Диагноз — семейная депрессия

Диагноз – семейная депрессия

Диагноз – семейная депрессия

«Хочешь победить врага — воспитай его детей»

Восточная мудрость.

Мы живем в мире, где по физическим законам все протекает линейно (прошлое – настоящее – будущее).

Родители сегодняшних подростков - это дети 90-х. Сейчас уже можно судить о том, как отразились 90-е годы на психологическом здоровье. Из него были выключены две очень важные антидепрессивные составляющие:

«чувство безопасности» (уверенности в завтрашнем дне, в том, что «несмотря ни на что все будет хорошо», при любом раскладе я выживу, т. к. у меня есть гарантия выживания), т. е. то самое потребное будущее, о котором шла речь; «чувство самоценнности» (я – хороший, я – нужный, я – правильный, я – в нужном месте и в нужное время и с нужными людьми).

Частично эти базовые компоненты формировало общество (государство – как бы мы к этому не относились), частично – институт семьи, который, как мы убеждаемся на множественном печальном опыте, до сих пор лежит в руинах. Депрессия, чаще всего скрытая форма, как раз и проявляется в том, что есть уверенность в том, что, что бы ты ни делал – не приведет к хорошему результату. Эта позиция выработалась у родителей, и они транслируют ее детям, закрепляя в них депрессивное восприятие себя и Мира. Плюс отсутствие умения радоваться. Не развлекаться и не веселиться, а испытывать искреннюю радость. Это тоже можно воспитать в ребенке, главное, чтобы родитель обладал этим умением сам. Радоваться простым вещам и событиям без алкоголя и других психостимуляторов, получать удовольствие от хорошо сделанной работы, радоваться успехам других, испытывать чувство благодарности. Сколько людей могут сказать о себе, что они это не только умеют, но и используют это в своей повседневной жизни? Дети редко когда нас слушают, но почти всегда берут с нас пример, на поведенческом уровне.

Если в основе семейных взаимоотношений, не заложен принцип удовольствия и радости от общения с близкими, то научить ему ребенка, рассказав «как это должно быть» - невозможно.  Теоретически мы все понимаем. Понимаем, что близкие, доверительные отношения принятия – это хорошо. Вот и выход: начинать нужно с родителей. «Не воспитывайте детей – они и так вырастут похожими на вас. Воспитывайте себя». Не учить их «сразу и вдруг» обращать пристальное внимание на то, как и чем их дети занимаются, а научать их на поведенческом уровне тому, как можно создавать потребное будущее и потом уже обучать этому своих детей (хотя, если чему-то научится родитель, то дети скопируют этот полезный навык на поведенческом уровне).

Противопоставить современной террористической угрозе можно только сплоченную семью и проявленные семейные ценности. Чувство сопричастности рождается от ощущения себя полноценным членом семьи..

Семейные ценности – не набор громких фраз, которыми семья описывает то, что считает важным. Семейные ценности – живая, насыщенная отношениями ежедневная и ежечасная жизнь всех членов семьи в совокупности. Это то, как они живут и взаимодействуют друг с другом. Это традиционные устои, отношения, будни и праздники, привычки, способы реагирования на жизненные ситуации. Все то, что составляет уникальность каждой семьи и формирует уникальность каждого человека.  База должна быть. Хорошо бы, если бы ее составляли коммуникативные ценности (взаимная искренняя заинтересованность и радость от общения друг с другом). Эмоциональные (сопереживание друг другу в различных жизненных ситуациях), духовные (сплачивающие семью идеи, связанные с внутренним нравственным миром человека. Общечеловеческие (вершинные) ценности (Творчество, Люди, Бог, Истина, Власть, Закон и т. д.).

Повседневные ценности (забота о членах своей семьи и порядке в доме) и личностные ценности (реализация себя как мужчины или женщины, как специалиста и т. д.), т. е. то, что составляет для человека смысл жизни). А также нормативные (отношение к социальным нормам и правилам, установление общих требований к поведению в социуме) и экономические ценности (проявленное осознанное отношение к материальным благам, способам заработка, контроля трат). Это и станет наилучшей защитой от террористической угрозы.

Что делать

Вопрос «Что делать?» возникает как у родителей, так и у педагогов, воспитателей, специалистов, занимающихся с детьми. Индивидуальный подход к каждому ребенку стараемся применить, в материально-бытовом плане тоже жить стало гораздо лучше, о проявлении любви и забыты в семье тоже все в курсе. Что еще делать? А главное – «Как сделать»?

На эти вопросы можно дать только один ответ: «Быть искренне заинтересованным в построении потребного будущего вместе со своим ребенком». Для себя, и для него, и для всей семьи в целом. Будет хорошо родителю – будет хорошо и ребенку. Совместное взаимодействие для достижения этого самого потребного будущего – это и есть то необходимое действие, которое нужно научиться совершать. Дать точные советы на все случаи жизни – нереально. И каждая конкретная ситуация должна быть решена конкретно.

Во втором учебном полугодии в моем кабинете начинается сначала слабый, а к весне усиливающийся поток родителей выпускников и самих подростков с жалобами на слабость, внезапно появившуюся слезливость, непонятные головные боли. Дети, которые до сих пор радовали родительские сердца упорным постижением всяческих наук, перестают, интересоваться чем бы то ни было, ложатся на диван, отворачиваются к стене и перестают выходить на связь. Подростковая депрессия у всех на слуху. А вот слово «сепарационная» вызывает вопросы.

Подростковая (сепарационная) депрессия – это состояние, при котором наблюдаются ухудшение самочувствия по трем направлениям:

снижение настроения (подавленность, вялость, слезливость, утомляемость, печаль, тоска),

расстройство сна (не может заснуть вечером, плохо встает утром, просыпается ночью (обычно часа в четыре) и не может потом заснуть обратно),

расстройство аппетита (перестает есть или, наоборот, «ест, как не в себя». Не путать с нормальным волчьим аппетитом, сопровождающим бешеный рост. Т. е., если ребенок ест много, вы не успеваете забивать холодильник, но он при этом бодр и весел, а только прибавляет по размеру в месяц, в основном в росте и в ноге, - все в порядке, расслабьтесь).

Причиной этого расстройства обычно является сочетание нескольких факторов: наследственность (тут все понятно, если у родителей было – у детей, скорее всего, тоже проявится, но не у всех и не обязательно), бурная гормональная перестройка (главное слово «бурная», взрывная, т. е. лег спать детеныш, а проснулся уже подросток со всеми бонусами), хронический стресс, связанный с перегрузками.  Вот тут надо остановиться подробно. Два важных рубежа должны взять наши дети как раз в самый разгар пубертата: ГИА и ЕГЭ. А, как мы все имеем счастье наблюдать, вокруг довольно банального и не слишком сложного экзамена накручивается просто тайфун тревоги и завышенных ожиданий. «Это главный экзамен в вашей жизни!! То, как вы сдадите ЕГЭ, определит всю вашу дальнейшую карьеру!». Почему? Отчего так? На самом деле, ничего ЕГЭ не определяет. Если бы над нашими детьми не висел постоянно дамоклов меч «заберут и пойдешь служить», то есть, не сдашь экзамен – погибнешь, стали бы мы так убиваться насчет поступления в институт? Ну, не поступил в этот год – поступит на следующий, пойдет работать, как раз будет время понять, чего хочется в жизни. Но нет. Нам (родителям) очень страшно, поэтому мы всячески стараемся подстелить соломки и отвести беду руками репетиторов, дополнительных занятий, уроками до полуночи.

Хотя, с физиологической точки зрения, самое полезное для детей в этом возрасте – много работать на свежем воздухе и заниматься самопознанием. И, как ни странно, поздно ложиться и поздно вставать. Не говоря уже о том, что, на самом деле, совсем не всем людям нужно высшее образование, и большинство населения осознает свое истинное предназначение ближе к 35 годам, 80% выпускников вузов никогда не работают по специальности, обозначенной в дипломе. Скажем честно: четыре или шесть лет в институте – это просто способ легально продлить детство и убрать миллионную армию молодых людей с рынка труда.        Так что, дорогие родители, вторая по значимости причина возникновения депрессии у подростков – наши с вами тревоги и (завышенные) ожидания. Кроме того, мы подталкиваем детей к выходу из нашего теплого, уютного, безопасного гнезда в сторону непредсказуемого, возможно жестокого, и уж точно ни капли не дружелюбного внешнего мира.

Мы говорим «определись с профессией», «реши, кем ты хочешь быть» - а он слышит «стань взрослым, слезь с нашей шеи, иди сражайся с драконами». Ему страшно, его разрывает два противоположно направленных влечения: к свободе и к безопасности. Если бы можно было остаться дома, но иметь все права взрослого! Родителям тоже как-то зябко и тревожно, поэтому их послания слегка противоречивы: мы хотим, чтобы ты был взрослым и ответственным, но проверяем уроки и бежим за лифтом по лестнице «надень шапку!». Если добавить, что у самих родителей в это время (как правило) кризис среднего возраста… Хорошо, если в семье есть надежные представители старшего поколения, которые помогут удержать руль. Как распознатьГлавное, на что стоит обратить внимание, как уже было сказано выше, на большую депрессивную триаду: сон, аппетит, настроение.

Перемежающиеся головные боли непонятного происхождения, тошнота и боль в животе, постоянные ОРВИ могут быть соматическими (телесными) проявлениями депрессии. У девочек очень часты проявления того, что участковые врачи называют «вегето-сосудистой дистонии»: экстремально низкие показатели артериального давления, сердцебиения, потливость. Да, если девушка прибавила за год 10-15 см в росте, у неё неустойчивый месячный цикл, она бледная и под глазами тени, время от времени валится в обморок, можно назвать это ВСД. А можно – панической атакой.

Так что, уважаемые родители, если это состояние продолжается дольше месяца-двух, я бы показала ребенка специалисту, в идеале – невропатологу или психотерапевту. Ваша проблема может быть решена приемом специальных препаратов, но назначать их должен врач. Не слушайте тех, кто говорит «да попей ты ново-пассит (валерьянку, пустырник, настойку пиона и пр.), все и пройдет. Вряд ли, а время упустите. Еще очень помогает посещение остеопата и курс массажа, по очень простой причине: мозг начинает получать нормальное питание, ему становится «веселей», ребенок быстрее и лучше восстанавливается после нагрузок.

Что вредит и усугубляет?

Тут я Америку не открою: гаджеты. Да, мы все знаем, как трудно вырвать из рук чадушка смартфончик или планшет в два часа ночи. Ищите способы, ставьте прерыватель на точку доступа, вводите комендантский час. Но будьте непоколебимы: ночь существует, чтобы спать. Не можешь заснуть – почитай книжку (бумажную), прими теплый душ, выпей молока с медом. Но я не дам тебе окончательно загубить твое хрупкое здоровье. Можешь начинать на меня злиться. Я переживу. Депрессия боится солнечного света. Поэтому используйте любой предлог и любую возможность, чтобы ваш подросток бывал на улице днем. Посылайте его за младшей сестрой в садик, в дальний магазин за хлебушком, пешком до метро. Ходить тоже очень важно, сгорают лишние негативные эмоции. Безудержная тяга к сладкому, особенно к молочному шоколаду, тоже может быть проявлением дисбаланса в организме. С другой стороны, в период повышенных умственных нагрузок мозгу нужно дополнительное питание. Предложите вашему подросшему ученику провести эксперимент с наблюдением: когда тебе хочется сладкого, попробуй заменить его: мясом, яйцом, орехами, фруктовыми чипсами, бананом. Ему может банально не хватать цинка и магний, которые, помимо всего прочего, отвечают и за иммунитет. В любом случае, большая миска зерновых хлопьев с шоколадным молоком должна примирить его с несовершенством мира.

Не думайте, что это «от лени», «надо взять себя в руки», «да на тебе пахать можно!». Ему и правда, очень плохо. Если состояние подавленности и бессилия длится больше 6 недель – это серьезный повод обращаться за помощью к специалистам.

,  педагог-психолог