Литературная гостиная «Сороковые-роковые»
Петр Давыдов
Давайте скажем что-то о победе
Начало мая.
Красные гвоздики,
Как слезы тех далеких страшных лет.
И ветеранов праведные лики,
Особенно, которых больше нет.
Когда опять подходят даты эти.
Я почему-то чувствую вину -
Все меньше вспоминают о Победе,
Все больше забывают про войну.
Никто из нас за это не в ответе.
И сам с собой веду я разговор:
Так много было войн на белом свете,
Так много лет уже прошло с тех пор.
И, как обычно, вспоминаю папу,
Вернувшегося без обеих ног...
Как поднимался он легко по трапу,
Как танцевать он на протезах мог...
Идут по телевизору парады,
Горят в архивных фильмах города.
Тем, кто остался, раздают награды.
И кажется, что было так всегда.
Война еще исчезнуть не готова.
Те годы - миллионы личных драм.
А потому, давайте вспомним снова
Всех тех, кто подарил Победу нам.
Когда гулять, на майские, поедем,
Веселые, довольные вполне,
Давайте скажем что-то о Победе
И вспомним, хоть немного, о войне.
1-й ведущий: Тем, кто шел в бой за Родину, выстоял и победил...
2-й ведущий: Тем, кто улетал вместе с дымом из бухенвальдских печей...
3-й ведущий: Тем, кто на века канул в фашистском плену...
4-й ведущий: Тем, кто под машины ложился вместо понтонных мостов...
1-й ведущий: Всем тем, кто ушел в бессмертие и победил, посвящается...
Мозговой Иван
Мирно страна проснулась в этот июньский день.
Только что распустилась в парках её сирень.
Радуясь лету и миру, утро встречала страна.
Вдруг разнеслись по эфиру памятные слова,
Утром у нас на пороге заполыхала война!
Дечули П
: Сорок первый! Июнь! Год и месяц борьбы всенародной!
Даже пылью времен затянуть эту дату нельзя.
Поднималась страна и на фронт уходила поротно,
Кумачовые звезды на полотнах знамен унося…
Чувашов А
От бескрайней равнины сибирской
До полесских лесов и болот
Поднимался народ богатырский, наш великий российский народ.
Выходил он свободный и правый,
Отвечая войной на войну,
Постоять за родную державу, за могучую нашу страну.
( фрагмент видеоролика «Начало войны»)
1 ведущий: Ведущий: Четыре долгих года, 1418 дней,34000 часов шла на нашей земле самая кровопролитная и страшная война в истории человечества. Первым принял на себя удар фашистской армии город – крепость Брест. Три с половиной тысячи человек против целой вражеской дивизии, усиленной танками, самолетами, артиллерией. 28 дней длилась героическая оборона Брестской крепости, почти все ее защитники пали смертью храбрых. Оборона крепости – это поистине подвиг воинов-патриотов.
Чтец 1,2,3: Я крепость (6 раз)
Я бьюсь
Я не сдамся врагу.
А смерть – это просто нелепость,
Её я принять не могу.
Я – Брест. Я стою обожженный.
Я бьюсь за солдатскую честь.
И нету здесь, нету сраженных,
Здесь только убитые есть.
Мой дом окружен и отрезан.
Мне трудно. Опять и опять.
И если не хватит железа –
Я буду камнями стрелять.
Сквозь смертную эту свирепость,
Сквозь гиблую бурю огня.
Я крепость! (3 раза)
Потомок, ты слышишь меня?
Ведущий: И с болью, и с памятью вместе.
В солдата Победы глядишь,
Победу он выстрадал в Бресте,
Ему до земли поклонись… (чтецы и ведущие кланяются)
(рефреном звучит фонограмма марша «Прощание Славянки»)
2 ведущий: Насмерть стояли защитники Отечества, защищая каждую пядь земли. В битвах с захватчиками остро звучало в сердцах бойцов чувство Родины. В битве за отчий край стояли насмерть все, кто мог держать оружие в руках.
1 ведущий: А враг неистовствовал. На передовой взрывами снарядов и бомб был изранен каждый клочок земли. Но вновь поднимались в атаку наши бойцы. Артиллеристы, танкисты, пехота, моряки – не жалели в смертельном бою себя, приближая победу.
Инсценировка «Солдаты Отчизны»
Боец: Мы по дорогам пыльным с боем шли, от бомб земля дрожала, как живая.
Мы каждый метр своей родной земли отстаивали, кровью поливая.
Боец: Мы в снегах замерзали, мы в болотах тонули гнилых,
В медсанбатах от ран умирали и друзей хоронили своих.
Боец: Мы заживо в танках сгорали, мы с гранатою шли на врага.
За Отчизну мы жизнь свою отдавали, хоть была она нам дорога.
Боец: Нам хотелось любить и смеяться, хлеб растить и ласкать детей.
К материнским ладоням прижаться, благороднее стать и мудрей.
Боец: Но в холодной земле на чужбине мы остались лежать навсегда,
И хранит вечный сон наш доныне лишь далекая в небе звезда.
Боец: Нам славы посмертной не надо, хоть наша судьба и горька.
Ведь высшая всем нам награда – ваша память о нас на века.
Ни звуков оркестра, ни слез, ни речей.
В молчанье окрестность. Хоронят парней.
В солдатской могиле — десятки мужчин:
Лишенные силы, лежат как один.
Устало лопаты мелькают вдали,
Как будто солдаты жалеют земли.
И вдруг: «Подождите!» — подвозчика крик…
Глядят на убитых — застыли на миг.
Вдоль борта на бричке, средь павших вчера,
Раскинув косички, лежит медсестра.
Глядят виновато, не зная, как быть:
В могилу к солдатам иль рядом долбить?
На лицах смятенье: нелегок их труд!
К какому решенью солдаты придут?
Дымят самокрутки, мрачнеет заря,
И сосны в округе в молчанье не зря…
Январская стужа: земля — что гранит.
Нелепая служба — солдат хоронить!
Минуя воронки, телеги скрипят,
И вот в стороне уж кирками стучат.
(И. Забуга)
Мама! Тебе эти строки пишу я,
Тебе посылаю сыновний привет,
Тебя вспоминаю, такую родную,
Такую хорошую — слов даже нет!
Читаешь письмо ты, а видишь мальчишку,
Немного лентяя и вечно не в срок
Бегущего утром с портфелем под мышкой,
Свистя беззаботно, на первый урок.
Грустила ты, если мне физик, бывало,
Суровою двойкой дневник «украшал»,
Гордилась, когда я под сводами зала
Стихи свои с жаром ребятам читал.
Мы были беспечными, глупыми были,
Мы все, что имели, не очень ценили,
А поняли, может, лишь тут, на войне:
Приятели, книжки, московские споры -
Все — сказка, все в дымке, как снежные горы…
Пусть так, возвратимся — оценим вдвойне!
Сейчас передышка. Сойдясь у опушки,
Застыли орудья, как стадо слонов,
И где-то по-мирному в гуще лесов,
Как в детстве, мне слышится голос кукушки…
За жизнь, за тебя, за родные края
Иду я навстречу свинцовому ветру.
И пусть между нами сейчас километры -
Ты здесь, ты со мною, родная моя!
В холодной ночи, под неласковым небом,
Склонившись, мне тихую песню поешь
И вместе со мною к далеким победам
Солдатской дорогой незримо идешь.
И чем бы в пути мне война ни грозила,
Ты знай, я не сдамся, покуда дышу!
Я знаю, что ты меня благословила,
И утром, не дрогнув, я в бой ухожу!
Открываются кулисы. Творческая постановка.
Ведущий: Страшное слово ВОЙНА: оно разрушает и убивает то, что называется жизнью, миром, детством…Сколько детских жизней она унесла в первый, второй и все последующие страшные дни этой поистине ужасной катастрофы… Многие из этих детей были ещё в маленькой колыбельке, другие на руках у матерей, третьи сидели за школьными партами. Никто не знал, сколько она будет продолжаться, сколько унесёт с собой жизней людей и когда закончатся эти дни и годы, которые им предстояло пережить…
Ведущий: Лора Тасси «Оборванного мишку утешала»
Оборванного мишку утешала
Девчушка в изувеченной избе:
«Не плачь, не плачь… Сама недоедала,
Полсухаря оставила тебе…
… Снаряды пролетали и взрывались,
Смешалась с кровью черная земля…
Была семья, был дом… Теперь остались
Совсем одни на свете — ты и я…»
… А за деревней рощица дымилась,
Поражена чудовищным огнём,
И Смерть вокруг летала злою птицей,
Бедой нежданной приходила в дом…
«Ты слышишь, Миш, я сильная, не плачу,
И мне дадут на фронте автомат.
Я отомщу за то, что слезы прячу,
За то, что наши сосенки горят…»
Но в тишине свистели пули звонко,
Зловещий отблеск полыхнул в окне…
И выбежала из дому девчонка:
«Ой, Мишка, Мишка, как же страшно мне!..»
… Молчание. Ни голоса не слышно.
Победу нынче празднует страна…
А сколько их, девчонок и мальчишек,
Осиротила подлая война?!..
Метальникова А 13 млн детских жизней
Тринадцать миллионов детских жизней
Сгорело в адском пламени войны.
Их смех фонтанов радости не брызнет
На мирное цветение весны.
Мечты их не взлетят волшебной стаей
Над взрослыми серьезными людьми,
И в чём-то человечество отстанет,
И в чём-то обеднеет целый мир.
Тех, кто горшки из глины обжигают,
Хлеба растят и строят города,
Кто землю по-хозяйски обживают
Для жизни, счастья, мира и труда.
Без них Европа сразу постарела,
На много поколений недород
И грусть с надеждой, как в лесу горелом:
Когда ж подлесок новый станет в рост?
Им скорбный монумент воздвигнут в Польше,
А в Ленинграде – каменный Цветок,
Чтоб в памяти людей остался дольше
Прошедших войн трагический итог.
Тринадцать миллионов детских жизней -
Кровавый след коричневой чумы.
Их мертвые глазёнки с укоризной
Глядят нам в душу из могильной тьмы,
Из пепла Бухенвальда и Хатыни,
Из бликов пискаревского огня:
«Неужто память жгучая остынет?
Неужто люди мир не сохранят?»
Их губы запеклись в последнем крике,
В предсмертном зове милых мам своих...
О, матери стран малых и великих!
Услышьте их и помните о них!
Киструй А
41 – год потерь и страха
Матвеева Н «Кукла»
Наталья Болдырева - Болдык «Странный дуэт»
Чуть прикасаясь губами к засохшему хлебу,
Запах знакомый вдыхая до чёрных кругов,
Девочка в парке стояла -
с глазами - в полнеба! -
Тихо дрожа от мороза, без слёз и без слов.
Из темноты незаметно щенок появился,
Вытянул морду и, глядя ей прямо в глаза,
Нет, не скулил - он как будто бы Богу молился,
Воздух глотая, и взглядом по хлебу скользя...
Глянула вниз, по-старушечьи губы поджала,
В зябкой ладони зажав драгоценный кусок,
Бросилась в сторону и, как могла, побежала...
Спал Ленинград.
А чужой, ненавистный щенок
Лёг на живот и пополз по январскому снегу,
Жалко скуля, и надеясь беглянку догнать.
Та поскользнулась на льду и упала с разбегу,
Несколько раз попыталась подняться и встать,
Но, обессилев, вздохнула, свернулась клубочком,
Вспомнила бабушку, деда, сестрёнку и мать,
Крепко вцепившись в тот самый, заветный, кусочек,
Нет, не заплакала - Пушкина стала читать.
В воздухе таяла, таяла музыка строчек.
Злая луна почему-то мерцала свечой...
К жизни вернул её маленький тёплый комочек,
Громко сопел он и тыкался носом в плечо.
Из-под ресниц покатились солёные льдинки,
Тонкие руки на ощупь упрямца нашли,
Хлеб разломили и дали ему половинку,
К сердцу прижали и этим от смерти спасли...
Чуда не вышло. Нева подо льдом клокотала!
Но никого не шокировал странный дуэт:
Мёртвая девочка тихо спала у вокзала
С мёртвым щенком на руках. Занимался рассвет...
Открываются кулисы. Творческая постановка.
«А завтра была война…»
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: Ведущие
Участники сценки «Брат и сестра»
Участники сценки «ФОТО»
Ведущий:
Весь под ногами шар земной.
Живу. Дышу. Пою.
Но в памяти всегда со мной
Погибшие в бою.
Пусть всех имен не назову,
Нет кровнее родни.
Не потому ли я живу,
Что умерли они?
()
Минута молчания. Метроном.
Юноша:
А может, не было войны…
И людям все это приснилось:
Опустошенная земля,
Расстрелы и концлагеря,
Хатынь и братские могилы?
Девушка:
А может, не было войны,
И у станков не спали дети,
И бабы в гиблых деревнях
Не задыхались на полях,
Ложась плечом на стылый ветер?
(А. Розенбаум)
Юноша:
А может, не было войны?
И «шмайсер» - детская игрушка.
Дневник, залитый кровью ран
Был не написан Анной Франк,
Берлин не слышал грома пушек?
(А. Розенбаум)
Девушка:
А может, не было войны,
И мир её себе придумал?
«Но почему же старики.
Так плачут в мае от тоски?»
Однажды ночью я подумала.
(А. Розенбаум)
Все вместе:
… А может, не было войны.
И людям все это приснилось?..
(А. Розенбаум)
Юноша:
Тогда еще они не знали,
Со школьных вечеров шагая,
Что завтра будет первый день войны,
А кончится она лишь в 45-и, в мае
Звучит сообщение от Советского Информбюро о начале войны
Песня. «Двадцать второго июня, ровно в 4 часа» ( музыка Е. Петербургский)
Андрей:
Сороковые, роковые.
Свинцовые, пороховые…
Война гуляет по России
А мы такие молодые!!!
«ФОТО»: действующие лица: Девушка. Андрей. Ната. Ирина. Лара.
Девушка. На стенке фото пылится.
И каждый день на заре
Смотрю на юные лица…
Мы жили в одном дворе,
Учились в одном десятом,
Всегда – как одна семья.
Такими мы были когда-то…
А в центре, представьте, я
(садится на стул) (на фоне музыки фокстрот)
Андрей был нашей опорой.
(выходит Андрей, встает за спинкой стула)
Он весь наш класс защищал,
Очень любил поспорить
И на гитаре играл.
Натка – душа компании…
(появляется Ната, встает рядом с Андреем, они улыбаются друг другу)
И в школьных делах мастак.
Бывало, что на свидания
Не успевала никак.
Их звали «жених» и «невеста».
Они не смущались, нет.
Любовь – это всем известно –
Не знает преград и лет.
Лара с Ириной – подружки…
(Держась за руки, появляются Лара и Ирина. Встают одна рядом с Натой, другая возле стула)
Вдвоем везде и всегда.
Веселые две хохотушки
И не разлей вода.
А это спортсмен наш Коля!
(Коля приседает возле стула, перед Андреем. Получается «фотография»)
Колей гордится дом!
Все мысли о футболе,
Ну а учеба – потом.
(Громко звучит музыка. Стоп-кадр «фотография» оживает, ребята по очереди выходят на авансцену и произносят текст)
Андрей. Вот так мы тогда и жили.
Экзамены шли к концу
Коля. Девчонки платья пошили,
Чтоб каждой было к лицу.
Ната. Выпускной был тогда веселый!
Танцы и ночь без сна.
(Фокстрот звучит громко и резко обрывается)
Лара. Мы успели закончить школу,
Когда началась война.
(Громко звучит марш, затем становится тише)
Ирина. (На фоне музыки)
Стояли мы оглушенные
И двинуться не могли…
Девушка. И словно завороженные
Руки свои сплели
(Все на сцене берутся за руки)
Андрей. Всю ночь до утра не спали,
Вглядываясь в горизонт.
Девушка. А губы сами шептали…
Все. На фронт! На фронт! На фронт!
(Громко звучит марш, затем становится фоном)
Коля. И нас война разметала!
(Шеренга дружно распадается; все одновременно меняют места, на месте остается лишь девушка – в центре)
Всех по разным фронтам!
Девушка. Кто был, там знает, немало
На долю выпало нам.
Горечь дымных рассветов
Впитал в себя каждый из нас…
(Музыка обрывается. Пауза.)
Нет! Не хочу об этом!
О будущем будет рассказ!
(Звучит фокстрот. С разных концов сцены идут друг к другу Андрей и Ната, встречаются на авансцене слева от девушки.)
Ната. Долго мы о друг друге
Не знали: как, что и где…
Андрей. Под долгие песни вьюги
Я вспоминал о тебе
Мы встретились в сорок третьем,
Как видите – навсегда! (Обнимает Нату за плечи)
Ната. Счастливей пары на свете
Не было никогда!
(На сцену выходят Лара и Ириной, встают справа от девушки)
Ирина. Мы были медсестрами в роте…
Лара. И хоть горели в аду.
К этой страшной работе
Привыкли в боях, на ходу.
Ирина. А после победной песни
Осуществили мечту:
Учились, работали вместе…
Лара и Ирина. Закончили мединститут!
Коля. (Встает рядом с Ларой и Ириной)
Горели бескрайние дали,
И сердце летело вскачь!
Мы фашистские каски топтали.
А не футбольный мяч!
После войны, за город играя,
Точен я был всегда,
И каждый гол посвящал я
Девчонкам десятого «А».
Девушка. Поверьте, все так и было!
И счастливы были все!
И птицы по небу плыли,
И звезды купались в росе!
Я знаю. Все так и было б
(Громко звучит фокстрот, резко обрывается)
Если бы не война…
Ларка первой погибла.
Под Львовом лежит она.
(Лара уходит вглубь сцены, встает спиной к зрителям)
Ирина с Наткой чуть позже…
(Ирина с Наткой встают рядом с Ларой.)
Потом не стало ребят…
Я даже не знаю, боже,
Где они все лежат…
(Девушка идет на левую половину авансцены, чтобы не загораживать ребят, стоящих спиной к зрителям)
На стенке фото пылится.
И каждый день на заре
Смотрю на юные лица…
Мы жили в одном дворе.
Такими мы были когда-то –
Последний десятый класс…
Простите меня, ребята,
Одна я живу… за вас
Звучит песня «За того парня»
2 ведущий: Но не только мужчинам пришлось защищать рубежи нашей Родины и проливать кровь в боях. 800 тысяч девушек и женщин доблестно сражались на фронтах Великой Отечественной войны.
Черепанова Е
«Ты должна»
ТЫ ДОЛЖНА! Юлия Друнина
Побледнев, стиснув зубы до хруста,
От родного окопа одна
Ты должна оторваться, и бруствер
Проскочить под обстрелом должна.
Ты должна. Хоть вернешься едва ли,
Хоть "Не смей” повторяет комбат.
Даже танки (они же из стали!)
В трех шагах от окопа горят.
Ты должна! Ведь нельзя притвориться
Пред собой, что не слышишь в ночи,
Как почти безнадежно "Сестрица!”
Кто-то там, под обстрелом, кричит
Ольчи Анна «В траншее»
Леонид Цветков
В траншее
Как страшно! А встанешь если – ещё страшнее.
Все, кроме меня бегут, я один в траншее.
Осколки и пули слетелись к остаткам роты,
Как мухи на мёд. А я…, я лежу чего-то.
Ребята бегут, потому что они солдаты,
А не оттого, что старлей их ругает матом,
Стращая зачем-то, что сзади заградотряды.
Ура! – и всё! Мне как-нибудь тоже надо.
Им ветер в спину, пыль перед глазами кружит,
Не видно врагов, но тем-то ещё и хуже.
А взрывы сместились дальше и чуть правее,
И можно бы вроде, но я всё лежу в траншее.
До немцев отсюда не больше, чем метров двести,
Минута-две – и друзья уже там, на месте,
Где лица смешались, пули, штыки, лопаты…
А я всё лежу, простите меня, ребята.
Чуть-чуть бы ещё, и мы бы не отступили.
Кому повезло, вернулись – в крови и пыли.
Ни грамма упрёка в глазах их – мол, ты-то, ты-то…
Ещё и укрыли – положено так убитых.
2009
«Солдат оставил в тишине жену и малого ребёнка» Плотник А
Солдат оставил тишине
Жену и малого ребёнка
И отличился на войне...
Как известила похоронка.
Зачем напрасные слова
И утешение пустое?
Она вдова, она вдова...
Отдайте женщине земное!
И командиры на войне
Такие письма получали:
“Хоть что-нибудь верните мне...”
И гимнастёрку ей прислали
Она вдыхала дым живой,
К угрюмым складкам прижималась
Она опять была женой.
Как часто это повторялось!
Годами снился этот дым,
Она дышала этим дымом –
И ядовитым и родным,
Уже почти неуловимым.
...Хозяйка новая вошла.
Пока старуха вспоминала.
Углы от пыли обмела
И гимнастёрку постирала.
Елена Благинина
Папе на фронт
- Здравствуй, папка! Ты опять мне снился,
Только в этот раз не на войне.
Я немного даже удивился -
До чего ж ты прежний был во сне!
Прежний-прежний, ну такой же самый,
Точно не видались мы два дня.
Ты вбежал, поцеловался с мамой,
А потом поцеловал меня.
Мама будто плачет и смеётся,
Я визжу и висну на тебе.
Мы с тобою начали бороться,
Я, конечно, одолел в борьбе.
А потом принёс те два осколка,
Что нашёл недавно у ворот,
И сказал тебе: «А скоро ёлка!
Ты приедешь к нам на Новый год?»
Я сказал да тут же и проснулся,
Как случилось это, не пойму.
Осторожно к стенке прикоснулся,
В удивленье поглядел во тьму.
Тьма такая – ничего не видно,
Аж круги в глазах от этой тьмы!
До чего ж мне сделалось обидно,
Что с тобою вдруг расстались мы...
Папа, ты вернёшься невредимый!
Ведь война когда-нибудь пройдёт?
Миленький, голубчик мой родимый,
Знаешь, вправду скоро Новый год!
Я тебя, конечно, поздравляю
И желаю вовсе не болеть.
Я тебе желаю–прежелаю
Поскорей фашистов одолеть!
Чтоб они наш край не разрушали,
Чтоб как прежде можно было жить,
Чтоб они мне больше не мешали
Обнимать тебя, тебя любить.
Чтоб над всем таким большущим миром
Днём и ночью был весёлый свет...
Поклонись бойцам и командирам,
Передай им от меня привет.
Пожелай им всякую удачу,
Пусть идут на немцев как один...
...Я пишу тебе и чуть не плачу,
Это так… от радости… Твой сын.
Бабицкая Виктория
Снова распускаются цветы,
В майский день так хочется поверить,
Что красивые и светлые мечты
Словно солнца свет ворвутся в двери.
Опустившись в мягкую траву
Вспомни тех, кого уже нет с нами,
Но они в душе твоей живут,
Согревая вечным словом «память»!
Это было много лет назад,
Но земля хранит безумство боя,
Помнит взрывы танковых гранат,
Помнит тех, кто умирали стоя!
Небеса давно уже чисты,
Жизнь идет, и солнце так же светит,
Но кладут на парапет цветы
С трепетом и со смущеньем дети.
И мы с ними будем наравне,
Потому что много не видали,
Ведь не мы погибли на войне,
Ради Жизни жизнь свою отдали!
Хоть на миг оставьте все дела,
Вспомните, и мир светлее станет!
Время все стирает, но должна
В наших душах оставаться память!
Почтим память павших в годы Великой Отечественной войны Минутой молчания
«Не смею говорить я о войне» Тумали Антон
Дмитрий Румата
Не смею говорить я о войне
Не смею говорить я о войне,
Но я скажу – есть родственная память,
Не дай нам Бог увидеть и во сне
Того, что было пережито Вами!
Не смею говорить я о любви,
Я не прощался с милой под "Славянку"
Не разлучали с нею нас бои,
Снаряды, самолёты, танки!
Не смею говорить я о беде,
Не иссыхал от голода в блокадном!
Но я скажу о крашеной звезде,
Что от дождя ржавеет на Отрадном.
Но я скажу о слёзах матерей,
Что у окошка не дождались сына!
Но я скажу, товарищ мой, налей
За дедов и отцов седины!
Но я скажу, товарищ, поклонись
Защитникам отечества – России,
И постарайся лучше сделать жизнь
Для тех, кто в жертву жизни приносили!
Ни слова Вам не скажет о войне
И тот, кто в ней прошёл все муки ада!
Прошу, друзья, сейчас, поверьте мне,
Его про это спрашивать не надо…
2008
«ТИШИНА»
ПОПОВА НИНА
Анатолий Пиневич
На полустанке.
На захолустном польском полустанке
О чем-то русском сетует гармонь,
И нежный голос девушки-минчанки
Теплом души нас греет, как огонь.
Спят в эшелоне бывшие солдаты…
В товарных, на полу, на сквозняке
И в снах спокойных, ласковых, крылатых
Они сейчас, наверно, вдалеке…
Пусть спят друзья, а мы прокоротаем
Ночь на границе, сидя у костра.
Согреемся крутым солдатским чаем
Послушаем, что нам споет сестра.
Мы так давно сидели без тревоги…
Сегодня, братья, нам заданий нет.
– Подсыпь, дружок, махорочки немного,
– Откуда ты? – Московский. – Ну?
Сосед…
– А что с ногой? Укоротили малость…
– Вот так-то друг… – И снова тишина…
И вдруг ко мне, да так, что сердце сжалось,
– Не отвернется? – Кто? – Жена? –
Она…
Подкинул хворост, затрещали сучья,
Мотнулись искры в небо, в темноту.
– Не отвернется. Примет, потому что
Ты мирных снов вернул ей теплоту.
Она, родная, примет, обласкает.
– Спасибо, друг, – он глубоко вздохнул.
– Вон, посмотри, в России рассветает…
Редела ночь. Дневной рождался гул.
И в километре от ночной стоянки
Увидел я над крышами дымки.
Там – Родина… На польском полустанке
Спокойно спят друзья-фронтовики.
Декабрь 1945
9 мая, в День Победы нашего народа в Великой Отечественной войне, на улицы и площади городов вышли тысячи людей. У всех на глазах блестели слезы радости и печали одновременно. Люди радовались Великой Победе
Звучит песня «День Победы»
