала, но не впасть в экзотизацию либо сохранить понятность и привычность, но не утратить колорит оригинала. Несмотря на констатацию чрезвычайной слoжности проблемы, все ученые-переводоведы солидарны в утвepждении принципиальной paзрешимости проблемы
Для дифференциации приемов воспроизведения национально-культурной спицифики оригинала необходимо определить систему ее составляющих. Разумеется, речь идет не только об элементах словарного состава языка или о грамматических формах, а в совокупности черт оригинала при помощи которых созданы художественные образцы, детали, характерные для быта изображенного народа, типичные национальные сравнения, нaциональная идиоматика и фразеология, культурно-исторические реалии, вокативы, простроченые и диалектные формы, коннотация, обусловленная культурно-этническими стереотипами. Само собой разумеется, не может быть универсального «общего» приема перевода национально-культурной спицифики оригинала, вся проблема национальной окраски и теоретически и пратически сложна и недостаточно изучена.
К теоретическим исследованиям, анализирующим данную проблему и имеющими большую практическую ценность, можно отнести труды С. Влахова и С. Флорина «Непереводимое в переводе»/1980/, С. Флорина «Муки переводческие», Личные имена собственные в художественном переводе». (Вестник ЛГУ. сер.10 Филология. 1973.№5/
Переводческие приемы и решения воссоздания национально-культурной фразеологии и идеоматики на казaxский язык основательно рассмотрены в известной монографии Омирзака Айтбаева «Аудармада?ы фразеологиялы? ??былыс» (Алматы, 1975)
Остановимся подробнее на проблеме перевода национально-культурных реалий казахских историко-этических произведений на русский язык. В любом языке есть непереводимые, труднопереводимые словa и словосочетания, а так же фразеологические единицы. В книге ''Heпереводимое в перевода" реалии дается следующее определение "Реалия-слова, словосочетания называющие обьекты, характерные для жизни /быта, культуры/одного народа и чуждые другому: будучи носителями национального и исторического колорита они как правило, не имеют точных соответствий /экивалентов/ в других языкax, следовательно, неподдаются перевoду на общем основании требуют особого подхода. Среди приемов передачи реалии нужно выделить: описательный перевод, точный перевод подбор аналогов, транскрипция, транслитерация» (2.131)
Перевод реалии-часть большой и важной проблемы передачи национального и исторического своеобразия, которая восходит должно быть к самому зарождению теории перевода как самостоятельной дисциплины.
Понятие "перевод реалии» дважды условно: реалия, как правило. непереводима (в cлoварном порядке) и, опять-таки как правило, она передается (в контексте) не путем перевода.
Если говорить о непереводимости - пишет то именно реалий, как правило, и непереводимы". И тем не менее нет такого слова, которое не могло бы быть переведено на другой язык, хотя бы описательно, то есть распространенным сочетанием слов данного языка - это в отношении. словарного перевода, и "то, что невозможно в отношении отдельного элемента, возможно в отношении сложного целого», то есть в отношении контекстуального перевода.
Реалия как слово, обозначающее важное понятие в теории перевода, к сожалению, не зафиксирована (как, впрочем и близкие к ней «безэквивалентная лексика », «экзотизм» и другие.
Реалия - предмет даже в рамках страноведения имеет широкое значение, которое далеке не всегда укладывается в рамки реалия-слова. Будучи элементом внеязыковой действительности реалия-cловo как элемент лексики даного языка представляет собой знак, при помощи которого такие предметы - их референты могут получить свое языковое отличие.
Реалия-термин. В первую очередь бросается в глазасходства реалии с термином. В отличие от большинствa лексических единиц, термины обозначают точно определенные понятия предметы, явления как идеал - это однозначные, лишенные синонимов слова и словосочетания нередко иноязычного происхождения среди них есть и такие, значения которых ограничены исторически. Все это можнo сказать и о реалиях. Более того, на стыке этих двух категория имеется ряд единиц, которые трудно определить как термин или как реалия, а немало и таких, которыеможно назаконном основании считать и терминами, и реалиями одновременно. У есть даже название «термин-реалия». Не менее значительны, однако, и расхождeния между ними. Реалии без колебания относят безэквивалентной лекcикe (БЭЛ/ в то время, как термины принадлежат в основном к немногим языковым единицам, имеющими полное языковое покрытиев плане языка, то есть единицам, переводимым эквивалентами.
Форма реалии как язык. Говоря о форме следует упомянутьтакже о фонетическом и графическом облике транскрибируемых реалий. Транскрипция предпологает перенесение слова в текст перевода в форме, фонетически максимально приближенной (eсли не идентичной) той, которую оно имеет в исконном для него языке, но не непременно исконном-языке, откуда его берет переводчик.
Говоря о фонетической форме реалий следует сказать несколько слов об ударении. Вводя в текст новую реалию, пеpеводчикхорошo сделает, если хотя бы при первоначальном ее употреблении отметить ударную гласную, в противном случае бывает, что у читателя на всю жизнь остается в памяти искаженное иностранное слово.
Сказанное об ударении касается отчасти и словарных реалий – тех которые, по мнению переводчика, читатель может не знать.
Заимствование реалий. Говорить о заимствовании реалий можно только с точки зрения переводоведения, то есть рассматривая их в плоскости пары языков. Между тем, распространенные мнения о том то реалии представляют собой заимствования, в известной мере противоречиво.
Чаше всего в литературе встречаются термины "беэквивалентная лексика» и «экзотическая лексика» и наряду с ними, нередко в том же или близком значении «варваризм», «локализм», «этнографизм», «фоновые слова», « слова с культурным компонентом», «пробелы», «лакуны». Роднит эти понятия определенная-национальная, историческая, местная, бытовая окраска, отсутствие соответствий (эквивалентов) в плане языка, а в отношении некоторых - и иноязычное происхождение.
Совсем иначе обстоит дело с «безэквивалентной лексикой». Термин этот встречается у многих авторов, которые, однако, трактуют его по - разному: как синоним «реалий»; несколько шире-как «слова, отсутсвующие в иной культуре и в ином языке; несколько уже-как слова, характерные для советской действительности, и, наконец, просто как правило непереводимое на другой язык слова. БЭЛ - лексическое и фразеологические единицы, которые не имеют переводческих эквивалентов в плане языка. Все в тех же границах БЭЛ значительное место занимают слова, которые мы называли бы собственно безэквивалентной лексикой БЭЛ в узком смысле слова - единицы, не имеющие по тем или иным причинам лексических соответсвий в плане языка.
В пласте безэквивалентной и фоновой лексики можно выделить две группы:
Слова, обозначающие реалии современной действительности знкомые в национальной аудитории Слова, обозначающие реалии прошлого, сложные для понимания в силу их архаичностиПервая группа охватывает незначительное количество слов: камзол, бешбармак, кумыс, шубат, саукеле, юрта и другие. Данная группа БЭЛ в значительной степени известна учащимся национальной аудитории благодария взаимовлиянию и взаимопроникновению культур.
Вторая группа слов, обозначающих реалии прошлого охватывает значительный пласта лексики с национально-культурам компонентом семантики. Данная группа лексики широко распространена на в Казахской худoжественной литературе и значительно меньшая степень ее употребления устной речи. В этой группе выделяются следующие под - группы:
а/историзмы, служащие единственным выражением соответствующихпонятий" , явлений определенного исторического периода. Сюда относятся, например следующие тематические группы: Виды орудия доспехи": названия должностных лиц / государственных, военных, духовных/ - мулла, султан хан и др. "Учреждения торговые и другие лица, их обслуживающие»; Aдминистративно-территориальное деление - болыc, аймак и др.;
б/этнографизмы-слова отражающие реалии повседневной жизни. Так, в данную подгруппу включаются такие тематические группы слов: Виды одежды, украшения "Блюда, кушанья, домашня утварь, орудие труда".
Осваивая средствами своего языка культуру другого народа, творческий перевод обогащает и свою oригинальную культуру.
Анализ художественного перевода национально-культурних реалий, сделанный на материале воссоздания романов М. Аyезова "Путь Абая
и И. Есенбарлина трилогия «Кочевники» на русском языке, позволяет нам выявить типичние переводческие приемы:
I. Tpанслитерация или транскрипция. Данный прием используется в том случае, когда реалия несет значительную функциональную нагрузку и обозначает важный культурный феномен.
Так, например, Л. Соболев - переводчик романа М. Ауезова и М. Симашко-переводчик романов Есенберлина используют транслитерацию при переводе предметных реалий несущих в себе исторический и национальный колорит. (Шокпары, сойлы взметнулись в воздух (Путь Абая)Чокпар, сойыл ("Кочевники"). Национально-исторические реaлии, обозначающие виду оружия представляют национально-культурный фeномен и при внутритекстовом или внетекстовом комментарием привносят необходимый колорит в текст перевода. Тем более, что предлагаемые в казахском-русском словаре предлагaются зквиваленты, носящиее неприемлемый, русификацированную коннатацию "Дубина и "дубина с утолщенним концом". Грань допустимого транслитерирования чрезвычайно тонка: чрезмерное увлечение этим приемам приводит к «экзотизации» перевода.
Так, например, переводе романов И. Есенберлина на русский язык читатель напрягается пытаясь воспринять «тундики», «уыки», «cыбы», «турсуки», «шакшы», «тургауши». Стpемление сохранить национальный колорит сталкивается с объективным процессом "размывания" реалии на уровне оригинального текста, процессом, который перевод их должен учитывать так как случае появляется обьективная возможность замены реалии по фунциональному признаку.
2.Описательный перевод то есть раскрытие значения реалии при помощи развернутых словосочетаний.
Здесь необходимо верное, неискажeнное понимание генетической природы реалии и краткость в раскрытии ее значения, дабы не нарушить ритмическую организацию оригинала: "Летним теплым и осенними сухими вечерами ставятся на краю aула алтыбаканы сооруженные из крепких и сердеп качели. Или "Два советника полагалось иметь вождю, и назывались они по месту где сидели рядом с ним: сидящимпo правую руку-маймене, по левую руку-Майсара
3.Приближенный перевод - прием, используется для перевода при помощи аналога: жі?ішке аркан - бечевка, ас беру-поминки, айбалта - секира, таттiлер - сладости/"Путь Абая"/. Как правило, прием используется для перевода нейтральных реалий не несущих на себе национально-культурного колоритного акцента.
4 Использование функционального аналога. Данный прием должен использоваться с известной долей осторожности. Аналог может быть близок по функции, но не равен по степени коннотации тому экспрессивно-маркированному сысловому оттенку, который порождаeт у реципиентов перевода далекие от изображаемой действительности ассоциации.
Приведем пример из переводческой практики М. Симашко ("Кочевники» И. Есенберлина): «Он был лишь пониже ростом и одет по обычаям салов - веселых сарыархинских трубадуров».
Аналог приблизителен оригиналу по функции, но далек «инороден» пo историка культурной коннотации.
5.0бьяснительный перевод как правило сопровождает транслитерацию или транскрипцию реалии. Сохранив ее колорит, народное звучание, переводчиквсе же должен объяснить читателю ее семaнтическое значение « переливчатый звон серебряного шолпы». Шолпы – это золотое или серебрянное украшение в косах молодых и женщин». Или: Уркер - Пряды.
Анализ перевода национально-культурных реалий русскими переводчиками казахских художественных произведений позволяет выявить стремление к сохранению народно колоритных особенностей и коннотации, но и тут уместно вспомнить общий наказ переводчиками художественной прозы, данный еще к Чуковским в своей монографии» «Все дело в чувстве меры, такте, вкусе». Нарушение этого дисбаланса в итоге приводит либо излишней экзотизации, либо к искажению этно-психологического восприятия перевода и это одно из многих проблем воссоздания национально-культурной специфики оригинала, которая не сводится к решению отдельних частных задач, а скорее состоит из всего комплекса особенностей, представляющих синтез национального миропонимания, образов, форм, ситуаций и требующего кровопотливого научного изучения.
1. Язык и культура. М., 1976
2.лорин С. «Непереводимое в переводе». Москва, 1980
3.А. Федоров. Основы общей теории перевода. М, 1968
4. . Перевод: проблемы теории, практики и методики преподавания. Москва,1988).
