ХАН КЕНЕСАРЫ И КИТАЙ
–д. ист. наук, академик КазНАЕН
Задачей данного короткого эссе является анализ слабо выраженной и малоизученной «китайской» темы в движении Кенесары. Пока не найдены подлинные письма Кенесары цинскому императору, не обнаружены китайские материалы о пребывании его посольств в стране. Мы также не знаем, сколько было отправлено посольств ханом, кого он отправил в составе посольства. Куда оно прибыло в начале - в Кульджу (Или) или в Тарбагатай (Чугучак) и сколько времени находились в Китае. Не известно также, что Кенесары писал в своих письмах, как доложено о нем в Пекине. Неведомы точка зрения, а также реакция цинских центральных и пограничных ведомств на восстание Кенесары, отраженная в документах. Это важно для понимания места Китая в дипломатии хана и ее последствий в казахско-китайских и русско - китайских отношениях, а также в политике Китая в Центральной Азии. Немаловажный интерес представляют собой механизм обмена посланиями и посольствами когда этому препятствовали все окружающие Казахстан государства и владения. Главным образом, это были Россия, Кокандское ханство и кыргызы. В связи со всеми этими обстоятельствам, большинство выводов автора носят гипотетический характер.
Кенесары отправил посольство в Китай, находясь в чрезвычайно тяжелом положении. Преследуемый карательными войсками он отступил в сторону Балхаша и далее в долины рек Или и Чу. Султаны Старшего жуза, большинство которых составляли абылаевичи, оказались в затруднении. С одной стороны, они не могли смириться с ликвидацией Казахского ханства, но у них не было политического влияния на весь Казахстан, а также экономических резервов для его восстановления. С другой стороны, потомки ханов Абылая и Абулмамбета пеклись лишь, о возвышении своей семьи, своей ветви. Между тем, слово «хан» было в ходу казахской аристократии. Многие из них, едва усилившись, называли себя ханами, либо так называло их льстивое окружение. Тешили честолюбие даже те из них, кто был, например, назначен русским правительством старшим султаном Приказа внешнего округа в Среднем жуе или волостным управителем нескольких родов в Старшем жузе. К примеру, Кушбек был избран своими подвластными и затем утвержден старшим султаном Каркаралинского окружного приказа. В скором времени его приверженцы уже стали называть его ханом /1, 241/. В то же время, это свидетельствует о том, что и феодальной верхушкой и народом не были забыты институты традиционной власти.
Не обнаружено ни одного китайского документа с хотя бы сухой записью о прибытии посольства Кенесары. Мы имеем в распоряжении лишь донесения и сообщения разных людей, добытых омскими и оренбургскими властями. Очень трудно доказать, когда информаторы заблуждались, а когда намеренно давали ложные сведения. Поэтому, неизбежно возникает множество гипотез, которые, надеюсь, будут подправлены коллегами сегодня и в будущем. Но сведенные вместе факты дают общую информацию.
Нет единого мнения и среди казахских ученых, которые высказаны высказаны темииз них, которые много лет работали над фундаментальными архивными материалами по истории Казахстана и отдельно по движению Кенесары. Е. Бекмаханов писал: «Он рассчитывал также опереться на Китай, который был в это время в добрососедских отношениях с казахами. Кенесары послал своего уполномоченного в Кульджу для переговоров с китайскими властями. Послу Кенесары в Кульдже было оказано исключительное внимание. Кенесары начал дипломатическую переписку с китайским императором, который обещал оказать казахам поддержку и сохранить с ними дружественные отношения» /2, 1992,33/. Известный казахский исследователь движения Кенесары не сомневался в том, что хану удалось установить связи с Пекином, а не только с генерал-губернатором в Кульдже. Мы не знаем, на чем основывался этот вывод.
Валиханов Эдиге сомневается в том, что Кенесары установил контакт с центральным правительством: « Имел ли Кенесары какие-либо отношения с китайскими правителями? Возможно, имел, а может быть, и нет, сейчас судить об этом очень сложно» /3, 2004, 175/.
Обратимся к высказываниям современников Кенесары. Серьезным является сообщение Кунанбая Ускембаева, отца акына и просветителя Абая, высказанное в разговоре с толмачами отрядов Вишневского: «Кенесары снарядил в этом году (1846- К. Х.) из 200 киргизов посольство в Кульджу, напоминая, в силу каких-то давнишних договоров с китайским правительством, что нужно выделить ему места, занимаемые когла-то Аблай-ханом. Тамошние власти приняли его посольство хорошо, послали Кенесары богатые дары, но дело о местах предоставили решить правительству в Пекине» /1, 198/.
Ж. Касымбаев утверждает. что посольство хана достигло Кульджи. Но считает, что дипломатия Кенесары, направленная на получение помощи Китая, не достигла успеха. В доказательство ученый приводит отрывок из документа Омского областного архива, составленного на основании показаний одного би которому мы еще вернемся: «Кенисары под покровительством Китая принят(ым) быть не может, и чтобы обратился туда, откуда пришел, и просил бы милости белого царя, противу которого китайские власти ни словом, ни делом виновными быть не хотят и беженцев из его подданных принимать не намерены» /4, 2002, 104/. Этот отрывок документа достаточно ясно говорит о том, что Кенесары хотел получить покровительство Китая. Более того, речь шла о предоставлении прибежища для беженцев. Не самого ли Кенесары вместе с его семьей и ближайшим окружением?
Вышеуказанного документа нет в Сборнике «Народно-освободительное движение…(НОБ)», подготовленного д. и.н. и , бывшим директором ЦГА РК /5/. Как нет имени Суйдака ходжи в Именном указателе этого Сборника, самого главного источника о движении Кенесары. Во что бы то ни стало, следовало найти этот документ, в чем мне помог японский ученый Джин Нода.
Итак, согласно сведениям, собранным Ж. Касымбаевым, мы можем представить приблизительно позицию Китая. Кенесары приблизился к Уйгентасу, находящемуся в то время в землях султана Хакимбека. При нем было 200 человек (информация Кунанбая). В наследство от Абылая, а затем от отца Кенесары достались до тысячи кибиток туленгутов большей частью калмыцкого происхождения /5, 1996, 399/. Они, а также сыновья его брата Саржана и несколько батыров составляли ядро его армии. В 1846 г. он расположился на территории между родами албан и дулат, где запасся у них провиантом, закупил коней у кырыизов рода бугу. Затем Кенесары двинулся в сторону реки Или, оставив часть своего отряда у Каратала.
Цинское правительство отказалось дать Кенесары убежище, о чем хлопотали все абылаевичи Семиречья. Главный аргумент состоял в том, что Кенесары являлся подданным России, взбунтовавшимся против нее. Согласно договоренности между государствами, они не должны были принимать беженцев друг друга. Цинская империя не хотела портить отношения еще с одной европейской страной после «Опиумной войны» 1840г. Не хотело цинское правительство способствовать усилению военного присутствия России в Семиречье, которое объяснялось тем, что движение Кенесары перекинулось в этот соседний регион. О том, что в Пекине изучили вопрос о продвижении России в Семиречье говорит тот факт, что через Российскую духовную миссию, которая являлась своеобразным представительством русского государствав Пекине, 4 декабря 1849г. Лифаньюань направил «Лист» Российскому Правительствующему Сенат с протестом о дислокации ее военных отрядов в долинах рек Каратал и Лепса. Но это про изошло после гибели Кенесары.
Учитывалось и взрывоопасное положение в Восточном Туркестане. Восстание семи ходжей произошло вскоре после трагической смерти Кенесары – осенью 1847г.
Кенесары не задерживался долго в одном месте, он стремительно продвигался по территории от Урала до Ишима по кочевьям родов и племен Младшего и Среднего жузов, которые находились под властью России, или на их границах. Стиснутый с запада и востока, он подался на земли пока еще свободных соотечественников племени уйсин Старшего жуза. Он намеревался обустроиться здесь, перезимовать и накопить силы для дальнейшего сопротивления. Этот марш-бросок Кенесары произвел совершенно неожиданно для сибирских властей, посылая небольшие отряды то к казахам Оренбургского ведомства, то сибирского. Тем самым создавая иллюзию присутствия на территории их ведомства. Вводить в заблуждение русские власти облегчало то обстоятельство, что поздней осенью Кенесары обычно распускал свое войско и с небольшим числом приближенных переходил на зимовку к недоступным пескам Каракума. Весной Кенесары вновь собирал ополчение. Такова была древняя тактика ведения войны кочевниками, она была усвоена и применялась ханом достаточно успешно на протяжении всех десяти ет его борьбы. Эта тактика перемежалась дипломатическими усилиями, которая была у хана приоритетной в отношениях с Россией, так как военных сил у Кенесары было недостаточно.
Переговоры хана с правителями Бухарского, Кокандского, Хивинского ханств рассматривались многими лишь как желание получить от них помощь, а, с Оренбургом по поводу размена пленными и возвращения жены Кунимжан - как намерение прекратить враждебные действия против русских. Он, вероятно, уже тогда нащупывал почву для перекочевки на земли по соседству с Кокандским ханством. Однако, Кенесары не мог полностью доверять ни Ташкенту, ни Коканду в связи с убийством ими отца и двух братьев, поэтому искал выход к Китаю (Цинской империи). Несомненно, Кенесары была в общем известна история отношений ханов Абылая и Валисултана с Китаем, также как и история их воцарения, в которой Китай играл не последнюю роль. На его памяти должна была быть относительно недавняя политическая интрига, развернувшаяся между Китаем и Россией по поводу утверждения на ханство его дяди - султана Губайдуллы, произошедшая в 1824г. Кроме того, отец Кенесары Касым султан, ездил в Китай в составе посольства Вали-хана.
Осенью 1845 г. он сам, очевидно, с небольшим числом людей оказался у Уйгентаса / 6, ф.366, оп.1, л..120 об./. Неужели он туда прибыл лично, чтобы только отправить посольство в Кульджу? Не собирался ли он сам выехать на переговоры? Или остался ожидать вблизи границы, чтобы можно было после получения согласия цинских властей через послов, немедленно перейти ее? Именно в это время султаны Семиречья в один голос заявляли русским властям, что Кенесары намерен прекратить сопротивление, а потому собирается откочевать в китайские пределы. Возможно, хан искал способ на время скрыться в китайских пределах, пройдя через владения своих семиреченских родственников и кыргызов. Либо в других недоступных России землях, населенных казахами. Омская администрация не могла допустить этого. В любом случае, эта кочевка не могла совершиться без помощи, а тем более – ведома правителя тех мест султана Хакимбека.
Кенесары проник к Сарысу из района р. Тургай и расположился между реками Сарысу и Чу. Но в апреле того же года пришло известие, что Кенесары перешел на восточный берег реки Или, где находились кочевья дулатов, чапрашты и албанов. Очевидно, Кенесары тщательно обдумал план отступления на юго-восток Казахстана, недоступный карательным российским войскам. Во-первых, он объявил, что прекращает всякие враждебные действия против казахских султанов, служивших России. Перед откочевкой в Семиречье от русского императора он получил прощение и добился возвращения жены и детей из Оренбурга в обмен на пленных русских. Омск заблаговременно оповестил обо всем этом цинское правительство.
Что касается среднеазиатских стран, то их ханы сочувствовали движению Кенесары до тех пор, пока он не вторгся в их территории. Бухарский хан в 1845г. прислал ему порох с пулями на двух верблюдах и 4 ружья. Кенесары просил передать среднеазиатским ханам, «что русские строят в степи укрепления, а потому они собрали и послали бы туда войска для удаления их, в этом поможет и он им. В противном случае, если они не удалят русских, то они будут строить укрепления и на Сыр-Дарье» /5,416/. Судя по этим словам хана, он был согласен предоставить главенство среднеазиатским ханом в войне с русскими, а сам намерен был присоединиться к войне. Также, он был готов принять их помощь и совершать набеги самостоятельно. Подобные призывы Кенесары были весьма опасны для русского правительства. Кенесары старался также разрешить противоречия и взаимные претензии с кокандцами. Предварительные переговоры с Кокандом, очевидно, на первых порах успокоили его и, он откочевал в Семиречье.
Можно вложить несколько значений в слова «покровительство Китая». Оно показывает намерение Кенесары скрыться в китайских пределах, что означает признания им своего временного поражения. Безусловно, у хана были ближайшие задачи и дальние цели. В любом случае, зная его неукротимый характер трудно предположить, что он может навсегда сложить оружие. Кенесары Касымов всю жизнь вел борьбу за восстановление ханства своего деда. Он мог просить признать его ханский титул, назначить его правителем также казахов, проживающих в китайских пределах.
Косвенные факты позволяют сделать следующие выводы о задаче его посольства: 1. Кенесары передал свое возмущался ликвидацией Казахского ханства после смерти его дяди Вали-хана; 2.Сообщал подробности своей борьбы за восстановление ханского трона предков; 3. Просил о любой помощи его делу: военными силами и политическими шагами; 4. Напомнил о поддержке Цинами откочевки прадеда Кенесары Абылай-хана перед смертью в Семиречье, при этом опирался на установившееся мнение в их семейном клане об имеющейся договоренности о местности, где Абылай мог устроиться.
Переход Кенесары мог рассматриваться цинским правительством с точки зрения того, будет ли это способствовать стабильности Восточного Туркестана и можно ли ему доверять? Также оно должно было предусмотреть все последствия его перехода на отношения Китая с Российской империей.
Султаны Смиречья, а их общее мнение выразил главный среди ни х – Али Адилев на съезде на Лепсе, также решили на общем совете предоставить возможность Кенесары расположиться здесь, между родами дулат, чапрашты и албан. Правда, они говорили, что временно. Таким образом, Кенесары перезимовал зиму с 1845 г. на 1846, а также зиму с 1846 года на 1847.
Между тем, Россия предприняла с весны 1846г все, что было в ее силах. В 1845г направила чиновника Любимова под видом купца Хорошева в Чугучак и Кульджу для выяснения перспектив торговли в Синьцзяне и с предложением открыть рынки региона для России. Россия не хотела отставать от западно - европейских стран, открывших морские порты Китая с помощью пушек. Помимо дел торговли, Любимов как чиновник МИД России, не мог не прозондировать, а, возможно, и обговорить с кульджинской администрацией политические вопросы.
Начальник Пограничного управления сибирскими казахами генерал-майор Вишневский, возглавивший экспедицию на Лепсу в 1846г. должен был принять в подданство султанов Старшего жуза, склонить их к борьбе с Кенесары и как план-максимум, объединенными усилиями с казахскими и кыргызскими феодалами захватить мятежника. Но все, что он мог сделать, это добиться от султанов признания ими покровительства России и их не совсем твердого согласия не позволять Кенесары обосноваться в Семиречье. Но еще до встречи с высокопоставленным чиновником султаны пришли к общему мнению выделить землю для Кенесары. Об этом от их имени и выступил султан Али Адилев. По некоторым сведениям, была достигнута договоренность предоставить ему для зимовки урочище Алматы, а для летовок – междуречье Чу-Талас.
Кенесары не покинул Семиречье в 1846г. Возможно, илийский генерал-губернатор Цинской империи не мог обещать ему никакой помощи, но в то же время, нет фактов о том, что его правительство требовало, чтобы Кенесары удалиться из Семиречья. Во все отношениях, действия Кенесары против России и Кокандского ханства, а затем союзных ходжам кыргызов объективно отвечали интересам Цинской империи.
Еще до выезда Вишневского в степь, были высланы несколько отрядов для поиска и поимки Кенесары: 1.под командой сотника Карбышева в составе 8 урядников и 125 казаков – в Каркаралы. Он должен был подчиняться начальнику Каркаралинского отряда сотнику Усову, в их распоряжении находилось одно конно-артилерийское орудие; 2. Наблюдательный отряд в составе 3 офицеров, 14 урядников и 200 казаков направлен в начале мая к Улытау. 3. Отряд в составе одного обер-офицера, 8 урядников и 150 казаков, при взводе конной артиллерии с присоединением одного обер-офицера /НОБ, 1996, 470/. Под командой Вишневского также был отряд, при этом все отряды поддерживади ли регулярную связь между собой и с Омском. Например, с весны до начала зимы 1846г есаул Нюхалов направил 131 донесение, последнее – из Копала, кроме того, он отправил людей к кыргызам тех родов, которые были враждебно настроены к Кенесары. Отряды не один раз переоформлялись, выделялись и соединялись в полевых условиях, нв зависимости от сведений о передвижении и местопребывании Кенесары, но военных столкновений не произошло. После встречи Вишневского с султанами Старшего жуза, еще один отряд под командой Виктора Ивашкевича под видом переписи людей и скота, продвигался на территории от Аягуза до границ Чугучака и обратно до Копала.
В то же время, министр иностранных дел России постоянно напоминал слишком ретивым сибирским чиновникам стараться не вызывать недовольство Цинской империи.
Посольство свое в Китай Кенесары сформировал по всем правилам степной дипломатии. Его возглавлял племянник Кенесары Ержан - сын Саржана. Он был наиболее доверенным человеком Кенесары, искусным полководцем. Попал в плен к кыргызам вместе с Кенесары и погиб от их руки. Следующим был султан и батыр Худайменди.
Третий член посольства ходжа Суйдак (на каз. яз. «Сайдак» – имя означает «Воин, удалец»). также Он мог возглавить отряд до сотни человек Сайдак был отправлен Оренбургом с женой Кенесары Кунимжан, сопровождал посольство Герна, доставившее ее к мужу. Сайдак ходжа прибыл из Бухары, был грамотным человеком, стал писарем Кенесары. Хан в Семиречье весьма нуждался в переписке с Бухарой, Кокандом и Ташкентом, поэтому высоко ценил грамотных людей. Его имя не упоминается среди окружающих Кенесары людей во время последней битвы с кыргызами. Известно также, что он высказывался за то, чтобы хан отдался милости русского царя. Мы не знаем, кому он служил: Оренбургу, или какому-либо среднеазиатскому хану.
Литература
1 Янушкевич 1966 – Янушкевич Адольф. Дневники и письма из путешествий по казахским степям (Перевод с польского и предисловие Ф. Стекловой.- Алма-Ата, 1966
2 азахстан в 20-40 годы Х1Х века. 1-е изд. Отв. ред. Алма-Ата,1947г.; 2-е изд. Алматы: «Казак университет!», 1992.
3 Валиханов Эдиге. Кенесары. (Серия ЖЗЛ). М.: «Молодая гвардия». –2004 .- 231с.
4 оследний поход хана Кенесары и его гибель.- Алматы: ТОО «Ана тілі», 2002.- 200с.
5 НОБ - Народно-освободительная борьба казахского народа под предводительством Кенесары Касымова (Сборник документов ).-Составитель , Жанаев Б. Т. – Алматы: «Гылым», 1996.-
6 ГАОО, ф.366, оп.1, дело 232, л. 116 об.-124 об. Копия с копии 1846года октября 24 дня, доставленный Пограничной комиссии при донесении правителя Средней части Орды от 21 октября за № 000
