Экспериментально-трасологическая экспедиция 2012 г

Экспериментально-трасологическая экспедиция 2012 г

Экспериментально-трасологическая экспедиция 2012 г.1

, X. Плиссон

Семенова об организации экс­периментально-трасологических экспеди­ций воплотилась в полной мере во второй по­ловине XX в., когда под его руководством в ЛОИА АН СССР были организованы ежегод­ные летние работы (Семенов, 1957; 1963; 1970; Семенов, Коробкова, 1979; 1983). Необходи­мость проведения этих экспедиций диктова­лась не только дальнейшим развитием метода трасологического анализа функций древних орудий труда, созданием базы эталонных об­разцов, позволяющих верифицировать функ­циональные определения, но и углубленным исследованием и реконструкцией особенно­стей древних технологий обработки различ­ных материалов (Семенов, 1957; 1959; 1965; 1968; 1974). Экспериментально-трасологиче - ские исследования Сергея Аристарховича от­личались системностью, глубокой продуман­ностью, четкой постановкой целей, стремле­нием максимально приблизить эксперимент к древним условиям и охватывали широкий спектр разнообразных производственных операций. При этом эксперименты никогда не были самоцелью и не являлись демонстра­цией способностей экспериментаторов изго­тавливать реплики древних орудий и использовать их в работе, без ориентации на решение определенных научных задач (Семенов, 1963. С. 191—214; 1965; Семенов, Коробкова, 1979; Semenov, 1964). Коллективами экспе­риментально-трасологических экспедиций была проделана огромная работа, в результа­те которой были получены важные данные по различным способам расщепления кремня, обработки разных пород камня, обсидиана, кости, рога, бивня, раковин, глины, дерева, травы, тростника, злаковых растений и других материалов, проделаны опыты по изго­товлению и использованию многочисленных реплик древних инструментов. Обязатель­ным условием опытов являлись их массо­вость, серийность и повторяемость.

Отношение к экспериментальным рабо­там как к лабораторному изучению древней техники было и у , соединившей экспедиционные научные исследования с образовательной программой, в процессе реализации которой происходила серьезная подготовка трасологов {Коробкова, 1974; 1975; 1978; 1978а; 1980; 1980а; 1994). Многие из них стали известными высококва­лифицированными специалистами {Коробкова, 1991; Петербургская трасологическая школа... 2003).

В продолжение этих традиций были про­ведены экспериментальные работы по изуче­нию материалов эпохи палеометалла {Скакун, 1981; 1981а; 2006; Бкакип, 2008; 2008а).

В настоящее время более широкие ис­следования технологий изготовления и ис­пользования древних инструментов прово­дятся Экспериментально-трасологической экспедицией в Тернопольской обл. Украины, вблизи трипольского поселения — кремнео­брабатывающей мастерской Бодаки {Скакун, 2004; 2006). В 2012 г. во время экспедиции кроме основных работ была еще организо­вана летняя школа-семинар (руководители , ИИМК РАН, Санкт-Петербург и X. Плиссон, Лаборатория первобытной технологии, г. Бордо).

Основными задачами экспедиции являлись:

— изучение специфики обработки круп­ногалечного кремневого сырья для получе­ния крупных пластин;

— уточнение с помощью экспериментов назначения некоторых трудно дифференци­руемых орудий, в том числе вкладышевых;

— пополнение эталонной коллекции ре­плик древних орудий разного назначения;

— лекционно-образовательная програм­ма с практическими занятиями.

В настоящее время реконструкция спосо­бов получения крупных кремневых пластин, характерных для инвентаря многих памятни­ков Евразии эпохи палеометалла, несмотря на большое количество теоретических и экс­периментальных работ, нуждается в допол­нительных исследованиях. Это связно с тем, что нередко результаты конкретных экспери­ментов механически переносятся на все виды крупных пластин, не принимая во внимание их существенные морфологические отличия, которые указывают на применение различных приемов в расщеплении кремня. Источнико­ведческой базой для наших экспериментов послужил инвентарь кремнеобрабатывающих мастерских поселения Бодаки {Скакун, 2004). Основной продукцией этих мастерских явля­лись крупные пластины, причем по форме их можно разделить на две группы. Одни, судя по их фрагментам, имели суперправильные очер­тания: прямой профиль, низкую спинку, треу­гольное или трапециевид ное поперечное сече­ние, параллельные боковые края, небольшую эллипсовидную, гладкую или с небольшой подработкой ударную площадку, низкий удар­ный бугорок. По мнению технологов (устное свидетельство Ж. Пелегра и В. Мигал), этот тип пластин мог быть получен с помощью раз­личных способов рычагового расщепления.

Пластины другой группы тоже крупных раз­меров, но не имеют столь правильных геоме­трических очертаний: у них более массивные ударные площадки и выступающие ударные бугорки. Проведенные опыты показали, что этот тип пластин можно получить с помощью разных способов отжимной техники. Крем­невое сырье — крупные гальки Волынского кремня были собраны в обнажениях вблизи па­мятника. Обработка конкреций, оформление нуклеусов производились с помощью округлых кремневых отбойников и роговых посредни­ков, аналогичных найденным в мастерской поселения Бодаки. Полученные пластины по форме оказались близки оригинальным изде­лиям. Однако несмотря на положительные ре­зультаты проведенных опытов, для получения стабильной статистики, что необходимо для обоснованных заключений, планируется даль­нейшее продолжение этих работ.

Помимо расщепления кремня в экспеди­ции сделана серия опытов по уточнению диа­гностирующих признаков кремневых ретуше­ров, рабочая часть которых располагалась на участках, прилегающих к ударным площадкам пластин или отщепов. Ряд других эксперимен­тов связан с уточнением разницы в признаках утилизации между орудиями, использовавши­мися для срезания растений: злаков, травы и тростника. Шесть экспериментальных серпов в изогнутой рукояти, четыре карановского, два египетского или ближневосточного типов, ис­пользовались для жатвы современных сортов пшеницы. Их рукояти — пять деревянных и одна роговая — были полностью изготовлены кремневыми орудиями. Вкладышами послу­жили части пластин, полученные при расще­плении ВОЛЫНСКОГО кремня. Они (3—4 экз.) закреплялись в пазах с помощью фруктового клея. Орудия для срезания травы и тростни­ка — пластины и их фрагменты использова­лись в деревянной рукояти под углом к ней либо без рукояти, их обушковая часть обора­чивалась кусочком кожи. Опыты показали, что следы утилизации на вкладышах серпов, независимо от места их нахождения в пазу рукояти и длительности эксплуатации, отличаются по большинству признаков от орудий, применявшихся для срезания травы, тростни­ка. Диагностика разницы в следах утилизации на ножах для травы и ножах для тростника, в особенности для малоиспользованных ин­струментов, более затруднительна.

В дальнейшем планируется проведение полного цикла земледельческих работ с по­мощью реплик трипольских орудий, причем опыты будут проводиться с древними сорта­ми пшеницы.

В ходе работ производилось полное опи­сание орудий, полученные результаты тща­тельно фиксировались, учитывалась квали­фикация экспериментаторов, определялась примерная производительность инструмен­тов. Эти наблюдения после соответствующей обработки будут опубликованы.

Вторая часть экспедиции, посвященная по­полнению эталонной коллекции реплик древ­них орудий разного назначения и лекционно­образовательной программе с практически­ми занятиями, проходила в форме полевого семинара-школы. Кроме практических задач его целью являлось привлечение внимания за­интересованных коллег к современным про­блемам технологических и экспериментально­трасологических исследований в археологии.

Собравшийся в Бодаках коллектив состоял из 26 человек: исследователей, аспирантов и студентов из России, Украины, Франции, Польши, Болгарии, Испании. Среди присут­ствующих были также музейные работники. Их интерес к нашему мероприятию был обуслов­лен тем, что несколько лет тому назад усилиями постоянных сотрудников Энеолитической экс­педицией ИИМК РАН в Национальном архи­тектурном заповеднике «Замки Тернопольщи­ны» в г. Збараж была оформлена тематическая экспозиция, посвященная демонстрации мате­риалов, освещающих особенности различных производственных комплексов трипольского поселения Бодаки (Триполье ВП).

Программа школы-семинара включала лекции по технологии расщепления кремня, специфике обработки различных видов сы­рья экспериментально изготовленными ин­струментами (разных пород камня, дерева, рога, кости, растений), методике определения функций древних инструментов, а также во­просам значения экспериментов и этногра­фических свидетельств для трасологических исследований. Особое внимание отводилось современным способам фиксации следов ути­лизации с помощью цифровой техники.

Практические занятия включали расще­пление кремня различными способами, изго­товление и использование эксперименталь­ных инструментов, работу с микроскопом по определению функций и освоение новых методик фиксации следов утилизации.

В устройстве быта экспедиции большую роль кроме организаций, под эгидой которых она проводилось (ИИМК РАН, РГНФ, Ко­миссия 1Л8РР «А 17», Львовский отдел служ­бы спасательной археологии НАН Украины, при содействии Национального архитектур­ного заповедника «Замки Тернопольщины»), сыграла бескорыстная помощь крестьян с. Бодаки. Нужно отметить также, что выполнение научной части было бы трудно осуществимым без деятельной помощи одного из ведущих трасологов X. Плиссона (Фран­ция), неравнодушное отношение которого к состоянию трасологических исследований способствует дальнейшему развитию и попу­ляризации этой важной дисциплины в среде мирового сообщества археологов.

Работа семинара-школы была организо­вана следующим образом: в первой части дня шли теоретические лекции, во второй, более длинной, — практические занятия и экспе­рименты. В конце каждого дня проводились обсуждения проделанной работы и дискуссия. Многонациональность коллектива не мешала общению, а, напротив, способство­вала получению новых знаний и приобрете­нию полезных научных контактов.

Вступительная лекция была посвящена зна­чению экспериментально-трасологического метода для изучения истории развития техни­ки и построения социоэкономических рекон­струкций в археологии (лектор ). X. Плиссон в своем докладе остановился на особенностях, сходстве и различии русской и западноевропейских трасологических школ. В выступлении была при­ведена история применения эксперименталь­но-трасологического анализа к археологиче­ским материалам с территории Украины.

Во второй день участники школы-семи­нара имели возможность услышать доклады Б. Матевой (Болгария) и - го (Украина) о разных типах месторождений кремня в Болгарии и в Украине, о способах его добычи в энеолите. В окрестностях с. Бо­даки была проведена экскурсия по месторож­дениям ВОЛЫНСКОГО кремня, где можно было увидеть условия его залегания и собрать сы­рье для экспериментальных работ.

В следующие дни С. Мори и Л. Кларик (Франция) прочитали нескольких лекций по теории расщепления, практиковавшегося в разные периоды древней истории. Были про­демонстрированы способы обработки крем­ня твердым и мягким отбойниками, с по­средниками и без таковых, производилось нанесение крутой, длинной, уплощенной ре­туши различными ретушерами.

Ахмедгалеевой (Россия) была посвящена особенностям технологии обра­ботки кости, рога, бивня и изготовлению из этого сырья различных изделий в эпоху па­леолита. После лекции были проведены экс­перименты по подготовке сырья к обработке и обработка кости и рога различным способами: рубкой, пилением, скоблением, строганием и резанием. (Россия) в своем выступлении рассказала о работах, связанных с реконструкцией способов изго­товления и использования каменных абрази­вов, прототипами которых явились находки из стоянок Вологодчины. Кроме того она по­делилась опытом организации летнего лаге­ря для детей с элементами археологической школы. Из ее лекции музейные работники почерпнули много нового как для админи­стративной организации подобных меропри­ятий, так и для музейной педагогики.

Большая тема «Основы эксперименталь­но-трасологического анализа и современные способы фиксации следов утилизации» ос­вещалась коллективом трасологов, прошед­ших специализацию в эксприментально-тра - сологической лаборатории ЛОИА АН ССР или в ИИМК РАН (, X. Плиссон, , ).

и , полу­чившие в свое время опыт работы в экспе­дициях и , подробно охарактеризовали значение макро - трасологических исследований.

Большой интерес вызвала высокопрофес­сиональная лекция X. Плиссона «Трасология и цифровая фотография», в которой докладчик продемонстрировал новейшие способы микро - и макрофиксации разнообразных следов утилизации на орудиях труда, изготов­ленных из различных материалов, а также дал практические рекомендации по использова­нию компьютерных программ для качествен­ной обработки фотографических изображе­ний. Пониманию всех нюансов этой лекции существенно помог ее перевод на русский язык, сделанный (Россия).

На практических занятиях проводились опыты по обработке: дерева — рубка, соска­бливание коры, строгание, пиление; шкур — скобление, удаление шерсти, резание; расти­тельных материалов — срезание разных видов трав, тростника и камыша. Все присутствую­щие имели возможность изготовить реплики разных типов орудий (скребки, резцы и свер­ла), зафиксировать все этапы эксперимен­тов, описав, сфотографировав и сделав видео. В ходе практических занятий значительное число опытов было связано с изучением ко­стеобрабатывающих орудий из мезолитиче­ской стоянки Верхней Волги Ивановское VII. Целая серия экспериментов была посвящена изучению способов изготовления изогнутых, полностью ретушированных кремневых сер­пов, характерных для многих позднебронзо­вых — раннежелезных памятников Европы, в том числе И ВЫСОЦКОЙ культуры, кремневые материалы одного из поселений которой — Мыльное V — изучались членами экспедиции (раскопки в Тернопольской обл. Украины). Слушатели семинара ознакомились с применением в трасологии бинокуляра и металлографического микроскопа «Олимпус» и имели возможность усвоить пер­вые практические навыки работы с ними.

Таким образом, участники Эксперимен­тально-трасологической экспедиции и лет­ней трасологической школы-семинара в Бо - даках познакомились с основами трасологии и приобрели знания о полном цикле прове­дения научно выстроенных экспериментов: от выбора сырья, подготовки его к обработке, изготовлению реплик древних орудий, их ис­пользованию до изучения следов утилизации и документирования всех этапов экспери­ментально-трасологических исследований.

Заключительная дискуссия и подведение итогов работы состоялись в центральном зале средневекового замка г. Збаража. Участники единодушно констатировали, что Экс­периментально-трасологическая экспедиция и школа-семинар, проведенный в ее рамках, стали не только источником новых знаний для ее участников, но и местом обмена иде­ями и методами работы исследователей, за­нимающихся проблемами реконструкций в археологии.

В завершение Экспериментально-трасоло­гической экспедиции сотрудники осмотрели замок и достопримечательности г. Збаража, а также посетили областной историко-крае­ведческий музей г. Тернополя, французские коллеги имели возможность познакомиться с достопримечательностями г. Львова.

Коробкова, 1974 — Экспери­ментальное изучение орудий труда трипольской культуры //АО 1973 г. М., 1974.

Коробкова, 1975 — Экспери­ментальный метод в процедуре археологических исследований // Предмет и объект археологии ивопросы методики археологического исследова­ния. Л., 1975.

Коробкова, 1978 — Древней­шие жатвенные орудия и их производительность (в свете экспериментально-трасологического изучения) // СА. 1978. № 4.

Коробкова, 1978а — Эксперимен­тальный анализ и его место в методике и теории ар­хеологии // Вопросы теории и методологии архео­логической науки. М., 1978 (КСИА; Вып. 152).

Коробкова, 1980 — Методиче­ские и методологические обоснования комплекс­ного изучения орудий труда // Методика архео­логических исследований и закономерности раз­вития древних обществ: Тез. докл. Ашхабад, 1980.

Коробкова, 1980а — Палеоэконо­мические разработки в археологии и эксперимен­тально-трасологические исследования // Перво­бытная археология. Поиски и находки. Киев, 1980.

Коробкова, 1991 — Междуна­родная школа по трасологии // Древние культуры и археологические изыскания. СПб., 1991.

Коробкова, 1994 — Экспери­ментально-трасологические разработки как ком­плексное исследование в археологии // Экспери­ментально-трасологические исследования в архе­ологии. СПб., 1994.

Петербургская трасологическая школа... 2003 — Петербургская трасологическая школа и изучение древних культур Евразии: В честь юби­лея . СПб., 2003.

Семенов, 1957 — Первобытная техника. М., 1957. (МИА; № 54).

Семенов, 1959 — Эксперименталь­ные исследования первобытной техники // СА. 1959. № 2.

Семенов, 1963 — Изучение пер­вобытной техники методом эксперимента // Но­вые методы в археологических исследованиях. М.;Л„ 1963.

Семенов, 1965 — Эксперименталь­ный метод изучения первобытной техники // Ар­хеология и естественные науки. М., 1965. С. 216— 222 (МИА; № 000).

Семенов, 1968 — Развитие техни­ки в каменном веке. Л., 1968.

Семенов, 1970 — Производство и функции каменных орудий // Каменный век на территории СССР. М., 1970 (МИА; № 000).

Семенов, 1974 — Происхождение земледелия. Л., 1974.

Семенов, Коробкова, 1979 — , Ко­робкова Литовской экспери­ментально-трасологической экспедиции // АО 1978 г. М., 1979.

Семенов, Коробкова, 1983 — , Ко­робкова древнейших произ­водств: мезолит — энеолит. Л., 1983.

Скакун, 1981 — Эксперименты в экспедиции «Добруджа — 79» // Интердисциплинарни изследвания. София, 1981. VII—VIII.

Скакун, 1981а — Експриментална археология // Наука и техника за младежта. София, 1981. 7.

Скакун, 2004 — Предварительные результаты изучения материалов трипольского поселения Бодаки (кремнеобрабатывающие ком­плексы) // Орудия труда и системы жизнеобеспе­чения населения Евразии (по материалам эпох палеолита — бронзы). СПб. 2004.

Скакун, 2006 — Орудия труда и хозяйство древнеземледельческих племен Юго-Вос­точной Европы в эпоху энеолита (по материалам культуры Варна). СПб., 2006 (Труды ИИМК РАН. Т. 21).

Semenov, 1964 — Semenov S. A. Prehistoric tech­nology: An experimental study of the oldest tools and artifacts from traces of manufacture and wear. Lon­don, 1964.

Skakun, 2008 — SkakunN. prehensive analysis of prehistoric tools and its relevance for paleo - economic reconstructions // “Prehistoric Technolo­gy” 40 Years Later: Functional Studies and the Russian Legacy. Oxford, 2008. P. 9—20 (BAR International Se­ries; 1783).

Skakun, 2008a — SkakunN. N. Experimental archaeology and studies of the functions of ancient tools // II International congress of experimental ar­chaeology. 26, 27,28 November 2008 Ronda (Malaga, Spain). Abstracts. Ronda, 2008.

Россия. Санкт-Петербург.

Институт истории материальной культуры РАН.

Экспериментально-трасологическая лаборатория

X. Плиссон. Universitй Bordeaux 1, Laboratoire Pacea, France

1 Работа выполнена при финансовой поддержке РФФИ (грант № 12—06—00100).