Моя военная судьба
Когда началась война, мне было всего 10 лет, я окончила третий класс и отдыхала в пионерском лагере имени Молотова, он принадлежал тогда комбинату «Красный Перекоп». Когда нам сообщили о начале войны, мы, дети, вскочили на кровати, стали плакать и кричать. Через несколько дней нас отрядами по обрывистому берегу реки повели на станцию, а в это время по берегу реки шли в этот же лагерь уже эвакуированные ребята из Ленинграда.
Когда немцы оказались под Москвой, фабрику «Красный Перекоп» вместе с оборудованием и народом на баржах эвакуировали в город Энгельск под Саратовом. Мою маму друзья уговаривали тоже эвакуироваться, так как мой отец, погибший в Финскую войну, был секретарем райкома партии, и могли узнать об этом, выдать нас и маму с ребенком могли повесить, поэтому мама приняла решение эвакуироваться.
Я помню, как нас с соседями 4 ноября 1941 года привезли к Семеновскому спуску – узкой деревянной лестнице, что находилась напротив памятника Некрасову на Волге. Мама стояла наверху и сбрасывала вниз наши вещи в мешках и узлах, а соседка тетя Нина стояла внизу и ловила их, чтобы они не попали в Волгу. Нас посадили на пароход, мы с мамой попали в маленькую каюту из 7 человек. Стены и потолок каюты были покрыты тараканами, и мне казалось, что стены движутся. Бомбежка нас застала под городом Горьким. Сбросили трап, люди все с котомками, узлами побежали на берег, а на середине Волги под страшной бомбежкой на баржах остались рабочие комбината с фабричным оборудованием. Но все обошлось и никто не погиб. Мы приплыли к Энгельску, когда была зима. По реке шла шуга – смерзшийся снег, река еще не встала, а берега были покрыты снегом. Высадили всех на берег, кругом ни одного деревца, ни кустика, это была степь. Нас посадили на грузовик и привезли к деревянному, двухэтажному зданию, это была школа. Все усталые, грязные, спали первую ночь на полу на первом этаже. Ночью проснувшись, я помню, как мама горько плакала. Потом на втором этаже нас распределили по классам, и у каждой семьи был небольшой уголок. Мы с мамой расположились в углу у окна. Сначала нас кормили в столовой, а потом, получив карточки, мы стали ходить в город за хлебом. В это время маму послали сопровождать народ и оборудование на Самойловский завод. Она в тонком пальто, а уже была зима, в машине, простудилась, заболела воспалением легких. Ее увезли. Куда? Никто не знал и мне ничего не говорил. Я осталась в чужом городе совершенно одна.
Помню, как однажды одна пошла в город за хлебом, долго стояла в очереди, домой шла, падала, было темно, кругом собачий вой, а может, выли степные волки. Как боялась и бежала домой, помню и сейчас. Но судьба меня сохранила. Прибежала домой, положила буханку хлеба на парту, которые стояли в классе, где мы жили. А под партой был таз с керосином. Мы пользовались им для примусов. Хлеб мой упал в этот таз, а потом его пришлось выбросить. Была голодная, кто кормил меня, не помню. Где моя мама, не знаю. И тут приходит какая-то женщина, тетя Катя, говорит, пошли искать маму. Мы обошли все больницы, потеряли всю надежду, и только на окраине города в больнице нашли маму. И судьба вновь повернулась к нам, судьба сберегла маму, она выжила, и благодаря этому я не попала в детский дом. У нас бросили клич, кто хочет заработать, поезжайте в дальние колхозы. Моя мама одна из первых, поехала убирать поля пшеницы, подсолнечника. Заработала мешок крупчатки и мешок подсолнечника, которые мы потом повезли в Ярославль.
Когда немцев отогнали от Москвы, весной 1942 года немцы стали готовить наступление на Сталинград. В апреле 1942 года нас отправили домой. Ехали мы в товарных вагонах, люди вшивые, грязные, голодные. Проехали Саратовский мост, а через несколько дней с ужасом узнали, мост разбомбили.
На всю жизнь запомнила 3 мая 1942 года. Стоял ясный, солнечный, сверкающий день. Наш поезд прибыл на станцию Всполье, город Ярославль. Как только открыли вагоны, люди выпрыгивали, видели вдали родной Перекоп, радовались, что наконец-то приехали домой, и целовали землю. Потом нас послали в санпропускник, мыли и обрабатывали, затем всех отпустили домой. 11 мая уже нарезали землю под огороды, у Которосли, и мы пошли поднимать целину.
Школа в эвакуации не работала, никто не учился. В мае я сдала экзамены по русскому языку и арифметике, и не пропустив года, пошла уже в 5-й класс в школу №40. В 6-м классе я училась в школе № 29, так как было раздельное обучение. Помню, что у нас был введен предмет «Военное дело», мы учились разбирать винтовку, к нам приходили военные, мы сдавали экзамен.
На краю Перекопа между Забелицами и Полянками было дикое торфяное болото. Мы во главе с директором школы после уроков зимой выкапывали торф из этого болота для обогрева и привозили его на санках. После уроков помогали на фабрике «Красный Перекоп» раскручивать бобины с нитками, в сентябре помогали убирать овощи – репу, турнепс, которым и сами питались. В большую перемену в школе нам давали завтрак – «чибрик», хотя мы и не знали, что это такое.
Мы чувствовали окончание войны и очень ждали Победу. 9 мая 1945 года рано утром мои подруги громко постучали в дверь и закричали: «Вставайте, война кончилась! Победа!». Мы сразу побежали в школу, к комбинату. Все радовались, но были и слезы, что не все вернутся домой. Пришла Победа на нашу родную землю.
Награждена юбилейной медалью «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения ».
За работу в тылу была награждена медалью «За доблестный и
самоотверженный труд в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг», получила звание и удостоверение «Ветеран Великой Отечественной войны». Награждена юбилейными медалями «30 лет Победы в Великой Отечественной войне», «40 лет Победы в Великой Отечественной войне», «50 лет Победы в Великой Отечественной войне», «60 лет Победы в Великой Отечественной войне».
Павликова Рената Алексеевна
