Стихи про космос (стр. 4 )

Небеса размыкаю руками...

Небеса размыкаю руками,

Озираю железную твердь,

К безвоздушной притянутой яме,

Искушающей время и смерть.

Отворит современник любезно

Полость космоса, как бы шутя :

- Не угодно ль ступить в эту бездну,

Вам вселенского века литя?

Отзовется космический омут,

Содрогнется структура небес :

- Человека Вселенная помнит.

Без него ей - какой интерес.

Гагарин

1

Ты, скользящий в иную стихию,
В ослепительный мир над собой,
Обнимаешь, как память, Россию -
Жаркой плотью и ясной судьбой.

Ты, летящий под бременем тайны
И гонимый порывом земным,
Осязаешь, как бедны бескрайно
Над тобой сияют одним.

Ты паришь, испытуя бессмертье.
Невесома орбита твоя.
Там - планета в лазоревом свет.
Это - космос, озноб бытия.

Как российских полей озаренье
Из космических звёздных тенет
Ты прорвёшься к земле...
И мгновенье
Стоит вечности - если живёт.

2

Забойщик неба голубого -
Сереброклювый самолёт.
Как бы побочный сын стихии -
Его пронзительный пилот,
Что, содрогнувшись, без боязни
Перед барьером звуковым,
Беззвучно ринется за тенью
Мгновенья, а оно - за ним.
И скорлупу небес проклюнув,
И торкнувшить в земной предел,
Он даже грома не услышит,
Который сам предусмотрел.
В наивном ужасе сознанья
Его, как сына, примет лес.
Земля очнётся, леденея,
Перед забойщиком небес,
И серебристый алюминий,
Распавшийся на лепестки,
Над ним порхая, будет помнить,
Какие вдруг разжал тиски.
В ничтожном, теплящемся теле,
Земном, светящемся почти,
Сокрыто будет только время.
Другим его - не превзойти.

НАТАЛЬЯ ЛУЦЕНКО г. Сургут Тюменской области

Через край осени...

Дождь плакал всю ночь, от радости, горя,
Его не поймёшь, никто и не спорит -
Осенний сезон, летящие письма,
Вино иль озон? - шуршащие листья…

Рябиновый куст пылает стыдливо,
И птички поют толпой говорливой.
А ночью луна, как зеркальце звёздам,
Что смотрят в него плывя грациозно…

Она так близка и также далёка,
И светит в окно, как будто под боком,
Касаюсь её … холодные стёкла,
Душа от дождя немножко промокла…

Не плачу … я так … грущу понемногу,
На ощупь иду, а та ли дорога?
Искать, узнавать, собрать по крупице,
Стараться в бегах не пасть, не разбиться…

Луна наблюдая, мигает игриво,
И фразы летят в ответ торопливо.
Ты помнишь меня? - спрошу, через вечность,
Шагнув через край любви в бесконечность…

ОЛЬГА ВАСИЛЕНКО г. Санкт-Петербург

Сказочная грусть...

Небо звездами густо засеяно,
Месяц бледен, печален, смурён...
В этой сказочной грусти затеряно
Безлюбовное море времен.

Сколько глаз, отразившись в безбрежности
Поднебесно-ночной тишины,
Разделили свои неизбежности,
Виноватые без вины

Средь людей необъятного крошева,
С этой звездной стихией надежд,
Ожидая от мира хорошего -
Находя только боли рубеж.

Здесь мечты находили пристанище,
На земле разметенные в прах,
Здесь же вечное скрыто ристалище,
Где сражаются Вера и Страх.

Где-то там, за границей реальности,
На струящийся глядя песок,
Временщик, по своей гениальности,
Установит для каждого срок.

Узаконит и меру терпимости,
Но для каждого - свой эталон,
Впишет нормы опалы и милости
В свой диктаторски - жесткий закон.

Но, следить будет ментор внимательно,
Чем наполнены сердце и кровь:
Если жаждой любви - обязательно
С Вами встретится Чудо-Любовь.

ГАЛИНА ЗЕЛЕНКИНА г. Кодинск Красноярского края

Галлея
(фэнтези)

Комета прилетала раз в сто лет,
Но иногда случалось, что и дважды,
Оставив астрономам свой портрет,
Она летела прочь, но вот однажды:

Раскинув шлейф по Млечному пути,
Комета Лея вышла на прогулку,
Пажи и слуги, бывшие в чести,
За нею следом зашагали гулко.

Болид был в свите самый старый паж
И юные пажи метеориты
К Болиду подкатили экипаж
И он коней запряг, что знамениты

Тем, что не знают на пути преград,
Тем, что из плазмы гривы и копыта
И тем, что ослепляет светом взгляд
Коней, попоной огненной покрытых.

Как молния, комета на конях,
Сверкает сбруя россыпью алмазов,
Вселяют кони огненные страх
В того, кто их увидит краем глаза.

На фейерверк из пыли и огня,
На амазонку с тройкой и пажами
Сатурн, тоски и страсти не тая,
Взирал с любовью томными глазами.

Нептун, Юпитер и вояка Марс,
Прекрасной Леей, молча, восторгаясь,
Прикрыли спутниками веки глаз,
От огненных коней отодвигаясь.

Тому, кто любит разговор не впрок,
Он осторожности в любви не знает,
В душе его любовный огонёк
В костёр безумной страсти вырастает.

Сатурну Марс кричал: "Прикрой лицо,
Ведь ненароком ослепит комета!"
А десять спутников, сомкнув кольцо,
Пытались уберечь его от света.

"Приди, комета, усладить мой взор
Невиданным досель слепящим светом,
Дозволь увидеть огненный узор
На шлейфе, вышитым карминным цветом!"

Пропел Сатурн комете гимн любви,
Та, услыхав Сатурна серенаду,
Хлестнув коней строптивых до крови,
Смела из астероидов преграду.

Взметнулись кони, удила скрипят.
И, губы иссушив кровавым паром,
Красавицу к Сатурну кони мчат,
Путь, расчищая нестерпимым жаром.

Примчалась Лея, как Сатурн просил,
Алмазным блеском звезды затмевая,
Конь огненный Сатурна ослепил
И меркнет свет, тьме место уступая.

Комете жаль несчастного слепца,
Не знавшего в любви своей предела,
Она хвостом скрутила три кольца,
Повязкой на глаза ему надела.

Затем, подняв туманную вуаль,
Она на кольца иней положила,
И, остудив ожог, сокрыв печаль,
Назад к своей орбите заспешила.

Сатурн с обезображенным лицом
Ей прокричал: "Куда ты, дорогая?
Обручены мы тройственным кольцом,
А имени жены своей не знаю".

Услышав речи дерзкого слепца,
Прекрасная комета возмутилась:
- "Я не дарю венчального кольца
Тому, в кого я даже не влюбилась.

Тебе дарю я галстук не кольцо,
Для Леи невозможны узы брака,
Ты инеем утри своё лицо
И разум возврати из бездны мрака.

Запомни, милый, галстук не кольцо,
И впредь зови меня комета Лея."
И слово "галстук" бросила в лицо,
Влюблённого Сатурна не жалея.

Но слово, прозвучав не мало раз,
На слоги "гал" и "стук"
вдруг разделилось,
В трясине черных дыр слог "стук" увяз
И до Сатурна "гал" лишь докатилось.

Слепой, с восторгом повторяя "гал",
Напрасно имя вспомнить попытался,
Сатурну имя в ухо прошептал
Друг верный Янус, что вблизи вращался.

Галлеей стал Сатурн комету звать,
Соединив три слога во едино,
Она его любила, словно мать,
И каялась в грехах, как Магдалина.

Не каждому любви напиток всласть,
Не суждено быть верною блуднице,
В туман чужих Галактик унеслась
Красавица на звёздной колеснице.

Хвостом вильнула, заметая след,
Стал без кометы небосвод тусклее,
И одиноких семьдесят пять лет
Придётся жить Сатурну без Галлеи.

Читатель удивлён легендой сей,
На самом деле было поскромнее:
Открыл комету астроном Галлей
И именем своим назвал Галлея.

1997 г.

ВЕРА АНОШИНА г. Москва

Я ДНЕМ УВИДЕЛА ЛУНУ…

Я днем увидела луну,
Она (как полголовки сыра)

Прозрачно призрачно явила

Нам грусть вселенскую свою.

Как будто в скважину замка

Огромную она смотрела.

Наверное, луна хотела

Понять, чем жизнь нам дорога.

А мы спешили по делам

И суетились беспричинно,
Нас день кружил в заботах сильно,
Такая жизнь – сплошной обман.

Себя обманываем в том,

Что можем без луны и неба,

(И даже без любви!), без хлеба

Жить, не жалея, ни о чем.

Бежим по кругу сотни раз,

Не видим красоты небесной,
И если быть совсем уж честной,

Забыли цвет любимых глаз.

Луна, увидев суету

И равнодушие Земное,

Оставила людей в покое -
Пусть… если любят маету.

Я в небо каждый день смотрю…

Твои глаза, их синь, люблю!

О ЛУНЕ, МУЗЕ И ПОЭТЕ

Зажглась над городом Луна

Неоновым, волшебным светом.

Она печально-холодна,
Очаровательна…. К Поэту

Луна приходит просто так,
Взглянуть, что про нее он пишет,
Иль, зацепившись за чердак

Высотки, наблюдает с крыши

За Музой, что, как и Луна,
Застыла над главой Поэта,
Но только страстью та полна,
Нетерпеливо ждет при этом,
Что он о бледной красоте

Ночного, яркого светила

Напишет в томной тишине,

И будет ли в тех строчках сила,
Которая заставит всех
Забыть о времени, пространстве,
Мечтать, не думая о сне,

С Поэтом, ощущая счастье.

МАРИНА ТАРКОВСКАЯ г. Москва

В минуты Лунного затменья…

В минуты Лунного затменья
Безмолвно дремлет тёмный лес.
Всё замирает в предвкушенье
Поры таинственных чудес.

Нам каждый шорох чутко слышен -
Листвы, иль крыльев птицы взмах.
И исступлённо в спину дышит,
Как дикий зверь, безумный страх.

И небо, чёрное, как сажа,
Не посылает лунный свет.
И в этой мгле нам путь укажет
Дыханье ночи, свой секрет

Не разгласит, оставит в тайне.
И, будто в наважденья сне,
В дали мелькают очертанья....
Бродяга?.. Рыцарь на коне?..

И через несколько мгновений
Откроют тени Лунный диск.
Исчезнут странные виденья.
И смысла нет идти на риск...

Но грани стёрты. Сон? Реальность?
Мираж иль просветленья нить?
Но всё растает утром ранним.
Теперь загадки не раскрыть.

И, колесницей быстрой, время
Уносит все сомненья прочь.
Но будут живы впечатленья,
Что подарила эта ночь!

ИГОРЬ МИХАЙЛУСЕНКО г. Москва

КОСМИЧЕСКИЕ ЦВЕТЫ

Я о земных цветах писал,

По именам их называл.

И в дальнем космосе цветы

Есть тоже дивной красоты!

Я проложу к ним звёздный путь,

К ним долечу сквозь тьму и жуть,

И воплотятся в жизнь мечты:

Я посажу Земли цветы

Среди всех неземных цветов,

И будет райский сад готов!

М скажет тамошний поэт

На самой дальней из планет:

"В таком содружестве цветов

Жить звёздный мир всегда готов!"

ЛЮДМИЛА ВОЛОДИНА г. Йошкар-Ола

Цикл стихов «Звёздная тема»

Голубой Регул

В Созвездье Льва есть свой кумир…
Считают Регул сердцем львиным:
Пронзив голубизной эфир,
Энергией питает мир,
Как мать ребёнка пуповиной.

Сквозь лет крутой водоворот,
Бросаясь в омуты познанья,
Опорой чувствовала плот,
Внезапный крыльев разворот
И свет луча в своём сознанье.

Не зная вещих космограмм,
Но, выбрав Солнце талисманом,
По курсу солнечных программ,
Не сдав позиций ни на грамм,
Шла через тернии обмана.

Не дай до срока мне сойти
С дорог, предложенных судьбою.
Всё то, что предстоит в пути,
Суметь с достоинством пройти
По вспышкам звёздного прибоя.

Р. S. Голубой Регул – навигационная путеводная звезда в Созвездии Льва, сияние которой в 170 раз сильнее Солнечного.

Небесная канцелярия

Вечер был обыкновенным.
Удивляла неба звёздность.
Я признанье в сокровенном
Посчитала за курьёзность.

Только пьяным цветом вишен,
Пошутив, обсыпал ветер.
Вслед за голосом чуть слышным
Изменилось всё на свете.

У судьбы на перекрёстке
Оставаться нам не просто.
Гороскопов наших вёрстка
В луч один связала звёзды.

В канцелярии небесной
Наказуемы просчёты,
Все пути людей известны
В Зодиаках звездочётам.

Расцепив лучей запястья,
Там вздохнули облегчённо:
Невозможным стало счастье
По неписанным законам.

Броуна движенье

Тысячелетья звёзды и планеты
С высот своих задумчиво глядят,
Как люди – эти малые кометы -
Друг к другу, точно бабочки, летят.

Вот сблизились и вспыхнули пожаром.
От ярких искр исчезла темнота.
И те кометы стали дружной парой
С широким шлейфом звёздного хвоста.

А вот другие, вспыхнув светлячками,
Объятьем страстным опалив края,
Как шаровые молнии летают,
Обуглившись, но не создав огня.

И в космосе царит недоуменье:
Орбиты ясны миллиарды лет,
А у людей всё Броуна движенье…
Где логика тому? И в чём секрет?

Венец творенья – Человек!

В восторге замирает дух
От бесконечности пространства.
Читать стихи готова вслух
В высоком стиле ренессанса.

Венец творенья Человек –
Пылинка в бездне мирозданья.
В Созвездьях - руслах звёздных рек –
Его истоки по преданьям.

Как высший разум создан он,
Как микрокосмос на планете.
С душой, загадкой всех времён,
Так и не понятой в столетья.

Блеск звёзд – оптический обман:
Иной давно уж нет, а светит.
Горит небесный талисман,
Как след от тех, кто был на свете.

В том счастье, если жизнь – свеча:
Пылает ярко, но не тает,
А тёплым отблеском луча
И через годы согревает.