Моя Бабушка
Моя Бабушка
Моя любимая бабушка – не дожила до 100 лет немногим более трех месяцев. Сохранив чистый ум, светлую память и неподражаемое чувство юмора до самого конца, она шутила всегда по поводу своего возраста, и говорила, что доживет до ста лет… Не довелось. Но сотый год все-таки был в ее жизни.
Я очень любила Бабушку, очень гордилась ею, она научила меня основам жизни, и чем дальше, тем больше я понимаю, насколько права и предусмотрительна она была. Мы очень много времени в моем детстве проводили вместе, разговаривали, она рассказывала мне о своем детстве и сейчас мне хочется вспомнить что-то из тех рассказов…
Детство.
Машенька Пузырева родилась 7 апреля 1915 года в деревне Малый Макателём Нижегородской губернии, недалеко от города Арзамаса. Того самого, откуда родом знаменитый когда то писатель советской страны, известный каждому советскому ребенку - Аркадий Гайдар. Помнится, один из вариантов расшифровки его фамилии была такая аббревиатура «Голиков Аркадий из Арзамаса». Совсем рядом с деревней из достопримечательностей знаю только про районный центр - ныне город Первомайск, назывался раньше Ташино, в честь то ли любимой дочки, то ли любимой жены историка Карамзина, чьим именьем и был. В именьи стоял чугунолитейный заводик. При нем дома рабочих и больница, в которой работала много позже моя двоюродная тетушка.
В семье Машенька была четвертой, две старшие сестры Матрёна и Катя, и брат Федя, старше её на два года, самый близкий друг с младенчества. Матери Анне в год рождения третьей дочери исполнилось 25 лет, отец Николай был на фронте Первой мировой, участвовал в турецкой кампании, был ранен - осколок оторвал руку, прошелся по спине - несколько месяцев пришлось лежать в госпитале в Крыму. Летом 1915 года Анна оставила четверых детей на родных и отправилась в далекий Крым, чтобы помочь супругу добраться из госпиталя домой. В июле 1915 они вернулись в родную деревню, и может быть, как раз страшное ранение спасло прадедушку от участия в дальнейших битвах и оставило в живых.
Жили трудно, но дружно. В семье все были очень ласковы друг с другом, детей называли не иначе чем Катенька, Матренушка, Машенька, Феденька. Последним из детей родился Ванечка, через 11 лет после Маши. Бабушка не помнила, чтобы кто-то из родителей повышал голос на детей или друг на друга.
И Анна и Николай были из крепких крестьянских семей и без работы сидеть не привыкли. У каждого были свои обязанности, и у детей тоже, пока старшие уходили работать в поле, Маша и Федя должны были обработать посадки льна за домом, прибрать в избе. Чтобы облегчить работу играли – например, если получено было задание скосить лен, выкашивали из плантации льна себе комнаты, прятались. Особым заданием для малышей было вымыть полы, а они деревянные, некрашеные. Пол заливался водой, а потом скоблился. Но не только работа заполняла детскую жизнь, зимой до одури катались с горки, летом ходили за земляникой, купались в пруду. Если лечь на живот, в траву, можно увидеть, сколько ягод прячется под листиками, а сверху их совсем не видно.
Дед Николай устроился работать лесничим, построил для семьи отдельный дом с помощью братьев, научился писать левой рукой. Позже, он работал в колхозной управе секретарем правления, составлял документы. Машенька после начальной школы ему помогала, тоже пару лет отработала секретарем в колхозе. В деревне была только начальная школа, город Арзамас, ближайший за 25 километров, каждый день не находишься. Несколько лет Машенька работала, помогала родителям, но мечту об учебе не оставила. И когда ей исполнилось 17 лет, в соседнем селе Большой Макателём открыли семилетнюю школу. Машенька и несколько подружек сразу записались туда. Два года ходили, каждый день пять километров туда и пять обратно в любую погоду.
Юность.
Учиться нравилось, лучше всего шла математика, Машенька делала контрольные за всех, а вот немецкий был не любимым, но учить приходилось. Уроки делала вечером, когда все уже ложились спать, переделав домашние дела, зажигала фитилек на сале и открывала учебник. Интересно, но немецкие фразы Бабушка помнила всю жизнь, называла мне немецкие слова, а после восьмидесяти уже увлеклась уроками английского по радио, сетовала, что слова никак не запоминаются.
После семилетки Бабушка отправилась учиться дальше, в Арзамас, планировала поступить на механический факультет, хотела работать с машинами, инженером. Но что то не получилось, то ли группу не набирали в тот год, то ли девушек не брали на инженерные специальности, оказалась она в педагогическом училище и стала осваивать профессию учителя начальных классов.
Общежитие располагалось в бывшем монастыре, огромная комната, десятки кроватей, бак с водой и привязанной кружкой в углу. И много веселых молодых девушек. Смеялись так, что монастырские стены дрожали, а из еды был часто только хлеб. Скучала по дому так, что раз в неделю обязательно бегала домой – 25 километров. Попутки были редкостью, а по дороге через каждый километр стояли верстовые столбы, один отрезок бегом, другой пешком, так дорога домой проходила быстрее, в воскресенье обратно. Такие тренировки даром не прошли, когда в училище сдавали норы ГТО по бегу на лыжах, Машеньке было проще, чем остальным. Потом немного привыкла, обзавелась подружками, домой стала бегать реже. В выходные в училище были танцы. А в 1939 зимой началась финская война, в училище открыли госпиталь для обмороженных солдат, Машенька с подружками окончили краткие курсы медсестер и дежурили там.
Училище Машенька окончила в 1940 году, вариантов распределения было два – под Москву в детский дом и на Дальний восток. Детский дом пугал, а Дальний Восток казался волшебным краем, это была страна из сказочных снов, ничего конкретного никто не знал, но поехать на Дальний Восток было пределом мечтаний для молодежи, и Машенька, конечно, выбрала его. Её жениху, Дмитрию, надо было учиться еще год в педагогическом институте, и они договорились, что через год он приедет.
Машенька села в поезд и отправилась в неведомую страну. Ехали из Москвы 18 дней в общем вагоне.
Молодость.
Молодую учительницу распределили в село Самарка, Чугуевского района Приморского края. От Владивостока на поезде надо было ехать 8 часов, потом несколько часов до райцентра на машине и оттуда 100 километров до Самарки по тайге.
Самарка очень красивая деревня, расположена в долине между двух рек Нота и Сибучар. Со всех сторон окружена сопками. Машенька приехала туда в августе 1940 года. Первое время она каждый вечер ходила на дорогу, которая убегала между сопок и вела далеко, далеко – домой….. Как далеко оказался родной дом, она больше никогда туда не вернулась. Но появился первый класс, весной 1941 года родилась дочка Элеонора и жизнь пошла своим чередом. А летом началась война.
С фронта приходили письма, брат Федя был капитаном, сражался на Ленинградском фронте, он еще до войны ушел в армию и стал кадровым военным. В 43 году, после частичного прорыва блокады его направили на командирские курсы в Ленинград, последнее письмо Маше он написал в январе 1944 года, курсы заканчивались, и он должен был отправиться на фронт. Блокаду прорвали 27 января 1944 года, а в марте 1944, под Нарвой пал смертью храбрых капитан воздушных десантников . Он захоронен в братской могиле в эстонском поселке Синемяэ, недалеко от городка Кохтла-Ярве. Семья узнала об этом уже в восьмидесятые годы двадцатого века, до этого он числился без вести пропавшим.
Машенька, теперь уже Мария Николаевна, работала в школе в две смены. Утром уроки у первоклашек, после обеда преподавала старшим классам историю и конституцию. Дали маленький домик при школе, теперь вместе с ней, кроме дочки, жили мальчик и девочка из дальних хуторов, которые учились в Самарке. Вместе вели хозяйство, нянчили маленькую Алю, делали уроки. Основной едой была кукуруза, которую сами выращивали летом. Бабушка вспоминала, как, не смотря на бытовые трудности, они собирались вечером своей маленькой компанией, вчетвером, закончив необходимые дела, стелили большие одеяла на пол, ложились в центр головами и читали вслух книжки. Или рассказывали по очереди уже прочитанные. Этих вечеров особенно ждали, летом, уезжая на каникулы, скучали по ним. Но летом отдыхать было некогда, надо было обрабатывать огороды, растить картошку, кукурузу.
Мария Николаевна выпустила в Самарке три класса. То есть была первой учительницей с первого по четвертый. Ученики помнили ее всю свою жизнь, собирались вместе уже во Владивостоке, приходили в гости, вспоминала военные и послевоенные самарские годы. Во Владивостоке большая самарская диаспора, встречаются, перезваниваются, поддерживают друг друга, несколько раз приходили на день рождения любимой учительницы, и всегда присылали поздравления и звонили.
В Самарке прожили до 1954 года, дочка Эля закончила седьмой класс, средней школы не было, надо было перебираться поближе к городу. Решили ехать в Сучан.
Зрелость.
Сучан, старое китайское название шахтерского городка, после того как китайские имена стали убирать с карты, стал Партизанском. Небольшой городок, весь построенный вокруг угольных шахт. Название районов – Первая шахта, Вторая шахта, Третья… Мария Николаевна устроилась учительницей в школу у Третьей шахты, жилье дали в бараке, комнатка на троих, маленький палисадничек под окном. В Сучане Эля окончила школу и поступила во Владивостокский университет, на физико-математический факультет.
В 1959 году мужа Дмитрия пригласили работать главным бухгалтером строительного треста в город Находку, пришлось опять паковать чемоданы и собирать нехитрый скарб в дорогу. Ехать недалеко, Находка от Сучана в часе езды на электричке, на берегу Японского моря. Квартиру дали в две комнаты, большие, светлые, море в двадцати минутах ходьбы. Школа номер 16 через дорогу. Бабушка отработала в ней десять лет. С несколькими классами прошла вновь путь от палочек и крючочков до сочинений и задач с иксами.
Педагогический стаж Бабушки составил 29 лет. Сколько рук она научила выводить красивые буквы, сколько раз открыла малышам красоту стихов Есенина и Пушкина. «Белая береза под моим окном, принакрылась снегом, будто серебром…» Эти строчки я впервые услышала в Бабушкином исполнении, и мне всегда казалось, что они о тех деревьях, которые я видела в окне, просыпаясь. А все потому, что написал их красивый молодой человек, чей портрет стоял всегда на Бабушкином комоде. Конечно, он тоже это видел, и поэтому так точно описал, так я думала в детстве. Соседка как-то спросила, это внук? Бабушка не спорила. Все пушкинские сказки это тоже оттуда, из Бабушкиных уст, и про Белочку, которая грызет орешки с изумрудами и про Царя Салтана, и про Черномора. Мне долго казалось, что дядька морской выходил из моря со своими витязями как раз на нашем находкинском пляже, куда мы летом ходили с Бабушкой каждый день. Там очень подходящее место, просто мы приходили всегда позже, и не заставали их.
Моя Бабушка подарила золотое детство не только нам, своим внучкам, но и открыла удивительный мир знаний сотням своих учеников из глухих деревень и приморских городков, она первая встречала их на пороге храма знаний, показывала все его уголки, учила общаться и выбирать правильные дороги. Она научила нас всех преодолевать страх, лень, неуверенность, неумение делать что-то в первый раз. Научила видеть красоту каждого дня, замечать смену времен года, описывать эту красоту красками акварели и слов, складывать цифры, распахнула двери в великую литературу, показала, что можно туда нырнуть с головой и оказаться в вихре авантюрных приключений и открытий не вставая с дивана, а просто открыв книгу. Она запросто могла, не отрываясь всю ночь провести за книгой, увлекшись похождениями графа Монте-Кристо или Анжелики. Многие романы она знала просто наизусть и рассказывала мне их потом, когда ей уже трудно было разбирать мелкий шрифт.
Бабушка прожила очень долгую жизнь, в ее судьбе, как в зеркале, отразилась судьба родины, ведь родилась она в Российской империи, при Николае II, а ушла уже в новой России, пережив со страной целый век, разделив все катаклизмы этого отнюдь не спокойного века. Две войны, развал двух империй, труд, восстановление, построение нового, воспитание следующих поколений, все это переживалось вместе.
Всю жизнь моя Бабушка несла гордое звание сельской учительницы. Это значит, не могла себе позволить быть слабой, несдержанной, невежливой, мелочной. Всегда надо быть примером для учеников, они же видят тебя не только в классе, но и в магазине, на улице, в огороде. Кто этому научил? Педагогическое училище или сама жизнь? Никогда не ходила Бабушка в халате, только в платье, даже дома, даже, если это платье было единственным. Всегда причесана, всегда готова к встрече с учениками. Может быть поэтому, они всю жизнь тянулись к ней - рассказать о своих достижениях, спросить совета, снова почувствовать себя учеником. И она учила своим примером, меня, мою сестру - своих внучек, и всех кто оказывался рядом - силе духа, железной дисциплине, несгибаемой воле, оптимизму и доброте, всему тому, что было ей присуще, тем качествам, наследницей которых мне хочется быть.
Татьяна Павлова
6.12.2015 г.
