Чистая «Энергия» космоса
Или система, которая намного опередила свое время
В сборочно-испытательном комплексе на Байконуре. 1990 год
Двадцать пять лет назад, 15 мая 1987 года, в 21 час 30 минут по московскому времени на космодроме Байконур впервые стартовала универсальная ракета-носитель «Энергия». Ее пуск вызвал во всем мире эффект разорвавшейся бомбы. Уникальный проект состоялся благодаря кооперации всей страны. В создании ракеты участвовали 1206 предприятий. Но самая значительная роль в этом успехе, несомненно, принадлежит нынешнему ракетно-космическому центру «ЦСКБ-Прогресс», который в те годы был предприятием по изготовлению «Энергии».
Впереди планеты всей
Так получилось, что именно 15 мая становилось в разное время днем успешных стартов многих космических объектов. Например, в 1957 году состоялся первый пуск нашей знаменитой «семерки», в 1962-м в ОКБ-1 завершили эскизную разработку «лунника» Н-1, в 1967 году - с космодрома Плесецк впервые стартовала РН типа «Космос-3м», в 1997-м запустили спутник оптической разведки «Космос-2343», а всего неделю назад в этот же день отправился к Международной космической станции «Союз ТМА-04М» с российско-американским экипажем на борту.
Во время предполетной пресс-конференции в гостинице «Космонавт» на Байконуре я попросила передать привет нашему самарскому космонавту Олегу Кононенко, который уже несколько месяцев находится на МКС, и поздравления с предстоящим днем рождения, а также предложила всем расписаться рядом с автографом Юрия Гагарина на экземпляре газеты «Волжская коммуна», датированной апрелем 1961 года, которая сейчас находится на МКС вместе с Кононенко. А потом я не удержалась и спросила космонавтов об их отношении к «Энергии». Расписаться на уникальном номере нашей газеты экипаж твердо обещал, а на второй вопрос командир корабля Геннадий Падалка ответил коротко: «Все новое — это хорошо забытое старое, поэтому надеемся, что этот проект будет когда-то запущен в серийное производство». Он имел в виду, что «Энергия» намного опередила свое время, и именно поэтому после своего второго старта уже с «Бураном» носитель оказался невостребованным.
Не могут не знать космонавты и о том, что сейчас в мире не просто задумываются о создании носителей такого же класса, американцы, например, уже работают над Space Launch System (SLS) - новой пусковой системой. Но мы-то сделали такую машину двадцать пять лет назад!
И на Марсе услышат русскую речь
С полетов первых спутников Земли, старта Юрия Гагарина многие поколения Россиян поверили в космонавтику и радовались любому удачному старту так же шумно и искренне, как сейчас, наверное, радуются фанаты победе любимой команды. Несмотря на голоса скептиков, мол зачем нам космос, если на Земле и так жить тяжело, многие все равно хотят, чтобы наша страна оставалась великой державой, в том числе и благодаря достижениям в космосе.
- В 60-70-е годы прошлого века это хорошо понимали. Особенно с учетом того, что существовало противостояние между двумя крупнейшими странами мира - СССР и США. Поэтому мы и стремились первыми высадить человека на Луне. Но американцы нас опередили, а все усилия по созданию «лунной» ракеты Н-1 оказались напрасными, - вспоминает ветеран «ЦСКБ-Прогресс» Владислав Пильдес. - Это было большое разочарование для тех, кто отдал работе над Н-1 лучшие годы своей жизни. Поэтому когда после некоторого перерыва нам поставили задачу разработать «Энергию», пришла вторая волна вдохновения. Появилась новая цель.
Задачу поставило правительство страны. В Америке в это время велась активная работа по созданию многоразовой космической системы «Спейс-Шаттл». Ее можно было использовать в военных целях: снимать наши спутники, даже наносить удары из космоса. Советское правительство было обеспокоено и решило создавать аналогичную систему в противовес американской.
- В 1974 году по распоряжению министерства 500 человек из ЦСКБ перевели в подчинение НПО «Энергия».Это были в основном те же люди, что работали над Н-1,- вспоминает заместитель главного конструктора - начальник комплекса Александр Маркин. - Проектная часть велась в Москве, а мы, как конструкторы Волжского филиала НПО «Энергия», разрабатывали центральный и стартово-стыковочный блоки ракеты. Изготавливались эти блоки в цехах «Прогресса», а еще заводчане вели и сборку всего «пакета» ракеты-носителя уже на Байконуре.
Буквально с листа
В каждом серьезном деле есть свои особенности. Даже в спа-салонах и у косметологов соблюдается определенная «технология» и существуют свои термины. Что уж говорить о технарях, которые каждый стык, каждую деталь чуть ли ни своими ладонями шлифовали, да с такой любовью. Во время встреч с создателями космической техники уже привыкаешь к тому, что они говорят о деталях и сборке как о своей личной жизни. А в новом деле, когда буквально с чистого листа создается грандиозное изделие - есть широкое поле для творчества.
Не зря во время работы над «Энергией» было внедрено более ста изобретений, а конструкторы выпустили более 10 млн (!) технической документации.
- Технология производства была абсолютно новая, многие решения придумывались на ходу, - рассказывает Петр Педченко, начальник производства РН «Энергия». - Под новый проект на «Прогрессе» перевооружили производство, внедрили уникальные техпроцессы. Аргонно-дуговую, импульсно-дуговую, электронно-лучевую и контактно-стыковую сварку. До мелочей продумали процесс транспортировки узлов носителя на Байконур.
Об этом рассказывают многие участники проекта. Представьте себе в небе огромный сигарообразный самолет (бомбардировщик 3 МТ), на котором возвышается бак в два раза больше самого самолета. Необычно смотрелась и баржа с огромным грузом, обтянутым брезентом. Особенно когда этот груз в половодье не мог пройти под мостом над рекой Самарой.
- Баки и каркасные отсеки диаметром восемь метров было решено отправить по воздуху в два захода и доработать их на Байконуре, - рассказывает Александр Маркин. - Бак был очень хрупким, с толщиной стенки от 2,5 до 4 мм. Чтобы отправить грузы, надо было доставить их сначала в Летно-испытательный институт в Жуковском. Решили водным путем. Построили причал на Самаре, переоборудовали баржу и так по Волге, Оке, Москва-реке потихоньку привезли отсеки.
Казахская степь
С 50-х годов прошлого века Самару и Байконур никто не делит. Для сборки «Энергии» были использованы все пять пролетов монтажно-испытательного комплекса на Байконуре, построенного ранее под лунный проект. Более десяти лет огромная армия ученых, инженеров, конструкторов, строителей, монтажников, рабочих, военных специалистов круглыми сутками работали по всей стране над новой космической программой. На Байконур доставлялись комплектующие из Куйбышева, Воронежа, Днепропетровска, Москвы, Томска, Пензы. По воспоминаниям участников проекта, были случаи, когда людей после смены забирали на первомайскую или ноябрьскую демонстрацию, а потом привозили опять на производство. Один из специалистов, собиравших ракету-носитель, ныне заместитель начальника комплекса на , вспоминает, что один раз он взял какие-то документы и пошел из четвертого пролета в первый. По дороге во втором пролете увидел зачехленные двигатели. Вокруг слабый свет. Встал между двигателями и так стоя и заснул. Может быть, это продолжалось всего несколько секунд, но когда открыл глаза, то понял, где находится, только когда посмотрел на документы, зажатые в руке. Впрочем, на усталость тогда никто не жаловался.
- Мы были молоды и одержимы грандиозной идеей, - говорит генеральный директор «ЦСКБ-Прогресс» Александр Кирилин. - Я в те годы возглавлял цех по изготовлению трубопроводов. Мы не спали ночами, работали сутками. А рядом с нами всегда был кто-то из министров или их замов. Тогда не было никаких различий по должностям, и в столовую все вместе ходили. Но и ответственность была огромной.
Того, кто не справлялся — просто увольняли. Станислав Панкратов, возглавлявший контрольно-испытательную станцию, припомнил случай, когда стал противиться куче замечаний по изделию, и кто-то ему шепнул: «Не спорь, а то выгонят», - вот и пришлось потом все самим дорабатывать. Вообще о совещаниях, которые в то время проходили каждый день, вспоминают многие. Владимир Кононенко, возглавляющий производство на Байконуре, после какой-то большой разборки сказал бушевавшему начальнику: «Ну что вы переживаете, у нас здесь работает половина уголовного розыска Кинельского района, они дрель как пистолет держат». Так и разошлись, мирно.
Жили все дружно, кто-то с семьями в Ленинске (ныне город Байконур), кто-то в общежитиях на площадке неподалеку от СБИКа. Комнаты, где жили по три человека, называли «колхозом». На «колхоз» скидывались по десять рублей на неделю. Продукты закупали на рынке. Можно было что-то и у солдатиков «стрельнуть», казармы как раз рядом стояли. На сэкономленные средства в выходной устраивали «банкет». Кстати, государство тогда всерьез заботилось о бытовых условиях. Народ и квартиры получал, и дефицитную бытовую технику, да и на зарплату никто особо не жаловался.
Уложились без испытаний
Постепенно изделие обрело свой окончательный вид. В степи возвышался универсальный стартовый комплекс (УКСС), последовательно проводились наземные испытания.
- Во время огневого испытания изделия, прожига всех четырех двигателей центрального блока рев в степи стоял необыкновенный, - говорит Александр Маркин. - Бункер для руководства стоял в пяти километрах, и туда вывели динамики, чтобы слышать команды. Но после дикого грохота директор и генеральный конструктор НПО «Энергия» Валентин Глушко сказал: «Больше мы так делать не будем».
Впрочем, речь шла не о звуковой волне. Дело в том, что мощность четырех двигателей по 150 и 140 тонн - почти 600 тонн! И удерживать такую силу на Земле было опасно. Поэтому больше испытаний не проводили. К слову, все двигатели ракеты-носителя начинали работать со старта, создавая суммарную тягу около 3600 тонн. Мощность двигателей в этот момент около 132 миллионов киловатт. Для сравнения: по тем временам мощность Красноярской ГЭС составляла только 6 миллионов киловатт.
Несмотря на практически беспрерывный рабочий день, сроки поджимали. Страна ждала результата. Тогда главный конструктор НПО «Энергия» Борис Губанов предложил считать наземные испытания достаточными и сделать штатный пуск. По мнению участников проекта, это решение спасло носитель. После неимоверного количества согласований и решений комиссий с его мнением согласились.
В апреле 1987 года изделие было уже на старте. Месяц выдался ненастным. Люди ходили по щиколотку в мокром снеге, хотя обычно в это время в степи уже расцветали тюльпаны.
Корабль многоразового использования «Буран», с которым «Энергия» взлетит 15 ноября 1988 года, тогда еще не был готов, поэтому решили пускать носитель с макетом космического аппарата, названного «Полюсом», на самом деле объектом военного назначения, но без «начинки». Никто из работавших над носителем до последнего момента и не знал о нагрузке, с которой отправится в космос их изделие.
- Это был полудействующий макет. Тогда четко соблюдали соглашения о неиспользовании подобных объектов. В «Полюсе» был двигатель, который мог вывести его на более высокую орбиту, но так и не вывел, и объект был затоплен, - говорит Александр Маркин. - Главная задача была выполнена. Американцы поняли, что мы имеем такие средства выведения на орбиту, которые могут решать самые сложные задачи. Выяснилось, что состязаться с нами в космосе очень нелегко. У них к тому времени не было такого носителя. Программа «Сатурн» (который летал к Луне) была закрыта, «Спейс-Шаттл» мог взять только 30 тонн, а наша «Энергия» - 100 тонн. Этим запуском мы сдержали гонку вооружений в космосе. И когда говорят, что на нее затратили очень много денег, могу сказать, что если бы мы отдельно начали создавать спутники-истребители, разведчики и т. д., вышло бы еще дороже.
Все как на ладони
- Мы были в десяти километрах, но в степи все как на ладони, даже те, кто работал в другую смену, видели старт с крыш домов в Ленинске - вспоминает Петр Педченко. - Небо укрыто звездами, и тут эту вековую идиллию нарушает всплеск огня, грохот... Необыкновенное зрелище! И, конечно, гордость тогда всех переполняла!
Проект закрыт - энергия осталась
Через год состоялся еще один старт РН «Энергия» уже с орбитальным кораблем многоразового использования «Буран». Казалось, что все еще впереди, но тема «Энергия-Буран», к сожалению, была закрыта. Началась перестройка, и финансирование космических программ практически прекратилось. Самая мощная ракета в мире не нашла себе применения. А через несколько лет произошла авария на крыше корпуса, где находился в полной сборке весь космический комплекс. Можно представить горечь, которая осталась в душе тех, кто потратил свои лучшие годы на реализацию этого глобального проекта.
- Рывок, который мы совершили во время запуска «Энергии», имеет большое историческое значение, - сказал на торжественном собрании в честь юбилея в «ЦСКБ-Прогресс» бывший министр общего машиностроения СССР Олег Бакланов. - Пройдет еще несколько лет, и американцы запустят ракету в сто тонн. Что, нам опять догонять?»
Проект закрыт, но энергия осталась у тех, кто создавал эту уникальную машину. Большинство специалистов, работавших над «Энергией», и сегодня полны сил, а те научно-технические наработки и изобретения можно в любой момент использовать. Без космоса нам не обойтись. Это и загрузка промышленности, и развитие науки, и оборонная мощь страны. Об этом забывать не стоит.
Источник:
«Волжская коммуна»
Aвтор: Юлия РУБЦОВА Фото: ФОТО АВТОРА Дата: 25.05.2012 |
http://www. vkonline. ru/article/179966.html
