,
г. Великий Устюг.
Стихи. Избранное.
Вдруг нахлынет перекатица,
Захлестнёт волною тёплою,
Натяну я детства платьице,
По следам дождя прошлёпаю.
Унесу с собою в завтра я
Луг цветной, где травы пенятся,
И неповторимость запаха
Свежесложенной поленницы,
Снега хруст под тёплым валенком,
Деревца в пушистом инее,
Доброту в сердечке маленьком,
Незабудок пятна синие,
Стук пуантов, дискант скрипочки,
Блеск воды с весла скрипучего,
Песню под качанье зыбочки-
Всё далёкое, всё лучшее.
***
Кажется, всё получила
В жизни нелёгкой сполна.
Только опять загрустила,
Тучей накрывшись, луна.
Помню цветы луговые,
Пух тополиный в пыли,
Как окунулась впервые
В нежное пенье земли.
Вот повторить бы с начала
Детские игры, друзей,
Ялту, морские причалы,
Свет ленинградских ночей,
Россыпи клюквы на кочках,
Синь Соловецких озёр,
Первые платьица дочки,
Мудрое таинство гор.
Кажется, всё получила
В жизни нелёгкой сполна,
Только б душа не остыла,
Сердцу бы пела весна!
***
Не Русинова я – Плетнева!
Когда-то новая родня
По-деревенски, добрым словом
Радушно приняла меня.
Я о такой семье мечтала,
Где каждый дорог был и мил:
Свекровь я мамой называла,
Отца мне свекор заменил.
Там за вечерним самоваром
Решали, что косить пора,
И сладкий запах сеновала
Манил забыться до утра.
А коль туманилось окошко
И дождь срывал весь сенокос,
Играл нам папа на гармошке
Да так, что по спине мороз!
А если гости наезжали –
От пирогов ломился стол,
Варили пиво, мед качали.
Всех угостят, кто б ни зашел.
Веселье, смех! А утром снова
Хор петухов не даст проспать:
Мать топит печь, доит корову,
Отец идет стожок метать.
Мне часто снится бор сосновый
И пруд с прозрачною водой,
Сирень, деревня, дом Плетневых,
Где в окнах - свет, в душе – покой.
Я – трава.
Крапива я!
Невзрачная,
Некрасивая.
Для кого-то я
Недотрога,
Встала - руки в бок-
На дороге.
Без ручья - реки
Не высохну,
В две сажени, ужо,
Вымахну.
А взвизжит коса –
Снова вырасту,
Соком выбрызну,
Слышно за версту!
Я трава, крапива я.
Жгучая,
Незлобивая,
Незаметная,
Придорожная.
Я живучая
И надежная.
***
Швея.
Лепестки души плотнее
Вмиг сомкну в тугой бутончик
И урок шитья и кроя
У судьбы возьму скорее,
И, скроив халатик счастья, –
Нежно-жёлтый одуванчик -
Я пришью воланчик смеха
На груди и на запястье.
А швея - судьба с лекалом
Все кроит и метит годы.
Эво, сколько понашила!
Что в душе так зябко стало?
И, стачав беду с бедою,
Я учусь пороть несчастья.
В лоскуточках дней уплывших
Всем весенний бал устрою.
***
Ворона.
Что ты раскаркалась?
Что раскричалась?
Сестры твои улетели давно.
Может быть, хлеба тебе не досталось?
Так подожди, вот открою окно.
Да не кричи так, с надрывом и болью.
Думаешь, только тоскливо тебе?
Ты хоть летаешь, ты хоть на воле.
Что же стряслось в твоей птичьей судьбе?
Ну покряхти, постони и поохай,
Крыльями хлопни, и хвост распуши.
Знаю, ворона, бывает так плохо
Пламя сбивать с раскалённой души.
Что остаётся нам, серая, делать?
Каркать, страдать и гореть от обид?
Только бы сердце твоё не черствело,
Значит, живая душа, коль болит.
Что, успокоилась? Хлебушек съела.
Можно и перья теперь причесать.
Ты прилетай на балкон и без дела,
Вдруг кто обидит, покаркать опять.
***
Крыло.
Однажды, подрезав мне крылья,
Цинично шепнули: «Дыши».
Да только в порыве насилья
Забыли о крыльях души.
На них я порой уносилась
Под звёзды над грешной землёй.
И песня небес сохранилась
В сердечной моей кладовой.
Я рано из книжек узнала,
Что в мире добро есть и зло,
Но где их таится начало,
Не знали, кто резал крыло.
Теперь они молят у Бога
Здоровье, и хлеб, и тепло…
Я верю - на трудной дороге
Мне ангел подставит крыло.
***
Меня любить неинтересно:
Нет счёта в банке и мехов,
Моё жилище скромно, тесно,
Без хрусталей и без ковров,
Без навороченных диванов
И гарнитуров дорогих,
Египет мне не по карману,
Мне даже не до Солоних.
Ровна с простыми и с чинами,
На лесть, как рыбку, не словить,
Довольно резкими словами
Себя умею защитить,
Не жарю курицу на гриле,
Пушистых тортов не пеку.
Но что бы там ни говорили,
Я в доме не держу тоску!
Я в высшем свете неизвестна,
У моря не живёт родня.
Со мной дружить неинтересно,
Не тратьте время на меня!
***
Осень.
Багрянцем обрызнув ковёр листопада,
Осенний романс опаляя тоской,
Мне Вечность шепнула: «Так надо, так надо:
Природа желает уйти на покой».
Мирские заботы, жужжанье желаний
С дождями и ветром уносятся вдаль.
И сыплются с бубна шаманских камланий
Все таинства жизни: любовь и печаль,
И сердца томленье от губ прикасаний,
И сладкий полёт в васильковость полей,
И вера в неискренность всех обещаний,
И горечь потери любимых людей.
Я выпью хмельной аромат листопада
И детскою сказкой печаль утолю.
Мне Вечность прошепчет, что каждому надо
Осеннею ночью услышать «люблю».
***
Лето.
Изгибом шеи голубиной
Поникла сжатая трава.
Блеснула белизной невинной
Ромашки нежной голова.
Ладошки жёлтые расправив,
Весёлый лютик небо пил.
А ты, задумавшись, представил,
Как вместе с ними уходил
В другую жизнь - без рос и света,
Без радуг, речки и берёз…
И стало жаль до боли лета
Со вкусом солнца в сенокос.
***
Подарок.
Мне ангел в подарок
Принёс на рожденье
Три нежных ромашки,
Любимых цветка:
«Одну выбирай
На своё усмотренье,
А я отдохну
На диване пока».
А что они значат,
Я сразу узнала:
Есть жизненный опыт,
Мне это не вновь.
Я их не однажды
В душе согревала,
То вечные - Вера,
Надежда, Любовь.
Спасибо, мой ангел,
Мне надо немного.
Что было, то в прошлом,
Что будет – Бог даст.
Любовь оставляю
Как посох в дорогу:
Она не слукавит,
Она не предаст.
***
Воспоминание.
Где черёмуха ягодой манит
И берёзы в густой тишине,
Где река из ручья воду тянет,
Деревенька всё чудится мне.
Ещё солнце не тронуло мира
Встрепенувшимся первым лучом,
На лугах ещё влажно и сыро,
И растаял дымок над костром.
Ещё спят неуёмные чайки,
Волны берег песчаный клюют,
А уж в избах проснулись хозяйки,
Петухи на насестах поют.
Через полог, сквозь сон протекает
Сочный шорох молочной струи,
И в прохладное утро вплетают
Птицы новые песни свои.
В то далёкое чудное лето
Шлю и шлю я из детства привет
Деревенским весёлым рассветам
И надеюсь услышать ответ…
***
В больнице.
Ночь. Читает книгу Вика.
Свет стекает со стены.
Пахнет свежею клубникой.
По больнице бродят сны,
Воспалённых век касаясь,
Нежно гладя по щеке,
То на шторах зависая,
То застыв на потолке.
Что - то грустно, одиноко:
Для кого-то эта ночь
Станет бездною глубокой,
Но ничем нельзя помочь.
И, беспомощно хватая
Жизни тоненькую нить,
Кто-то Бога умоляет
Все грехи ему простить.
Ночью сны судьбой играют,
Перепутав мёд и яд,
А под утро окунают
Тело в чашу бытия.
Мне спокойно: рядом Вика
Смотрит сон девичий свой.
Утром чайки звонким криком
Ночь растопят.
Мир – живой!
***
Какие глаза у весенних берёз!
В них нежится солнце,
Качается ветер.
Зелёные шали на голые плети
Им ласковый май
Тихой ночью принёс.
Им помнится сон
О колдунье седой,
Холодном, скрипучем,
Шифоновом снеге,
Дыхание осени
В сумрачной неге
И сладкая песня
Над сонной рекой…
Какие глаза у весенних берёз!
***
Вечное.
Всему есть веская причина:
Заходу солнца и началу дня,
Рыданью скрипки, запаху бензина
И даже появлению меня.
Давно хочу найти то Слово,
В котором смысл и ценность бытия.
Оно во сне мелькнёт – и снова
Под утро забываю Слово я.
Мне ведомо, что время быстротечно,
Что в миг любой закроются врата,
Что Вечное притягивает Вечность,
А в пустоту уходит пустота.
***
Опять рябиновая осень
Колышет угол журавлей,
А ветер песню их уносит,
Запутав ниточки дождей.
Опять пугает север стужей.
Звенит сухой озябший лист.
Хмельные тучи в зыбких лужах,
А лунный диск суров и чист.
Опять в ночи холодной, длинной
Льёт хмурый дождь, мешая грязь.
Прикрыл озябшую рябину
Могучий тополь, наклонясь.
Как хорошо, что осень снова
Вошла привычно в колею.
Как хорошо, что можно словом
Пригреть в душе печаль свою.
***
Просьба.
О, утро северного лета,
Плесни тепла в мой бедный край,
Утешь надеждою рассвета,
На флейте ветра поиграй!
Оставь для осени прохладу,
Уйми порыв грозы шальной
И облаков суровых стадо
Смани в пустынный край степной.
Вот - вот дохнёт остудой ветер,
Спадёт листва на грязный снег.
Как мало нам тепла на свете
И света в мутных водах рек.
***
Мой город.
Я живу в небольшом городке
С гордым именем - Устюг Великий,
Что на Сухоне - вольной реке,
Словно витязь стоит, светлоликий.
Здесь когда-то шумели леса,
Над полями метели гуляли.
И умели творить чудеса
Наши предки и нам завещали:
Всё, что строим – ценить и беречь,
Быть мудрей, охраняя природу,
И любить свято русскую речь,
Чтоб остаться великим народом.
Я живу в небольшом городке,
Его родиной малой считаю.
И поют, отражаясь в реке,
Храмы славу любимому краю!
***
Силы света.
Мои кумиры – Музыка и Слово,
Как два крыла, - взметнуться в небеса.
Мощнее нет их языка простого
И красоты, творящей чудеса.
Омоет душу нежный бриз Шопена,
Хоралом Баха льётся свет в сердца.
Шекспир и Пушкин – певчие Вселенной,
Мелодиям которой нет конца.
Они едины - Музыка и Слово,
Как соль и хлеб на жизненном столе.
Я ей как верный друг служить готова-
Животворящей Силе на Земле.
***
Под звуки гайдновской сонаты
Февральский ветер в клочья рвал
Сугроб унылый и лохматый
И контрабасом подвывал.
А ночь звездой осеребрилась,
И в грусть звала виолончель.
А мне опять деревня снилась:
Угор, высокая качель.
Всё выше, выше, по-над полем,
То встречь реке, то в лес спиной.
В полёте этом столько воли
И столько радости хмельной!
И ветер платье развевает!
И сосны - в золотом огне!
Полёт пассажей скрипки тает
В морозном утреннем окне…
***
Дождь.
Пляшет дождь под плач кларнета
И валторновской тоски.
В тучах тёмных, без просвета,
Бьют небесные ключи.
Влагой сладкой и желанной
Напоить спешит поля
Дождь, а в облаке туманном
Малахитится земля.
Светлый Моцарт, дух надежды,
Звонче в такт дождю кричи!
Грусти мокрые одежды
Кинь на жаркие лучи!
***
При удобном случае
Подойду к тебе
И скажу, что лучшее –
Ты в моей судьбе.
Не изволь тревожиться,
Всё идёт путём.
Доброе - умножится,
Боль - переживём.
При удобном случае
Стороной пройду:
Вдруг испорчу лучшее
Я в твоём саду.
***
Прикосновение печали –
Укор оставленной Мечты.
Я помню, как тогда кричали
В ночь разведённые мосты
И как Вселенная гудела,
Сердца людей набатом жгла.
Моя Мечта! Ты не допела,
Не долетела, не дошла…
***
Как рано луг осеребрился,
Туманной свежестью дохнув,
А птичий мир заторопился
Лететь в далёкую страну.
Не рано ль сердцу не запелось
От суетности бытия?
Мне вдруг со стаей захотелось
Умчаться в тёплые края.
***
Я не успела наглядеться
На мудрое твоё лицо.
В наивно верящее сердце
Накрапал дождик письмецо,
Что нежно-алые рассветы
И шепоток морской волны
Не мне горячие приветы
Пришлют из горной тишины,
Что осень жёлто-жгучим перцем
Прожжёт времён тугую нить,
Что не сумеет моё сердце
Любимый образ сохранить.
***
Душа летит на горний свет
Рахманиновской акварели,
А на земле прекрасней нет
Любовных соловьиных трелей.
Весной земля всё ждёт и ждёт
К своей душе прикосновений
Иль словом чистым, иль дождём,
Иль сладкой нежностью сирени.
Лети, душа, на горний свет!
***
Я поклонюсь скрипичному ключу,
Что вензелем застыл на нитях тонких.
Скажу ему: «Узнать хочу,
В чём суть мотивов озорных и звонких?
Как мастера, имея семь лишь нот,
Выращивают дивный сад мелодий?
Зачем душа тоскует и поёт,
Купаясь в волнах вальсов и рапсодий?
И как дворец вселенской красоты
Рождается, гармонией играя?»
Скрипичный ключ! Всесилен только ты
Открыть ворота в Музыку – от рая.
***
О, как приятно слушать речь
На сладком русском языке!
Как будто ветром в поле лечь
И, по лесам скользнув к реке,
Обжечься голубой волной.
Как будто сказочной тропой
Вернуться в детский мир весной,
Смеясь на русском языке.
Дар дивный вечного Творца –
Родная Речь! Как ты чиста!
Питает разумом сердца
Твоя святая простота.
***
Я есенинской песней напоена
И щемящей рубцовской тоской.
На полёт моя лира настроена
И на танец стихии морской.
Мне знакома скамья одиночества
И предательства с крючьями хлыст,
А туманность любого пророчества
Для меня – ветра буйного свист.
И живу я с есенинской нежностью,
Веря в светлые души людей,
Наполняя берёзовой свежестью
Туесок скромной песни своей.
***
Проходи.
Что стоять у порога?
Дай повешу промокший пиджак.
Оправданья к чему?
Ради Бога.
Тебе плохо.
Что, разве не так?
Не налью всё равно для сугреву,
А вот чаем с медком напою.
За окном дождевые напевы
Светом тянутся в душу мою,
Знаю, скажешь,
Что вот, непутёвый,
Что опять в твоей жизни разлад.
Говори, я не вымолвлю слова:
Мне ль судить, кто из нас виноват.
Уберу потом молча посуду,
Твой остывший недопитый чай.
Заходи, коль опять будет худо.
Уже ночь.
Вот пиджак.
Не серчай.
***
Обними меня, музыка веры,
Силу дружбы во мне укрепи!
Дай мечту! Я в унынии сером
Не желаю сидеть на цепи!
Обними меня, музыка света,
В небе радугу прояви.
Моё имя никем не воспето,
Я свободная птица любви!
Меня ветер на крыльях качает,
Мне Вселенная радуги ткёт.
Засмеюсь – мигом айсберг растает
Всех волнений пустых и забот!
Обними меня, музыка жизни,
Своей честной, надёжной рукой
И любовью хоть капелькой брызни,
Подними над бедой и тоской!
Обними меня, Музыка!
***
Спросили хоть раз,
Как живётся поэту
И что, кроме рифмы,
Сегодня пил-ел?
Какую на завтра
Придумал диету
И что бы на ужин
Он съесть захотел?
Да, он бы вкусил
Ананасов в шампанском!
Но Бог ему шепчет:
«Пиши, брат, пиши.
Не стоит молиться
О сыре голландском.
Важнее тебе, брат,
Диета души».
Поэт не писать,
Вы поверьте, не может,
И Слово из сердца
Всё просится вон.
А вдруг оно, чистое,
Людям поможет
Услышать сквозь горе
Спасительный звон!
А вдруг оно, мудрое,
Тем, кто на грани,
Не даст сделать в бездну
Отчаянный шаг!
Даст Фениксом взвиться
Из грязных метаний,
Швырнув недоверие
В огненный мрак!
И долго ночами,
Жуя сигарету,
Он явственно слышит
Стук сердца стихов
И ниточку рифмы
Прядёт из рассвета
Чтоб невод сплести
Для живительных слов.
***
