Битье – это серьезнейшая рана на всю жизнь, которую залечить потом очень трудно.
Прежде всего, битье – это насилие над ребенком.
Физическое насилие, после которого у ребенка происходит страшная душевная травма: тот, кто должен его защищать, учить, спасать, помогать – родитель – становится в глазах ребенка страшным обидчиком, от которого нет и не может уже быть никакого защитника.
Битье – это очень сильное наказание, которое показывает ребенку, что он плохой, что его не любят таким.
Он чувствует себя униженным, плохим, сам перестает любить себя. Это подрывает его самооценку, ему потом трудно прощать самого себя, уважать самого себя. Так, как он относится к себе, он будет относиться к другим людям. Не умея прощать себя, он не научится прощать других. Не любя себя, он не сможет раскрыть в себе любовь к другому человеку.
Битье – это слив отрицательных эмоций на ребенка.
Родитель эмоционален. Позволив себе это единожды, он продолжает такой слив эмоций или битьем, или криком, или просто элементарным одергиванием ребенка. Мы даже не замечаем, как наш ребенок становится полностью зависимым от нашего настроения.
Битье, как и любое другое поведение родителей, – это пример для подражания.
Решая свои проблемы словом и внутренней мудростью, мы учим своих детей терпению, умению выражать свои чувства и мысли, умению доверять чувствам и мыслям другого человека, доверию и заботе о ближнем. Если мы не имеем терпения на это, повышаем голос, применяем в случае необходимости кулак, показывая тем самым ребенку, что это тоже метод и так тоже можно. Тогда ребенок будет расти в среде, где есть сила, на силу есть большая сила, ее всегда можно найти и ею воспользоваться. Хотим ли мы, чтобы ребенок вырос циничным, расчетливым и способным на любой метод для достижения своих целей? Думаю, это очень серьезный вопрос, чтобы поразмыслить внутри себя.
Битье – это повод для страха, обиды на родителей, причина для подрыва доверия между родителями и детьми.
Это большой кирпич в стене между поколениями, которая достаточно успешно выстраивается между нами и нашими детьми. Выстроить ее не сложно:
вовремя не заметить боль или радость ребенка,
вовремя не простить и не «пропустить» мимо какую- то оплошность,
вовремя не похвалить и не приласкать.
И прожив так лет 13, можно быть уверенным, что подростковый возраст уже начинается с хорошо забетонированной стены. Через нее не слышно, не видно, а ребенку уже и не хочется через нее кричать. Он идет в новый мир – мир новых возможностей, друзей и ценностей, не оглядываясь назад. Нам больно от того, что мы уже ничего не значим для него, а ему, даже если он пока этого не понял, страшно и сложно, но он не оборачивается, потому что сзади с недополученной любовью остаются его боль, непонимание, неуважение, и он точно знает, что не хочет назад.
Самое поразительное и страшное – это то, что чаще всего ребенок не понимает, почему и за что его бьют.
У ребенка есть только страх, одиночество,
боль
и обида.
