«ЛЮСЯ, Я ОСТАЛСЯ БЕЗ НОГИ». Жительница Асбеста расшифровала 90 фронтовых писем своего отца
JustMedia. ru опубликовал часть рукописей.
60-летня жительница расшифровала 90 фронтовых писем своего отца Эдуарда Горецкого, который прошел Великую Отечественную войну. На перевод рукописей в цифровой формат ушел месяц, помогала вся семья.
Эдуард Горецкий ушел на войну в 1941 году сразу после окончания школы. За несколько месяцев он окончил военно-инженерное училище в городе Ленинграде и тут же был отправлен на Калининский фронт. 18-летний юноша командовал пожилыми бойцами инженерной разведки 8 штурмовой, а затем 10 инженерно-саперной бригады 3 армии генерала Горбатова. Боец Красной армии участвовал в самых разных сражениях и порой оказывался на волоске от смерти. Обо всем он рассказывал своим родным в письмах, которые по сей день бережно хранит его дочь Наталья Бартош.
«У моей мамы сохранилась подшивка писем, которые дедушка писал с фронта своим родным. На то, чтобы набрать это 90 писем на компьютере, маме потребовалось около месяца. Под конец этой работы ей помогала вся семья: печатали и я, и мой 11-летний сын», — сказала JustMedia. ru внучка Эдуарда .
По словам Инны Бартош, в первую очередь эта работа была проделана ради детей, чтобы они всегда могли прочитать записи своего прадеда. Хотя, если какая-либо библиотека заинтересуется рукописями, семья не против поделиться копиями.
«У меня воевали оба дедушки и одна из бабушек, Евгения Межиборская. Нам удалось найти и ее письма – и хотя их всего три, они очень достойные, настоящие», — добавила Инна Бартош.
Эдуард Викторович воевал по 1944 год и принимал участие в операции «Багратион». Под городом Белостоком в августе 1944 года он был тяжело ранен в ногу осколком снаряда самоходного орудия «Фердинанд». Так случилось, что в госпитале его левую ногу хирург ампутировал дважды — сначала до колена, потом выше колена. Позже, Эдуарду Викторовичу стало совсем плохо: ему перелили кровь не той группы, он умирал. Жизнь ему спасла простая медсестра, пожалевшая еще совсем молодого парнишку. Девушка стала потихоньку капать ему в вену физиологический раствор, и солдат пошел на поправку.
За проявленное мужество и героизм Эдуард Горецкий был награжден боевыми наградами: орден «Отечественной войны» 2 степени, два ордена «Красной Звезды» и 8 медалей, в том числе «За отвагу» и «За победу над Германией». JustMedia. ru публикует некоторые отрывки из сборника писем.
24.02.1943
Дорогая мама! Как гром среди ясного неба упало на меня известие о смерти моего папы. Ещё 23 февраля на нашем празднике я вспоминал о вас, мои дорогие. Написал вам письмецо, но, получив ваше, пришлось его уничтожить.
Ещё недавно я просил его помочь мне вступить в партию – рекомендации просил, но, оказывается, уже было поздно.
Мамочка! Если вам будут мешать какие трудности, пиши мне. Я чем могу, непременно помогу.
За своё старое эгоистическое решение я всё время ругаю себя. Мама, я аттестат не взял назад – вы получайте по нему. А сейчас у меня есть 200 рублей, пошлю вам. Мне очень тяжело, что обо мне заботится правительство, а о вас – никто. Как хотел бы я побывать с вами, но не могу, отсюда не отпустят. Какие хорошие воспоминания о нашем Кавказе, о жизни в этом замечательном краю. Во Фрунзе так же, как и в Ташкенте, но там, где были немцы, вероятно, одни трубы остались. В этот вечер у нас было кино и последняя картина, где гибнет батько Боженко, - очень сильно подействовала на меня, до слёз мне стало жалко его. Ведь сколько я видел смертей, и – ничто, но эта дошла до сердца. Мамочка, пиши мне о всём. Музе, наверное, тоже очень трудно, ведь у неё слабенькое здоровье. Будьте мужественны. Спокойно и обдуманно принимайте решения, и вы выйдете победителями из любой беды. Э. Горецкий \полевая почта 557 часть 449\просмотрено военной цензурой\
16.08.1943
Немцы, отступая, оставляют минные поля. Выезжая на разведку, моя машина наскочила на противотанковую мину. Не знаю, что было со мной – тьма и грохот. Очнулся на земле – целый и вполне здоровый. Весь в грязи, бензине, масле, сам чёрный от копоти. Автомашину разворотило крепко. Вся передняя часть до кабины изуродована, колёса летели куда - то. Счастье не покинуло меня – я целый, и шофёр здоров. Вернулся домой пешком и на другой машине выехал на задание. Возвращаться пришлось поздно ночью, не хватило бензина. Иду, а на небе – лунное затмение, только и наблюдай природу. Запад весь в зареве; отступая, жжёт деревни, скот режет и бросает по дороге. Группами и поодиночке возвращаются мирные жители, отбитые от немцев. Женщины везут самодельные тележки с барахлом, некоторые запрягают коровёнок или тощих лошадей.
Казанов в Отделе Кадров – хороший был командир, вероятно, больше не будет такого. Выполняя задание, разведку под Орлом (а Орёл теперь наш): семь моих красноармейцев и сержантов награждены медалями, а их командир не заслужил даже благодарности. Ерунда получается – да ну их.
06.09.1943
Здравствуй, мама. Мы вышли на Березину. Народ приветливый, – говорит на смешанном языке. Осень! Жёлтые листья липы устилают нам путь. Разведчику-инженеру приходится строить мосты. Застудился немного – доктор освобождение дал. Теперь много времени свободного, только и писать письма. Жизнь моя – без особых перемен. Правда, иногда волноваться сильно приходится. Ушли разведчики – время вышло, а их нет! Вот тут и переживай. Мне больше всех приходится работать. Везде посылают меня.
Но командир ценит мою работу, к правительственной награде хочет представить. Не знаю, право, как это у него получится.
Хозяйский мальчуган с обгорелыми на пожаре волосами рисует танки рядом со мной. Пусть развлекается – дал ему бумагу и карандаш. Деревня сгорела наполовину. Детям плохо приходится.
27.07.44.
БЕЛОСТОК
Привет из освобождённого города.
Чувствую себя отлично. Сегодня кинооператор снял мою группу со мной у разрушенного немцами моста. Будете смотреть кинохронику – увидите!
23.09.1944
Здравствуйте, Люсетка и бабушка!
Я уж вот месяц лежу в госпитале. Был тяжело ранен в ногу – хотели отнять совсем. Сейчас лежу со стиснутыми зубами. Боли неимоверные и не утихают. Завтра опять вольют кровь. Не хотел писать об этом, да сообщаю – вот как, хотя мама знает, наверное, что я ранен. Да переживаю я, дорогие,- за три года - три раза… Ничего, у меня большое желание выздороветь, и я этого добьюсь, хотя и придётся пролежать об спину на кровати.
01.10.44.
ЛЮСЯ, Я ОСТАЛСЯ БЕЗ НОГИ. С приветом Бабушке. Эдик.
07.11.44
Дорогая Мама! В день 7 ноября пишу эту открытку из того же госпиталя. День выдался солнечный, весёлый, а ещё веселее то, что я теперь свободно гуляю по улице на костылях. Представь, мама, пролежать два с лишним месяца, – и не видеть, что делается за стенами! А теперь говорят: «Это идёт бывший тяжелобольной Грецкий, смотрите – выжил человек и по двору даже бродит!» Сегодня праздник мы встретили весело. Первый раз вместе со всеми за столом, с лечащим врачом – Лидией Филлиповной, – прошёл торжественный обед. Была делегация поляков – учеников, преподнесли нам цветы. Настроение бодрое – близится наша встреча.
28.11.44.
Лечусь на прежнем месте, поправляюсь, уже свободно хожу по госпиталю. Недавно нас посетил фотограф. В результате посылаю свою карточку. Дело в том, что снялся я в обычном виде, в халате в палате. Изменился, конечно, очень; я очень жалею, что нет у меня фотокарточек периода борьбы за Белосток. Можно было сравнить смуглого загорелого мускулистого разведчика, тоже в халате, но не в больничном, а боевом маскировочном. Тогда я легко управлял тяжёлым мотоциклом, с громадными скоростями продвигался по варшавскому шоссе. А сейчас освоил новый вид экономичного транспорта – костыли. Препятствия, как то подъёмы и спуски по многочисленным госпитальным лестницам, - тяжело преодолеваются мной.
Но, несмотря на трудности передвижения, я просмотрел уже кинокартины – «Сталинград», «Аринка», « Машенька». И – два концерта. Прочёл вновь « Петра Первого» и « Пылающий остров». Жалко, нет у меня в Москве знакомых, да это – не беда. Девушки, шефы – тоже неплохие знакомые.
Мама, напишите мне письмо, ведь я соскучился за 4 месяца!
Пишите. Да. Как там сестричка Музилочка – теперь, наверно, уже взрослая девушка. Как вы живёте? Где работаете? Всё пишите, даже – какая у вас погода. Теперь я уже не тот, дождики меня теперь интересуют.
