ИСКУССТВО ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА
Одним из наиболее ранних примеров достижений художественной культуры Древнего Востока было искусство Западной, или Передней Азии. Памятники архитектуры и искусства древних народов этого региона дошли до нас в небольшом количестве, чему способствовали неблагоприятные климатические условия, влажная почва, разрушающая скрытые в ее недрах памятники, преимущественное употребление в Передней Азии сырцового кирпича в качестве строительного материала, а также частое уничтожение в древности многих произведений искусства в результате войн и набегов.
На протяжении трех тысячелетий (с конца 4 тыс. до н. э.) создавались, возвышались, гибли под натиском врагов и снова набирали силу такие ранние рабовладельческие государства, как Шумер, Аккад, Вавилон, Сиро-Финикия, Ассирия, государства хеттов, Урарту и другие. Каждое из этих государств внесло свой замечательный вклад не только в культуру Древнего Востока, но и в историю мирового искусства в целом. В кратких рамках учебника невозможно проследить путь искусства всех народов, населявших территорию Передней Азии в эпоху древности. Поэтому здесь рассматриваются лишь наиболее важные этапы развития художественной жизни таких ведущих государств Двуречья, как Шумер, Аккад, Ассирия и Вавилон.
Переднюю Азию можно назвать своеобразной колыбелью мировой цивилизации. Разнообразные народы, входившие в состав Шумера, Вавилона, Ассирии и других государств, благодаря географическому расположению находились в соприкосновении как с Азиатским материком, так и с Юго-Восточной Азией и крито-микенским миром. Именно поэтому целый ряд художественных открытий древности стал достоянием многих стран.
В искусстве Передней Азии главенствующее положение занимала монументальная архитектура, тесно связанная с другими видами искусства. В государствах Двуречья важная роль принадлежала круглой скульптуре, рельефу, мелкой пластике, ювелирному искусству. Создавались и настенные росписи. Но многие черты заметно отличают искусство Передней Азии от египетского. Иные природные условия определили особенности архитектуры Двуречья. Разливы рек вызвали потребность возведения зданий на возвышенных местах. Отсутствие камня привело к строительству из менее долговечного материала - сырцового кирпича. Вследствие этого сложились не только особенности архитектурной формы с ее простыми кубическими объемами, отсутствием криволинейных очертаний, но и иное осмысление орнаментации. Введение вертикального членения плоскостей стен нишами и выступами, применение звучных цветовых акцентов способствовали не только уничтожению монотонности кирпичной кладки, но и обогащению архитектурного образа.
В связи с неразвитостью заупокойного культа Двуречья (Месопотамия) не получила столь интенсивного развития, как в Египте, монументальная пластика крупных форм.
Но статуи божеств и правителей разнообразны по пластическим решениям, отмечены печатью значительности. В рельефах Двуречья также рождаются и новые темы, связанные с рассказом о победоносных войнах, деяниях правителей. Наряду с рельефом и круглой пластикой распространение получает глиптика - цилиндрические печати-амулеты, покрытые тончайшей резьбой с изображением людей, животных, фантастических сцен. В этом виде искусства народы Передней Азии достигли высочайшего совершенства.
До нас дошел целый ряд разнообразных художественных произведений, созданных на протяжении 4-3 тыс. до н. э. в древнейших государствах Двуречья - Шумерийском и Аккадском, позволяющих судить об основных особенностях искусства Передней Азии. Древние Шумер и Аккад, исторические судьбы которых тесно переплелись друг с другом, как бы заложили первый мощный фундамент культуры Двуречья. Именно здесь возникла письменность, сложились основные образы и типы зодчества, сформировались рельеф, круглая пластика, глиптика, художественное ремесло.
Фундамент многотысячелетнего здания древнемесопотамской художественной культуры был заложен в 4-3 тыс. до н. э. шумерами. Пока не известно, как и когда появился в Южном Двуречье этот загадочный народ - обладатель богатейшей мифопоэтической традиции, автор древнейшего героического эпоса о Гигальмеше и других полулегендарных царях, изобретатель (в первой половине 3 тыс. до н. э.) пиктографического, а затем и словеснослогового письма, названного исследователями клинописью (по форме клиновидных знаков, выдавленных палочкой на глиняных табличках. Предполагают, что создатели южномесопотамской археологической культуры Обейд (конец 5 - начало 4 тыс. до н. э.) уже были шумерами. Мифологическая история шумеров первым городом называла Эреду (Эриду - «Добрый город») в древнем устье Евфрата (ныне городище Абу-Шахрайн на юге Ирака), якобы поднятый из водной пучины владыкой мирового океана богом-творцом Энк. В Эреду был раскопан самый древний в Двуречье храм, первый примитивный вариант которого появился еще в 5 тыс. до н. э.
Севернее Эреду, вверх по течению Евфрата и на его притоках шумеры создали широкую сеть городов - Нип-пур, Ур, Урук, Лагаш, Киш. В каждом из этих культовых центров почитали своего бога-покровителя. Богам посвящались храмы, которые строились на тщательно выбранном сакральном участке и никогда не переносились на другое место. По мере усложнения религиозных обрядов и преобразования общинных культов в государственные, старые храмы перестраивались, но каждое новое сооружение включало в себя предшествующее, как бы вырастая из него и взбираясь все выше, в чем некоторые ученые усматривают причину появления ступенчатой культовой башни - зиккурата.
Храмы со временем превращались в обширные архитектурные комплексы, окруженные поселениями рабочих храмового хозяйства и ремесленников. Так рождался шумерский город с культовым ансамблем в центре и кварталами тростниковых хижин и глинобитных домов вокруг него; монументальные здания из-за отсутствия камня в Двуречье обычно строили из сырцового кирпича. Дешевый, но непрочный материал диктовал простые геометрические формы построек - прямоугольных, с глухими, без окон, стенами и открытыми во внутренний двор помещениями.
Главный храм возводили на высокой платформе, которая должна была защитить здание со скрытой в целле статуей божества от паводка и грунтовых вод. Вместе с тем платформа с лестницами и пандусамисоздавала своего рода пьедестал почета, возносивший собственно храм - «дом бога», над уровнем обычной земной жизни. Снаружи стены храма и платформы укрепляли контрфорсами, которые создавали ритмический ряд вертикальных прямоугольных выступов и ниш, отчего все сооружение должно было казаться подчеркнуто строгим и величественным. Таким представляется по реконструкции «Белый храм» в Уруке (кон. 4-го тыс. до н. э.). В ансамбле с ним находились меньший храм на более низком основании и расположенное между ними «Красное здание», служившее, как предполагают, для совета старейшин и народных сходок. Внутри здание имело длинный прямоугольный двор, похожий на зал с эстрадой, поскольку двор примыкал к высокой площадке, уставленной массивными колоннами и полуколоннами (диаметр 2 м). Поверхности опор и части стены были покрыты геометрическим орнаментом, составленным мозаикой из вдавленных в толщу кладки терракотовых конусов со шляпками красного (отсюда условное название постройки), белого и черного цвета.
«Храм на платформе» в течение 3-го тыс. до н. э. развился в зиккурат. Это аккадское название закрепилось за гигантскими многоярусными храмовыми башнями, которые строились в Двуречье и Эламе в 3-1-м тыс. до н. э. исключительно как святилища главных божеств. Ярусы зиккурата, в котором видят прообраз библейской Вавилонской башни, представляли собой поставленные ступенями одна на другую (числом от трех до семи), сложенные из сырцового кирпича прямоугольные террасы с отвесными или наклонными стенами, укрепленными контрфорсами и ярко раскрашенными. Нижний ярус, залитый водонепроницаемым черным битумом, нес красную (из-за облицовки обожженным кирпичом) платформу, над которой сверкал белизной ярус побелки. Торжественные марши лестниц, или пандусов, вели на вершину башни, к цели культовых процессий - святилищу, окрашенному (или облицованному глазурованными плитками) в ослепительно синий цвет. Вызванная практическими задачами раскраска зиккурата создавала мощный декоративный эффект и безусловно имела символическое религиозное значение, включаясь в сотворение грандиозного в своем космическом величии монументального религиозного архитектурного образа. Немногие частично уцелевшие зиккураты (Ур, кон. 3-го тыс. до н. э.; Чога-Зембиле в Иране, сер. 2-го тыс. до н. э.) даже в руинах производят неизгладимое впечатление.
В религиозной жизни древних общин Двуречья важнейшую роль играли магические обряды земледельцев, в том числе жертвоприношения. В ритуалах большое место отводилось керамике. В стране, богатой песком и глиной и практически лишенной камня и дерева, керамика с эпохи неолита отличалась высоким качеством, а с изобретением гончарного круга около сер. 4-го тыс. до н. э. приобрела черты профессионального ремесла. Тонкие ритуальные сосуды ясных лаконичных форм покрыты великолепной полихромной росписью : то динамичной и экспрессивной, с тонко и точно исполненными схематичными символическими изображениями (Самарра), то узорчато-ковровой, с мелким геометрическим орнаментом (Тель-Халаф), то сочной свободно-живописной, с намеком на мотивы живой природы (Обейд), то классически строгой, с мастерски вкомпонованными в прямолинейный узор пиктограммами растений и длиннорогих животных (Сузы).
Магии, колдовству и суевериям обязан своим появлением древнейший вид месопотамской пластики - глиптика, или искусство резных печатей, восходящее к 5-му тыс. до н. э. Высеченные из кусочков камня, раковин, кости печати-амулеты одновременно были знаками личной собственности. Ранние печати имели вид штемпеля, иногда скульптурно вырезанного в форме головы или фигуры животного. Примерно в сер. 4-го тыс. до н. э. появились знаменитые месопотамские цилиндрические печати с круговой резьбой. Прокатанные по глине цилиндры с глубоко врезанными рисунками оставляли четкие рельефные оттиски миниатюрных, ювелирно проработанных скульптурных фризов; неоднократно повторенное лаконичное изображение соединялось в ритмическую композицию со множеством фигур.
Рельефы на цилиндрических печатях Шумера, Аккада, Элама, Ассирии и Вавилона дают точное представление об истории искусства этих государств, последовательно фиксируя изменения в идеологии, эстетических взглядах и стилях. В глиптике впервые четко проявились такие общие черты искусства Шумера, как повествовательность, точная передача действия, ясная смысловая характеристика персонажа (охотник-пастух, строитель храмов, владыка-победитель). В рельефах и живописи этим особенностям отвечали ярусное построение и построчное (снизу вверх) пиктографическое изложение сюжета. Торжественность и святость действа, чаще представленного как ритуальное шествие, переданы мерным строгим ритмом, создаваемым повторами и равновесием вертикальных элементов композиции; нередко с этой целью стоящие и сидящие фигуры изображались равными по высоте. Примечательно, что в шумерском искусстве (так же как позднее в аккадском, ассирийском и вавилонском) главным объектом изображения был человек, каким бы сакральным смыслом или мифологическим содержанием ни наделялся его образ. Статус бога, царя или героя подчеркивался увеличенными размерами фигуры.
О безупречном мастерстве и вкусе ваятелей додинастического Шумера свидетельствует беломраморная голова богини плодородия, плотской любви и распри Инапны - покровительницы Урука, найденная в раскопках этого города (3-е тыс. до н. э., Багдад, Иракский музей). Полагают, что голова крепилась на стене храма, венчая рельефное или рисованное изображение богини. Пластическое совершенство, спокойное величие и одухотворенность выделяют это произведение, не имеющее аналогов в скульптурах древней Передней Азии.
Вполне сложившуюся изобразительную программу шумеров демонстрирует ритуальный каменный кубок начала 3-го тыс. до н. э. из храма Инапны в Уруке (Багдад, Иракский музей). Поверхность кубка украшают архитектонично построенные рельефы-фризы. Их содержание, зашифрованное в пиктограммы, легко прочитывается: пальмовая роща на берегу реки, шествие храмовых животных, процессия дароносцев, жертвоприношение. В соответствии с древними понятиями, фигуры на плоскости показаны одновременно в фас (глаза) и в профиль (головы, ноги), но туловище дано в трехчетвертном повороте, что придает грубоватым и схематичным изображениям активность и жизненную силу.
Сцены битвы, возвращения с добычей и пира, инкрустированные на «штандарте» из Ура - культовом предмете из двух закрепленных на древке пластин (26 в. до н. э., Лондон, Британский музей), показывают, что в раннединастический период (28-24 вв. до н. э.) усилились схематизм, условность и присущее шумерскому искусству ощущение внутренней энергии. Это хорошо видно на примере знаменитой победной стелы правителя Лагаша Эанатума (ок. 2500 до н. э., Париж, Лувр) с гигантской фигурой покровителя города бога Нингирсу на одной стороне и мастерским суммарным изображением огромного войска на другой. Умелая композиция и грамотная (несмотря на искажение пропорций) передача особенностей телосложения и движений человека и животного не вызывают сомнения в том, что шумерский художник сознательно отступал от натуры ради концентрации сущностных и типических черт, призванных ясно выразить религиозную идею.
Непомерно большие уши и носы выступали признаками божественной мудрости и магического прозрения. В скульптурных изображениях брови и огромные, широко раскрытые глаза были метафорой, инкрустировались, и в тех случаях, когда инкрустация сохранилась, глаза под черными арками бровей излучают мистическое бело-голубое сияние, оставляя жутковатое впечатление воздействия некой сверхъестественной силы. Таковы многочисленные храмовые статуэтки и небольшие статуи донаторов, предназначенные испрашивать у богов благополучие для своих заказчиков. Условную обобщенную трактовку и масштабную несоразмерность строго фронтальных лиц и фигур здесь компенсирует выразительность молитвенного жеста и взгляда, а сходство с оригиналом заменяет имя заказчика в надписи на спине или плече фигуры. Прекрасная коллекция храмовой скульптуры шумерского типа происходит из древнего города Мари, расположенного на западном берегу Евфрата, вне пределов Двуречья (городище Тель-Харири в Сирии), но исторически всецело связанного с ним. Во второй половине 3-го тыс. до н. э. это был самостоятельный город-государство со смешанным шумерским и восточносемитским населением, оставившим замечательные памятники искусства древности.
В необычайно высоком уровне художественной культуры раннединастического Шумера убеждают произведения металло-пластики и ювелирного искусства - драгоценные кинжалы, сосуды и украшения, обнаруженные в царских погребениях сер. 3-го тыс. до н. э. в Уре. Виртуозно используя немногие материалы (золото, сплав золота с серебром, лазурит, сердолик, реже слоновую кость и перламутр), приемы ковки, чеканки, инкрустации, а иногда филиграни и зерни, шумерские кузнецы и ювелиры достигали удивительного разнообразия красочных и пластических эффектов. Особенно хороши скульптурные, из чистого золота, навершия резонаторов арф в форме голов быка и коровы с глазами, инкрустированными лазуритом, и золотой шлем царя Мескаламдуга (ок. 2600г. до н. э., Багдад, Иракский музей), имитирующий царскую прическу с узлом на затылке плетеной диадемой. В этих изделиях найдено то гармоничное равновесие условного и конкретного, которое отличает лучшие произведения древнемесопотамского искусства.
В доме табличек надсмотрщик сделал
мне замечание: "Почему ты опоздал?"
Я испугался, сердце мое бешено заколотилось,
Подойдя к учителю, я поклонился до земли.
Отец дома табличек выпросил мою табличку,
Он был ею недоволен и ударил меня.
Потом я усердствовал с уроком, мучился с уроком...
Классный надсмотрщик приказал нам: "Перепишите!"
Я взял свою табличку в руки, Писал на ней,
Но было на табличке и то, чего я не понимал,
Чего не мог прочесть...
Судьба писца мне опостылела,
Судьбу писца я возненавидел...
