Светлана Ивановна Лебедева (н. Филимонова)
Окончила школу в 1966 году с серебряной медалью. После окончания школы поступила в институт, работает учителем биологии.
Александр Александрович Звездин. Мой учитель истории, директор школы, эталон на всю оставшуюся жизнь энтузиазма, энергии, любви к детям, желания сделать школу лучше, жизнь в ней интересней, сплотить коллектив.
Я не знаю, какую бы я выбрала профессию, если бы перед глазами не стоял образ любимого учителя, нет-директора.
Он никогда не кричал на учеников, но его боялись страшно. Дело в том, что с его приходом в школу куда-то поисчезали так называемые "трудные" подростки. Они у него в струнном оркестре играли, и попробуй нарушить хоть где-нибудь дисциплину-сразу вылетишь. А оркестр был лучшим в городе. дирижировал им, да еще и играл на скрипке сам Сан Саныч (так его называли все ученики, других прозвищ не было).
У некоторых из "плохих" появилось после беседы с директором цель в жизни, и они, естественно, не могли вести прежний образ жизни.
В школе появился драматический кружок (). Мы ставили "Цыгане" Пушкина, "Маскарад" Лермонтова, "Горе от ума" Грибоедова. Публика всегда встречала выступление кружка восторженно.
А вот еще эпизод.
Я (тогда ученица 5-го класса) вместе со Светой Кумичевой очень любила играть в куклы, вернее их мастерить из папье-маше, а затем ставить домашние спектакли. Один из нас-актер, другой-зритель. Потом менялись ролями. Нам казалось, об этом в школе никто не знает. Но вот однажды Сан Саныч останавливает меня в коридоре и велит зайти на следующей перемене к нему в кабинет. Когда я, трясущаяся от страха, мысленно перебирая в памяти все свои прегрешения, подошла к кабинету, там уже была и тоже в недоумении. Зашли. Директор долго на нас смотрел и вдруг спрашивает: "В куклы играете?" как наиболее смелая из нас, буквально пролепетала: "Да, но мы больше не будем". Не слушая наших оправданий, он нарисовал перед нами картину развития в школе настоящего кукольного театра, а кукол велел выписать нам из Москвы и дал адрес. С тем мы вышли. Дома мы долго сочиняли письмо в Москву, наконец, коротенькое за нашей подписью положили в конверт и на другой день отнесли директору. Уж не знаем, наше ли письмо отправили или был какой-тот официальный документ, но только через месяц кукол мы получили на целых 6 сказок вместе со сценариями. Декорация, ширма-всё было подготовлено в школе по чертежам, которые мы нашли в каком-то детском журнале (кажется "Костер"). С тех пор театр существовал до самого его ухода, т. е. 6 лет и всё это время театр был лучшим в городе. Мы даже "ходили" на гастроли в другие школы.
Ученики любили Сан Саныча беззаветно, мы знали даже о его личной жизни и во всех случаях были на его стороне. Это была личность! На уроках истории запоминались его рассказы о войне. Возможно, он что-то не так делал методически или по программе, но он из нас лепил людей, а лучше сказать, мы себя формировали, соотнося свои мысли, поступки с его мыслями.
(" А что бы сказал Сан Саныч по этому поводу")
При нем в школе было прекрасно развито самоуправление. Моя школа-это школа, о которой всегда скажут только хорошее, потому что там были замечательные педагоги, люди, оставившие следа в наших жизнях. А ведь все было: и трубы зимой лопали, и сидели в неотапливаемом классе (это еще про ), и столовая нас не баловала, но зато у нас была пионервожатой , оставаясь юной даже в зрелые годы. Это она придумывала "Огоньки", КВН, балы, маскарады, походы, поездки. И когда она ушла с этой работы и стала учителем русского языка, нам показалось, пропал огонек и задор, тем более, что прислали вожатым парня-карьериста, который никак не хотел с нами, старшеклассниками, "говорить по душам", все пыжился чего-то, хотя по возрасту был как мы. Наша классная руководительница в 5-8 классе была , взяла она наш класс сразу после института, молоденькая, хорошенькая, аккуратная до невозможности (мы все время заглядывали в ее конспекты, написанные зелеными чернилами и до того четко и красиво, ну прямо как у отличницы), но строгая. В классе на уроке была тишина. Любовь к математике она привила всем, независимо от того, как учился, и спасибо ей огромное за это.
Вера Ивановна Кротова всегда встает передо мной как образец подтянутости, женственности и корректности! Сколько раз наш Гена Паничев (уже в 11-ом классе) пытался вывести ее из себя вопросами о Хрущеве, о сахаре, который в то время все еще был в дефиците, а она неизменно отвечала спокойно, сдержанно, только красные пятна на щеках выдавали ее волнение.
Колесникова. Знаток и любитель географии! Знали бы Вы, несмотря на то, что не всегда в классе было тихо, как отпечатались Ваши слова в памяти. Мне пришлось около 10-ти лет вести географию в школе, хотя по образованию я биолог-химик. Конечно, я окончила курсы по этому предмету, но основой моих уроков были рассказы Валентины Васильевны, ее знание карты.
Школьный новогодний бал(1961-1962 гг) тогда уже редкость были маски и костюмы, но музыка гремела, елка светилась огнями, были комнаты смеха, продавали мороженое.
Звучит вальс, но все не решаются начать. И тогда Юрий Валентинович (учитель физики) галантно приглашает Римму Константиновну, и они проходили в вальсе первый круг.
Следом шли остальные. Но вначале мы любовались, как красиво танцуют наши учителя.
Давно, в 1966 году, мы закончили школу. Разбрелись, разъехались. Некоторых из нас уже нет с нами. Но что-то в нас остальное ученическое, потому что, когда звонил Нина Михайловна Луковкина, наша "классная" в старших классах, сразу теряешь весь жизненный опломб и чувствуешь себя ученицей, готовой выполнить любое поручение. Кстати, у Нины Михайловны были очень оригинальные уроки, благодаря чему мы действительно получили знания. Учась в институте, я в этом убедилась. Дорогие учителя, дорогие одноклассники, желаю всем здоровья, долгих лет жизни и благополучия во всем.
