«Я мечтал о Крыме…»

«Я мечтал о Крыме…»

«Я мечтал о Крыме…»

Крым, страна памяти былого и прелести настоящего, страна неги и роскоши – сколько представляешь ты предметов для наблюдения путешественника и исследования историка! Дикая и величественная природа южного берега Крыма приводит в восторг , а любопытство путешественника вполне удовлетворяется разнообразием и прелестью местоположений. О Крым! Кто узнает тебя и не полюбит? Климат и небо Италии, природа Швейцарии, зеленеющие сады, пышный и сочный виноград кого не приводит в восхищение?

Волшебный край! Очей отрада!
Все живо там: холмы, леса,
Янтарь и яхонт винограда,
Долин приютная краса,
И струй и тополей прохлада,
Все чувство путника манит,
Когда, в час утра безмятежный,
В горах дорогою прибрежной
Привычный конь его бежит,
И зеленеющая влага
Пред ним и блещет и шумит
Вокруг утесов Аю-дага…

Живописные места Гурзуфа привлекали и привлекают сейчас многих поэтов, писателей, художников. Одним из первых из когорты знаменитостей в Гурзуфе побывал Александр Сергеевич Пушкин. Именно он «открыл» Гурзуф как музу вдохновения. В 1820 г. молодой поэт навлек на себя гнев императора Александра I за вольнолюбивые стихи и эпиграммы на него. Пушкину грозила ссылка в Сибирь, но заступничество Карамзина, Жуковского, Чаадаева позволило смягчить наказание.

Но опальному поэту было позволено совершить путешествие в Крым вместе с семьей генерала . В середине августа 1820 г. путешественники прибыли в Гурзуф.

Жизнь поэта сложилась так, что он побывал в Крыму один-единственный раз. Мечта вновь увидеть полуденный берег не сбылась. Но интерес к Тавриде всегда жил в душе Пушкина.

Позднее Пушкин писал

«Прекрасны вы, брега Тавриды,
Когда вас видишь с корабля
При свете утренней Киприды
Как вас впервой увидел я».

Гурзуф, как место пребывания в Крыму, был выбран путешественниками не случайно. Дело в том, что дом герцога Ришелье, где остановились Раевские и Пушкин, был в то время, пожалуй, лучшим по архитектуре и комфортности зданием на Южном берегу Крыма. Раевские сняли этот дом на всю осень 1820 года.

Как потом писал Пушкин, три недели, проведенные в Гурзуфе, были счастливейшим временем в его жизни. Прекрасные южнобережные пейзажи, прогулки, морские купания, поездки в горы — все это, конечно же, не могло не оставить отрадных воспоминаний в тонкой душе поэта. «В двух шагах от дома рос молодой кипарис, каждое утро я посещал его и к нему привязался чувством, похожим на дружество», - писал Пушкин Дельвигу.. Этот кипарис, современник Пушкина, растет и поныне. С пребыванием поэта в Гурзуфе связано еще одно обстоятельство в его жизни. Это увлечение Пушкина дочерью генерала Раевского, о котором рассказано в стихотворении «Элегия», написанном поэтом в Гурзуфе. Когда Пушкин увидел Марию Раевскую впервые, она была шаловливым подростком, с нежным характером, горящими живыми глазами, черными локонами и смуглым лицом. Уже тогда Мария пленила Пушкина угадывающимся в ней богатством духовного мира и внушила чувство, нашедшее свое воплощение в романтических образах его южных поэм. Она – идеал черкешенки в «Кавказском пленнике», ее черты – в образе Заремы из Бахчисарайского фонтана. А поэму «Полтава» Пушкин предварил посвящением, обращенным к Марии Николаевне.

Недолго пробыл Пушкин в Гурзуфе, но вынес отсюда много глубоких и чрезвычайно сильных впечатлений, которые, несомненно, наложили свой отпечаток на его творчество в дальнейшем. Как признался позже сам поэт, здесь была колыбель его «Онегина».

5 сентября Пушкин и оба Раевские покинули Гурзуф и отправились верхом по знаменитым местам Южного берега в Бахчисарай и Симферополь.

Бывшая столица Крымского ханства поражала путешественников тем больше, что возникала перед ними неожиданно, за поворотом дороги. Во времена Пушкина Бахчисарай еще сохранял вид самого настоящего восточного города. Все дома – в два этажа, окнами во двор, с балконами, деревянными решетками, зелеными внутренними двориками. Вся его жизнь сосредоточивалась на главной (и единственной) улице, обставленной по обеим сторонам лавками, лавчонками и мастерскими ремесленников. В Бахчисарай съезжались купцы со всего Крыма. Когда Пушкин и Раевские въехали в город, как раз начинался байрам – осенний мусульманский праздник с народными играми и состязаниями.

Ханский дворец, который так стремились увидеть путешественники, тоже находился на главной улице. Его тонкие башенки, пестрые решетчатые рамы, фонтаны и потаенные прохладные комнаты навевали мысли о восточной роскоши и неге. Но вид дворца не оправдал ожиданий: Пушкин увидел не тот, старый дворец, который сгорел в 1736 году, а восстановленный и отремонтированный (причем ему постарались придать более «восточный вид»). Пушкину не понравились «полуевропейские переделки некоторых комнат». Ему досадно было, что ханский дворец истлевает в небрежении. Знаменитый Фонтан слез выглядел не лучше: «из заржавой железной трубки по каплям капала вода». Но через четыре года, уже в Михайловском, Пушкин именно этому фонтану посвятил стихотворение. В память о Пушкине на мраморном выступе фонтана теперь всегда лежат две розы: белая и красная.

Фонтан любви, фонтан живой!
Принес я в дар тебе две розы.
Люблю немолчный говор твой
И поэтические слезы.

Симферополь был последним городом, в котором побывал Пушкин, перед тем как уехал из Крыма в Кишинев. О Симферополе Пушкин не оставил никаких заметок, поэтому неизвестно, каковы были его впечатления. Все же, наверное, ему жаль было расставаться с Крымом. Всю свою жизнь Крым дорог был его сердцу, а к поэме «Таврида» он выбрал эпиграфом слова Гете: «Верни мне мою молодость».

Для нынешних поклонников его творчества Крым и Пушкин – по-прежнему неразделимы. Мы так же как и современники поэта зачитываемся «Бахчисарайским фонтаном», «Нереидой», элегией «Погасло дневное светило…», стихотворением «Фонтану Бахчисарайского дворца», другими шедеврами «крымской» лирики поэта.

помнят и чтят в Гурзуфе. Его именем названы набережная, один из санаториев. Ежегодно в Гурзуфе отмечается Пушкинский праздник поэзии, приуроченный ко дню рождения поэта. Дом герцога Ришелье, где останавливался Пушкин, в 1921 г. был национализирован. До 1941 г. в нем размещался музей. В послевоенные годы он использовался как один из корпусов Военного санатория, а затем санатория «Пушкино». Сейчас здесь вновь открыта экспозиция музея. На фасаде здания — мемориальная доска. Перед домом — памятный знак в честь поэта (скульптор ). Он имеет форму четырехгранной колонны из белого мрамора с квадратным основанием, увенчан лирой из меди и опоясан отлитым из чугуна лавровым венком. В парке Военного санатория есть еще один памятник поэту (скульпторы и ).